Таинственный... хмм... парень?

POV Жени. День сегодня начался неудачно. Мало того, что, практически, опоздал на первую пару, так еще и эти сволочи опять ко мне пристали. Почему бы им уже не остыть после стольких-то лет обучения под одной крышей? Рады, что ли, что их жертва за лето от них не сбежала, и у них будет повод для веселья? Как же хорошо было на каникулах без этих рож и их постоянных приставаний! Но какой же сюрприз меня ждал за моим обычным местом, на котором я сижу во всех аудиториях. Никто не любит сидеть за первой партой возле кафедры, так что, поняв её преимущество, я всегда располагался именно за ней. При всём моём желании спрятаться на задних рядах, это был точно не мой вариант. Так как моментально ко мне слеталось всё вороньё моей замечательной группы, начиная «клевать» и унижать меня самими разнообразными способами, которые только могли родиться в их тупых головах. И тут такая неожиданность. Парень, да ещё не знакомый мне, сидит за моей партой и смотрит на меня с интересом в глазах. Вечно это треклятое любопытство! Как бы я не желал быть неприметным, но на меня всегда обращают внимание, которого мне всегда хотелось избежать. И всему виной здесь была моя внешность, которая делает меня более похожим на не сформировавшегося мальчишку-подростка, чем на студента пятого курса, да ещё эта вечная неуклюжесть, а уж её не заметить просто невозможно. Но в данном случае сыграли немаловажную роль также вопли «радости» Егора и его компашки, донимающих меня беспрестанно начиная с первого курса, с упоминанием моих самых любимых фразочек, типа «принцесса» и «наша Женечка». В первую минуту меня охватил испуг, что это опять какой-то подстроенный ими прикол. Но вовремя спохватившись, я успокоился. Ведь мне нельзя ни в коем случае давать повод этим ублюдкам для их нападок, тем более если всё действительно так, как я подумал. Пока я соображал, что к чему и кто этот парень, в аудиторию зашёл препод, заставив всех затихнуть, а также вывести меня из остолбенения и сесть за парту рядом с этим незнакомцем. И не то что бы сесть, а упасть на свободное место, в очередной раз зацепившись за что-то. Пара началась. И, так как преподаватель не реагировал на парня, сидящего рядом со мной, я тоже перестал волноваться по этому поводу, постепенно увлекаясь теорией экономических циклов и кризисов Туган-Барановского. В моей жизни эта учёба значит очень многое. Это большой шаг к моей независимости и свободе. Смысл этих слов не понять тому, кто рос в нормальной семье. Мне нравится моя специальность. Добиться же возможности обучаться ей стоила мне очень многого. Пришлось пустить в ход даже те меры, которые я никогда бы не позволил себе ранее. Но после смерти матери всё изменилось. Хотя нет. Изменился только я. Мне надоела роль жертвы. Последняя капля упала, а страх ушёл вместе с самоубийством самого дорогого мне человека. Не знаю, смогу ли я когда-то простить того, кто в этом виноват. Даже если это мой родной отец. Чтобы учиться на выбранной мной специальности, я пошёл против родителя, что, к тому же, мне никогда не было свойственно. Он – прирождённый руководитель и тиран. Только вот, к большому несчастью, разграничивать семью и работу ему было не дано. Кроме того, отец никогда не стеснялся применять нечестные приёмы в достижении своих целей, а управление чужими страхами вообще было излюбленным его методом. Давить же на слабости и унижать человека он мог и просто так, по вине плохого настроения. Нередким явлением были также побои. Поэтому противостоять ему было не то, что сложно, это было просто невозможно. Никакие доводы на отца не действовали, когда он что-то решал для себя. И когда этот человек захотел меня отправить за границу для обучения, в целях будущей передачи вожжей управления своей компанией, он был упёрт, как никогда. Чем больше я противился, тем сильнее он психологически травил и всячески унижал мать, так как знал, что страдания матери – моё самое слабое место. Мне претило управлять его предприятием. Это было не моё. Да и мать я не хотел оставлять на растерзание этого мозгоеда. Но честными способами его было не переубедить, и я сдался. Однако после смерти матери мне уже не из-за кого было всё переносить молча. Поэтому, когда меня больше ничего не сдерживало, терять было нечего, а терпеть домашнюю тиранию уже не было сил, я пустил в ход последний, жалкий, постыдный для меня, но действенный приём, а