Именем резинового цветка

Сэр Крокодайл, бывший шичибукай, привык чувствовать себя хозяином положения везде и всюду. Особенно сейчас, когда женщина, к которой он шел все это время, находилась на расстоянии руки от него. И все-таки что-то изменилось – неуловимое, тайное, недоступное ему, мужчине… Он не мог понять себя, не мог дать себе отчет, не мог встать и поступить по-своему – но вот он уже суетится вокруг Нико Робин, наливает ей чай, обжигая собственные пальцы, стараясь не смотреть на ее живот. - Никогда бы не подумал… - проговорил он вполголоса, - Никогда бы представить себе не мог… - А я все гадала, кто именно приложил руку к моему расставанию с командой, - Робин усмехнулась, - Но ведь все было так просто… Неужели вы настолько ненавидите меня, босс? Она склонила голову набок, поправляя оборки плаща – на животе он сполз, и тонкая ткань платья не мешала ему видеть ее будущего ребенка. Он подумал, что хотел бы, чтобы этот ребенок не жил вообще, тогда он бы поговорил с его матерью на доступном для женщин языке. Но ударить или схватить насильно будущую мать он не мог. Крохотные кулачки только что оттолкнули его от Нико Робин. Чувствовался маленький Монки Ди… - Я не ненавижу тебя… Скорее я настолько хорошо отношусь к тебе, что простил тебя и хочу тебе лучшего, - он поставил чашку перед женщиной, - Стоило просто убить тебя однажды. Ты знаешь, я мог это сделать… И сейчас могу… - сказал он, немного помолчав. Она поправила волосы, собранные в косу, в волосах блеснула заколка, которую ей когда-то подарила Нами – цветок мандарина с лентой. Ей внезапно захотелось перестать бояться и презирать всех своих похитителей. Она почувствовала себя необыкновенно уставшей, и единственное, о чем она сейчас мечтала, это были теплые руки любимого человека. Она откинулась на спинку кресла и закрыла глаза, пытаясь представить, как улыбается Луффи. Лицо Робин осветила нежная счастливая улыбка – Крокодайлу было невыносимо больно знать, что к ней он не имеет никакого отношения. - Поедем со мной, - предложил он, - Ты была мне полезна и будешь снова. Я больше не предам тебя. У тебя будет все, что ты захочешь. Я помогу тебе воссоздать Охару. И узнать истинную историю. Мы предадим ее огласке. Те, кто убил твою мать, получат твое возмездие. Твой ребенок будет защищен. Пиратствуя, ты не сможешь дать ему должное воспитание и образование… Я займусь этим. Я не собираюсь настаивать на отношениях, мне они не нужны. Но если вдруг… - Я ценю ваше предложение, - улыбнулась она, - Босс, вы всегда были добры ко мне. Но сейчас это не имеет необходимости. Даже если Луффи ненавидит меня, я буду продолжать любить его. И я пойду к нему, пойду за ним, пойду в тени его. И никакая история мира не стоит Этой Истории… Она закрыла лицо руками, скрывая слезы. Он подумал, что ему ничего не стоит, посадить ее под замок и навсегда лишить ее надежды... Но лишаться последней надежды увезти ее с собой он не хотел. Ему была нужна ее поддержка, ее умения, ее дар читать понеглифы – она сама и этот ребенок тоже были нужны ему. Подумать только, что он сможет воспитать маленького мугивару, внушить ему правильные понятия о жизни и мире, сделать его лучшим… Он подошел к Нико Робин и заглянул в ее усталое лицо. Раньше он не видел в нем ничего, кроме безупречной кожи, огромных глаз, глубокой улыбки, напоминающей ему изящный оскал. Сейчас отчетливо просматривались крохотные слезинки в глубине ее взгляда, усталость, оставившая отпечаток на ее нежной улыбке. Все это было пока незнакомо ему, но, может быть, так выглядят будущие матери?.. Он коснулся ее щеки кончиком пальца, приподнял ее лицо за подбородок, чтобы их взгляды встретились. - Ну же, Мисс Олл Сандей, не нужно слез, - нарочито насмешливо сказал он, - Раньше вы были мудрее… Посмотрите, что мугивара сделал с вами. Вы стали толстой и некрасивой, от былого изящества не осталось и следа. Этот парень, этот плод внутри тебя, эта команда – они лишили тебя твоих истинных