Черно-белые ночи

Я — жрица крови на войне, но я устала убивать… «Валькирия», Мельница. — Где они, Ка-гу-ра? — взбешенный Нараку выплевал слова предельно доходчиво — буквально по слогу в побелевшее лицо женщины, которая даже не пыталась дать отпор. Во-первых, потому, что ее шею стискивали сильные пальцы, во-вторых, чем быстрее он отбесится, тем быстрее успокоится. У этой идеальной тактики был всего один минус: ее бессмертие. То есть она точно знала, что даже смерть не освободит ее от этого маньяка в человеческом теле. Впрочем, в его человечности у многих возникали небезосновательные сомнения, и дело было не только в странной окраске его радужки. Например, сама по себе беседа вызывала определенные подозрения: — Нараку, я тебе триста раз сказала: не знаю. Они удрали. — То есть ты посмела их упустить? — зашипел тот. Кагура молча вцепилась в его запястье, даже не надеясь отодрать безжалостную ладонь и не произнося больше ни слова. — Почему? Ты так жаждешь вернуться обратно? — это прозвучало уже на полтона ниже. Женщина и бровью не повела, привычно отмечая про себя, что ярость «учителя» стихает. — Всему виной волчьи демоны, которых ты сам же и притащил в школу… — у нее еще достало сил и смелости сверкнуть на него глазами и перекривить губы в усмешке. — Неужели ты так соскучился по своей лучшей части? Нараку презрительно сощурился, брезгливо убирая руку и отходя в другой угол кабинета. Казалось, он совсем забыл о своей жертве и молча смотрел в окно, напряженно размышляя над ситуацией, пока она судорожно прокашливалась, сползая по стенке и зажимая рот ладонью. Не то чтобы боялась вызвать новый приступ гнева — если учитель успокаивался, то редко порывался устроить рукоприкладство снова. Скорее это была гордость. Правда, несколько жалкая, сломленная, но и ее Кагура оберегала. — Не слишком зазнавайся, Повелительница Ветра. Это я тебя создал. В моих руках твое сердце, — короткий насмешливый взгляд. Мужчина оперся на директорский стол, хмурясь и глядя в окно. Планы опять рушились на глазах. Нет, это конечно мелочи, одну девчонку можно запросто заменить другой, но после двух провалившихся атак как минимум двое будут настороже. И если душевное состояние Инуяши учителя мало заботило — щенок мог поставить на уши максимум жалкую охотницу на демонов и ее не отличающегося сообразительностью друга, больше никто не стал бы слушать жалкого полукровку, да еще и несовершеннолетнего, — то с Сещемару связываться не хотелось. Навряд ли, конечно, он мог слышать о произошедшем, навряд ли знает лица участников и тем более станет всерьез рассматривать произошедшее, но демонов вполне способен поднять — просто чтобы были настороже, на всякий случай. Нападение на маленькую девочку — не то, от чего можно отмыться так запросто. Плюс, эти девчонки уже знают: он что-то замыслил. Их маленький мозг, разумеется, не сумеет охватить всю глубину планов, но если, не дай боги, они встретятся и смогут сообща передать узнанное Сещемару, то ему может прийтись несладко. А главное — все, все влияние, которое он копил так долго, пойдет псам под хвост. Одна радость — братья друг на друга шипят не хуже котов, а значит, последних деталей произошедшего тогда и сейчас дайокай не получит, ведь самая главная часть информации у ненавистного полудемона. И не сможет сопоставить. Как удачно, что старший в роду Ину покинул город. У того слишком острый нюх и пытливый нос, чтобы можно было спрятаться, к тому же он слишком хорошо ладит с обоими отпрысками. А его наследнику не до человеческих проблем. В целом все нестрашно, вот только Рюкоцусею девчонку лучше добыть, хоть какую-нибудь из двух, иначе есть риск стать ее заменой. И лучше бы, конечно, копию Кикио. Девчонка слишком быстро и тесно сблизилась с Инуяшей, слишком быстро оказалась в эпицентре событий. Да и вообще, у него начало складываться ощущение, будто она что-то вынюхивает. Иначе почему она постоянно попадает в след ушедшей отсюда жрицы? Почему устанавливает те же знакомства и связи? И наконец, что у нее делает Камень душ, пускай и в виде никчемного амулета? Окно разлетелось вдребезги, обрывая стройную нить логических размышлений. Мужчина резко повернулся к нарушителю спокойствия, готовый карать без капли милосердия, но разглядев, кто это, сразу успокоился. Неприглядного вида демоны, изрядно потрепанные, копошились в углу, пытаясь отдышаться и прийти в себя. Кагура поспешила закрыть за ними окно, чуть хмурясь — в этом городе немногие могли осмелиться угрожать демонам. Даже таким тупым низшим, вся мыслительная деятельность которых в основном сводилась к поискам еды и силы. Нараку тоже пришел к такому выводу, потому