Хэй, Джудитт!

      Как можно было прожить здесь несколько месяцев и не вспомнить? Зоро сам себя удивил. Внезапно оказалось, что день рождения кока сегодня, и времени на самобичевание не было. Когда все накама втайне от Санджи обсуждали свои подарки для него, Зоро мрачно отмалчивался — он ничего не подготовил, просто забыл! Нет, вещей, которые бы очень пригодились коку, он бы навскидку назвал очень много!       Во-первых, когда кок сидит и курит по ночам за счетами, у него очень мерзнут ноги и плечи, это видно, как зябко он кутается, но не закрывает окно, чтобы свободно курить. Был даже момент, когда Зоро чуть сам не встал и не пошел купить для кока теплый плед или что-то обогревающее без всякого дня рождения, но одернул себя. Во-вторых, пара мини-ден-ден муши для отца и дочки, той уже пора начинать гулять самостоятельно хотя бы по утрам, но чтобы кока не хватил инфаркт, ему нужно иметь возможность всегда узнать, что с дочкой все в порядке. Это снова был слишком интимный подарок, в котором было столько неприкрытой заботы о коке, что Зоро просто не осмеливался бы такой подарить. Были в списке Зоро и в-третьих, и в-четвертых, и в-пятых, но все это было настолько лично, настолько демонстрировало как Зоро внимательно каждый день следит за коком и как он изучил его быт, что Зоро был смущен даже когда нечаянно оказывался перед магазином с ден-ден муши. Потому его мысль мучительно крутилась вокруг того, что же глупого, бесполезного подарить коку, чтобы тот не зазнавался. Именно из таких мыслей и выдернула его Джудитт, потянув за штанину. — Дядя Маримо, а правда, что ты не знаешь, что подарить папочке? — Откуда ты знаешь? — сразу брякнул правду Зоро.       Джудитт расплылась в солнечной улыбке, становясь копией отца. — Тетя Робин сказала! Значит — правда! Отлично, мне очень нужен взрослый помощник, чтобы сделать папе подарок. Давай вместе, и подарок будет от нас двоих?       Зоро понял, как был самонадеян, когда смеялся над Завитушкой, который ни в чем не может отказать своей дочурке. Потому что и сам Зоро не смог отказать Джудитт. Та счастливо запрыгала и тут же поделилась своими планами: — Когда он уйдет за покупкой свежих продуктов к ужину, мы должны пробраться на кухню и сами испечь для него торт! Красивый и большой, вкусный-вкусный! — Э… Чиби-Завитушка, я не умею печь торты… — почесал затылок Зоро. — Это ничего! Я прочла все рецепты в папиной книге про торты, там нужно уметь хорошо смешивать и взбивать! Я подумала, что твои мускулы наконец пригодятся для дела! — дочь звучала точно как отец.       Претворять план в жизнь пришлось уже через час, когда кок собрался за финальными ингредиентами для вечернего пиршества, все накама разбрелись кто куда, чтобы подготовиться к вечеру или даже приодеться. Кухня оказалась в полном распоряжении Джудитт и Зоро. Ну что могло пойти так?       Они сожгли сахар для карамели, взбили сливки до масла и пытались их опять размешать с отслоившейся сывороткой, коржи не сгорели — это был плюс. Зато и не все пропеклись. Глазурь застыла еще в кастрюле, и выковырять ее, чтобы покрыть торт и скрыть все свои огрехи, совсем не получилось. Зоро отдавался занятию со всей душой, волосы и лицо Джудитт были в мелких крапинках от взбиваемых им сливок и яиц, а его руки в ожогах от попытки проверить, как там коржи. — Лови ее, дядя Маримо! — Она уходит, Чиби-Завитушка!       И двое пускались в погоню по кухне за вишней, из которой додумались удалять косточки только после того, как замочили ее на часик в сладком соусе и сделали скользкой. Вишня не желала отдавать косточки, она выпрыгивала из пальцев, врезалась в холодильник, оставляя кровавые разводы, скрывалась под мебелью. В итоге Зоро давил косточки, а Чиби-Завитушка как кетчер стояла с огромным ситом и умудрялась поймать одну из трех улетевших вишен — весьма неплохой результат.       