Мир кончается за порогом

— За мной охотится Фараон, — неожиданно сказал Юра, — я не боюсь умереть, но подыхать за чужие ошибки не хочу. Помоги нам, пожалуйста. Что-то было в этой фразе, что изменило выражение лица Англичанина. Со стороны раздался резкий звук. Звона стекла? ЛСП достал из-за барной стойки стопку и бутылку водки. Он налил себе выпивки, опрокинув в себя горькую жидкость залпом. — На хуй все, — в итоге изрёк Олег, — поехали. Савченко пошёл к выходу, но Рома схватил его за руку. — Ты туда не пойдёшь. — Да ладно, я поговорю с Ти. Обойдётся. Сащенко отпустил своего друга и повернулся ко мне: — Одна царапина — и я перебью вас всех. Я удивился, когда мы действительно поехали по адресу, который написал Олег. А чуть позже он признался, что если бы нас убили, сдать его было бы некому. Я думал о том, куда мог исчезнуть Фёдоров. Пошёл искать Шока, и он его убил? Или так же заявился к Скриптониту? Вывод рисовался один и тот же — его хладной труп в гребанной Аникеевке. Я зря выждал столько дней, надо было сразу хватать Юру, тащить к этим бандитам. Блять! — Англичанина до сих пор не пускают никуда что ли? — слишком весело для нашего положения спросил Хованский. — Ага, только к тебе с ним можно. Меня отвлек их разговор. Почему это Роме можно только к Юре на базу гангстеров? Я свернул на Андреевскую набережную, проехал под мостом и остановился около жилого комплекса Green Hills. Пятнадцать трехэтажных домиков стоимостью почти шестнадцать миллионов долларов. Олег предложил поменяться местами, чтобы в камере не было видно третьего человека. Типа это он привёз Хованского. Юра запротестовал, но был успокоен методом заламывания рук. Очень действенно. Перед тем как тронуться, ЛСП глубоко вздохнул, принял непринужденную позу, а затем натянул свою идиотскую улыбку на лицо. В камеру он показал неприличный жест, но не американский фак, а явил всему миру ловкость своего языка, движущимся между двух пальцев. Ожидания открытия ворот, кажется, длилось вечность, а на деле секунд пятнадцать. Я снова проверил на месте ли оружие. Как только наш экипаж въехал на территорию, Олег начал инструктаж о том, как себя вести. — Тебе-то чего бояться, идиот. — Даааа, — нервно хихикая, протянул ЛСП, — я мента привёл к ним. — Без паники. Идём. Пройдя во дворы, мы подошли к подъезду. Савченко нажал на кнопку. Дверь противно запищала, открывая проход в логово опасного преступника Скриптонита. Поднимаясь, я молился, еле передвигая ватные ноги. Приглушённый свет нагнетал мрачную атмосферу. Перед входом на этаж Олег ещё раз вздохнул, вытерев потные руки о рубашку. После полутёмного помещения свет ослепил нас, а когда я проморгался то увидел, тощего парня в белом костюме. Он взирал на нас совсем без эмоции своими голубыми глазами. — Эй, Ти, привет, — начал Олег, изменив интонацию голоса, словно он пьяный или обдолбанный. — Олеги, что тебя привело в неприемные часы сюда? Они побратались, и я немного расслабился. Обстановка не выглядела накалённой, но это как в игре. Главный Босс ждёт за другими дверями. — Мы привели Хованского. Юру затрясло мелкой дрожью, я почувствовал это так, как держал его за локоть. — А это кто? Ти-Фест посмотрел на меня. Он не выглядел угрожающе. Обычный мальчишка, ещё не взрослый, не складный. Единственное, что выбивалось — его взгляд. Серьёзный, но не опасный. Он явно не убийца. Олег беспокойно посмотрел в мою сторону. Молча. Обстановка накалялась. Соврать? — Федеральная служба РФ по контролю за оборотом наркотиков. Старший лейтенант Евстигнеев Иван. Юра замер, ожидая смерти. ЛСП поражено на меня уставился. Один Ти не изменил позы или выражения лица. В эту секунду я перестал бояться. — Хорошо. Я сообщу Адилю. Парень скрылся в коридоре. Мы все молча переглянулись. Я достал ключ от наручников и снял их с Хованского. Его запястья синие. — Проходите, — крикнул парень откуда-то из глубины. Олег подождал, пока я пройду первый, даже жест приглашающий сделал. Шут. После светлого коридора эта комната казалась тёмной. Видимо, такой переход сделан для того, чтобы дезориентировать приходящих людей. — И что же нужно ищейкам наркоты в моем «Притоне»? Я даже не видел, кто это говорит. Мне нужно было время, чтобы привыкнуть к перепаду освещения. Когда в глазах прояснилось, я разглядел Скриптонита. Я никогда не видел этого человека прежде. Только слышал о его жестокости и пылком нраве. Передо мной сейчас сидел обычный казахский парень одетый в клетчатую рубашку. Пожалуй, это все, что я мог сказать. — Мне нужно знать, где Шок. Он резко встал и плавно двинулся в мою сторону. Медленно, разглядывая меня с ног до головы. — Ммм, а с чего ты взял, что эта собака здесь? Собака? Дружба кончилась? Адиль подошёл ближе к Юре. — Я., — начал Хованский, но был перебит: — Ты где был, Юра? Я тебя искал. Тем временем Ти-Фест перевернул страницу какого-то журнала. Олег вообще слился с темнотой где-то в углу. — Ты мне товар должен был привезти. Что случилось? — Только не убивай. Скриптонит резко рассмеялся, картинно схватившись за живот. Парень с косичками перевернул ещё страницу. — Кирилл, ты слышал? — он снова повернулся к Юре, — за что? Погоди, не отвечай! Он отошёл, подняв одну руку вверх, затем опять повернулся к нам. — Как ты себе представляешь это? Я работаю с тобой много лет, потом появляется хуй с бугра, заверяет, что тот, с кем я работаю много лет, украл товар и свалил. И я должен ему поверить? — он выдержал паузу, — Нет, я естественно проверил, так, на всякий случай, но ты пропал. А потом — он тоже. А затем находят мертвого мента, твоего прихвостня. Сердце на секунду кольнуло. Кто же тогда убил Храмова? Блять, я совсем запутался в хитросплетениях этого дела. — Но последней каплей становится тот факт, что этот Шок тоже был мент. Из Питера. — Почему был? — резко спросил я. Скриптонит хищно оскалился и зло проговорил: — Потому что теперь он живой труп. Дело времени.