scared to be lonely.

Вопреки предположениям Чана, парень не уснул, как следует выплакавшись. Они сидели в коридоре среди разбросанных вещей и молчали. Каждый по своей причине. Альфе хотелось спросить, но он понимал, что рассказывать тот не станет. Это же Кёнсу - несговорчивый и вредный омега. В голове засело имя, которое парень повторял сквозь всхлипы весь час своей истерики. Возможно, так зовут того альфу? Не похоже, что Кёнсу так отчаянно зовет того человека. Помимо этого Чан крутит в голове то, что сказал Альфа. И мысли спотыкаются друг о друга. Что случилось в прошлом До, что он стал таким и живет так? - Возвращайся домой. Я в порядке. - Не своим голосом после слез, и вообще всего случившегося, произнес Кёнсу, поднимаясь с пола. Он закрывается. Замыкается внутри себя. Опять. Если сейчас Чанёль не сделает ничего, то потеряет возможность стать к нему ближе. - Он может вернуться. - Выдыхает Пак напряженно то, что поможет ему не быть выгнанным за дверь. Но Кёнсу даже не реагирует на эти слова. Подбирает с пола вещи, попадавшие с вешалки и тумбочки. Видимо, до того, как пришел Чан, омегу швыряли туда-сюда, избивая. От мысли об этом у Чанёля в животе затянулся огромный узел гнева. - Не вернется. - До говорит так спокойно. Он знает весь алгоритм действий альфы. Это далеко не первый раз, когда он избивает его, по пьяни или даже трезвым. Закончив прибираться в прихожей, он исчез в конце коридора, зашуршал вещами в комнате, откуда не так давно его вышвырнул обезумевший альфа. Чан провел по лицу ладонью, стараясь унять бурю эмоций. Поднявшись с пола он прошел вглубь квартиры, смотря по сторонам. В спальне, где сейчас прибирался парень, царил полумрак - слабое предрассветное марево едва пробивалось сквозь задернутые шторы. Чан посмотрел на включатель и щелкнул им на секунду раньше, чем Кёнсу поднял голову, умоляющим голосом прося не зажигать свет. На скуле у До уже начавший темнеть синяк. Губа разбита, но кровь уже схватилась и засохла коркой на трещине. Футболка надорвана и из под нее видны выпирающие ключицы и потемневшая гематома. Руки поцарапаны, а на костяшках пальцев содрана кожа. И по бледным щекам текут слезы, заставляя кожу блестеть. - Кёнсу-а... -, Тихо выдохнул он, чуть горбясь и чувствуя вину, что не услышал раньше, и парень так пострадал от побоев того урода.