Monster

      Уставшая, изнеможденная жаждой и холодом, Бонни всё равно продолжала упрямо двигаться вперёд, зная, что любое её промедление, позволит Каю найти беглянку ещё до того, как на успеет покинуть этот чёртов, уже казалось нескончаемый, лес.       Девушка не знала куда ей идти, не знала, сколько ещё Паркер пробудет без сознания, но всецело была уверена лишь в одном: она должна сделать всё, чтобы выжить.       – Ауч, – Беннет поморщилась, бросая взгляд на своё оголённое предплечье, на котором сейчас образовалась тонкая царапина, после соприкосновения кожи с веткой сухого дерева.       Ноги заплетались, а кроссовки, обутые второпях ещё дома, то и дело проваливались в сырую, после ночного дождя, землю.       – Давай же, Бонни, ты сможешь, – подбадривая саму себя, прошептала девушка куда-то в пустоту.       Ухватившись за ветвь дерева, и подтянувшись за неё, ведьма не без труда поднялась на крутой пригорок. Оказавшись на вершине, Беннет огляделась вокруг. Казалось, этот лес был нескончаем, и единственное, что она видела вот уже как несколько последних часов, так это только деревья, так похожие друг на друга, и среди которых так легко заплутать. Что ж, стоит отдать Паркеру должное, он выбрал идеальное место для её заточения, зная, что выбраться из этого массива, фактически нереально.       Тихий шелест, так похожий на обыкновенное дуновение ветра, всё же заставил Бонни напрячься, вынуждая обратиться в слух. Он раздавался где-то совсем рядом, и напоминал… шорох колёс автомобиля по асфальту. Не раздумывая ни секунды, ведьма бросилась в сторону источника звука.       Девушка бежала так быстро, насколько вообще позволяло её ослабленное тело. Больше всего на свете, боясь потерять ту ниточку, что вела её к возможному спасению. Ветви деревьев больно хлестали по лицу и оголённой коже, но сейчас, Бонни даже этого не замечала. Да и что эта боль вообще может значить, по сравнению с той, что последние несколько дней причинял ей Кай?       Теперь, помимо нескончаемых деревьев, уже совсем близко, ведьма видела яркий солнечный свет, а также, слышала негромкую музыку, рычащий мотор автомобиля, и голоса людей.       Выбралась! Боже, она смогла выбраться!       Лицо Бонни озарила улыбка, когда перед её взором появилась небольшая придорожная закусочная, возле которой стояло несколько припаркованных автомобилей, а внутри, через большие окна, виднелись посетители. Молодая семья с двумя детьми и двое пожилых мужчин.       Девушка тяжело сглотнула, бросая взгляд на свою одежду. Окровавленная пижама явно могла напугать как взрослых, так и детей, да и последнее, что ведьме сейчас было нужно, так это привлекать к себе внимание людей.       Беннет судорожно огляделась вокруг, пытаясь придумать хоть что-то, и сделать это следовало как можно быстрее, ведь времени оставалось катастрофически мало. Взгляд девушки скользнул по припаркованному на стоянке красному пикапу, а именно, по его кузову, внутри которого виднелись две большие дорожные сумки. Как раз то, что ей было нужно.       Двигаясь осторожно, стараясь не попасться никому на глаза, Бонни направилась прямиком к автомобилю, молясь, чтобы хотя бы в этот раз, всё вышло так, как она планировала. Уже спустя несколько десятков секунд, молния сумки податливо скользнула в бок, приветливо открывая обзор на своё содержимое. Времени выбирать, у ведьмы не было совсем, поэтому, схватив первое, что ей попалось под руку, она вновь ринулась в сторону леса, надеясь затеряться среди деревьев.       – Насколько ещё ниже тебе придётся упасти, Бонни? – прошептала себе под нос Беннет, разглядывая украденные вещи.       Это было лёгкое кружевное бежевое платье, и джинсовая куртка. Размер был немногим больше, чем носила она сама, но всё же это куда лучше, чем расхаживать среди людей в насквозь пропитанной кровью пижаме.       Быстро сбросив с себя свои вещи, и натянув обновки, Бонни смогла вздохнуть с неким облегчением. Теперь, единственное, что она должна была сделать, так это словить попутку, и любой ценой добраться до Мистик-Фоллза. А уже будучи дома, девушка придумает, что ей делать дальше.       Но перед тем, как окончательно покинуть лес, ведьма припрятала свою окровавленную пижаму в ворохе листьев, в совсем другом направлении от того, по которому собиралась следовать сама. Хоть на немного, но это всё же отвлечёт следующего по её пятам Кая.