именно шантаж, желая, в общем-то, только одного – обрести свою свободу. Кажется, это было только вчера, но на самом деле прошло уже пять лет. Отец выполнил моё требование. Но взамен потребовал и от меня кое-чего, заткнув мой рот подаренной квартирой. Его условием было скрытие некоторого факта, которого он боялся. И я не отказал. Ведь жить с отцом я больше не мог, а раскрывать секрет было подобно собственному самоубийству, хотя именно им я и шантажировал. Но на что только не пойдёшь, когда загнан в угол и бежать просто некуда. К тому же скрытность была моим вторым «Я», красной нитью, проходящей через всю мою жизнь. И эта нить будет отравлять мою сущность и дальше. До тех самых пор, пока я не сделаю решительный шаг, после которого уже не будет возврата… Первая пара закончилась. За ней началась другая. Каждый день был наполнен учёбой и однообразием: университет, библиотека, дом. Но это было то, чего я хотел. Так что мне не на что было жаловаться, если бы только не одиночество, которое «скрашивали» некоторые особи моей группы. Вот и сейчас эти некоторые пытались достать меня своими глупыми выходками, кидая мне свёртки бумаги с надписью «Прачти!» Интересно, они бы это делали, даже если бы тот новенький от меня не пересел? ДеЦкий сад, чесслово! Неужели они думали, что я буду читать их писульки? Во всяком случае, что бы они там не думали, их надежды не оправдались. Так, как их записки мною были проигнорированы и скинуты на пол. Их это разозлило. Ну, и пусть! Меня это мало волнует. Ан нет, волнует, но для виду я всё равно веду себя именно так. Вот только почему они никак не угомонятся? Хотя, мне кажется, не угомонится только один Егор. Если бы он успокоился и забыл о прошлом, то и другие из его компании, думаю, устали бы меня доставать. История эта давняя, и ничего особенного в ней нет. Ну, разве что ущемлённая гордость этого самого Егора. На первом курсе, когда все завязывают с кем-то отношения и начинают дружить, он в слишком навязчивой форме предлагал мне дружбу. Мне это показалось странным, я начал его избегать, отвергая все его попытки пригласить меня куда-то с ним сходить. Скрытность моя вместе с замкнутостью не вызывали дружелюбия у моих одногруппников, поэтому на их фоне Егор явно выделялся своими неуёмными приставаниями, переходящими постепенно в откровенное и частое стремление обнять или прикоснуться ко мне. Не менее настораживал также навязчивый интерес к моей скромной персоне наряду с неуместными, зачастую, комплиментами. Я избегал его, как только мог, и, в конце концов, это не осталось им не замеченным. А так как экспрессивные люди, подобные ему, молча не отстают, он как-то после пар подошёл ко мне для выяснения отношений, обрушившись на меня с потоком обид. В его глазах мы уже были друзьями. Моё же поведение трактовалось им как предательство его дружественных чувств. Хотя ни разу они не были дружественными. Разве что так дружить, как он, стало в порядке вещей. В общем, почувствовав себя отвергнутым, Егор начал мне мстить. По крайней мере, другого объяснения я до сих пор не нашёл. С того самого дня начались его подколки на тему моей внешности, сексуальных предпочтений вперемешку с намёками на половую принадлежность. Меня это больно ранило. Но я всё тёрпел, сдерживал эмоции, избегая конфликтов, которые незамедлительно привлекли бы ко мне ещё больше внимания, которого, казалось, и так было с избытком. А этого нельзя было допускать. Ведь это и было главным условием отца взамен на мою свободу. Да и мне лишнее внимание было ни к чему. К тому же, он в чём-то был прав. Моя невзрачная внешность даже меня мало радовала, что уж говорить. Несуразное тело со слабо выраженными мускулами в придачу к низкому росту ни капли не придавало мне мужественного вида. В школе это ещё мало кто замечал. Всё-таки пубертатный период, и многие ещё росли. Но когда я поступил в универ, моя хилость бесспорно стала выделяться среди парней нашей группы, которых было немного, и все, как на подбор, были высокие, со спортивным телосложением. Хотя не скажу, что я слабак. В школе всё-таки любил лёгкую атлетику и бегал быстрее всех своих одногодок, но на мышцах это как-то не сильно отражалось. Заняться же каким-то видом спорта серьёзнее мне не разрешили, так что теперь приходиться довольствоваться тем, что есть. Хотя от бега я не отказался и по утрам перед парами наматываю пару кружков по стадиону, что недалеко от моего