План был бы обречен, не появись совсем кстати на кухне Робин. Археолог за считанные секунды проанализировала обстановку и все поняла. Вырастив добрую сотню рук по всей кухне, она предложила свою помощь по минимизации потерь. Торт превратился из торта со взбитыми сливками в масляный, коржи были разрезаны на двое, чтобы быстрее пеклись, вишни уже не хватало, потому ее смешали с клубникой, в которой нет косточек. Однако украшать торт Робин отказалась, заявила, что не успевает управляться со всеми руками, которые убирались на кухне, а то кок-сан вернется уже совсем скоро. Украшение было оставлено на откуп команде Зоро и Джудитт, а торт спрятали в большой холодильник из-под мороженого. Правда, там все еще оставалось мороженое, но решить эту проблему было легко — они просто свистнули с корабля Усоппа и Кайи местную котовасию, и она прилетела тут же, игнорируя возмущение отца, что дети еще не до конца переодеты в праздничную одежду. Мороженое смели за секунду. Зоро и Джудитт вышли из кухни, довольные собой, и заговорщически переглянулись.       Благо, вернувшийся с покупками, которые ему помогал нести Нидо, кок был так замучен подготовкой, что не обратил внимания на их хитрые рожи, а тут же отправил Зоро расчищать место, а потом выволакивать и составлять рядом на палубе все столы для большого пиршества, сам же скрылся на кухне. За работой время до вечера пролетело стремительно, Зоро даже не поднимал головы, и его харамаки пропитался потом, а шея затекла. Потому он удивленно выпрямился, когда по его спине коротко постучала чья-то рука. — Хорошая работа, Маримо, а теперь переодевайся и прими душ, скоро сбор за общий стол, — это был кок, он курил сигарету и смотрел куда-то в море. — Переодеться? Не то чтобы я возил с собой чемоданы… — Спокойно, Маримо, все схвачено, отправляйся в душ, а потом сразу загляни ко мне.       Поводов протестовать у Зоро не было, тем более так хотелось смыть с себя соленый пот. В душе он проплескался минут тридцать, смывая не только грязь, но и усталость, лишние мысли, все чаще почему-то посещавшую его беспричинную легкую грусть и задумчивость. Иметь с такими чувствами дело Зоро не любил, да и не умел. Вышел из душа он обновленным и свежим, но только вернулся в их с коком комнату, как все опять пропало — на сердце появилась не поддающаяся описанию тоска.       Санджи стоял перед зеркалом и был… великолепен. Зоро хотел его подковырнуть, но не смог. Он был в идеально пошитом костюме-тройке молочно-белого цвета, пиджак сидел как влитой, а брюки… пожалуй были даже вызывающе хороши, подчеркивая длинные ноги и мышцы их владельца. Он за это время привык к обыденному коку — носящемуся между столиками, выкрикивающему что-то на кухне, с вечным фартуком с этой его пандой. Такой кок в безупречном костюме был откуда-то не отсюда, не из плавучего ресторана, а из другой реальности. В душе Зоро боролись чувство восхищения прекрасным костюмом и желание содрать его, чтобы Санджи вновь стал «своим», обычным, никуда не улетающим, а сквернословящим на кухне. Но Зоро только проговорил: — Ничего себе костюмчик.       Блондин горделиво осклабился, даже такой далекий от вопросов прекрасного Маримо оценил, значит и правда отличная вещь. — Находишь? Это мне Эдит сшила, раз пятьдесят меня мерила.       «Эдит, Эдит, в этом доме везде Эдит», — подумал Зоро. — Ах да, Маримо, у меня же и для тебя кое-что есть, прости, что не отдал раньше. Помнишь, ты заблудился на добрых полгода и не попал на свадьбу? А ведь Эдит тогда сшила наряды для всех моих накама. Нами с Робин даже замеры присылали по ден-ден муши. Приказали ей не говорить мне их параметры! Твои правда не нашли, так что я показал ей тебя руками, — тут Санджи смешно зажмурился и выставил перед собой руки. — Вот такие вот плечи… ну-ка, Маримо, подойди, замерь, насколько я далек был от реальности все это время.       