Целый месяц в Лондоне

      Спустя пару часов, я уже стерла себе все пальцы и заработала мозоли. Не стоило так сразу долбить по струнам, надо было потихоньку. Пару часов в день мне бы хватило, но как же, конечно.       Кстати, я успела подумать о том, что произошло утром. В общем и целом, ничего такого. Перед братом не впервой, а Том всё равно не знает русского, поэтому вряд ли понял, что я там прокудахтала. Но то, что я там плясала, чуть ли не в трусах и бюстгальтере, меня слегка напрягало. И все же, Том джентльмен, поэтому он всё понял; с другой стороны он все-таки мужчина… — Бррр, — я тряхнула головой из стороны в сторону, чтобы отогнать все эти бредовые мысли, которые застряли в моей голове и упорно не хотели вылезать.       Швырнув гитару на кровать, я прямиком пошла к холодильнику. Открыла. Закрыла. Еще раз открыла. В общем и целом на полках было… ничего. Как это брат успевает все сжирать так быстро, с учетом того, что его почти дома не бывает? Начав рыться по шкафчикам на кухне, я нашла старые чайные пакетики, времен молодости моей бабушки, фарфор примерно с тех же годов, молоток, у которого ручка давно рассохлась и служила скалкой, носки, причем чистые, что меня совершенно поразило, и, к моему счастью, баночку кофе, срок годности которой держался в рамках потребляемости. Я вскипятила чайник и бухнула себе две ложки растворимого кофе, чтобы сделать его чёрным, как моя душа, и три ложки сахара. Залив кипятком сухую смесь и размешав сахарок, я зачем-то пошла в комнату Алекса. Ну, знаете, иногда бывает, что просто идешь куда-нибудь, а оказываешься в комнате своего старшего брата? Встав в дверном проеме, я оглядела комнату, попутно отпивая из кружки, и наткнулась взглядом на приоткрытую дверцу шкафчика, который стоял у изголовья кровати. С самого детства я была любопытной и совала свой нос куда не надо, поэтому без угрызения совести я сделала еще один глоток и присела рядом с тумбочкой. Глаза мои полезли на лоб, когда я увидела там здоровенный ноутбук. — Я уверена, что мою любимый старший брат будет не против, если я возьму попользоваться этим, ибо он не узнает, — на этой хорошей ноте, я поставила кружку на мини-компьютер и, стянув с полки, потащила его к себе в комнату.       После моего «удачного» танца, фортуна решила, что хватит надо мной издеваться и поэтому ноутбук брата, по счастливой случайности, не был запаролен. Бухнувшись на кровать, я развернула к себе технику и пробежалась глазами по рабочему столу. Вдруг меня зацепил прикольный ярлычок, на который я сразу же кликнула. Открылось какое-то приложение, наподобие сайта знакомств. — Едрит-раскудрит, брат сидит на сайте знакомств?! Он что, до сих пор не нашел себе девушку? — быстренько создав новый аккаунт для себя, я убежала на кухню, чтобы помыть кружку.       Громкий «чпоньк» оповещения заставил меня вздрогнуть. Я понеслась обратно в комнату, чтобы посмотреть.

Пользователь Scott Ray прислал вам сообщение.

— Вау… Вот это магия и скорость интернета! — я быстро тыкнула на всплывшее окно и мне развернулся диалог с этим парнем. — Здравствуй, Т/И. В твоей анкете прочитал, что ты недавно приехала в наш город. Если хочешь, я могу провести тебе экскурсию:) Здорово! Экскурсия по Лондону. Как раз то, что нужно мне, чтобы развеяться. Уж лучше, чем тухнуть дома. Остается надеяться, что он не какой-нибудь извращенец, хотя на фотках выглядит вполне прилично, но если что, я смогу за себя постоять.

— Привет. Да, было бы неплохо.

— Супер! Тогда давай через полчаса на Трафальгарской площади. Надеюсь, ты знаешь, как туда дойти.       Я быстро застрочила ответ, бесшумно тыкая на кнопки клавиатуры.

