История сферы: Судьба Хелема

      Королевские покои дворца города Крестьева были покрыты утренней пеленой света и краской из теней. Князь Светлогор молча восседает на троне, томным взглядом осматривая свои владения через окно. Он был в мантии из владений Хуан Мей, восседал на троне из костей Тропоса, а его посох был сделан из руды огненного голема. Его огненно-рыжие волосы были собраны в аккуратный зачес, аккуратные брови томно перекрывали голубые глаза, а густая борода то и дело шевелилась в такт рту, бормочущего князя. Не смотря на то, что одежда царя была широкой, из-под неё выглядывали железные мышцы человека, который много работает и не жалеет себя. Его угрюмый взор, подобно соколиному, выглядывает в городе празднества и преступления. Внезапно блаженную тишину зала прервали громкие и резвые шаги.       — О, мой князь, не вели казнить! Я пришел с докладом! — высказал гонец, открыв двери в тронный зал и упав на колени пред Светлогором.       — Якоб, дружище, не смей меня так унижать! Вставай! — звонко сказал Князь, и слышались в его голосе нотки доброты, и голос его был одновременно низок, но не груб.       — О, мой Князь, разведчики доложили, что со стороны государства Хелен в нашу сторону направляется отряд из восьми человек, в плащах. Разведчики докладывают, что они похожи на паломников, но у них на руках оружие, а на теле броня! — закончил Якоб, кивая головой.       — Ну ничего, Хелен нам не враг, но меня интересуют его личности, буду ждать доклад, — сказал Светлогор, крепко пожав руку Якоба и направившись в свои покои.       Внутри своих покоев он встретил Княжну Верею. Девушка спала в своей постели, укрывшись одеялом до шеи, и тихо дышала в подушку.       — Утро раннее, а мой свет ещё спит, — шепотом, и с улыбкой произнес Князь, снимая с себя мантию, и одевая простую одежду, ту, что носят обычные крестьяне.       Светлогор покинул свои покои, направившись вон из замка. Люди, проходящие мимо него, кланялись Князю и здоровались, а храброе мужичье даже жало ему руку – настолько царь Светлогор был всеми любим. Он добрался до лесопилки и схватил топор. Подойдя к дереву, он принялся его рубить, и спустя час оно ему поддалось. Мужики-лесорубы одобрительно похлопали труду князя, и продолжили заниматься своими делами. Никого не удивляло то, что он работает руками, в стране Брик это всегда было нормой, когда князь или царь работали вместе с простыми мужиками. Спустя какое-то время он с мужиками распилил несколько деревьев на доски, после чего князь направился в сторону конюшни, но на пол пути его остановила княжна Верея.       — Светлогор! Ты забыл про приём гостей из провинции Хуан Мей?! Быстрее во дворец, они тебя заждались! — начала ругать княжна, схватив князя за руку и потащив в сторону дворца.       Во дворце князь умылся в бане, одел мантию, взял посох и направился встречать гостей. Гости были одеты в похожие мантии, воины, пришедшие с ними, были почти лысые, с косичками на затылке, со странным видом копий в руках. Они казались статуями, настолько они были недвижимы. Князь, улыбаясь, сел за стол рядом с гостями и с сложил на нём руки.       — Итак, государе, как вам край наш, беззаботный? — поинтересовался князь. — Коли приехали, так рассказывайте зачем, — закончил Светлогор.       — Великий Князь Светлогор, чьи земли простираются от лесов Перегоя, до вод Кансия, мы пришли к тебе с просьбой! — начал один из гостей.       — Наши люди голодают, а воды отравлены, и только вы можете спасти наши земли. Просим вас, помогите нам, — произнес второй.       — Ну… Коли так, то поможем! — резво произнес царь. — Но только, вы нам молодцев отправьте. Слышал, вы в бою велики, а нам война грозит, уже на подступе, не обремените нас за просто так, — улыбаясь, произнёс царь       — Xianshai anata ga sabisudearimasu peulinseu Svetlogorye, — произнес один из гостей, и воины, охранявшие их, одновременно подошли к трону Князя и развернулись на сто восемьдесят градусов.       — С нами прибыло ещё шестьдесят восемь солдат, мой царь. Они ваши, — произнес второй.       — Ну, тогда по рукам. Эй, Гаврила! Чур! Ну-ка распорядитесь поставками зерна нашим друзьям из-за моря! — крикнул царь, махнув рукой. Послушные слуги смело направились вон из зала, по своим делам, а князь остался говорить с гостями о своих делах.       Спустя несколько часов болтовни, гости наконец покинули замок и с остатками своей охраны уплыли из страны Брик. Сам же князь, задумчиво смотрел в стол, пока не прибежал гонец.       — Князь, государь! Я принёс вести о пришельцах! — крикнул гонец.       — Ну тогда говори, я слушаю, — спокойно ответил царь       — Это Декан Мотан и его отряд, вместе с ними следопыт царства Хелен! — напряженно ответил гонец.       — Мотан? Давно я не слышал его имени, с тех пор как он и моя дочь… Хм. Пусть его пропустят на границе, — злостно сказал князь. — Что за следопыт? Неужто очередной способный вояка из рода воинов? —спросил князь.       — Нет, мой Князь, это картограф! Следопыты Хелена не бойцы, но знают свои земли как пять пальцев, — смело заявил гонец.       — Хорошо… Хорошо. Можешь идти, — хладнокровно произнёс князь.       Царь ещё долгое время сидел в раздумьях, уперев свой взгляд в пол. Затем приказал собрать всех новых воинов, и распределил их по замку. О воинственных людях запада Светлогор наслышан достаточно, и знает, что этим воинам не требуется никаких условий для службы. Спустя какое-то время во дворец вошли новые люди. К тому моменту князь только-только распределил солдат и даже не успел вернутся к трону.       — Князь Светлогор, горные разбойники во главе с Буркудом и его шайкой больше не будут притеснять великий народ Брик! — произнес один из воинов вошедших в зал. Эти воины были одеты в грубую одежду с начесом, их головные уборы были сделаны из шкур, и казались ужасно теплыми. На их одежде не было пуговиц, они были на странного рода крючках с толстыми нитями. Сами люди были со смуглой кожей, черными и карими глазами и не менее черными волосами.       — Вольно Алдир, вы молодцы, можете сходить в кабак и выпить, — произнёс князь, улыбаясь и смотря на воинов.       — Не пьем, князь! — ехидн ответил Алдир, затем повернувшись к своей дружине сказал. — Ак! Таххан боткун алагел диз кокреке якхазе! — воскликнул мужчина, и его соратники с криком: «Ас!», побежали на улицу, сняв с коней инструменты в виде странных маленьких барабанов и небольших дудок. Затем, эти люди принялись играть на инструментах, создавая интересную мелодию. Стук барабанов, и мелодия духовых инструментов создали подобие боевой музыки, но невероятно прекрасной. Эта мелодия создавала ощущение того, будто бы скачут сотни всадников верхом на конях, а крики и танцы бравых мужчин, которые вышли под музыку, дополняли образ грифонов летящих над всадниками. Барабанщики начали негромко подпевать в такт мелодии на своих родных языках. Если без музыки эти языки казались грубыми и непонятными, то сейчас они создавали ощущение, будто бы окружающие люди находятся где-то в невиданных раннее странах, отдаленных и запретных, таких, какими должны быть места, в которых живут эти люди.       — Стучат барабаны, пробуждая память,— Начал Алдир, и его поддержали барабанщики:

— О верных горах, тех далеких и прекрасных, на чьих вершинах, скачут золотые кони. Звенит Архаз, даёт нам знак! Пора взлететь нам в горы братья, и пусть сулят нам свет и честь! Не знать нам страха, не боятся мглы! Пойдём в атаку, сквозь адские огни! Рано утром на рассвете, мы взлетим в отважный бой! А быть может, в поле боя, унесут нас в мир иной! Будет нам огонь светилом, Не забудут дети нас! И ветра сквозною жилой, известят последний час! Тем же утром, на победу, нас в атаку поведут! А быть может после боя, нас на пиках унесут! Станет небо нам могилой, и оплачут девы нас! И цари верховной трелью, известят в последний раз!