***

      Кай негромко зарычал, пытаясь приподняться на локтях. Чёртова ведьма. Глупая сука! Кто бы только знал, как сильно он хотел сейчас её убить. Выпотрошить. Заставить орать во всю глотку, моля его о пощаде. О той пощаде, которую он бы никогда ей не дал.       Практически все кости уже срослись, но тело всё ещё ломило, а магия кипела в крови. Признаться, Беннет удалось его неслабо потрепать. Стоило отдать ей должное, сил у этой сучки было достаточно, но не на столько, чтобы одолеть его снова. Теперь, Кай будет готов к «бунту на корабле».       Оказавшись на ногах, при этом придерживаясь рукой за стену, Паркер сплюнул, стараясь избавиться от тошнотворного вкуса собственной крови на языке. Под глазами Малакая пролегла сеточка вен. Ему явно не помешало бы подкрепиться, перед тем как направляться на поиски сбежавшей ведьмы, ведь жажда была просто невыносимой. Она заставляла гореть буквально каждую клеточку его тела, что с еретиком бывало крайне редко.       Размяв шею, слыша, как хрустят позвонки, Кай бросил взгляд на свою одежду. Серая футболка, покрытая бурыми пятнами, была безвозвратно испорчена. Наверное, не стоило появляться на людях в таком виде. Взгляд парня упал на дверь, ведущую в комнату, туда, где у одной из стен, располагался большой шкаф, всё ещё доверху забитый уже никому не нужными вещами.       – Ну уж нет, – зло прошипел еретик.       Одевать вещи ненавидимого им отца, было последнее, что он сделал бы в этой гребанной жизни.       Вновь сплюнув остатки крови, Кай направился к раковине, намереваясь хорошенько прополоскать рот и умыть лицо. Он не собирался торопиться отправляться в погоню, ведь прекрасно знал, Бонни всё равно не сможет уйти далеко. А если и уйдёт, то очень сильно об этом пожалеет, ведь за каждый лишний час своих поисков, он будет ломать ведьме по одному её тонкому и длинному пальцу. И мысли об этом, заставили Кая широко и довольно улыбнуться.       Бонни, Бонни, Бонни, ты была очень плохой девочкой, и за это, тебя придётся наказать.       А в белоснежную раковину, смешавшись с водой, потекла бледно розовая кровь.