присел, натягивая на лицо самую любезную улыбку: — Что-то случилось, уважаемые? Незваные гости расцепились, угодливо шипя и расстилаясь перед ним: — Онигумо-самааа… Девчонка с летучей кошкой… — И мальчишка, пахнущий псиной, вылитый полудемон, но на их стороне! — И девчонка, окутанная жреческой силой, черноволосая, наглая девчонка… — Они нас ранили… — Они за нами гнались… — Они… — Достаточно! — учитель враз пришел в хорошее расположение духа, усаживаясь за стол. Вот только незваные гости еще даже не подозревали, чем это может им грозить: — Но… — самый пострадавший из демонов подполз ближе. — Ты же обещал нам силу… Ты обещал поддержку! — Правда? — по интонации сразу стало ясно, что вопрос задавать не стоило, но было поздно. Вторженцы со слабым шипением попытались спрятаться в углу, сжаться в комок — и одновременно убраться подальше, заметались, мешая друг другу взлететь. — Тогда я дам вам силу… Я пожру вас, и вы станете моей силой… — Ты!.. — возмущенно взревели демоны, пытаясь атаковать — одновременно, что их и погубило. Мужчина лишь холодно рассмеялся, делая еще шаг и приветливо раскрывая навстречу объятия — жест пострашнее распахнутой пасти чудища. Кагура отвернулась, предпочитая смотреть на низкие облака, а не расправу, но не стала возвращать взгляд, даже когда послышался спокойный и наконец-то всем довольный голос хозяина: — Оцепи дом девчонки. Родителям скажи, она оставлена после уроков за непослушание… И пусть следят за Санго. Нам срочно нужно вырвать этот побег, пока она не умудрилась дорасти до настоящей жрицы. Охота на демонов — настоящая охота — убедительнее некуда доказывала, что в городе вот-вот появится еще один природный противник демонов. Природных противников, не имеющих практического применения даже в теории, Нараку не любил. От них следовало избавляться. Но по крайней мере теперь можно было установить слежку за зарвавшейся смертной. Да, от того самого квартала. Квартала Охотников на демонов. И заодно выяснить, что замыслили чертовы Санго и Каэдэ, так быстро взявшие в оборот по сути ничем не примечательную девчонку. — Скажи на милость, чем ты думал? — выговаривала девушка, мерно прохаживаясь вдоль площадки. Стоящие перед ней навытяжку дружно сопели. Правда, у правого было что ответить, но всякий раз его одергивал сердитый взгляд левой. — А если бы они ее просто убили? — Так я ж там был. И потом, нам все равно пришлось удирать от Кагуры… — заикнулся наконец уставший молчать парень. — Удирать от директрисы. Инуяша, а более незаметно этого нельзя было сделать? — Каэдэ нависла над парнем. — Инуяша, пойми, у нас у всех и так шаткое положение после той истории с Кикио, Нараку спит и видит, как выкурить отсюда последних свидетелей. Куда мы пойдем? Куда пойдешь ты? Что станет с твоей матерью? Что станет с Кикио? Полудемон фыркал, умудряясь насупливаться все больше, но возразить толком не мог. Впрочем, держать рот закрытым ему всегда было тяжело: — Больно нужна мне эта ваша школа! — Инуяша! — тут же возмутилась Кагоме, поворачиваясь к лучнице. — Простите пожалуйста, Каэдэ, мы… — Да ты-то тут при чем… Хотя уничтожать демонов — искони задача жрецов, может, и хорошо, что ты увидела, как это делается. — Плохо то, что Нараку охотился за какой-то девочкой. Он чего-то задумал, как пить дать. Та малая ну совсем мелкая, любому демону на один зуб, — парень честно попытался перевести тему. Почти удачно. Единственный глаз жрицы устремился на него: — Демону? — Ну люди ж людей не едят, — тот передернул плечами. Девушка нахмурилась, пытаясь что-то осмыслить, потом тряхнула головой: — Вы все равно ничего не сумеете узнать — иначе еще три года назад ничего бы не случилось. Если он и вынашивает очередной гениальный план, мы можем только попытаться к нему подготовиться. Возьми лук. Кагоме не сразу сообразила, что обращаются именно к ней, но послушно взялась за оружие и попыталась оттянуть тетиву. Инуяша фыркнул: — Да что этот урод еще придумать может? Жриц в городе почти нет, все и так под его дудку пляшут. — Но зачем-то же он выслеживал девочку? — логично возразила Каэдэ, поправляя положение рук девушки. Та передернула плечами: тренировка только началась, а пальцы уже негодующе зазудели. — Да они его знает, может, опять… — полудемон запнулся, поднимая голову и начиная подозрительно принюхиваться. Кагоме подозрительно покосилась на него: — Что опять, Инуяша? — судя по выражению лица парня, он скорее был склонен сжевать с досады собственную нелепую шапку, чем объяснить по-человечески. Он фыркнул, опасно качнувшись на заборе и зябко запихивая руки в рукава: — Да ерунда всякая. Учись давай, бестолковая жрица. — Чтоо? — тут