      Песня изливалась волнами из уст солдат, и люди, собравшиеся кругом вокруг музыкантов, подпевали им и входили в пляс. Алдир с его дружиной бились друг с другом кинжалами, и каждый удар клинка создавал искры, которые подобно маленьким душам, пропадали в неизвестность на земле. Князь молча наблюдал за внезапно образовавшимся концертом. Такие дела не редкость в Крестьеве, где всё светло и радостно, и никого уже не удивляет. Люди веселятся с горцами, смеются и шутят, дети смеются над необычными танцами людей с чужих земель, над их внешним видом и музыкой, а те в ответ лишь улыбаются и отшучиваются. Один только царь в Крестьеве знает историю этих людей. Так, – Алдир, – потерял родителей в детстве, когда их убили прямо на улице Червограда, и он в одиночку пытался выжить, сначала в городе, затем, после указа князя Темнозема о том, что все бедняки должны быть вышвырнуты их города, – в лесу. Постепенно к нему присоединялись такие же дети-бедняки, как и он, но он единственный, кто из них выжил после битвы с гнойным болотником. Затем, уже в молодости, он доказал свою силу князю Светлогору, и с тех времён служит в его дружине.       Вот – Эльмин, человек, который полжизни посвятил битве с чудищами. Однажды в их дом ворвались оборотни, и убили всю его семью: жену, детей и старую мать. С того времени он поклялся убивать всех чудищ которые могут принести вред миру. Спустя много лет он вступил в дружину князя, и до сих пор, не нарушил ни одного приказа. А вот Варид, – высокий, мужественный человек. Когда между уделом Белосвета и Крестьева началась война из-за отсутствия князя на троне, который, кстати, занял самозванец, Светлогор лично вёл своё войско. Взяв осадой Белосвет, он заметил, что с вражеской стороны было ужасно мало солдат, и они с легкостью пробились сквозь стены. Тогда он и увидел Варида: мужчина в одиночку, голыми руками, сражал слабых воинов самозванца, а вокруг лежали горы трупов. Варид был буквально по колено в крови, его ногти были сломаны до крови, правая рука вывернута в нескольких местах, из его затылка торчал арбалетный болт, а в спине было несколько стрел, которые не смогли пробить её дальше мышц. Его глаза были залиты кровью, желтые зубы были покрыты слоем из перегноя. Он был одет только в нижнее бельё и держал в левой руке мертвого солдата (за его голову). К моменту, когда царь с дружиной подоспели туда, от Варида убегали остатки армии оборванца. Его взгляд напоминал тот, что можно заметить только у дикого зверя, и никто из армии Светлогора не рискнул к нему подойти, поскольку знали: человек – страшнее монстра. Только сам князь подошёл к Вариду, и осмотрел его руку, приказав привести лекарей и увести его отсюда. С того момента и по сей день, Варид с честью несёт стяги князя на своей кирасе. И так, у всей его дружины, есть своя печальная история. Но больше всего его дружину связывает другое…       Каждый из этих людей – человек без родины. Все они высоки, черны, и широки, но никто из них никогда не был в своём настоящем доме. Кто-то говорит, что дом, эти горцы, находят только после смерти. Кто-то – что они бездомные и безродные, и свою родину просто выдумали. Кто-то считает, что они из народа, который живёт очень далеко от ныне изведанных земель. Но, большая часть людей, не задумывается об этом, предпочитая считать, что эти люди прямиком с Брик, и что они такие-же как и остальные жители.       Наконец, их внезапный концерт завершился, и радостные люди разошлись по домам. Да и Князю уже стоит заканчивать свои дела, на улице темнеет. Он быстрой походкой добрался до своей постели, на которой уже мирно спала княжна Верея. Он аккуратно снял с себя мантию, убрав её в огромных размеров шкаф. Сложил свою корону на тумбу рядом с постелью, и убрал свой посох в угол комнаты. В легком свете свечей его бронзовые мышцы казались чем-то напоминающим часть декора, а огненно-рыжие волосы буквально заменяли корону. Всё величие князя всегда следовало за ним: с его внешностью, характером и поступками. Он лёг на кровать, прижался к княжне, поцеловал её в ухо, и уснул.       