Это все она

Чертов Уизли, чертов Поттер! И вообще, какого дьявола!? Зачем пошел завтракать в Большой зал? Всегда ведь пропускает, а тут на тебе! Приспичило. Мерлин, нужно успокоиться и трезво обдумать всю ситуацию… Драко глубоко вздохнул, затем выдохнул и отправился дальше по коридору. "Итак, что мы имеем? - размышлял юноша, - Поттер поссорился с Вислым. Это хорошо. Уизли оказался не просто полным идиотом, но и придурком без вкуса. Это очень хорошо. Я заступился за Избранного. Хреново. Поттер, возможно, влюблен в меня… Стоп, что?! Это не просто плохо – это катастрофа! Хотя приятно… Так, спокойно, нужно стараться не думать об этом. Хм, а Поттер весьма привлекателен, почему я раньше не замечал? Или замечал? Судя по всему и своим собственным словам в Большом зале, очень даже замечал…" «Мерлин! Перестань нести всякую чушь! Ты это сделал только ради своей выгоды. Тебе не может нравиться Поттер!» - сказал сам себе Малфой. Или может? Если бы он ничего не чувствовал, то не стал бы ставить зарвавшегося Уизли на место. Просто прошел бы мимо, ибо не колышет, но все же, все же… Что-то явно не так. С ним. С Уизли. С Поттером. Со всем миром! Он не мог влюбиться в очкарика. Это невозможно! «В конце концов, если бы и мог, то давно бы уже это сделал…» - успокоил себя блондин и отправился по своим делам. *** - Уизли, ты все испортил! – Панси яростно металась из стороны в сторону по Выручай-комнате. – Зачем ты наговорил ему столько всего? Теперь Поттер точно никуда с тобой не пойдет! - Мне все равно. – Безразлично бросил Рон. Он стоял около выхода из комнаты и спокойно смотрел на разозленную девушку. - Ах, тебе все равно?! А про меня, про меня ты подумал?! Как теперь мы будем воплощать мой гениальный план в действие? - Без понятия. Меня это совершенно не волнует. - То есть как не волнует? – слизеринка перестала бегать по помещению и теперь удивленно взирала на рыжего парня. - Просто, Панси. Как дважды два. - Но ведь ты не можешь бросить все! Только не сейчас, когда мы на полпути к цели! – Пыталась образумить гриффиндорца девушка. - Это бессмысленно. И с самого начала так было, мы просто не хотели замечать, - уверенно произнес Рон. - Нет, не бессмысленно! План идеален! - Это тебе так кажется… - насмешливо фыркнул Уизли, повернулся и уже почти вышел за дверь, когда… - Ты не можешь просто так взять и уйти! – воскликнула Паркинсон. - Оглянись, я уже это делаю, – бросил гриффиндорец и покинул помещение. Панси осталась одна в Выручай–комнате. Все ее планы рушились на глазах, а она ничего не могла сделать. Это конец? *** Пережив за одно утро столько событий и впечатлений, Гарри совсем забыл о том, что сегодня вечером будет проходить праздник в честь Хэллоуина. Ну, он, вообще-то, даже и не вспоминал о нем, но Гермиона любезно напомнила о столь важном мероприятии. И не только о нем. Еще о них. Проблемах в смысле. После такого поведения Уизли, Гарри, естественно, с ним никуда не пойдет. Тогда сразу же напрашивается вывод: «Идти-то теперь не с кем». Не то чтобы было сильно обидно, была бы воля Поттера, так он вообще бы никуда не пошел, но Грейнджер… Ей в задницу будто моторчик какой-то вставили. Носится по комнате, собирается, Гарри заодно собирает. Если спросить ее сейчас, какой смысл одеваться за пять часов до начала, она фыркнет и скажет что-то вроде: «Ты ничего не понимаешь, Гарри! Девочкам нужно больше времени, чем мальчишкам!». Вот так. Собственно, он как раз по этому поводу. Что мальчик, то есть Гарри, делает вместе с девочками, когда те переодеваются? Есть два варианта ответа - либо он – гей, либо его уже считают своим. Смысл, в принципе, один и тот же. Между прочим, можно и обидеться. Но лучше не стоит – себе дороже, а то эти милые создания потом устроят «сладкую» жизнь. Вообще, Поттера не очень сильно интересовал его внешний вид, в отличие от Гермионы. Она-то как раз и распалялась по этому поводу больше всего. И была успешно проигнорирована. Еще Гарри, помимо прочего, жутко интересовал один единственный факт: «Что на его кровати делает платье?». Причем короткое такое, спускающееся вниз волнами, черное. На его кровати… Платье… - Гермиона… - тоном, подразумевающим