***

      Поймать попутку до Мистик-Фоллза оказалось не так уж и сложно, и вот, спустя всего двадцать минут, с того момента, как мулатка вышла к дороге, она уже сидела на комфортном кожаном сиденье Jeep. Его владелец, седоволосый мужчина около пятидесяти, внимательно следил за дорогой, но при этом, не отказывал себе и в косых взглядах на новоявленную попутчицу. Впрочем, девушке было на это всё равно. Проведя сутки в одной машине с Паркером, ей казалось, что теперь, она может с комфортом ехать даже с Потрошителем или каким-нибудь мясником, хуже всё равно уже не будет.       Губ Беннет коснулась слабая улыбка. Она едет домой, к Энзо, и вместе, они наверняка придумают, как покончить с Малакаем раз и навсегда. Впрочем, несмотря на столь оптимистичные планы, что-то всё равно тревожило ведьму, но вот только понять что именно, как бы она не старалась, у неё не выходило. Какое-то странное, пугающее предчувствие, сдавливало девушке грудь, заставляя жадно глотать воздух. Но вот только что бы это могло быть?       – Извините, мисс?       Будучи резко вырванная из своих мыслей, Бонни перевела взгляд на мужчину, что сейчас смотрел прямо на неё. Взгляд его карих глаз казался очень добродушным, и это заставило уголки губ Беннет слегка дёрнуться вверх.       – Да?       – Эм, – он выглядел несколько растерянным, – ваше колено. На нём кровь. Вы, наверное, поранились. У меня есть аптечка, так что, если нужно.       Нахмурившись, Бонни опустила взгляд на свою правую ногу, с удивлением отмечая, что на колене действительно была кровь, только вот принадлежала она отнюдь не ей. Ведьма поморщилась. Теперь, кровь Кая обжигала нежную кожу, словно кислота. И единственное, чего девушке сейчас хотелось, так это поскорее отправиться в душ, чтобы смыть с себя всё то, что напоминало ей о Паркере. Очиститься. Хотя бы снаружи, ведь внутри, ей ещё очень не скоро избавиться от влияния Малакая, которое печатью отложилось на душу ведьмы. Словно клеймо, болезненное, и указывающее на то, что теперь, она всегда будет психологически подвластна ему…       Бонни тряхнула головой, стараясь избавиться от этих мыслей, и, наконец, замечая, что мужчина всё ещё пристально смотрит прямо на неё.       – Всё в порядке, – пробормотала Беннет. – Правда.       Кивнув, мужчина вновь перевёл взгляд на дорогу, и больше, до самого окончания их долгого пути, не проронил ни слова, позволяя девушке в спокойствии погрузиться в свои невесёлые мысли.

***

      Кай не спеша двигался по лесу, воздух в котором буквально полностью пропитался ароматом крови. Её крови. Клыки то и дело непослушно норовились вылезти наружу, но раз за разом, насильно втягивались обратно. Парень всё ещё был безумно голоден, а этот запах, буквально сводил его с ума, заставляя терять над собой контроль.       Паркер прислушался. Его чуткий вампирский слух уловил какое-то движение неподалёку. Люди. Ходячие пакеты с кровью, которые он вот-вот выпьет до дна.       Губы Малакая растянулись в зловещей усмешке. Быстро и без труда взобравшись на крутой пригорок, он вновь прислушался, определяя, в какую сторону следует двигаться дальше. Стоило признать, вампирская чуткость, было лучшим, что Кай смог обрести, собственноручно сделав себя еретиком.       Паркер стремительно двинулся в необходимую ему сторону, уже издалека замечая, среди редеющих деревьев, небольшое придорожное сооружение.       – Значит закусочная! – Кай восторженно, слишком по-детски, хлопнул в ладоши, при этом слегка их потерев. – Как символично.       Действительно, что может быть более символичным, чем как оказаться закуской в стенах закусочной? Паркер искренне считал складывающуюся ситуацию крайне забавной, отчего, широкая улыбка, не сходила с его лица.       Раздались голоса, несколько детских, слившихся в один слишком громкий хор, что заставило парня недовольно поморщиться. Будучи выращенным в семье, где его всё время окружали шестеро младших братьев и сёстёр, Кай стал слишком сильно ненавидеть этот шум, создаваемый вечно не замолкающими детьми. Но ничего, у него были собственные методы борьбы с ним. Очень действенные и всегда срабатывающие. И сеточка вен, пробежавшая под глазами еретика, подтверждала это лучше любых слов.       Этому счастливому семейству, оставалось наслаждаться жизнью считанные секунды, ведь на них уже открылась охота. Охота, которая всегда заканчивалась кровопролитием и смертью, что, в свою очередь, приносило небывалое удовольствие самому охотнику, который, притаившись в тени деревьев, уже выпустил свои острейшие, так легко разрывающие плоть, клыки.       – Мама, мама, смотри, – одна из девочек, подбежав к своей матери, дёрнула её за рукав кофты. – Джо снова взяла твой телефон!       Джо. Джозетт.       Кай замешкался лишь на секунду, но и этого ему вполне хватило, чтобы уловить в воздухе новый аромат. Бонни… Еретик медленно огляделся вокруг, пытаясь взглядом отыскать то, что ему было нужно.       Он осторожно шагнул вперёд, при этом целиком и полностью ориентируясь на своё чутьё. С каждым шагом, запах становился всё сильнее, пока, Паркер, наконец, не наткнулся на то, что искал. Миленькая пижамка, залитая кровью Беннет, валялась прямо на земле, будучи наспех заброшена сухой листвой. Губы парня растянулись в улыбке.       Умная девочка. Она знала, что это собьёт его с верного пути.       Подхватив пижаму с земли, Паркер поднёс её к лицу, делая глубокий вдох, отчего, под его вмиг налившимися кровью глазами, проскользнула сеточка сиреневых вен. Аромат крови ведьмы, буквально сносил еретику крышу, и единственное, что он сейчас желал, так это разорвать клыками её тонкую шейку.       Рёв мотора, заставил Кая перевести взгляд обратно на закусочную. Красный пикап, загрузив в себя всё счастливое семейство, не спеша выезжал с парковки. Что ж, им повезло, но тем двоим мужчинам, что сидели за столиком внутри здания, уже вряд ли улыбнётся удача. Выпустив клыки, Паркер решительной походкой двинулся туда.

