Черно-белые ночи

И в глазах моих видно только зимнюю ночь, Этот страх подворотен, где ты идешь прочь… Сурганова и Оркестр, Корабли – Где? – он устал ждать и теперь сверлил бывшую жрицу тяжелым взглядом. Кикио не дрогнула, нехотя переводя взгляд с веселящейся вдали волчьей стаи: – Разведывают. Погоди немного – и ты получишь все. – Свое все я и так получу, и даже без твоей помощи. Либо у меня к утру появится жрица, либо мне придется закусить твоей бесполезной сестрой. Каэдэ вздрогнула и нервно сжала лук во сне: порученную ей новую миссию посматривать вокруг она благополучно провалила. Оба союзника об этом прекрасно знали, но будить ее не торопились: Кикио отнюдь не горела желанием объяснять ей причины своего странного поведения, а жутковатый босс предпочитал слушать себя и тишину. С этой точки зрения тихая и сдержанная жрица была куда лучшей компанией, чем ее суматошная родственница. Да и кроме того, она не мешала могущественному демону обдумывать, откуда ему взять для выполнения своего плана воплощения четырех необходимых компонентов. В этом деле могли быть очень полезны летающие змеи Кикио, но согласится ли она… Раньше жрице и в голову не приходило с ним спорить, но она была слишком ненадежной союзницей, чтобы доверять ей сполна. Да и кроме того, волчья стая, защищающая мелкую добычу наследника Тен, что-то уж больно расшумелась, но в темноте было понятно только то, что волки умудрились кого-то загнать. Демон принюхался – и самодовольно ухмыльнулся. Мышки думают, что они самые умные? Ничего-ничего, максимум к рассвету все они будут вынуждены собраться здесь, даже если еще и не догадываются об этом. После провалившейся прошлой попытки он не собирался рисковать так сильно еще раз. – Надо все выяснить, – уже в пятый раз повторила Санго и пошатнулась вслед за решительным жестом руки. Мироку, сам осунувшийся, с темными кругами у глаз, устало и ласково взглянул на нее: – И как ты собираешься это делать, в твоем-то состоянии? Охотница упрямо замотала головой, рискуя и вовсе потерять равновесие, но тут в дверь позвонили. Девушка и парень переглянулись, моментально собираясь с мыслями и остатками сил. Учитель на всякий случай подтянул к себе табуретку, ученица потянулась за подвернувшимся кинжалом. Оба явственно ощущали за дверью присутствие сильного демона. «Все, хватит с меня», – устало подумала Кагура, захлопывая последний журнал и ощущая нестерпимое желание прикорнуть прямо на нем. Не то причиной тому была летняя жара, не то треволнения последних дней, но демоница чувствовала себя вымотанной до предела. И если сначала пойти спать ей мешала элементарная вежливость – как-никак, сам наследник рода Тен на огонек заглянул, – то теперь усталость пересилила предупредительность, в конце концов, этого Сещемару сюда никто не звал. В голове по-прежнему проносились доводы, почему отправляться отдыхать прямо сейчас нельзя, впрочем, уже не способные повлиять на состояние засыпания на ходу: не каждый день бывают такие гости, к тому же вдруг впрямь Нараку припрется, чтобы лично продублировать не донесенную с телефона информацию? Опять же, дело отнюдь не в верноподданнических чувствах, просто этот садист умел чертовски умело наказывать. Не калеча, не причиняя серьезного урона, но ломая и отбивая всякое желание к повторному неповиновению. Но как объяснить это беловолосому дайокаю, у которого никогда не было хозяина? Другое дело, что «хозяин» никогда не имел привычки исчезать так надолго без веских на то причин. Возможно, конечно, он до сих пор добывает для нее перо… Но позвонить из глухих гор, где можно найти эти перья, нереально. Значит, мужчина звонил где-то в черте города, но почему его тогда все еще не видно? «Где бы он ни был – пусть он остается там подольше», – устало подумала женщина и тут же спохватилась. Ч то хуже – наличие привычного зла в до боли знакомой роже полудемона или непривычного в ледяном лице Сещемалу – она так и не смогла понять, посему просто отложила обдумывание этого вопроса до более удобного и располагающего к философии случая. Желание спать стало таким сильным, что Кагура начала клевать носом, и обнаружила это только ткнувшись оным в жесткую бумагу. Окружающее пространство интригующе расплывалось, плескалось неверным светом лампочки, дурманило гордую голову, окутывало обманчиво мирной сонной летней негой… Нет, определенно, если Нараку и заявится в такой час с какими-либо приказами, Повелительница ветра сумеет найти для него пару-тройку сочных и эффектных слов с точным указанием маршрута, где она таких хозяев видела, и рухнет-таки спать. При всей вежливости и гостеприимстве. Женщина, пошатываясь и прикрывая ладонью рот, выбралась из-за стола и направилась к дальней двери из учительской, мечтая только об одном: прилечь часиков этак на одиннадцать, и чтобы ее не посмели тревожить ни люди, ни демоны, ни полудемоны. Не тут-то было. У заветной двери ожидаемо возник холодный, почти ледяной, страж, глядящий проницательно и до коликов спокойно: – Куда ты? – По барам пойду! – она не сдержала широкого зевка. – Спать, конечно. Ты не заметил, что на дворе ночь? Отреагировать на шпильку Сещемару не счел нужным. Он многозначительно нахмурился, убирая, впрочем, ладонь с