долгую и мучительную смерть, позвал Поттер подругу. - Да, Гарри? – Грейнджер сразу же возникла перед ликом друга. И улыбалась при этом так невинно, что сомнений в ее причастности к этому делу не оставалось. - Что это? – Избранный указал на вещь, лежащую на его постели. - Это? – Гермиона глянула туда, куда указывал парень. – А, это. Это платье, Гарри. - Я знаю, что это такое. Меня интересует, зачем ты его туда положила. - Чтобы ты надел, - пожала плечами лучшая ученица школы. Так, спокойно, Гарри. Держи себя в руках… - Тебе не кажется, что я чисто физически не смогу его на себя нацепить? - Нет, это как раз твой размер, я сама выбирала и проверя… - ГЕРМИОНА! – не выдержав, рявкнул гриффиндорец. – Я – парень! ПАРЕНЬ! Каким образом я смогу одеть на себя это платье?! - Ну, ты станешь девочкой и оденешь… - неуверенно проговорила испуганная Грейнджер. - Вы все придурки или притворяетесь?! Что ты, что Рон! Разве за столько времени ты уже не поняла, что я не могу контролировать эти метания из мужского обличия в женский?! - Прости, Гарри, я просто… - Просто даже слоны не летают! – бесился Поттер. - Слоны вообще не летают… - заметила Гермиона. - Плевать! У меня полетят. А тебя я попрошу не лезть ко мне с этими женскими штуками без необходимости. Договорились? - Угу, – обижено проговорила Грейнджер. - Спасибо. Некоторое время в комнате наблюдалась тишина. Гермиона теперь занималась исключительно своим внешним видом и к Поттеру не лезла. А Гарри, успокоившись, подошел к своей кровати, убрал платье и прилег отдохнуть. Избранный сам не заметил, как провалился в объятия Морфея. *** Когда Гарри проснулся и посмотрел на время, то первой его мыслью было поспать еще, ибо рано. Но вспомнив, какой сегодня день, парень как ошпаренный вскочил с постели. Он не просто опаздывал, он УЖЕ опоздал. На полчаса. Гермиона его не разбудила, видимо, все еще была обижена. Наверное, нужно извиниться. Поттер быстренько переоделся в подготовленный костюм и покинул комнату, а после Башню Гриффиндор. Он отправился в сторону Большого зала, именно там проходил праздник. Ну, как отправился? Пошел он, бегом. Приблизившись к месту своего назначения, парень притормозил, отдышался, попереминался с ноги на ногу… и вошел. Взрыва, оваций честных и преданных, вспышек фотокамер и удара в глаз не последовало, поэтому Гарри открыл глаза. Обидно, но в то же время можно вздохнуть с облегчением. Студенты были заняты танцами, разговорами и тому подобное. На Избранного никто не обратил ни малейшего внимания. Это было непривычно, но деваться некуда. Большой зал выглядел великолепно. Яркое освещение, красивые украшения, чудесная музыка - все вместе это создавало идеальную атмосферу для вечера. Поттер прошел в помещение и, высмотрев в толпе своих друзей, направился прямиком к ним. Большая часть из них танцевала. За столом сидела лишь Гермиона и пара гриффиндорцев, с которыми Гарри не очень-то хорошо общался. Золотой мальчик опустился на стул рядом со старостой школы. - Прости меня, Гермиона, - виновато произнес парень. - Прощаю, - ответила Грейнджер, даже не взглянув на Поттера. Она явно глазами искала кого-то в толпе. Гарри ничего не сказал. Он попытался проследить за взглядом Гермионы и пришел к заключению, что смотрит она в сторону слизеринцев. Точнее, на одну определенную компанию: Нотт, Забини, Паркинсон и… Малфой. Поттер моментально отвернулся, и в это время Грейнджер перестала пялиться в даль и, наконец, взглянула на сидящего рядом друга. - Почему ты один? – с нотками удивления в голосе спросила гриффиндорка. - А должен быть с кем–то? – вопросом на вопрос ответил Избранный. - Да, с Роном. - О, ну, мы, можно сказать, поссорились. Так что, я один. - Это плохо, - пробормотала Гермиона скорее себе, чем Гарри. - Почему? – поинтересовался Гарри, но Грейнджер его уже не слушала, она опять смотрела куда-то в другую сторону. Затем лучшая ученица школы встала, схватила Поттера за руку и потащила в неизвестном направлении. Гарри даже удивиться или попробовать сопротивляться не успел. И, естественно, он также не успел заметить, как в другом конце зала брюнет таким же способом выводил из помещения высокого блондина…