Именем резинового цветка

Новость о второй беременности Робин принесла много радостей и, как водится, тревоги тоже, но касалось это всех членов команды, кроме как родителей и малышей Зорофренка и Усобрука. Робин была счастлива – беременность красит женщину, а наличие детей было ее главным сокровищем, и она искренне считала, что матерью у нее получается быть много лучше, чем археологом. Она выглядела прекрасно: высокая, стройная, с уже округлившимся животиком, по обе стороны от которой неслись ее мужчины: Луффи и малыш Зорофренк, который – магия имени, наверное – рос полным копией своего отца и дядей, озорник, которому, по словам Усоппа, еще предстояло превзойти отца. Младший Усобрук или Э-кун, как ласково звали его мать и Нами, сокращенное от второго имени «Эйс» был куда спокойнее и покладистее. Внешне такая же копия отца и старшего брата – малыш был плоть от плоти своей матери, мирный, внимательный, очень любознательный. Он мог часами наблюдать за картинками в книжках или ловить появляющиеся цветочные руки матери, потому больше своего брата проводил время с женской половиной команды. Санджи, впрочем, видел в Усобруке маленького мужчину и четко читал его коварные замыслы – прекрасная Нами-суан еще не была замужем, а значит, у младшего сына Луффи могли быть виды на нее. Робин в ответ на такое только смеялась. Третий ее ребенок должен был родиться в разгар зимы, и она искренне желала, чтобы ее здоровье не подвело ее, и чтобы малыш снова был безумно похож на Луффи. Луффи на вторую беременность своей жены смотрел крайне положительно, хотя и предлагал Робин со временем отправить всех детей на год-другой на Гранд Лайн, к Дадан, дескать, там школа жизни. Памятуя о какой школе он ведет речь, Нами и Усопп заклинали Робин не давать согласия, иначе из ее милых крошек Зорофренка и Э-куна в конце концов они получат еще двоих пожирателей мяса и искателей приключений. Беременность Робин становилась все заметней, а морщинка на лбу у Нами все больше и больше. Самоназванный казначей команды была в легком шоке от вести о беременности подруги – во-первых, предыдущие роды Робин были тяжелыми, а моложе она не становилась, и тревога за ее жизнь росла. Во-вторых, конечно, был еще и вопрос материальный: дети обходились команде в копеечку, и Луффи на время даже пришлось отказаться от слишком частых пирушек – только по поводу. В третьих, наконец, и это был самый главный вопрос – Нами чувствовала, что кое-где ее верные просчеты по поводу бренности бытия пошли прахом, а ей давно уже пора тоже заводить семью и малышей. Конечно, беременность и роды это ужасно тяжело, как по секрету рассказывала Робин. Да и брак – дело крайне утомительное, то уступи Луффи в одном, то у другом, а к верным решениям его нужно приводить, причем ненавязчиво… Но глядя иногда, как весело они идут укладывать спать своих сыновей – Луффи с Зорофренком мчатся наперегонки, а Усобрук держит за руку свою маму и показывает пальчиком на книгу, которую он хочет услышать перед сном, Нами понимала – именно это и есть то самое важное и главное, ради чего стоит жить, и никакое золото с мандаринами не заменят этого. Оставалось только одно – срочно найти любимого человека, но вот с этим у Нами как раз и было сложно, ведь она была пираткой, а следовательно все ее знакомства и связи были ограничены одной командой, среди которой были и извращенцы, и пессимисты, и тануки… Нами стала задумчивой, спокойной, слишком инертной по отношению к своим вечным раздражителям в лице капитана, Зоро и Брука. Последние несколько месяцев беременности Робин она вообще практически не кричала и не била никого, благодаря чему вся команда впала в состояние близкое к трансу – это и радовало их, и беспокоило. Наконец, Санни Го пристала у милого зимнего островка, где и должен был появиться на свет младший ребенок Луффи и Робин. Стояло начало декабря, Робин с круглым животиком учила малышей строить снеговика – дядя Усопп строил монстра Широру, а дядя Санджи с дядей Зоро строили иглу, чтобы там пережидать короткие метели и пить горячий бульон. Нами не принимала участие в подготовке к будущему празднику – она просто сидела и смотрела на все это безучастно, кутаясь в свою новую курточку. Одновременно в голове мелькал план – если сейчас снежки Луффи, Чоппера или Усоппа попадут в нее, она удвоит их долги, а взамен заставит их достать для нее лучшей бумаги для ее карты мира, и… И мысли снова покинули ее, оставляя место для уныния – Робин, которая последнее время потеряла способность передвигаться бесшумно, подсела рядом и улыбнулась. - Что-то не так, Нами? Прости, если мы доставляем тебе много хлопот… - Робин села рядом, кутаясь потеплее. Ее