marshmallow

— Лиам. Зейн запускает свободную руку в отросшую, растрёпанную шевелюру, пока тело у него под боком ворочается. Будильник на прикроватной тумбочке почему-то перестал пищать. Солнце настойчиво пробивается сквозь тонкие драпировки. Волосы Лиама оказываются у Зейна во рту. — Лиам, вставай. Пейн протестующе мычит, Зейн вытаскивает затёкшую руку из-под него и двумя руками трёт лицо, чтобы хоть как-то проснуться. Лиам отодвигается к краю кровати, спасаясь бегством. Он всё ещё не хочет открывать глаза. — Лиам. Зейн повторяет имя в который раз, отчего губы Пейна растягиваются в лёгкой улыбке. Зейн переворачивается и видит светлый затылок и обнажённую спину. Невероятно. Часы на прикроватной тумбочке показывают час дня, и это заставляет Малика рассмеяться. — Не просыпайся. Мы всё на свете уже пропустили. — Чёрт, мой доклад по истории. — Ага, - кривится Зейн, обнимая Лиама со спины. — Чуть позже отвезём его преподу. — Не то мне голову оторвут, - соглашается Лиам. — Не оторвут. Зейн порывисто вдыхает, расслабляясь и одновременно вдыхая запах тела. Лиам горячий и голый, и эта мысль всё настойчивей овладевает Зейном. Он прижимается пахом к его ягодицам и Лиам как бы нечаянно выпячивает задницу. — Ты спишь? Вот и спи, - бурчит Зейн. Лиам хихикает. Переворачивается на спину в его руках. — С тебя кофе в постель, - говорит он, довольно потягиваясь. — С чего бы это? — Не знаю. Зейн осыпает лёгкими поцелуями его умиротворённое лицо, гладит нежные пальцы, заглядывает в глаза и сходит с ума. Лиам не прекращает улыбаться, потом вдруг проводит рукой по его выбритой щеке и подтягивается на локтях, чтобы дотянуться до губ. Поцелуй получается донельзя ласковым и неторопливым. Тепло разливается по всему телу. Теперь Зейн взбирается на Лиама сверху, свободной рукой поглаживает начинающий твердеть член, а другой гладит лицо любовника, не прекращая поцелуй. Лиам начинает стонать — он так быстро возбуждается, и это заводит Зейна как нельзя лучше. Он отрывается от его губ лишь на мгновение, чтобы набрать воздуха и прильнуть к ним снова. Он начинает неторопливо ёрзать на Лиаме, от чего тот вжимается в кровать, закусывая губы. Рука Лиама опускается на член Зейна, легко мнёт его, проводит вдоль и сжимает пальцы на головке. Зейн кусает Лиама в шею, рычит и тут же зализывает ранку. Об захватывает нежную кожицу губами, спускается к ключицам, толкается в руку Лиама, который начинает работать быстрее. — Чёрт, - шипит Зейн. Лиам довольно усмехается, а Зейн резко вырывается, хватает того за плечи, усаживая на кровати, спешно водит рукой по своему члену, дожидается, пока Лиам облизнёт губы и приставляет головку к его рту. Пейн с готовностью берёт в рот, довольно неуклюже работая языком, но Зейн гораздо опытнее — он несильно хватает за волосы и начинает толкаться в рот, отчаянно шипя. Лиам уже ласкает себя одной рукой, второй шлёпает ягодицы Зейна и тихо стонет. Слюна вперемешку с естественной смазкой бежит по подбородку, стекает на грудь. Зейн ради удобства привстаёт, крепко сжимает плечи Лиама и начинает толкаться куда жёстче, кровать нещадно скрипит, ногти впиваются в беззащитные хрупкие плечи. Когда Зейн вынимает член изо рта Лиама, кровать и сам Пейн уже испачканы спермой, но и этого недостаточно. Зейн обцеловывает его плечи, обнимает, свободной рукой надрачивая член Лиама. Тот откидывает голову назад. — З-зейн, пожалуйста... — Тише, солнце, - Зейн пальцем растягивает себя, чтобы вскоре насадиться на твёрдый стояк Лиама. Пейн шумно выдыхает, а Зейн профессионально двигается на его члене, держась за плечи. Они кончают почти одновременно, громко выругавшись (Зейн) и тут же свернувшись в объятиях друг друга (Лиам). — Зейн, я... - пытается сказать Лиам, но тот не даёт договорить. — Я знаю. Я тоже.