— Конечно.

      Обрадовавшись, что сегодня мне не придется сидеть под дверью дома, дожидаясь старшего брата с работы, я совсем забыла спросить, а как мы найдем друг друга, ведь Трафальгарская площадь будет битком набита туристами, так как она одна из самых популярных достопримечательностей Лондона. Заглянув в ноутбук, я увидела, что Скотт уже вышел из сети.       Ну, что ж, будем надеяться на лучшее.

***

      Ровно через тридцать минут я стояла на Трафальгарской площади у Чарингского Креста, ну может быть через тридцать пять или сорок восемь. — Ну и как я его найду? — повертев головой в поисках моего спутника по городу, я уже думала взобраться куда повыше и крикнуть его имя.       Но тут же отбросила эту идею, потому что вряд ли на весь Лондон есть только один Скотт, но все-таки количество «подозреваемых» сократится до мужчин с именем Скотт. Уже что-то. — С помощью магии!       Внезапно мне на плечо легла рука и я, вздрогнув, обернулась. Передо мной стоял парень лет двадцати пяти, на полголовы выше меня, в рваных джинсах и белой футболке. На голове был то-ли шухер, то-ли модная прическа, но его светло-русые волосы выглядели вполне ухожено, что не скажешь о его затертых кедах. На мизинце левой руки у него было кольцо, которое поблескивало на солнце. Но больше всего мне запомнились его глаза. Светло-голубые, детские глаза, в которых сейчас искрились огоньки, такие большие. Что-то мне они напоминали, а точнее кого-то. — Скотт? — Привет, — парень протянул руку для рукопожатия.       Я сразу же взялась за руку и улыбнулась ему. — А я сразу тебя узнал. — Правда? — Да… Ты в точно такой же футболке и шортах, что на фотографии.       Действительно, стоило бы переодеться. — Ну что, ты готова побывать в самых красивых уголках Лондона? — Рэй выпятил грудь и скрестил руки. — А то! — я тут же полезла в сумку и достала оттуда фотоаппарат.       Раз уж мы встретились на площади — одного из самых популярных мест, куда приезжают туристы, — грех было не послушать от Скотта про него. Он повел меня подальше от Чарингского Креста, чтобы мы смогли увидеть его в полную высоту. Встав, как гид, парень начал рассказывать смешным голосом, пародируя скучных экскурсоводов: — Площадь в центре Лондона, где на месте Чарингского Креста сходятся три улицы Вестминстера-Стрэнд, Уайтхолл и Мэлл. Первоначально носила название площади короля Вильгельма IV, но окончательное название получила в честь победы Англии в 1805 году. Площадь — важная транспортная развязка. На неё также выходит станция метро «Чаринг Кросс» линий Бэйкерлоо и Северной, на которую мы как раз с тобой пойдем. Кстати, высота этой штуковины 56 метров.       Я подняла камеру к глазам и щелкнула Скотта, как он с каменным и невозмутимым выражением лица рассказывает про Крест, сопровождая свой рассказ размахиванием рук. — Куда направимся? — спросил Рэй, подходя ко мне. — Чего ты ржешь?       Я все никак не могла остановиться и продолжала смеяться над тем, как Скотт пародирует нудных гидов. На глазах уже выступили слезы, и я чувствовала, что задыхаюсь, но все никак не могла прекратить. — На нас смотрят, как на ненормальных. Т/И! — мой новый знакомый закатил глаза и, не дождавшись от меня ответа на свой вопрос, схватил под локоть и потащил куда-то. Когда у меня закончился воздух в легких, я закашлялась. Получилось похоже на крики умирающей гиены. — Куда мы? — Ух, ты, оно говорит, — Скотт зыркнул на меня своими глазами полными чертят и сам заулыбался. — Ой, как остроумно, — я закатила глаза и цокнула языком. Это я умею лучше всего делать.       Скотт потащил меня через дорогу на противоположную часть улицы. Через три минуты мы приблизились к какому-то высокому зданию, возле которого была толпа народа. Хотя до час пика было как до Китая, но внушительная толпа заставила меня на секунду вздрогнуть. В голове сразу промелькнули воспоминания, когда я маленькой заблудилась в огромном супермаркете. С каждым это было, верно? Но потеряться в толпе в совсем другой стране было куда более страшным. На здании висели большие синие буквы: Charing Cross Station. — Метро? — мой взгляд упал на табличку с кружочком. — Метро, — Скотт прошел вперед меня и вытянул назад свою руку. — Руку давай. — Что? — как всегда у меня в мозгу пошла загрузка, и я немного тормозила, впрочем ничего нового. — Руку мне дай! — снова не дождавшись от меня каких-то действий, парень сам схватил меня за руку и опять куда-то потащил.       