дома. Летом же люблю бегать до тех пор, пока не вымотаю себя, после чего уже возвращаюсь домой, еле держась на ногах. Первый учебный день закончился, но домой не хотелось. И я пошёл к излюбленному мною месту возле реки, чтобы успокоиться, привести мысли в порядок, что ли. Но покой так и не пришел, а мысли возвращались всё к тому же, что и раньше. В чём разница между мужчинами и женщинами? Ища ответ на этот вопрос, я прочитал много книг и статей. И понял: ни в чём. Вся суть в воспитании. Причина непонимания между полами заключается в том, что мальчиков воспитывают именно как мальчиков, а девочкам всё время носом толкут в их «проступки» самой обычной фразой «ты же девочка!». Психика у мужчин и женщин одинаковая, обоим полам свойственен психологический принцип дихотомии, согласно которому все индивидуумы имеют весь набор определенных характеристик, но у каждого в определенной степени какие-то доминирует сильнее (что, к тому же, делает всех людей разными, уникальными, не похожими друг на друга). Хорошо это описано в восточной философии об инь-ян, которая гласит о двуединой природе абсолюта: «Инь-Ян нераздельны, замкнуты в пределах одного круга в виде изогнутых половин, готовых перейти одна в другую. Чёрная точка на белой половине (Ян) и белая точка на чёрной половине (Инь) говорят о том, что в Инь заложен потенциал Ян, а в Ян - потенциал Инь»*. И при этом утверждается, что переход одной противоположности в другую неизбежен. Стало быть, с лёгкостью можно говорить о том, что мужчинам, как и женщинам, свойственны, как одинаковые достоинства, так и одинаковые пороки. Вся проблема лишь в том, что нам с самого детства вбивают в головы, что мальчики и девочки разные, таким образом, формируя пропасть между полами. Мы же растём с этим убеждением и делаем пропасть ещё больше. Душа не имеет пола, а значит, в мир мы приходим всё одинаковые, с сознанием чистым, как ещё ни кем не исписанная доска. О чём и гласит термин сенсуализма – tabula rasa. С рождения нам матушка-природа закладывает одинаковую психику и только жизнь, в большей степени даже окружение корректируют её. Общество сковывает нас рамками правил поведения с первых же дней нашего появления в этом мире, разграничивая разве что рамки для мальчиков и рамки для девочек. Вначале эти рамки отвергаются индивидуумом, но когда он их принимает, то начинает их превозносить на пьедестал, а иногда ещё и щемить тех, кто в эти же рамки не вписывается по той или иной причине. Иначе говоря, не таких, как он сам. По моему мнению, это происходит то ли в отместку за то, что человек сам не смог отстоять свою индивидуальность, что на подсознательном уровне откладывается в виде обиды или чего-то другого, то ли из-за комплексов, связанных с той же индивидуальностью, не принятой им и окружением. Самое обидное заключается здесь в том, что когда тебя считают иным… не таким, то это всегда равно понятию «плохой». Но разве это так? В моем понимании нет. Это не равнозначные или тождественные понятия. Они, конечно, не могут взаимоисключать себя, но и взаимозаменяться они тоже не могут. Вот только это не дает мне ответов на те вопросы, которые меня тревожат. И в книгах, моих единственных друзьях, мне, боюсь, их не найти. Почему я такой? Почему для таких, как я нет места в этом мире? Почему он так ко мне жесток, и заслужу ли я когда-то право на счастье? Ища ответ в равнодушной синеве небес, я ничего не замечал вокруг, пока не услышал звук шагов, которые приближались ко мне. Это был новенький. Еще один, уже признанный одногруппницами, красавец нашей группы. Весь такой из себя элегантный, красивый и опять-таки с восхитительным спортивным телосложением, о котором я раньше мечтал. Даже лёгкая небритость не портила его внешности, придавая какую-то не то загадочность, не то сексуальность. Еще утром я заметил, как на него смотрела прекрасная половина нашей группы. Все девчонки – и свободные, и не очень – положили на него глаз. А некоторые даже откровенно поедали его, не скрывая своих взглядов. Но нравилось мне в нём только одно и это были уж никак не его глаза холодной прозрачной синевы, заворожившие всех девчонок, а… его аккуратный маленький хвостик. Мой фетиш, ничего не могу с собой поделать. Всегда хотел иметь такой. Да вот только с моей внешностью это роскошь, которая обострит и так мои не очень мужественные черты. Странный парень. Почему он перевелся к нам на последнем курсе, да