Мир кончается за порогом

Четыре дня Юра оставался в участке под замком и под присмотром охраны. На каждый шорох сторожащие его парни оглядывались по сторонам. Одним из таких телохранителей был и я. Мне почти хотелось, чтобы за Ховой кто-нибудь пришёл, возможно, произошли какие-нибудь глобальные разборки, как в кино, где доблестные, честные копы, человека эдак четыре, вынуждены противостоять сотне плохих парней. Да только мы не в кино, и дела так не делаются. А все, чего я хочу, так это немного отвлечься. Ведь реальность была такова — Мирон так и не вернулся. Ларин позвонил Вакуленко в Петербург с новостями о пропаже майора. Василий заверил нас, что приедет утренним «Сапсаном». Хованский, кажется, уже не отчаивался, рассказывал всякие истории, играл в карты с новобранцами, для которых он являлся живой легендой преступного мира. Я сидел, слушал его бредни, изредка соглашаясь перекинуться в дурака, но внутри все переворачивалось. Мысли о том, что Мирона убили не покидали голову. Все это время я пытался придумать план, как бы отыскать Шока, наведшего столько шуму, ещё и, скорее всего, убившего, возможно, трёх полицейских, один из которых точно мертв, второй пропал без вести, а третий где-то между небом и землёй. Понятно, что действовать стоило, через Скриптонита. Даже если это опасно. Возможно, я бы уже сорвался, но Хованский не знал, где находится головной офис Притона. — А ЛСП, придурок, поехал к Ти-Фесту. Его в итоге оттуда выкинули. — К тому самому? — воскликнул один из мальчишек. Именно так. Мальчишек, развесивших уши, буквально впитывая байки Ховы. — Да, он такой же сопляк, как и ты, кстати. В голове моей нашлась хорошая мысль, поданная Юрой идея прямо сейчас. Его же ищут, а, значит, стоит рискнуть шкурой этого торговца всякого рода дрянью. Брать на живца. Честно сказать, я уже думал об этом, но все ещё надеялся, что Фёдоров вернётся сам. А теперь надо действовать — сейчас или никогда. Поставить на карту не только Хованского, но ещё и себя. — Юра, пойдём до туалета. Гангстер поднял на меня свои глаза и кивнул головой. Парни заковали его в наручники, заведя руки за спину. Я взял Хову за локоть и повёл к выходу. Как только дверь закрылась, я повернул наркоторговца в сторону выхода. — Туалет в другой стороне. Я даже не посмотрел на Юру. Лишь быстрее протащил его к заднему выходу, чтобы нас не засек дежурный. Уже на улице Хованский все понял и попытался вырваться, но я поднял его руки кверху, от чего он наклонился вперёд, умоляя меня перестать. К стоянке мы прошли незаметно. Я разблокировал машину. Пришлось ослабить хватку, чтобы открыть дверь. В этот момент Юра выкрутился, прижавшись к автомобилю спиной. — Ваня, не надо. Прошу тебя. — Успокойся, у меня есть план. Он смотрел на меня с таким несчастным видом, словно я действительно собираюсь везти его на смерть. С какой-то стороны так и было, но у меня действительно был план. Кое-как отлепив Хованского от машины, я посадил его на переднее сиденье. С парковки мы выехали со свистом, надо спешить. — Куда мы едем? — В «Монетку». В будни обычно немного народу в клубах, но в этом пристанище шлюх всегда аншлаг. Фишка заведения — выбор на любой цвет. В прямом и переносном смысле. На пути внутрь нас, естественно, никто не задерживает. Здесь даже охранники обдолбанные всякой хуйней. После поста охраны сидит та самая девушка, Ева, которая даже не встала с места при нашем появлении и на вопрос, где Олег указала в сторону диванов за барной стойкой. Там за красными бархатными занавесками мы и нашли ЛСП. Он уже был изрядно пьян, но даже в таком состоянии, увидев Юру в наручниках и меня, державшего вышеназванного, попытался убежать. Догнал его тяжёлый прейскурант кальяна в кожаном переплете. Савченко прочертил лицом немалое такое расстояние, а затем так и остался лежать, тихо постанывая. Народ даже не обернулся. — Ты уебок, старший лейтенант Евстигнеев, — проблеял Олег, потирая рукой ушибленное место на голове. — Мне нужен от тебя адрес «Притона». ЛСП приподнялся, оставаясь на полу. — Если я скажу, вы уйдёте? — Да. Я оглянулся вокруг, пока Олег пытался встать. Из разных углов на нас смотрели проститутки. Они следили за происходящем. Мне на секунду стало жутко. Савченко доковылял до бара, взял салфетку, откуда-то выудил ручку и стал черкать адрес. В помещении, словно ниндзя, тихо появился Англичанин, стараясь сохранить спокойный вид, но я видел, что он прибыл в «Монетку» в срочном порядке. Рома обошел нас с Юрой вокруг, затем он пожал руку Хованского в наручниках, протянул мне, я ее принял. Правда, потом Сащенко ее не отпустил. — Зачем пришли, Иван? — Ром, мы за адресом. Вот уж с кем мне точно не хотелось ссориться. Несмотря на весь свой отрешённой вид, за Олега Рома вцепится, как собака, на смерть. Англичанин кинул взгляд на прейскурант, затем на Савченко. ЛСП протянул мне салфетку. Я взял Ее, затем схватил Хову под локоть, спеша ретироваться. На самом выходе, когда мы снова проходили мимо Евы, она совсем тихо что-то сказала. Я решил не возвращаться, но Юра остановился. — Что? — Она сказала, что нас не пустят туда без Олега. Я молча развернулся, а как только вышел обратно к бару, то снова наткнулся на Рому, специально перегородившего мне дорогу к Олегу. — Это правда? — Да, но он туда не пойдёт. В глазах Англичанина разгорался огонь, и я понимал его чувства. Это почти, как отправить друга на верную смерть. Хотя, почему почти? — С ним ничего не случится. Он усмехнулся. — Откуда ты знаешь? Наступила пауза. Рома смотрел мне в глаза, словно изучая. Но я говорил чистую правду. Все зависит лишь от того, поверит ли мне Сащеко. Я провёл рукой себе по груди, задевая пистолет в наплечной кабуре. Действительно не хочется навредить Роме, но в любом случае Олег пойдёт со мной. Поэтому решил использовать механизм сильнее оружия. Механизм, в который верят такие люди, как Англичанин. — Я обещаю.