Да что же это такое, а! Постоянно куда-то тащит! Ладно, в этой стране разрешено меня таскать куда-то, главное чтоб не потеряли меня. Ну, в смысле не забыли где-нибудь.       До меня дошло происходящее, я сильнее вцепилась в его руку и пошла рядом. Мы проталкивались сквозь толпу, которая куда-то спешила, бежала даже. Вот что людям не сидится дома, а? Куда их всех постоянно несет? Какая-то женщина на высоченных каблуках, с красной сумочкой и в платье неслась нам навстречу и задела меня плечом так, что меня швырнуло прямо в Скотта. — Блять, sorry, — кинула она мне и убежала дальше, стуча своими каблуками. — Пиздец! Извини, Скотт, — я отлепилась от него и встала на ноги. — Кругом эти русские, — первую и последнюю фразы я пробубнила на русском и Скотт ничего не понял, вопросительно на меня взглянув. — Да русские повсюду, наших издалека увидишь, а точнее услышишь, — я поправила рукой волосы, и мы пошли дальше, углубляясь в метро. — Ты из России? — неожиданно спросил Рэй. — Ты так спрашиваешь, как будто я с другой планеты. Ну да, из России, — мы уже спускались по эскалатору, и было время поболтать. — Здорово… Скажи что-нибудь!       Я посмотрела на него, как на ненормального, а потом до меня дошло, но все-таки Скотт решил пояснить: «Ну, по-русски скажи.» — Ах да, прости, — в голову не лезло ничего путного, поэтому я ляпнула первое, что пришло в голову: «Я люблю горячий шоколад». — А лиюблу горчеи щикола, — очень неуклюже повторил Скотт.       Я засмеялась и прикрыла ладонью рот, чтобы не так громко ржать, а то людей напугаю. — Что? Я не правильно сказал? — парень искренне недоумевал, почему я опять разразилась хохотом. — Для первого раза неплохо, но я тебе как-нибудь проведу урок русского.       Мы доехали до конца эскалатора, и Скотт повел меня к вагонам метро, которые как раз подъехали. С двумя пересадками мы, наконец, добрались до станции Вестминстер. При выходе из здания метро раскрывалась невероятная панорама: огромный знаменитый символ Великобритании — Биг Бен — возвышался прямо перед нами. Массивные часы поблескивали на солнце, и стрелки тихонько двигались в своем направлении, показывая жителям города который час. Я встала с раскрытым ртом, потому что это действительно завораживающее зрелище. Скотт потянулся за моим фотоаппаратом, который висел на шее: — Давай сфоткаю?       Я сняла зеркалку с шеи и отдала парню в руки. Состроив милую мордашку, я положила руки под подбородок и улыбнулась. Затвор щелкнул, и мы пошли дальше. Прогулявшись так же у Аббатства и сделав пару фоток, мы решили пройтись пешком и направились через мост на другую сторону Темзы. Рэй обещал, что вечером мы сходим на колесо обозрения, но сейчас прошли мимо него и направлялись по улицам Лондона к метро Ватерлоо. Почти все время я держала фотоаппарат на уровне глаз и снимала вещи, которые меня заинтересовывали, людей и машины. Интересно было наблюдать за тем, как течет жизнь вне твоей страны. Вокруг совершенно другие люди и занимаются другими делами. Может именно в этот момент я поняла, что не так уж и плохо оказаться в Лондоне, ведь это потрясающее место, а так же потрясающие кадры. Объектив поймал молодого парня со своей девушкой, которые гуляли с собакой по тротуару и о чем-то мило беседовали, а вон дедушка, сидя у очередной кафешки, читал утренние новости в газете и потягивал горячий кофе. Толпа туристов остановилась у смотрителя порядка и явно спрашивала, в каком месте находится та или иная достопримечательность. — Что ты вцепилась в свою камеру? — спросил мой новый знакомый, поднимая бровь.       