достоинств. Ты стала просто грузом и больше не интересуешься истинной историей. Разве тебе самой не грустно от этого? - Грустно? – она улыбнулась, убирая его руку от своего лица, - Да, наверное, такой, как раньше, я уже никогда не стану. Той самой, кого вы использовали и пытались убить. Но почему-то - правда, странно звучит? Почему-то стать той прежней у меня нет никакого желания… - Вижу, не все твои навыки остались в прошлом… - он усмехнулся, закурив сигару, - И все-таки, Робин… Ты же должны понимать, что он никогда не простит тебе смерти своих накама… - Они живы! – иступлено громко сказала она, - И я никогда не поверю тебе… - Ты можешь не верить, - Крокодайл сделал паузу, давая ей успокоиться, - Но он не простит тебя. Семьи у такой как ты изначально не может быть. Может, пора уже включить свою хваленую мудрость? Я предлагаю тебе сотрудничество на выгодных условиях. Я дам тебе защиту, деньги, положение, свободу, в конце концов. Если тебя снова схватят, я освобожу тебя. Если тебе будет одиноко, я куплю тебе внимание других людей. Мы воссоздадим оружие и поставим на колени целый мир… Она внимательно всмотрелась в его ищущий взгляд, покачала головой и закрыла глаза. - Ты ошибаешься, босс… - негромко сказала Робин, перебирая пальцами бахрому на плаще, - У меня уже есть семья, защита, положение и свобода. Я благодарна тебе, но того, что сейчас нужно мне, у тебя нет. И никогда уже не будет, если ты не перестанешь слушать свою хваленую мудрость. Я желаю тебе удачи, но к прежней жизни я не вернусь. Он отшатнулся от нее, не в силах вынести ее счастливой улыбки. Больше всего на свете ему сейчас хотелось стереть эту улыбку с ее лица. Он мог перенести все, что угодно, но оказалось, чужое счастье бьет сильнее предательства. - Я не прощаю тебя, - выпалил он, - Посиди тут до рассвета, а там мы поговорим снова. Это мой корабль, и завтра мы возвращаемся в Новый Мир. Мне ничего не стоит забрать тебя туда с собой насильно… - Нет, - звонко сказала она, улыбаясь ему в лицо, - Нет, босс… Робин встала, застегнула плащ и подошла к двери. - У тебя больше не выходит играть роль злодея. Я тебе не нужна. И оружие тоже. Возвращайся пожалуйста. Он сел на кресло, которое еще пахло ее неповторимым запахом нежных рук и цветов, и рассмеялся. Как много лет назад в Арабасте она снова обыграла его. *** - КРОООООООООК!!!!!!!!!!!!!!!!!!! Резкий голос на пирсе заставил обоих вздрогнуть – Робин спускалась по трапу с палубы корабля, Крокодайл смотрел ей вслед. Не нужно было объяснять дважды, кому принадлежал этот голос. - Твой принц не заставил себя долго ждать, Мисс Олл Сандей, - Крокодайл поправил волосы, - Иди к нему, иначе я сейчас убью вас обоих. - ЭТО Я ТЕБЯ УБЬЮ, ПОДЛЫЙ КРОК! – резиновая ракета внезапно влетела на палубу корабля, ударяя бывшего шичибукая в живот, - СКОТИНА! ТЫ ЖЕ ОБЕЩАЛ, ЧТО РАЗБУДИШЬ МЕНЯ УТРОМ. Я ДОЛЖЕН ИСКАТЬ РОБИН! - Луффи… - еле слышно прошептала Робин, оглядываясь по сторонам – страх, смешанный с радостью, сковал ее сердце. Она не видела его несколько месяцев. Продолжая восседать на груди у Крокодайла и изо всех сил тряся его за грудки, Монки Ди Луффи внезапно услышал свое имя – и имя это было произнесено самым родным голосом на свете. Он тут же перегнулся через бортики, вглядываясь в высокую фигуру на пирсе. - Луффи, - позвала его Робин еще раз, - Это я… Это я, - она закрыла лицо руками и заплакала, - Мне столько нужно тебе рассказать… Я не хотела, чтобы вы пострадали. Но наша команда… Луффи… И замолчала. Потому что две резиновые руки уже летели к ней, обвивая ее с обеих сторон, а следом рядом с ней возникло тело и счастливая улыбающаяся голова. Сомнений не было. Это был он. В следующую минуту Робин по всем законам жанра уже теряла сознание – а ее капитан оглашал пирс радостными криками, от которых и у Крокодайла, и у Драгона, наблюдавшего за ними с маяка, и у Даз Бона, который покидал Санни, заложило уши. - Я НАКОНЕЦ НАШЕЛ ТЕБЯ… РОБИН! И РОДЖЕР, ТЕБЯ Я ТОЖЕ НАШЕЛ!