еще и с другого универа, если только слухи не врут? Интересно, что ему нужно от меня? Разве его ещё не посвятили в группе по поводу меня? Или же его интерес замучил после тех сплетен, что он успел услышать? Не может же парень знать о?.. Наверное, страх отразился в моих глазах, раз Влад сразу же, как только подошел ко мне, спросил, да еще и прямо в лоб: «Ты меня боишься?» – Пфф. – И «ха». Страхи мои глубже. Но о них никто не должен знать и повода догадаться о них я не дам никому. О, какой дружественный! Влад, значит. Просто Влад. Ну, значит я… – Евгений, просто Евгений. Потише, Просто Влад, ко мне не так легко втереться в доверие. Пусть знает, что со мной всё не так уж просто. Но тут он улыбнулся… Сколько же в этой улыбке было очарования, граничащего с необъяснимой харизмой. Не поддаться им было нереально и я, что уж скрывать, завороженный и восхищённый тем, с какой лёгкостью он располагает к себе, пожал протянутую мне руку. От него словно веяло теплом и надёжностью, в которых так нуждалась моя израненная душа. Рядом с ним мне на минуту стало спокойнее, но лишь на минуту. Как только он решил подсесть ко мне на парапет, все сомнения и тревоги вернулись. И я задал вопрос, который меня тревожил. Нет, даже не так! Вопрос сам сорвался с моих уст. – Скажи, почему ты решил подойти ко мне? Прямого ответа не прозвучало, но вместо него я услышал его вопросы, которые немного выбили меня из колеи. Таким образом, я проговорился, а когда понял свою оплошность, было уже поздно. Ну, кто, ради всего святого, тянул меня за язык, чего ради я разоткровенничался?! Парень же успел сделать, по-видимому, какие-то свои выводы. Но хуже всего то, что он начал меня поучать, как надо жить. Да кто он такой?! Как можно, ничего не зная обо мне, давать советы о том, как мне себя вести?! Да что он понимает?! Ему ли знать мою боль или то, что я пережил?! Я начал было говорить то, что вскипело у меня внутри, но вовремя спохватился. Помня, какой эффект оказывает на меня этот человек, и не желая вновь жалеть о сказанном, как это было ранее, или же разжигать огонь конфликта, я вскочил с места и практически кинулся прочь от Влада. Хотя бежал, скорее всего, даже не от него, а от той правды, которая кнутом резанула по моему сердцу, освобождая то, что наболело за очень долгое время. Не зная сути моей проблемы, он практически попал в самую её сердцевину и вскрыл её суть. Лишь немного отойдя от парня, я несколько успокоился и устыдился своей бурной реакции. Напрасно я на него сорвался. Ох, напрасно. Он ведь не сказал ничего плохого. Мною просто овладела обида, и она теперь будет причиной обиды другого человека. Ну, молодец я, что уж скажешь! Влад, конечно, прав, но вот только говорить правильные вещи всегда легко, следовать же им бывает намного сложнее. Зря он думает, что я мазохист и мне не нужны друзья. Хотя за столько лет вполне могло стать верным как первое, так и второе. Но это не так! Порой кажется, что я уже привык к одиночеству и страданиям, но бывают моменты, когда я настолько остро чувствую нехватку человеческого понимания, поддержки, любви, что на стену впору лезть! Мне ведь хочется кому-то доверять, хочется чувствовать себя кому-то нужным, хочется… да хотя бы, просто дружеского внимания. Домой я вернулся, когда уже совсем стемнело. А до этого просто гулял, поглощённый своими мыслями, потерявшись во времени. Лишь когда сумерки начали смягчать свет уходящего дня, я очнулся и в ту же секунду застыл перед очарованием неповторимого сочетания цветов уже практически зашедшего солнца. Мне нравилось это время суток. С ним приходило умиротворение и ожидание нового дня, от которого я ждал чего-то, надеялся неизвестно на что, но надеялся и ждал… И что самое интересное, если бы меня спросили, с каким периодом дня я ассоциировал бы себя, то это, несомненно, были бы сумерки. Что-то общее у нас было с этим временем суток, когда день ещё не ушёл, а ночь не успела вступить в свои права. Так было в моей жизни. Она была на грани между прошлым и будущим, которое обязательно наступит после недолгой… уже недолгой ночи. _______________________________ * Цитата про инь-ян взята отсюда: http://www.nsu.ru/education/japanart/1_l1.htm. Все остальные мысли оригинальные, основанные лишь на обрывках памяти о знаниях, полученных в универе, а также на впечатлениях от прочтённых мной книг. Кому интересно пообщаться со мной на эту тему, пишите в личку))