Вместо ответа я лишь пожала плечами, но все-таки опустила камеру на грудь и дальше пошла, вертя головой. Минут через тридцать мы дошли до станции и сели на очередное метро. У меня уже начинала гудеть голова и стучать в висках. Да уж, так долго сидеть дома и тут на тебе! Целый день мотаешься туда-сюда. Я со Скоттом зашла в вагон, и мы поехали. Куда, я еще пока не знала. Рэй отказывался говорить, но обещал, что там будет красиво. — Ну, всё, можешь открывать… Скотт вёл меня до своего «таинственно-красивого» места под руку, а я шла с закрытыми глазами, вцепившись в его руку, ибо боялась грохнуться с какого-нибудь бордюра или споткнуться об камень. В надежде на какое-нибудь райское место, я открыла глаза и… опять начала истерически смеяться. Бедный парень снова ничего не понимал, что же на этот раз смешного. На его месте я бы приняла себя за сумасшедшую, но в тот момент это просто было невероятное совпадение. Мы были в Риджент Парке. Да, тот самый парк, где я гоняла на роликах и сшибала звезд кино. Ну, одного так точно. Но моя истерика — это что-то с чем-то. Так как у нас было еще куча времени, мы пошли гулять по парку, и я ему всё рассказала про парк, про ролики, про брата и Томаса. Рэй очень сильно удивился, когда узнал, что мой брат крепко дружит с Хиддлстоном, но дикого фанатского возбуждения у него не было, что меня весьма порадовало. А впрочем, он британец, живет в одном городе с другим британцем, нет ничего ненормального в том, что некоторые люди спокойно относятся к знаменитостям. Пройдя весь парк насквозь, мы заглянули в музей Мадам Тюссо. Очередь, конечно, отстояли невероятную, но я не пожалела. Мы со Скоттом фотографировались рядом с восковыми фигурами разных актеров и актрис, певцов и просто выдающихся людей. — Ну хорошо, а теперь предпоследняя станция — Тауэр Хилл. — О нет, опять метро, — на самом деле я уже изрядно вымоталась, и мне поскорее хотелось упасть на кровать и захрапеть на всю квартиру, даже с учетом того, что я не храплю.       Когда мы в очередной раз спустились в метро, у меня развязался шнурок, и я попросила Скотта подождать меня. На этой станции народа было ничуть не меньше, чем на Чаринг Кроссе, и когда я поднялась с пола, Рэя уже не было рядом. Вокруг меня была только толпа людей, которые толкаясь и шумя, пробивали себе дорогу. Сердце моё глухо застучало и отдавалось грохотом в ушах. Глаза забегали, и я стала вертеть головой в поисках Скотта. Каждый раз я задерживала взгляд на каком-нибудь парне, похожим на Рэя и каждый раз это был не он. Тут меня внезапно кто-то хватает за талию и тащит за толпой. От неожиданности я вскрикнула и попыталась дернуться: — Япона мать!!! — Тихо, зубы мне выбьешь.       Я взглянула на человека, который меня волок и им оказался Скотт. В тот момент я была очень рада, но так же мне хотелось его придушить. — Скотт! — я просто задохнулась от радости и возмущения одновременно, поэтому все, что я смогла сказать, звучало на русском и как-то… — Скотт, ты скотина! — Перевод в студию, пожалуйте, — не отпуская, потребовал парень и продолжил идти вперед. — Я тебе сейчас такой перевод устрою! Жопа с глазками! — я надула губы и отвернулась от него, но все так же, прилипши к его боку, шла рядом. — Зато теперь я знаю, что в Лондонском метро тебя не стоит оставлять без присмотра. — Ой-ой-ой, — показав ему язык, я почувствовала себя маленькой девочкой, которая снова потерялась в магазине, но по счастливой случайности нашла своих родителей. Тут родителем был Рэй.       Мы вышли совсем рядом с Тауэрским мостом. Еще одно невероятное и головокружительное зрелище. Ничего примечательного, но размеры, мощь и красота моста заставляла идти по нему и чувствовать себя крошечным воробушком. Еще несколько фоток оказались на карте памяти моего фотоаппарата. Но так как в моем мозгу уже блуждал единорог, создающий сон, я мало что запомнила. Очередной, двадцать пятый зевок я прикрыла ладонью и посмотрела на часы. — Почти семь вечера, значит нашего уже десять. Ясно почему я засыпаю на ходу, — глаза слипались и я умудрилась споткнуться на ровном месте.       Скотт обернулся на грохот и увидел, как я чуть ли не лечу вперед носом, и просто взял меня за руку. — Ты только держи меня крепче, иначе тебе придется нести меня уже на своей спине, — отшутилась я и сжала руку парня.       Он только улыбнулся, и мы пошли вниз к воде. Я хотела спросить у парня, куда мы на этот раз, но стало настолько лениво, да и к тому же я поняла, что вот этому парню по имени Скотт Рэй, можно доверять, поэтому просто молча шла за ним.