Но Зоро не нужно было просить, он уже подошел и стоял перед вытянутыми руками Санджи. Его плечи были немного шире разведенных рук кока. — Вот значит как, ошибся значит, извини, но она сделала чуть побольше как раз камзол на такой случай.       Зоро молчал, кок совсем не ошибся. Просто за семь прошедших лет у мечника еще немного прибавилось мускулатуры, а прежнюю ширину плеч Зоро, прямо как во время их последней встречи, Завитушка указал безупречно. — Сейчас достану… ну-ка подержи… — Санджи залез с головой в шкаф и стал кидать в руки Зоро одежду. Вылетело несколько воздушных платьев, явно женских, быть может, это память о его жене… Из шкафа торчала только обтянутая светлыми брюками завитушкина задница. Зоро отвел глаза. — Ага, вот он! — довольный Санджи достал из глубин красный обшитый золотом камзол и вручил его и без того держащему кучу тряпья Зоро. — Примерь-ка, в прошлый раз ребята расстроились, что не смогли тебя в нем увидеть. — Я не наряжаюсь, — буркнул Зоро, разглядывая аккуратное шитье. — Ну кто бы сомневался, — с улыбкой хмыкнул Санджи. — Но камзол надень.       И вышел. Зоро остался стоять около шкафа, пялясь на себя в зеркало. Он все же положил вещи и аккуратно расправил камзол — тот был безупречен, в нем сочетались пиратский дух и аристократическая утонченность. Губы Зоро скривились в невеселой усмешке. Эдит постаралась ради него на славу. Наверняка точно с таким же старанием она сшила наряды для всех остальных, и для нее Зоро был просто одним из — одним из ценных накама ее мужа, которого хочется порадовать, потому что это порадует ее мужа. Он не был для нее кем-то особенным, не соперник. А вот она без боя забрала у него самые ценные вещи в жизни. Он хотел бы, чтобы жизнь не менялась, как спокойно было бы до сих пор валять дурака с коком, ходить по поручению Нами в очередном городе на рынок и тащить эти бесконечные тюки с провиантом после того, как кок вдоволь наторгуется. Есть вкусные блюда и болтать всего по пару минут ночью, когда один сменяет другого на дежурстве в вороньем гнезде. У Зоро было очень мало моментов, которые согревали не его честь, не его достоинство, но его сердце. И Эдит забрала их просто потому что существовала, у Зоро никогда и шанса не было выйти с ней на арену и побороться за сохранение того, что ценно ему.       Он сжал зубы. Ну, а приедь он на свадьбу, что изменилось бы? Стал бы он третьим лишним в тоске по уютному молчанию на камбузе под бутылку или по легкомысленной болтовне кока во время похода на рынок, приживалой в их ресторане, который бы постоянно отирался возле молодоженов, не в силах запретить себе приходить снова и снова? Нет, он заставил себя потеряться, и это было правильно, кто же знал, что всемогущая Эдит так быстро покинет Завитушку. Лучший мечник в мире проиграл то, в чем нуждался для себя, без боя, потому что шанса схватки ему никто не предоставил. Зоро скучал по временам бесконечных приключений на Санни Го, но никогда не задумывался, почему для него «концом всему» была свадьба не капитана, не Робин и Фрэнки, а именно кока. Будто в том концентрировалось, пересекалось все, что он любил в их путешествии.       Мир в который раз показал Ророноа Зоро свои зубы, все как с Куиной, «я могу забрать у тебя самое ценное, а тебе придется научиться с этим справляться». И он справлялся. Он завоевал титул лучшего мечника для Куины, но ему даже не дали шанса удержать те крупицы, которые он хотел лично для себя. Чувствовать себя спокойно и уютно, сидя на камбузе поздно вечером, наблюдая, как спокойно моет посуду кок, попыхивая сигаретой. Эта смешная малость, недоступная для Зоро годами, позволяла ощущать себя живым. В глазах у мечника почему-то защипало, и он прикусил свою руку, чтобы сбить ощущения. Сейчас он наденет этот роскошный подарок от женщины, которая забрала единственное, в чем обретала отдых его душа, даже не являясь соперником, выйдет к ребятам, и они отлично повеселятся и поздравят чертова кока.       