scared to be lonely.

Чанёль не видел соседа больше недели. На этот раз он был уверен, что тот уехал, ведь почта из его ящика не пропадает, набиваясь все больше и больше. Ночью он просыпается редко, в основном из-за Сехуна, но сегодня альфе спалось плохо, тревожно. Открыв глаза и обнаружив на часах половину четвертого ночи, Чан тихо выругался себе под нос и перевернулся с одного бока на другой. Сон овладевал им медленно, но, когда Пак уже почти провалился в забытие, в соседней квартире что-то громыхнуло с такой силы, что альфа резко сел на кровати, смотря непонимающе и удивленно. Следом за шумом последовал выкрик, осыпающий кого-то ужасными словами. Этот голос принадлежал не Кёнсу. Когда Пак выскочил из своей квартиры он увидел распахнутую соседскую дверь. В полумраке молодой мужчина видел коридор по которому хаотично были раскиданы вещи. Из дальней комнаты донесся звук звонкой пощечины, а потом в коридор, практически кубарем, вылетел Кёнсу и сжался на полу, держась за живот, быстро и резко вдыхая через широко раскрытый рот. В ту секунду, когда он увидел на пороге Чанёля, ему захотелось горько плакать и громко выть. Ему захотелось защиты и безопасности. Эти несколько мгновений визуального контакта между ними тянулись бесконечно долго. И неумолимо быстро. - Как же ты бесишь меня! Еще и молчишь - не пискнул ни разу! Делаешь вид, что тебе все похер?! Наглая мразь! - Альфа показался в коридоре. Он ударил лежащего парня ногой, а потом дернул вверх, вцепившись в его футболку и надрывая ее у воротника, ставя того на ноги, чтобы продолжить избивать и унижать омегу. Кёнсу действительно молчал. Ни звука не издал, пока его били и толкали. Но у Чанёля внутри все перевернулось с ног на голову, забурлило и опалило огнём злости. Он быстро прошел внутрь и схватил другого альфу за куртку, буквально отдергивая его от До. Со всей силы приложив его о стену спиной, он замахнулся и ударил альфу в лицо. И еще пару раз. Тот, опомнившись, начал сопротивляться. Оттолкнув Чанёля от себя, он стер кровь с подбородка и рыкнул. - Ах ты сука... Что, нашел себе защитника? Вот же шлюха... Может и ребенок был от него? А Кёнсу? Признайся, что нагулял его! Пак опешил, смотря растерянно то на альфу, то на омегу. А Кёнсу начало трясти, при чем так, что это можно было увидеть с расстояния в полумраке коридора. Он накинулся на мужчину, стискивая пальцами его шею и яростно крича. - Это все из-за тебя! Из-за тебя! Ненавижу! Чан, подскочив к ним, схватил Кёнсу и оттянул его от альфы, который уже собирался ударить парня снова. Он выдирался, пытался ударить мужчину и кричал о своей ненависти к этому человеку, как видимо, сделавшему ему много зла. - Заткнись, Шлюха! - Мужчина дернулся в сторону Кёнсу, собираясь снова ударить омегу, но Чан загородил его собой, пряча парня у себя под боком. - Заткни пасть, ублюдок, и убирайся! - Ударив тому ребром ладони в горло и заломав руку назад, Пак вывел его из квартиры и швырнул в сторону лестницы. - Приблизишься к нему снова, и тебе конец! Захлопнув дверь, когда униженный и сломленный альфа скрылся, уходя вниз по лестнице, Чанёль посмотрел на парня. Он сидел на полу и качался из стороны в сторону, вцепившись тонкими пальцами в свои выкрашенные красным волосы, роняя горячие слезы себе на колени. - Джиён! Джиён-а! Сквозь слезы выкрикивал Кёнсу, укутанный теплом Чана, обнявшего его со спины, сев сзади и позволяя жаться к себе. Лишь через час омега перестал вскрикивать и плакать навзрыд. Уставился пусто и потерянно в никуда, замыкаясь в своем растоптанном и испачканном чернотой мире.