Его королева

Мун родилась королевой. Дело не в том, что в будущем она должна была взойти на трон, нет. Мун родилась человеком, который всегда сосредотачивал в руках ту власть, которую был в силах удержать. Мун Баттерфлай была истинной королевой с первых секунд жизни. Идеальная Мун с идеально прямой спиной стоит на руинах своего замка. Её спина до того прямая, что того гляди позвоночник просто не выдержит, надломится пополам. Но эта женщина ни за что не сломается. Она королева, королевой и останется. На ней платье из тяжёлой ткани глубокого синего цвета, которое открывает потрясающий вид на спину. Он следит за линией позвоночника, взглядом ласкает хрупкие кости лопаток. Когда Мун была ещё ребёнком, там росли небольшие крылышки. Сейчас, когда королева уже взрослая, эти крылья огромны и несут смерть. Мун Неустрашимая смертельно опасна. Мун не выдаёт ничем, что сейчас она стоит на руинах своего замка, среди осколков воспоминаний, плавающих в крови её близких. Белые перчатки не испачкаются. Даже если и так, то Мун не подаст виду. У Мун поджаты губы, и она почти не оглядывается на него, когда он подходит со спины. То ли она и правда его не боится, то ли не хочет показать, что напугана. Но когда он замирает настолько близко, что его дыхание щекочет ей макушку, она всё же едва-едва поворачивает голову. И тут же отворачивается. Она не заинтересована в нём. Знали ли они, что когда-то это случится? Чёрт возьми, да. С самой первой секунды было понятно, что однажды кто-то из них будет смотреть на другого свысока. Он кончиками когтей водит по алебастровой коже, но Мун не дрожит, даже, кажется, не дышит. Сколько он мечтал прикоснуться к ней, к его королеве. Но каждый раз одёргивал себя: он был слишком ничтожен. Слишком идеальная для него Мун. Слишком недостойный он. Он был верным псом, готовым валяться в её ногах, вылизывать за ней пол, любовно вилять хвостом. И вот сейчас, сейчас! он может наконец к ней прикоснуться. Потому что он достоин. — Моя королева, — шепчет Тоффи, опаляя дыханием её щёки. Вопрос всегда стоял в том, хватит ли Мун сил нанести решающий удар. Вот сюда, прямо сюда, где уже слишком много лет бьётся его уродливое сердце. Но Мун Неустрашимая струсила. Сил не хватило? Он бы ни за что в это не поверил. Жалость. Он был до того ничтожен, что она не испытывала к нему ничего, кроме жалости и презрения. Не было ненависти — слишком много чести для чудовища. Но сейчас, сейчас! она наконец ненавидит его. Ненавидит так, что он захлёбывается от восторга, счастливой псиной готовый броситься ей под ноги. Он уничтожил всех, кто был ей дорог. Кто был важен. И теперь он, лишь он один всецело располагает её вниманием. Лишь ему одному дозволено ловить её взгляды, её движения, её дыхание. Истинная королева, она всегда владела ситуацией. Ничего не происходило без её ведома, она знала все события наперёд. Она всегда была права. Она была права, когда говорила, что он монстром был и монстром останется. И он внимал ей и её словам. Если она хочет видеть его чудовищем, он им будет. Мун не идёт чёрный цвет — цвет его сердца. Но как же она замечательно смотрится на фоне багровой крови. Это цвет его любви, цвет его жизни, которую она разделит с ним. Его истинная королева.