Минорные ноты славы

- Как все прошло?! Тэхена, снесли с ног, больно припечатав к стене, хотя он сделал лишь шаг от двери. Бешеные глаза Хосока, с расширенными зрачками, в которых, казалось, через пару секунд появятся как в мультиках два огромных вопросительных знака, блуждали по лицу пианиста. - Да что ты прицепился на мою голову? – в полголоса пожаловался Ким, но Чон лишь широко улыбнулся, обнажая ряд идеально ровных зубов, одновременно поиграв бровями, от чего Тэ не хотя расплылся в улыбке. Брюнет сел на прохладный половой кафель, звонко похлопав по плитке, призывая сесть рядом. Ким послушно съехал спиной по стене, приземляясь на пол и обхватывая голову руками. - Я не знаю, что тебе сказать, Хосок, - глухо ответил музыкант, уткнувшись лбом в свои колени. Доиграв, Тэхен быстро смахнул тыльной стороной ладони навязчивые слезы и поклонившись вышел из актового зала, не удосужившись даже мимолетно посмотреть на оценивавшего его мужчину и теперь корил себя за столь несдержанное поведение. - Чего расстроился, парень? – издевательский тон, конечно это Чон Чонгук. - Тебе то что? – огрызнулся Хосок, видя замученную реакцию Тэхена, который казалось вот-вот сорвется и заревет как девчонка. - Не с тобой разговаривают, - парировал гитарист и вновь обратился к блондину: - Я же говорил, что у тебя нет шансов, но ты не переживай, где-нибудь да сгодишься. Техен слегка прищурившись смотрел прямо в глаза парню, выслушивая саркастичное оскорбление. Он высматривал хоть какие-то положительные черты характера, возможно скрытые в глубине души, но нет. Практически черная радужка, сливавшаяся со зрачками пугала, словно это были глаза демона, хотя, пожалуй, Чон Чонгук таковым и являлся. - Эй, ты чего пялишься? – черноволосый сконфузился и поерзал на месте, но не получив ответа и вообще какой-либо реакции уже более рассержено повторил: - Чего уставился говорю? - Тэ, забей на него, – Хосок потрепал заглючевшего музыканта по плечу. - Мне его жаль, – наконец отвисший Ким, перевел взгляд на своего собеседника, рот которого слегка приоткрылся, в брови скептически поползли наверх, после столь странного заявления. - Жаль? - Тебе?! Меня?! – краем уха услышав слова Тэхена, Чонгук не на шутку рассердился. Гитарист подскочил с пола и быстрым шагом исчез из поля зрения, напоследок прикрикнув: – Себя пожалей, придурок ненормальный! - Он считает себя лучшим, словно он Солнце и от него зависят жизни вращающихся вокруг планет, – начал Тэ, не обратив внимание на возмущения Чонгука. – Может он действительно лучший, но все равно есть кто-то, кто будет красивее, талантливее, ярче чем он. И тогда он упадет. Он вернется с небес на Землю и это будет больно. Чем выше ты себя ставишь, тем больнее тебе будет приземлятся. Он ведь не думает обо всем этом, верно? - Нуу, - протянул Чон. – По нему видно, что парень считает себя номером один, не замечая людей вокруг, и не слушая никаких советов, однако многие думают про себя также. Ему стоит учитывать возможность такой же самоуверенности у других. Его самоуверенность произрастает из невежества. Он часто даже преподавателей не слушает, считая, что и без них все знает. Философские размышления парней о самооценке Чонгука прервала все та же женщина, попросив всех претендентов зайти в актовый зал. Тэхен зажмурился, мысленно помолился. - Давай, давай! – Хосок поднял Кима с пола, легонько подталкивая к дверям. Файтинг, ТэТэ! - Пойдем со мной, – пианист намертво вцепился в рукав толстовки брюнета и потащил его за собой. Толпа ребят выстроилась на сцене. Кто-то нервно потирал руки, кто-то кусал губы, другие глубоко дышали и теребили края одежды. Человек, из уст которого каждый присутствующий желал услышать свое имя, был абсолютно спокоен, даже слегка улыбался. Мужчина поднялся с кресла и поправив воротник белоснежной рубашки, попросил тишины. - Ребята, для начала хочу поблагодарить всех Вас. Вы набрались смелости и пришли сюда, чтобы выступить передо мной, хотя я