***

      Сумрак сгустился над Мистик-Фоллзом, а мелкий, начинающий накрапывать дождик, неприятно ударял по лицу. Бонни поморщилась, стряхивая с себя холодные капли. Мужчина, подвёз её до Гриля около десяти минут назад, и теперь, ведьма стремительно двигалась пешком в сторону своего дома. Прогулка не должна была занять более получаса, да и атмосфера родного города, настраивала эмоции девушки на нужный лад. Она выбралась, смогла спастись, сбежать, и теперь, по крайне мере пока, её жизни больше ничего не угрожало. И единственное, о чём сейчас молилась Бонни, так это о том, чтобы Энзо оказался дома.       Улыбаясь собственным мыслям, и представлениям о том, как уже совсем скоро, она крепко обнимет вампира и прижмётся к его губам своими, Беннет не сразу смогла понять, что что-то не так. То же самое странное предчувствие, что и несколькими часами ранее в машине, одолело девушку. Страх, дикий и необузданный, сковал её сердце.       Тук-тук-тук.       Этот стук эхом отдавался в висках, сорвавшейся с места ведьмы. Бонни побежала так быстро, как только была способна, при этом не обращая никакого внимания на пронизывающий осенний ветер, и усилившийся дождь, что будто ледяными хлыстами бил её по лицу. Плевать на всё, лишь бы быстрее добраться до дома. До Энзо…       Ещё чуть-чуть, последний поворот, последние пару ничтожных метров. Да что вообще эти метры могут значить, по сравнению с тем путём, что она уже преодолела, чтобы добраться досюда? Ничего. Абсолютно. Ни-че-го…       Бонни замерла, пытаясь отдышаться, но, одновременно с этим, не имея возможности полноценно вдохнуть. Девушке казалось, что она задыхается. Медленно. Мучительно. Слишком больно…       – Нет, нет, нет, – Беннет в отчаянии затрясла головой, просто отказываясь верить своим глазам.       Слёзы заструились по её щекам, смешиваясь с каплями дождя. Девушка обессилено рухнула на колени, зарываясь пальцами в непослушных волосах. Её плечи сотрясались от беззвучных рыданий, а нижняя губа предательски задрожала.       – Этого не может быть, – судорожно прошептала она. – Не может быть. Я не верю…       А прямо напротив девушки, на том самом месте, где ещё совсем недавно стоял дом её бабушки, было лишь пепелище. Всё сгорело. Дотла. Сгорел дом, мебель, личные вещи, воспоминания и…       Энзо.       Бонни судорожно вдохнула, в ужасе зажимая ладонью рот. Ей казалось, что её сердце буквально разрывается на части. Оно умирало, а вместе с ним, из зелёных глаз ведьмы, исчезали и все эмоции. Она вытесняла их. Она хотела остаться одна. Она победила… Теперь, во взгляде Бонни Беннет, горела лишь жгучая ненависть, вся ярость которой была направлена на одного единственного человека. Монстра. Кая Паркера.       Девушка крепко сжала кулаки. Она чувствовала чьё-то приближение. Слышала чужие шаги. Буквально видела нахальную улыбку, растянутую на ненавистных губах. Улыбку, которую ей хотелось стереть раз и навсегда, превратив её в гримасу боли и отчаяния, ведь именно они сейчас и рвали её душу изнутри.       – Моду… – начала было ведьма, вскидывая вверх руку, но так и замолчала, оборвав себя на полуслове.       Ледяные пальцы резко сомкнулись на девичьем плече, вызывая своими прикосновениями физическую боль во всём её теле, заставляя прогнуться дугой.       