Как и ожидалось, камзол сел безупречно. Опытная портниха Эдит догадалась, что со временем мускулы лучшего мечника станут еще шире, и сшила плечи с запасом, так что сидел на Зоро наряд так же идеально, как костюм на ее изрядно схуднувшем муже. Зоро потрясенно замер: она догадывалась, что кок похудеет от чувства потери, и намерено шила ему костюм еще уже! Эта всевидящая женщина… Он ударил кулаком по стене, потому что внезапное трагическое открытие о всевидящей Эдит какими-то когтями разорвало его сердце. Она знала, знала, как все будет, что придется пережить коку… но сидела и с любовью шила костюм на «Санджи без нее». Какие слова она ему говорила, зная, наверняка зная, в какое безграничное горе тот впадет? Сидел ли он у кровати, молча держа ее за руку, и смотрели ли они друг другу в глаза, прекрасно понимая, что будет с Санджи, когда ее не станет? Какими словами врал ей кок, что все будет хорошо? За пару месяцев Зоро непростительно размяк в уюте завитушкиного ресторана, потому что не смог сдержаться, и нос обожгла одна горячая капля.       Нужно было немного остыть, так идти к команде было нельзя, потому он прилег помедитировать на выделенный ему коком короткий диван. Во время «медитации» снилось, как команда на Санни Го посреди Гранд Лайн играет в салки, и Зоро почему-то с ними тоже. Луффи сразу взлетает на мачту, Усопп с Чоппером пытаются скрыться в мандариновой роще, но у Зоро своя цель — он намерен засалить своего вечного соперника кока. Но ноги у Санджи слишком длинные, и он не может его засалить, и это так бесит мечника, что он не может скрыть эмоций. Тогда он ловит Чиби-Завитушку, салит ее, теперь она водит, и вот уже кок со смехом поддается Чиби-Завитушке и счастливо сдается ей в плен. Я тебя все же обыграл, чертов кок… Постой…откуда на Санни Го Джудитт? — Да вставай, дядя Маримо! А то дядя Луффи все-все-все съест, они ведь уже целых полчаса, как празднуют!       Перед его лицом насупились две завитушки, Джудитт пыталась растолкать не желающего просыпаться Зоро. Тот охнул и сел, не сразу сообразив, что он не на Санни Го, а восемью годами позже… Зоро кивнул Джудитт — я готов.       Приставленные вплотную к друг другу столы на палубе ломились от яств. Санджи две недели делал заготовки, чтобы подать не просто много еды, а плеяду утонченных и разнообразных блюд. Ради Луффи была и гора просто жареного мяса, но даже здесь Санджи позволил себе поиграть с маринадами. Его команда должна была вспомнить по блюдам все их приключения, он даже натаскал с берега булыжников, чтобы сделать рагу с горячими камнями точно, как в Скайпии. Здесь были мандариновые коктейли для Нами, обожаемые семейством Усоппа такояки, не говоря уже о целой груде закусок из кулинарии Вано, столь полюбившейся когда-то Зоро. Правда придурок как всегда все проспал, и пришлось посылать за ним Джудитт.       Неожиданно палуба встретила Зоро ошарашенным молчанием, даже Луффи на минуту перестал есть, уставившись на Зоро. Вот зарекся же он наряжаться на праздники, теперь все пялятся на вычурный красный камзол. Когда команда получила негласную команду «отомри», первой заговорила Робин. — Все же у Эдит был невероятный талант, вам очень идет этот наряд, мечник-сан. Я думаю, она передала свой талант Джудитт. — Да, ты круто смотришься, очень необычно! — прокричал Луффи, возвращаясь к планомерному поглощению блюд кока, по которым очень скучал. — Хе, хе, — улыбнулась во все свои недостающие зубы Джудитт, а у кока почему-то пошло вино носом, которое он отхлебнул только что после тоста в его честь. Мимо пробежал с подносом Нидо и злобно зыркнул на Зоро, что не так с этим парнишкой? Зоро недоуменно посмотрел на Джудитт, она показала ему два пальца вверх. Все еще озадаченный, заспанный Зоро занял место за столом. Напротив оказалась Нами, которая тут же хрюкнула в бокал с вином. — Тебе очень идет, Зоро, — хихикнул Усопп, тут же получив укоризненный взгляд от Кайи. — Да что с вами такое?! — возмутился мечник, но ответом ему были только сдавленные смешки.       