же возмутилась девушка, опуская лук и оборачиваясь к нему. Каэдэ тяжело вздохнула: — Инуяша, не хочешь сходить на разведку? — Че, прогнать меня пытаешься, да? — тут же нахохлился тот, наклоняясь ниже и будто пытаясь клюнуть носом. Увы, одноглазая лучница, видимо, знала его уже давно и успела изучить вдоль и поперек: — Сам подумай, кто еще сможет нас защитить от демонов, которые почти наверняка придут сюда, чтобы убить жрицу? Парень подумал сам, слегка порозовел и будто нехотя слез с забора, привычно горбясь и шумно топая вдоль забора — видимо, чтобы скрыть неловкость: — Ну твоя взяла, Каэдэ. Только не думай, что от меня можно так просто избавиться! — Нет, конечно, — вежливо ответила та. Кагоме так и не поняла, что она имеет в виду, но долго размышлять над этой загадкой ей не дали. Учитель наконец смогла уделить все внимание ей, и потому школьнице резко стало ни до чего. — Инуяша, ты? — удивленным интонациям Санго полудемон в другой раз бы порадовался — и весьма бурно. Надо же, какая растяпа, не заметила его приближения! Да к ней демон-гора подойдет и по плечу похлопает раньше, чем Великая Охотница Санго к бумерангу потянется! Но на сей раз она говорила особым тоном. При звуках этого тона, даже он предпочитал оставить шуточки до следующего раза и выслушать до конца. По всей видимости, дело было серьезное… — Ну, я. Что такое-то? — Кагоме с тобой? — охотница почему-то выглядела куда более бледной и испуганной, чем обычно. — Она с Каэдэ, — он фыркнул. — Чего стряслось-то? Кажется, девушка мгновение поколебалась, потом качнула длинным, тяжелым хвостом: — За вами следят. Видимо, от самого квартала с демонами… — Че? Санго, я бы на раз учуял, если бы хоть один демон… — Их увела Кирара, Инуяша, — оборвала его девушка. — И пока они еще не поняли, что она без пассажира, нужно уводить Кагоме. Длинный обиженный рев, повисший над реденьким лесом, убедительнее некуда доказал, что демоны уже все поняли и остались крайне впечатлены. Полудемон ругнулся, вскидывая голову к небу и гневно прижимая уши: — Какого?.. — Скорее всего, это Нараку. Сможешь их задержать хотя бы минут на пять? Небо стремительно темнело от крыльев ринувшейся на поиски нечисти. Парень с хрустом размял кулаки, самодовольно ухмыльнулся-осклабился: — Спрашиваешь? Да я их на гуляш покрошу! Охотница покосилась на не в меру инициативного полудемона, но возражать и обсуждать было некогда. Она коротко кивнула и кинулась в лес, на ходу стаскивая бумеранг: навряд ли Инуяша сумеет в одиночку создать совсем уж непробиваемый барьер. Кагоме уже откровенно изнывала от тренировки: плечи затекли, а пальцы ныли, распухшие и покрасневшие, но Каэдэ и не думала ее щадить, заунывно повторяя: — Левый локоть расслабь. Правое плечо отведи дальше. Локоть выше. Спину выпрями. Опусти левое плечо. Расслабь кисть. Не держись за стрелу, как за последнюю соломинку, ты должна чувствовать ее… Санго? Девушка облегченно опустила оружие, повела плечами с болезненной гримасой: мышцы действительно здорово затекли и болели. Кажется, в сегодняшнем уроке наметилась передышка, которой будущая жрица была безумно рада, хотя и старалась не подавать виду. Впрочем, выражение лица Охотницы несколько охладило ее счастье. Все еще надеясь, что проблема заключается в чем-то мелком, она уточнила: — Что-то случилось? — Да. Нужно отсюда уходить, и быстро! — Санго подняла голову, разглядывая что-то за облаками. — Почему? — нахмурилась Каэдэ. — Потому что за нами охотятся! — девушка кивнула на странно шумящую опушку: оттуда доносились визг, рычание и воинственные вопли, демоны кружили на одном месте, периодически ныряя вниз — и не выныривая. Своеобразный смерч будто засасывал их в эпицентр. Лучница с каким-то понимающим ужасом воззрилась на охотницу, та кивнула. Кагоме сглотнула и поежилась, решив, что обдумать эти странные знаки-сигналы лучше как-нибудь потом, в более спокойной обстановке: — Они... мстят? — Да… будем надеяться, — странно хмыкнула Санго, оборачиваясь к шумно приземляющейся кошке: — Забирайся! Будущая жрица осмотрела огромное животное и честно спросила: — Как? Видимо, это был плохой вопрос, потому что Охотница без лишних слов подпихнула ее на мягкую, чуть скользкую спину и обернулась к прорвавшимся-таки демонам, хлопнув любимицу по боку. Каэдэ подпрыгнула и ловко устроилась рядом с Кагоме, наклоняясь ближе к голове кошке и что-то ей тихо говоря. Школьница содрогнулась, оборачиваясь на опушку и силясь разобрать в хаосе мелькающих тел Инуяшу. Увы. Ей достался только утешительный сполох ярко-алой ветровки. А потом Кирара ушла еще выше, пряча всадников от погони. И направлялась она явно не домой…