Кай усмехнулся, присаживаясь на корточки, и склоняясь прямо к самому уху Бонни, опаляя его своим горячим дыханием.       – Говорил ведь, что Энзо будет жить только до тех пор, пока ты будешь оставаться хорошей девочкой, – с осуждением проговорил он. – А ты очень меня разочаровала, Бонстер, и за это, тебя ждёт наказание.       Бонни бросило в дрожь от его тихого, ласкающего слух шёпота, заставляющего мурашки пробежать по плечам и спине. Сердце гулко стучало в груди. Она так хотела уничтожить еретика! Стереть в порошок... но тело ведьмы будто парализовало, забирая всякую возможность шевелиться, или произнести хоть слово.       – Знаешь, я пытался быть милым, – продолжил Паркер, – даже снисходительным. Хотел сделать всё как лучше, но ты сама этого не захотела, – он убрал прядь волос с лица девушки, тем самым открывая себе обзор на её профиль. – И теперь, ты получишь того Кая, которого заслужила.       Парень усмехнулся, сдавливая плечо Бонни ещё сильнее, и наслаждаясь тем, как она морщится от боли. Он знал, что она чувствует. Кровь будто закипает у тебя прямо в жилах, сердцебиение то приостанавливается, то начинает ускорятся в разы, а после, наступает ужасная боль, будто тысячи игл пронзают твоё тело раз за разом, не давая и секунды на передышку. Знал, потому что чувствовал то же самое. Раньше. Сейчас. У него было достаточно много времени, чтобы привыкнуть к чувству уходящий, ускользающей прямо из рук магии.       Бонни закричала. Надрывисто. Хрипло. Захлёбываясь собственной болью и беспомощностью. А Кай же лишь широко улыбался. Ему это нравилось. Нравилось причинять людям боль, а особенно тем, кто до этого, причинил боль ему.       – Тшш, милая, не нужно кричать, – он прикусил нижнюю губу, прижимая голову Бонни к своей груди, словно стремясь её успокоить. – Скоро всё закончится, и боль уйдёт, – и будто спохватившись: – как и твоя магия, разумеется.       Девушка чувствовала, что больше не в силах терпеть эту невыносимую боль, что буквально сжигала её изнутри. Перед глазами всё начало темнеть, и она не видела смысла пытаться удержать себя в сознании. Бонни хотела умереть, ведь так будет легче. Ведь в смерти, она, наконец, найдёт свой покой. И на губах Беннет, перед тем, как она погрузилась во тьму, мелькнула слабая улыбка. Облегчение. Вот что она видела в своей смерти. Долгожданный покой.       Кай же, устало вздохнув, и оглядевшись по сторонам, будто проверяя, не следит ли кто за ним, медленно выпрямился. Замешкавшись всего на секунду, парень ловко подхватил Бонни на руки, будто она и вовсе ничего не весила. Её тело, безжизненно повисло в его руках, но ритмичный стук работающего сердца, говорил о том, что Беннет ещё жива.       – Бонни, Бонни, – Паркер криво усмехнулся. – Тебе невероятно везёт, только поэтому ты ещё не мертва.       А уже через секунду, на улице, перед сгоревшим дотла домом, никого не осталось. И лишь слабый аромат, с нотками мускуса и корицы, продолжал витать в воздухе. Но вот только на этот раз, он исходил от умирающего, покинутого всеми дома...       И лишь в тени, на противоположенной стороне улицы, в свете луны, недобро сверкнули ярко-синие, но эмоционально пустые глаза. Мальчишка был найден, и больше он не сможет никуда сбежать.