Похоже, только жена Усоппа тут обладала должной долей сочувствия, она деликатно кашлянула и сказала полушепотом: — Похоже, ты обновил не только гардероб, но и брови, Зоро-кун. — Чт… — перед тем, как ответить, Зоро все же схватил одну из начищенных до блеска вилок и поймал свое отражение. Точнее сделал это дважды, в первый раз вилка отказывалась слушаться и ловила отражение какого-то угрюмого завитушкиного родственника… Хотя погодите! Из ложки на Зоро смотрел он, но с невероятными закрученными бровями, точной копией завитушек, украшающих лоб Джудитт и Санджи. Вилка в руках мечника слегка погнулась. Он посмотрел на Усоппа, у того вспотел лоб. — Это не я! Я только дал зеленую краску, я не знал, зачем она Джудитт!       Зоро перевел взгляд на Джудитт, но та не чувствовала и толики вины, наоборот — так и ждала похвалы и благодарности от мечника. — Это я сделала! Просто все приехали с семьями, и у нас с папой семья, а у дяди Маримо никого нет, ему было бы одиноко на папином празднике. Но никому не должно быть одиноко на празднике, вот я и сделала ему брови, как будто он из нашей с папой семьи! — пояснила девочка.       Вместо того, чтобы дружно высмеять Зоро, примкнувшего к санджиной семейке, все дружно умилились выходке Чиби-Завитушки. «Я тебя все-таки точно украду, ты такая лапочка» — воскликнула Нами. У перил стоял Нидо и буравил Зоро взглядом, задушит еще во сне, чего доброго, Отелло недоделанный. А вот Зоро не будет прямо сейчас стирать эти брови, получай, пацан, два ноль в мою пользу, я и спящим кока видел. И даже голым в ванной. — Да плевать, — вслух произнес Зоро, — думаю, выпить хорошенько эти брови мне никак не помешают. Только если с ними не передается талант кока пьянеть, понюхав пробку.       Все удивились спокойной реакции Зоро, но быстро отвлеклись на шумное застольное веселье, после того, как он выдержал их взгляды. Кок все же домучил свой бокал вина и быстро захмелел. Никто не понял как, но беседа повернула в любопытное русло. — … все меллорин! — вещал кок. — Да я просто виртуоз поцелуя, хотите — докажу!       Все немного отодвинулись от кока, он смерил их взглядом: — Да не так, идиоты! Знаете, как это проверить? Если ты можешь во рту одним языком завязать палочку от вишенки, то ты первоклассно целуешься! Ну-ка, дайте мне палочку!       Джудитт вскочила и принесла отцу пару вишен, что спаслись от их с Зоро растерзания. — Сейчас все будет! Все внимание на меня! — кок поднялся над столом, торжественно оторвал от вишни палочку и изящнейшим жестом отправил ее в рот. Большего всего внимания этому жесту уделял конечно Нидо, Зоро цедил спокойно какое-то бухло. — Сейчас! — кок поднял палец вверх. — И — вуаля!       Он торжествующе достал изо рта и поднял перед собой действительно завязанную в узелок тонкую палочку. Джудитт в восхищении встала на стул рядом с отцом и приняла торжествующую позу, направив обе руки на кока, будто опытный конферансье подставляет его лучам софитов. Она громко пропела: — ТА ДАММММ!!!       Зоро даже перестал пить. Вся эта ситуация — держащий гордо на вытянутой руке завязанную языком палочку кок (что за дурацкий тест!), преисполненная гордости Джудитт в театральной эффектной позе, стоящая с ногами на стуле, чтобы ее было видно из-за стола, пронзительные одинаково открытые улыбки этих двух замерших завитушчатых чудиков. Все это было настолько комично, что он не удержался, и в образовавшейся за столом паузе, когда все направили свои взгляды на кока, послышался громкий, безудержный смех. Зоро смеялся и бил рукой по столу, потому что от смеха у него заболели мышцы на животе, и он пытался остановиться. Вскоре к нему присоединились и остальные, оценившие эпичность действа накама, но Зоро смеялся дольше всех и никак не мог остановиться. Ох уж эти его Завитушки!