***

— Ну как тебе?       Через пять минут мы плыли на маленьком теплоходе по Темзе домой. Так как Скотт сам не очень-то хотел толкаться в этой массе людей, поэтому на теплоходе спокойно можно было доплыть до Лондонского Глаза, а там и до моего дома недалеко. — Слов нет, отстань, — я стояла на самом носу судна, оперевшись руками о борт, и смотрела вперед на заходящее солнце, ветер трепал мои волосы. Если бы я тогда расставила руки, а Скотт подошел бы сзади, то вполне можно было бы снимать сцену из Титаника. Заулыбавшись во весь рот, я закрыла глаза. — Чего опять удумала? — Рэй подошел и встал рядом, чуть коснувшись своим плечом моего. — Да так… Вспомнила один момент из фильма.       Внезапно я почувствовала, что Скотт отстранился от меня и куда-то ушел. Я только успела открыть глаза, как он взял меня за руки, расставил их в сторону и схватился за талию. — Я угадал? — сказал мне Скотт прямо в ухо.       По телу побежали мурашки то ли от ветра, то ли от дыхания парня. — Более чем, — я снова засмеялась.       Мимо мелькали деревья, машины и люди, которые спешили домой после очередного рабочего дня, а я стояла на палубе маленького кораблика, который уносил меня вперед по течению. Рэй отпустил меня и отошел к бортику, а я даже не заметила этого. Парень повернул голову в мою сторону и начал разглядывать лицо. Если бы я смотрела ему прямо в глаза, то с легкостью смогла бы заметить, как его зрачки очерчивают мои глаза и губы, но сейчас моим пристальным вниманием завладел закат, и я совсем забыла про своего спутника. Очнулась только тогда, когда Скотт взял меня за локоть и повел к трапу. Мы приплыли. Я ведь так и стояла бы на пароходе и наблюдала красивый заход солнца до самых сумерек. Впрочем, до них оставалось всего ничего, и мы направились к одному из самых красивых сооружений Лондона — Колесу Обозрения. Как только я сошла с трапа и подняла голову, чтобы увидеть полностью колесо, у меня она закружилась, а в животе будто бабочки вспорхнули. Гигантское колесо было невероятно красивым и выглядело умопомрачительно. В тёмное время суток на нем загоралось тысячи огоньков, и нам со Скоттом повезло увидеть включение этих фонариков. Я все никак не могла оторваться от такого зрелища и уже представляла, как поднимаюсь на самую верхушку и смотрю на миллионы других огоньком, которыми загорелись окна в домах засыпающего Лондона. От Скотта не ускользнуло, что я со странным блеском в глазах рассматриваю Колесо Обозрения. — Боишься? — неожиданно спросил парень. — С чего бы это вдруг? — немного вызывающе кинула я в ответ и оторвалась взглядом от верхней капсулы. — Тогда вперед.       