уверен, что это было волнительно. – продюсер усмехнулся, студенты вторили ему, но это было нервно и неестественно: - Что ж, не буду Вас томить. Я выбрал тех, кто подходит мне… Тэхен не капли не удивился, когда услышал «Чон Чонгук», впрочем, как и многие другие. Гитарист сделал шаг вперед, поклонился продюсеру и лучезарно улыбнулся своему триумфу, принимая поздравление от друзей. - Изначально планировалось выбрать одного кандидата, но я передумал, - продолжил мужчина: - Ким Тэхен, поздравляю. Аплодисменты стихли. Ошарашенный Чонгук выпучил глаза, быстро найдя взглядом пианиста. Блондин застыл, ладони, приготовленные для очередного хлопка, зависли, рот приоткрылся. - Уиаааа, - словно котенок, пропищал за спиной Кима Хосок, на завышенных инопланетный нотах. *** - Он прошел! Джун, он прошел! – еще чуть-чуть и, казалось, что Чон начнет плеваться ядовитой слюной. Брюнет пребывал на последней стадии гнева, а бедный Намджун, как и полагается истинному другу, покорно выслушивал поток брани на весь свет. Причем Чонгука бесило не столько то, что Ким Тэхен прошел прослушивание, сколько факт того, что теперь придется работать в паре с бесящим его парнем. - Заслужил значит, раз прошел, - вклинил слово блондин и сразу же пожалел. - Да какое там?! Господи, я не буду с ним работать! Не буду и точка! – гитарист с размаху плюхнулся на большую кровать, прижимая к лицу подушку и громко рыча в нее. - Чонгук, ты уже не маленький, - Киму знатно поднадоела детская истерика друга. – Хватит ныть, ты прошел кастинг и это самое главное. В любом случае тебе нужно было учиться работать в команде, так что заткнись и начинай писать песню. *** Тэхен молчал. Просто молчал и едва заметно улыбался. Хосок вывел его из зала, посадил в машину, привез к себе домой, сопровождая все действия знатными орами победителя, но прошел уже почти час и Чон понял, что состояния друга, который то ли от счастья, то ли от шока конкретно заглючил, ему не нравится. - Эй, ТэТэ, - брюнет аккуратно потрепал парня по плечу – реакции нет, Хосок снова протянул имя музыканты, но у Тэхена лишь улыбка стала шире. – Так-с, реагировать мы начали. - Я прошел. – одними губами прошептал блондин, заставив Чона от неожиданности подавится водой, набранной в рот, чтобы вернуть Кима в суровую реальность. - Ага, – широко улыбнулся Хосок, справившись с кашлем. – И поздравляю тебя с этим! Брюнет кинулся на пианиста с объятьями, радостно пища. Тэ соединил ладони на спине друга и уткнувшись лицом где-то в районе ключиц, глубоко вздохнул. - Спасибо тебе, - в полголоса поблагодарил Техен, еще крепче стискивая Чона. Тот усмехнулся, а через секунду, почувствовав прохладную каплю на своей шее, отстранился. - Тэ, ты чего? И тут блондин зарыдал. Как маленькая девочка, навзрыд. Сверкающие соленые капли, которые парень старательно сдерживал, быстро хлопая глазами, градом покатились по щекам. Прикрыв лицо ладонями, он рвано дышал, тщетно успокаивая нахлынувшие эмоции. - Что случилось то? – уже в который раз перепуганный Хосок, теперь окончательно растерялся и просто стоял, опустив руки по швам. Ким поднял заплаканные, покрасневшие глаза на парня, смотря сквозь его фигуру. Что случилось? Не знал он ответа. И от чего он сейчас распустил сырость в присутствии кого-то тоже не знал. Просто сейчас Тэхен безумно рад, что ему есть с кем разделить свое счастье и что этот человек искренне ликует вместе с ним, но в тоже время грудь щемит неприятное странное чувство, что, к сожалению, как бы там не было, Чон Хосок ему совершенно чужой человек. Он не она. Не та женщина, которая дала ему жизнь и пусть в его душе затаилась обида, она живет по соседству с огромной любовью сына к матери. И сейчас парень больше всего на свете хотел прибежать в родной дом и на радостях сообщить о своем достижении, увидеть ее теплую улыбку, обнять, чувствуя тепло маминой ауры. - Ничего, - наконец ответил блондин, и обеими ладонями смахнув слезы улыбнулся другу. – Это от счастья.