Во сне князь видел себя молодого верхом на коне. Он скакал в гуще битвы, вокруг гремела сталь, был слышен звон клинков и взрывы бомб. Со всех сторон на светлый город Великоград падали снаряды и картечь. Повсюду лежали изуродованные тела людей и горел огонь. Князь верхом скакал по городу, раскидывая противников ударами своего мощного меча направо и налево. Его славная дружина билась подобно зверям. Алдир ловко парировал удары противников, уворачивался и наносил один за одним смертельные удары. Эльмин крепкими ударами отбивал атаки противников, награждая их градом атак, которым они не могли противостоять. А Варид, подобно зверю, раскидывал врагов двуручным молотом, бил их плечами и ногами, с хрустом пробивая их броню, откусывая от них части тел, и поедая их, одновременно внушая врагам ужас и страх…       Внезапно князь падает с коня, которого пришибло попадание из арбалета. Над ним склонились несколько улыбающихся лиц, секунда, и они лежат на земле, а над князем стоит он… Великий Властемир, князь Великограда и брат Светлогора. Он протянул руку Светлогору, и тот, приняв её, поднялся. Вдвоём они славно сражались против врагов, однако даже два великих князя не способны одолеть целую армию, и со временем их, и дружину Светлогора, оттеснили во дворец. Двадцать шесть солдат, включая Светлогора и Властемира, славно сражались внутри замкового дворца: не боясь лица смерти, и защищая спину друг друга. Битва шла долго, но князья понимали – долго им не выстоять. В один момент вражеская орава окружила их, и тогда битва началась ещё интенсивнее. Сын князя Светлогора – Святослав, сражался рядом с отцом и дядей, сдерживая натиск врагов… В воздухе летали стрелы, пахло кровью, один только Варид был рад такой битве, буквально разрывая врагов на части. Но даже он бы не смог долго продержатся в такой битве. Светлогор уже призадумался о поражении, когда услышал пронзающий уши крик своего сына. Святослав взвыл от боли, скрючился и упал, держась обеими руками за одного воина из дружины Светлогора. Из спины сына Князя торчали стрелы, пронзившие его насквозь, и только конец древка можно было увидеть сквозь нанизанную ими спину. Светлогор прибежал к сыну и, упав на колени, схватил его. Он держал сына за голову. Князь молчал и смотрел в глаза умирающего сына, в то время как вся остальная дружина, окружив князя, с пронзительным криком: «В ягун!», налетела на врагов с новыми силами и смогла оттеснить тех из дворца. Они закрыли двери на засов, а Варид притащил к нему кусок от поломанной мраморной колонны. Светлогор держал сына на руках, стараясь сдерживать слёзы.       — Отец… Холодно, — произнёс Святослав, в то время как из его рта вырывались ошметки крови. Его золотистые глаза, были покрыты пеленой из тумана, нос и рот полны крови, а тело еле двигалось.       — Держись сынок, держись! Мы выкарабкаемся, ты будешь жить! — кричал князь прижимая сына к себе, и на конец испустив слёзы.       — Брат, нам надо закончить битву, — произнес Властемир, вытирая кровь со своего клинка об свой трон.       Князь отпустил своего сына, аккуратно положив того на землю, перед этим оторвав древко от стрел с его спины. Затем он встал, подняв свой меч с земли. В его глазах был виден мстительный гнев, его мышцы были напряжены, а порванный плащ висел на его плечах подобно тряпке.       — Великий Малок, защити нас в этой битве, — тихим голосом произнёс Светлогор, подняв меч над своей головой. В тот же момент Варид толкнул колону прочь от двери, и её выбила вражеская армия, захлестнув огромной волной всю дружину князя. Внезапно, со спины князя, из дальней части зала в сторону врагов направилась огромная армия. Воины армии были в золотых доспехах и имели золотое оружие. Они горели пламенем, а в их глазах была видна не угасающая искра. Они мощной волной оттиснули врагов обратно в город и великая дружина князя направилась в бой. Казалось, будто бы они совсем не устали и способны сдержать ещё несколько таких атак. То же самое чувство было и у Светлогора, и у его брата. Казалось, что битва уже завершится, когда с вражеской стороны вышел он. Король ханства Катонрас, по имени Абалдин. Он, одним движением руки, создал вокруг себя вихрь из клинков. Вторым своим движением, он создал огромную волну ветра, которая прижала всех кроме него к полу. Светлогор с братом в тот момент оказались на лестнице и не могли ничего противопоставить Абалдину, который уже подходил к ним с вынутым мечом. В тот момент Властемир достал из кобуры мелкий кинжал и спрятал под животом. Абалдин подошел к ним, и поднял меч, чтобы пронзить Властемира, когда тот резким рывком воткнул кинжал в ногу Абалдина. Этот удар, заставил Абалдина взвыть от боли, и вой его был ужасен, и напоминал страшное завывание тысяч ветров. Он поднял ногу, но кинжал так и остался в полу, а на ноге Абалдина оказалось ужасное отверстие.       Ветер внезапно перестал прибивать всех к полу и отступил. Светлогор вместе с братом налетели на Абалдина в надежде победить его. Но, даже с такой глубокой раной, чародей был сильнее их двоих вместе взятых. Он ловким движением отводил удары Светлогора и парировал атаки Властемира. Светлогор начал атаковать Абалдина без остановки, раскручивая свой клинок и нанося удар за ударом, однако, колдун довольно легко отбивал и блокировал атаки князя, делая на каждый удар шаг назад, пока не уперся в стену. В тот же момент с вершины стены на него прыгнул Властемир, взмахнув меч над своей головой.       