Мы направились к небольшой кассе, подле колеса, купили билеты и заняли немаленькую очередь. Когда подошел наш черед, Рэй первым запрыгнул в кабинку и подал мне руку. Я залезла вслед за Скоттом, наверх мы отправились одни. Капсула медленно поднималась вверх, а земля оставалась далеко внизу. Оттуда, сверху было видно все, фактически весь Лондон. На улице стемнело, и то тут, то там, в окошках загорался свет. Это было похоже на тысячи маленьких светлячков повсюду. Под нами была Темза, по которой все еще плыли маленькие пароходики и паромчики, катая людей по реке и даря им незабываемые ощущения. — Почему твои родители не поехали с вами? — Скотт неожиданно нарушил тишину, и я невольно вздрогнула, но парень этого не заметил. — Они работают. Да и тем более мама отправила меня с братом, потому что тот давно живет в Лондоне, купил свою квартиру, имеет свой бизнес… В общем сбагрили меня к старшему брату, — не отворачиваясь от стекла, ответила я.       Скотт подошел и встал сбоку вплотную ко мне. — Разве твой брат такой несносный? — Ты даже не представляешь насколько. Ну, а твои родители? — Мама в городе. Работает в реанимации. Ее очень часто не бывает сутками, потому что приходится оставаться на ночные дежурства или она уходит как раз по ночам. Поэтому, если хочешь, можем устраивать ночные прогулки по Лондону. Это еще лучше, чем днем.       Я улыбнулась и сочла нужным ответить: — Я бы с радостью, да вряд ли брат меня отпустит.       Мы оба хихикнули и на пару минут замолчали, ибо кабинка уже почти поднялась на самый верх. Но тут меня почему-то задела одна вещь. — А твой отец?       Когда пауза затянулась, я подняла глаза на Скотта, но он смотрел куда-то в пустоту. — Он погиб… — парень сглотнул комок в горле и натянуто улыбнулся, чтобы, наверняка, не показывать своих чувств. — Разбился на самолете.       Что-то в глубине души у меня задергалось и стало внезапно трудно дышать, а в горле встал колючий огроменный ком, который давил и не давал нормально сглатывать. Я поняла, что столько раз слышала про смерть кого-нибудь из близких, но, к счастью, я никогда не испытывала этого чувства сама, но всегда было до боли в сердце жаль других людей, которые испытали утрату, изменившую всю их жизнь. — Ох, Скотт, прости меня, я не знала, — слова просто не приходили на ум. В голове была только пустота. — Ничего. Всё хорошо. Никто не застрахован от жестоких проделок судьбы.       Снова молчание. Тишина, давящая на тебя огромным грузом, весом в целую тонну. — Это кольцо досталось мне от него, — снова разорвал тишину голос Скотта. Парень поднял левую руку, на мизинце которой был перстень.       Я взяла его руку в свою и начала разглядывать кольцо. От меня не ускользнуло, что Рэй вздрогнул, когда я дотронулась своими пальцами до него. — Красивое… Наша кабинка уже поднялась на самый верх и открыла ночной Лондон во всей красе. Оставшееся время мы просто молча стояли и любовались видом. Под конец всего оборота колеса я почти уснула на плече Скотта. В пелене из дыма, как казалось мне тогда, мы вышли из кабинки и направились к моему дому. Совсем не помню, как мы попрощались. Кажется, я даже успела повиснуть у него на шее. Как-то добралась до своей квартиры и уже почти во сне упала на кровать, измотавшись окончательно.