округлившееся лицо выглядело сытым и счастливым. - Сестричка, все в порядке, - Нами улыбнулась, - И ты, то есть вы… не причиняете… нам… неудобств… Взгляд Нами упал на капитана, который стащил у Санджи огромный кусок мяса, на Зорофренка, который вырывал кудряшки из афро Брука и засовывал их в карманы Чоппера, на спокойного Усобрука, который исподтишка рисовал на снегу спиральные брови крестного Санджи. Нами расхохоталась, Робин вместе с ней. Девушки обнялись, с нежностью глядя на свою команду, как много раньше, когда они были и оставались единственными адекватными людьми на борту. Услышав смех любимых красавиц вся мужская половина тут же подняла на них глаза, а малыш Усобрук ревниво бросил книгу и побежал к матери, старший брат – за ним, последним жутко ревнующий дядя Санджи. - И все-таки, - Робин потрепала подругу по руке, - Тебе стоит попробовать завести отношения. Это здорово бодрит. - По опыту советуешь? – Нами усмехнулась, - Сестричка, ну тут даже не с кем отношения заводить, глянь, Санджи-кун… - Тут, конечно, смысла особо нет, - тут же согласилась Робин, на что ничего не понимающий Санджи торопливо захлопал ресницами. - Ну или Чоппер… - Нами поправила шарфик. - Противозаконно, - кивала Робин. - Усопп? - Слишком уж вы друзья и только. - Брук? - У него нет глаз, - Робин задумалась, - И приличий тоже нет, к счастью. - Зоро? Френки? - Зоро… Френки… - Робин внезапно расцвела лицом и тут же кивнула подруге, от чего Нами едва не упала за борт. - Сильные – раз, - начала считать Робин, - взрослые – два, красивые – три, популярные – четыре, имеют опыт – пять… По-моему идеальный вариант. - Идеальный? – Нами хмыкнула, - То-то же для себя ты выбрала просто дурака с аппетитом. - Я не выбирала, - Робин улыбнулась мягко, - Так получилось… И… Видимо, у тебя тоже сейчас все получится… - Что получится? – Нами сузила глаза, - Никаких свиданий вслепую, сестричка! Не нужно нам такой радости. - Их и не будет, - Робин улыбнулась сдавленно, - А вот роды – будут. Я рожаю, Нами. Луффи! Последние ее слова услышали все без исключения – Санджи по инерции выронил огромный ледяной кирпич прямо на ногу Зоро, тот пнул большую пилу, которая чуть не отрубила Бруку костяшки пальцев, от его возмущения дремавший после ночной вахты Усопп проснулся и впал в шок, а Чоппер меховым афро снова оказался на голове к Зоро. И только Луффи летел к своей жене, таща за собой малышей. *** - Поздравляем, - Чоппер устало выглянул из-за двери, - Ты снова стал папой, Луффи. Но Робин опять едва не потеряла много крови, и ей нужен покой… ПОКОЙ, Я СКАЗАЛ! Последние слова относились уже к Зорофренку и Усобруку, которые с мокрыми лицами неслись в сторону каюты родителей, сбив олененка с ног. Чоппер едва успел увернуться и встать, как следующая волна – ею, без сомнений, был дважды папаня – снова снесла его с ног. Через десять минут у Робин столпилась вся команда. Молодая мама сидела в постели, пока Нами удерживала малышей, чтобы те не сиганули на кровать и не поранили новорожденного. - Это… Это… Это… - ошарашенный Луффи глядел на спящего ребенка, - Это Чоппесандж Джимбей! Робин, пусть будет Чоппесандж Джимбей, ПОЖАЛУЙСТА!!! - НЕТ! – одновременно заорали Чоппер, Санджи и Нами. - Луффи, ты в своем уме? Хватит давать странные имена детям. - Дорогой, - Робин мягко улыбнулась, пододвигаясь, чтобы Луффи сел – кладя на колени к нему убаюканного младенца, - Мне нравится выбранное тобой имя, но малышу оно не подойдет. Это девочка… - ЧТО?! – в диком шоке спросили все, - Девочка?! У нас в команде?! - Девочка, - кивнула Нами, - Маленькая голубоглазая красавица. И никакая не Чоппесандж! - Тогда Чоппесанджина? – Луффи приподнял малышку, - Моя принцесса… Дочь короля пиратов. - Лучше уж Дадан, - Зоро раззевался, - В честь твоей воспитательницы, ты говорил. - А мне нравится Ольвия, - Френки улыбнулся, - В честь матери Робин. - Дадан звучит, - Зоро надулся. - Ольвия мелодичнее, - Френки встал в позу. - Дадан! - Ольвия! - Дадан! Нами внезапно уставилась на парочку – хотела разогнать их, но вспомнила слова Робин и всмотрелась в киборга с мечником. Красивые, стройные, сильные, чистые сердцем они весело переругивались, споря уже о том, кто из них будет крестным. Нами смотрела на них, любовалась, а потом просто расхохоталась и своим смехом разрядила обстановку. Молодые родители – Луффи с девочкой на руках, Робин, к которой отчаянно ревнуя жались ее мальчишки – переглянулись и внимательно посмотрели на свою девочку. Та открыла крохотные свои глазки, и тут же закрыла их обратно. - Пусть будет Нами, - сказал Луффи, - Пусть нашу дочь зовут Нами. Он подмигнул Зоро и Френки. - Ольвия Нами Дадан, наша дочь, приятно познакомиться…