Властемир нарвался на клинок Абалдина прямо в прыжке, Светлогор уже занёс меч, когда Абалдин щелкнул перед его лицом пальцами свободной руки и создал вспышку, от которой Светлогор отлетел от колдуна на несколько метров. Абалдин смотрел из-под своего капюшона на лицо умирающего Властемира, и улыбался, его желтые зубы и черные глаза с огромными мешками под ним, выглядели как у чудища, и можно было понять – он уже не человек. Однако Властемир, вместо того чтобы сдаться, лишь улыбнулся, и вонзил свой меч в грудь Абалдина. Колдун явно не ожидал такого поворота событий и уронил меч которым пронзил Властемира, схватившись за грудь. В тот же момент его грудь вновь пронзили мечом, но уже из-за спины. Это был Светлогор. Он вонзил меч в колдуна по самую рукоять, от чего тот неестественно прогнулся. Однако, и это не остановило мага. Он создал ужасающую силовую волну, которая отбросила Светлогора от колдуна, а вместе с ним, и все здания находящиеся вокруг – настолько сильной была магия колдуна. Светлогор попытался встать, находясь на своих коленях, и упираясь в свой меч. В его ушах был звон, в глазах туман, руки были забиты, а ноги и вовсе не слушались. Он поднялся, качаясь от головокружения и практически теряя сознание. Сквозь весь звон и шум, он отчетливо слышал пронзительный, ужасающий смех Абалдина, который к нему приближался. В тот момент, князь вспыхнул золотистым огнём, отчего колдун сделал пару шагов назад, встав в боевую стойку. На месте князя стоял мужчина в золотой броне, с орнаментом из двух орлов выгравированных на кирасе. В его левой руке был золотой щит с оправой из различных камней и тем же орнаментом, что и на кирасе, а в правой руке – горящий клинок, сделанный из небесной стали. Глаза князя светились огнём, а волосы светились подобно солнцу. Он взмахнул мечом, и взлетел. В полёте царь начал нестись на колдуна, который в свою очередь начал бежать на огромной скорости в сторону князя, занеся над головой меч.       Однако, не успели они схлестнутся, как сон князя закончился, и начался другой. В нём он находился в тёмной комнате, внутри которой сидел его сын. Князь моргнул, и сын оказался уже перед ним, держа его лицо двумя руками.       — Вставай отец! Проснись, не время! — кричал парень в лицо отцу, который в тот же момент проснулся. Князь открыл глаза, и увидел как в комнате сидел мужчина. На его голове был капюшон, а в руке был кинжал, он сидел напротив Вереи, и уже был готов её убить. Однако князь, резким движением, закрыл лицо своей любимой, поймав кинжал в свою кисть, которая тут же начала кровоточить.        Убийца выхватил кинжал и занёс для удара по князю, но последний, мощным движением своей ноги, оттолкнул его к двери. Князь резко встал и прыгнул на убийцу, но тот буквально испарился в воздухе, превратившись в черный дым, который быстро покинул комнату через щели и окна.        Следующее утро было по-настоящему жестоким для слуг и солдат. Каждый воин который охранял дворец, включая воинов прибывших из-за моря, получил несколько десятков ударов плётен, а каждый слуга был выруган. Некоторые слуги были изгнаны из донжона, и отправлены работать в конюшнях и рыбацких домиках.       — Светлогор, ну хватит, они не виноваты, — произнесла Верея, сидевшая рядом с князем и держа свою ладонь на его руке.       — Они все виновны! Тебя могли убить! После смерти Святослава и Властемира я не могу потерять ещё и тебя! — разительно ответил князь смотря в глаза Вереи.       Она была прекрасна… Густые русые локоны, и пронзительные зелёные глаза, пухлые губы и аккуратные брови – всё это заставляло сердце князя содрогаться. Её тихий голос, и нежные руки, которые обвивали его шею каждый день их жизни, напоминали Светлогору о том, что ни один выбор в его жизни не был не верен. Он любил Верею, и был готов сломать ради неё шею любого захватчика, но сейчас он не мог прислушаться к её гласу разума. Сейчас, когда прошлой ночью её чуть не убили на его глазах, он не мог терпеть этого. Когда она была за миллиметр от смерти, его голова просто не хотела кого-либо жалеть. Однако семейный спор был прерван гонцом.       — Мой князь! Мотан и его отряд перешли границу, и уже покидают частокол, через пару часов они будут в городе! — произнёс гонец, кланяясь Светлогору.       — Молодец Якоб, можешь идти, — махнув рукой, произнёс Князь, успокаивая своего внутреннего воина. Князь был хорошо знаком с Мотаном, и ждал встречи с ним, им было о чём по толковать…