Мир кончается за порогом

- Объясни мне, Ваня, где ты был? - крикнул из другой комнаты Ларин. Оттуда послышался едва различимый шорох, по всей видимости, капитан отодвинул со своего пути некий предмет, коих по полу разбросано немало. Вокруг валялись книги, одежда. Мебель перевёрнута. Даже обивку из дорогого кожаного дивана вытряхнули. Утром меня разбудил десятый по счету звонок начальника, а когда я наконец взял трубку в его голосе отчётливо послышалось облегчение, а буквально секунду спустя ( видимо, волнения растворились, и Ларин пришёл в себя), то начал орать. Дима думал, что меня убили. Другого варианта не было, ведь я покинул пост. В момент, когда я катал мальчишку, затем развлекался с Мироном, квартиру Хованского вскрыли и обшарили от пола до потолка. В прямом смысле. Ублюдки даже навесной потолок срезали. И если судить по обнаруженным нами углублениям в распоротых креслах, неизвестные нашли то, что искали. - Расскажи, - картаво проговорил Ларин, появившись прямо передо мной. Патруль, который вызвали соседи уже уехал. Я и Дима остались здесь вдвоём дожидаться следователей. - Я выпил вчера и... Ларин подошёл к серванту, дверцы которого были распахнуты. Он протянул руку и взял в руки диплом об окончании университета Юры. Красного цвета. - Ну так пил бы здесь, во дворе. Подошёл к стеллажу с фотографиями. Взял ту, где Юра сидит в кресле в костюме петуха. - Начался дождь. - В машине бы пил, Евстигнеев! - он поставил ее назад, огляделся вокруг, - сегодня ночью снова дежуришь, вдруг они вернутся. Уйдёшь - уволю. Неужели Глеб вчера увёл меня специально отсюда? Или он просто промок под дождём? С чего я вообще начал ему хоть как-то доверять? Пустил в машину, повёз куда-то. Не идиот ли? Идиот. Все потому, что у меня едет крыша. А то, что было потом вообще не поддаётся логике. Конечно, было просто охуенно. Мирон в постели умеет такие штуки, от одних воспоминаниях о которых я сразу чувствую возбуждение. Блять! Все определённо как-то не так. Ларин ушёл, оставив меня одного дожидаться полицейских. Я огляделся в который раз. В квартире сделан красивый ремонт, теперь прекратившийся в гору ненужного хлама и мусора. Я бывал в этой квартире до этого момента. Уж сколько здесь прекрасных захватов проводил вместе с ОМОНом? Укладывал лицом в пол Хованского, а, бывало, ещё и Кузьму. Мне бы действительно не хотелось, чтобы кто-то из них умер. Сроднились что ли? Дождавшись полицию, я передал им ключи, после отправился на работу. По дороге мне пару раз звонил Мирон, но я не взял трубку. Трусил. На душе снова становилось не по себе. Какой же я идиот! Весь оставшийся день, я думал о правильности происходящего. Все эти мутки с Мироном, таинственный парень Глеб. Возможно, сегодня я его снова встречу. Хотя, если он был шпионом, то, вероятно, уже там не появится. Я, как обычно заехал, в Мак, чтобы купить себе ужин. Фёдоров позвонил последний раз полчаса назад. Надо просто принять вызов и объяснить ему происходящее. Может, он поймёт. Впрочем, честно, я не желал открыть перед кем-либо душу. Последний раз это плохо закончилось. Для меня, по крайней мере. Во дворе починили один фонарь. Тот самый, который находился прямо над лавочкой. В этом тусклом желтом свете я и разглядел Глеба. Сердце мое чуть сжалось. Я рад? Парень обернулся, словно ждал меня и помахал рукой, улыбаясь. Я взял из машины два кофе, затем направился к нему. - Спасибо, что не бросил вчера. - Не за что, - я протянул ему кофе, мысленно отмечая, что, вообще-то, есть за что на самом деле. Парень сделал глоток и вдохнул, чтобы что-то сказать, но мой телефон перебил его громкой мелодией. На дисплее высветилось: "Мирон". Блин. Я должен перестать вести себя, как идиот. Все нормально. - Извини, - кинул Глебу, встав с лавки и ответил на звонок, - Да? - Слушай внимательно, сейчас сделай вид, что ничего не происходит и просто уезжай отсюда. Я остолбенел, непринуждённо оглянувшись по сторонам. Не то, что я хотел услышать, конечно. - А ты где? - Я за твоей машиной. Этот мальчик очень опасен. Просто скажи, что тебе пора и вали оттуда, Ваня. - Хорошо. Я положил трубку, но даже не успел обернуться. К моей спине, в районе сердца прижалось холодное дуло пистолета. Блять, что за жизнь! Каждый день на меня будут направлять оружие? Глеб уже явно оценил ситуацию. Он спрятался за меня, окидывая взглядом парковку. - Выходи, Окси! Я тебя не убью, хотя думаю, ты не за себя боишься. Из темноты постепенно стал проявляться образ Фёдорова. Он медленно шагал вперёд, подняв руки вверх. Когда до нас оставалось метра три, Глеб велел ему остановиться. - Отпусти его, Фараон. - Ты за него не бойся. В моих руках остывал кофе. Почему-то именно сейчас мне захотелось его глотнуть, что я и сделал. Зря добру пропадать? За спиной послышался тихий смешок. - Ты же сюда не за ним пришёл. - Нет, но это приятный бонус. - Где Шок? Я почувствовал, что Глеб убрал пистолет, а буквально через секунду Мирон ринулся вперёд. - Стой! Еле разбирая дорогу в темноте, я побежал за ними. Спотыкаясь, кое-как огибая деревья, я нёсся вперёд, выкрикивая: - Мирон, только не стреляй! Я не знал, что представляет из себя Глеб, которого Фёдоров назвал Фараоном, но мне казалось, что он в любом случае слабее, чем майор МВД. После тёмных дворов начиналась хорошо освещённая прямая дорога, которая в это время пустовала. Уже на ней Мирон остановился и вытащил пистолет, целясь в мальчика. - Нет! Неожиданно мимо меня пролетел автомобиль. Машина проехала так близко, что я даже не успел испугаться. Со свистом она остановилась где-то между Фёдоровым и Глебом, закрывая второго от оружия майора. Так как я стоял чуть поодаль, то мне было хорошо видно, как Фараон вернулся назад, запрыгнув в приехавший за ним экипаж. Мирон опустил оружие, чтобы выстрелить по колесам, но дверь автомобиля резко отрылась, из неё вышел лысый парень, небольшого роста. Его руки украшали тёмные тату, даже на лице было что-то набито. Фёдоров перестал целиться. - Ты так хотел меня видеть! - мужчина посмеивался, будто ничего комичнее в жизни не видел, - Я здесь! Повисло молчание. Видимо, это и есть тот самый Шок. - Где Хованский? - крикнул я. - Твоя подружка новая? Мирон быстро посмотрел на меня и снова отвернулся к мужчину. - Нет. - Слишком долго думал, - сказал Шок, повернувшись к машине, чтобы открыть дверцу. Я видел, как у Фёдорова дрогнула рука с пистолетом, словно он действительно хотел выстрелить, но это было секундное сомнение. Оружие так и осталось направленным на асфальт. Раздался хлопок двери, после машина завелась. Мы молча взирали, как они уезжают за горизонт, прямо как в забитых фильмах с хэппи эндом, эти ребята умчали в закат. Немая сцена.