рукояти меча: – Зачем? Ты же демон, не так ли? Повелительница ветра посмотрела на юношу холодным, длинным взглядом, не столько надеясь достучаться, сколько порывисто демонстрируя собственное отношение к подобного рода вопросам. Увы, порождения Нараку не были полноценными демонами. И в отличие от последних, время от времени нуждались в пополнении сил и сне, особенно после столь выматывающих переживаний, но делиться особенностями собственной физиологии с конкретно этим типом в планы женщины не входило, тем более что это отняло бы драгоценное время. – Да, как и ты. Но я собираюсь лечь спать. Ты дашь мне войти? – Если не станешь делать глупостей, – дайокай отступил ровно на полшага, не найдя новых доводов и пристально следя за женщиной. Кагура мрачно посмотрела на юношу, стремительно теряющего в ее глазах блеск истинного благородства, и вошла в спальную комнату, оставив ответ при себе. Падающего из окна рассеянного света фонарей и луны ей вполне хватило, чтобы расстелить футон, зажигать свет у нее не было ни сил, ни времени. Повелительницу ветра охватило жгучее желание рухнуть на постель, как есть, и наконец сомкнуть отяжелевшие веки, но тесный костюм дал о себе знать. Женщина скрипнула зубами и начала расстегивать раздражающе мелкие пуговицы и ощутила на себе взгляд демона. Показывать ему стриптиз в собственном исполнении ей совершенно не хотелось, как и просить его отвернуться. Если у наследника рода Тен не хватило такта отвернуться сразу, значит, он только того и ждет. «Ну-ну», – мрачно подумала она, с угрюмым, усталым вызовом глядя прямо в подозрительные янтарные глаза, сдернула с себя пиджак и взялась за блузку. Наследник рода Тен величественно удостоил внимания ближайшую стенку, не меняя равнодушного выражения лица. Повелительница ветра хмыкнула и торопливо разделась, нырнула под одеяло и блаженно прикрыла глаза, позволяя усталости навалиться тяжелыми лапами, затянуть в уютный омут сна. Естественно, она уже не видела, как юноша подошел ближе, подозрительно вглядываясь в кружево черных ресниц, потом одним легким движением заскочил на окно и втянул прохладный ветер, изучая его. Чуть недоуменно нахмурил брови, стискивая рукоять меча, и остался стоять неподвижной, светлой фигурой в темном квадрате окна. От статуи его отличали только трепещущие на ветру пряди. – Сота, тебе пора спать! – устало повторила Кагоме уже в который раз. Брат послушно кивнул, заглядывая через плечо ушастого гостя и в который раз не находя в себе сил оторваться. Полудемон, закусив от старания губу, резкими движениями джойстика гонял по экрану героя и уничтожал монстров. Откуда в этом доме взялась приставка, девушка не знала – да, признаться, и не очень хотела знать. Она хотела, чтобы брат пошел спать, желательно вместе с Инуяшей, ибо младший по непонятным причинам проникся к хулигану такой симпатией, что оттянуть его от него было почти нереально. Соту восхищало буквально все: нахальная манера разговора, скорость, с которой незваный гость уничтожал растворимую лапшу, манера сидеть, подобрав под себя ноги, а уж грубая скрытность явно казалась ему просто верхом мужества. Что самое интересное – Хигураши-старшая только порадовалась за сына и ушла спать, напомнив всем о необходимости отдохнуть ночью для новых подвигов утром. Как и следовало ожидать, дорвавшийся до игры Инуяша про оный отдых даже не вспомнил, а вот Сота впервые на памяти Кагоме отказался слушаться, предпочитая громким шепотом давать блондину совету, а не лежать в своей постели. Если еще полчаса назад подобная ситуация жрицу только порадовала, позволив в тишине и покое переодеться в пижаму при отсутствии одного любопытствующего полудемона, то сейчас их упорство начало раздражать. Школьница вздохнула и потянулась выключить телевизор. – Эй, ты чего делаешь? – тут же возмутился парень, отвлекаясь и сбрасывая экранного героя в ближайшую пропасть. – Помогаю вам спать пойти! – юная жрица уперла руки в бока и возмущенно посмотрела на него: – Ты видел, сколько времени? Полудемон набычился, умудряясь по-собачьи взъерошить длинную нечесанную гриву: – И чего? Завтра все равно воскресенье! – А Соте спать давно пора, да и мне тоже! – Дак валите, я вас что, держу что ли? – фыркнул полудемон, отворачиваясь обратно к экрану. – Пока ты не ляжешь – не ляжет и он, неужели не понятно? – возмутилась Кагоме, складывая руки на груди. Полудемон оторвался от джойстика и посмотрел на мальчика. Тот смутился, но никакого желания топать в свою комнату не проявил. – А сама чего не ложишься? – Инуяша вздохнул так тяжело, словно его лишали не сомнительной радости победы над нарисованным страшилкой, а как минимум обеда. – Что, ты тоже не ляжешь без меня? Мгновением позже до обоих дошла прозвучавшая фраза. Полудемон прижал уши, краснея, как помидор, что-то проворчал и попятился. Кагоме сердито сверкнула глазами и разрядилась в первого подвернувшегося под руку: – Сота! Марш спать! – Но он же еще… – робко попытался воспротивиться деспотизму младший, но не преуспел: – Я сказала, спать! Младший с робкой надеждой воззрился на своего кумира. Тот покосился на него и скрестил руки на груди: – Что смотришь? Вали давай! Сота вздохнул и наконец подчинился, зевая и пошатываясь. Школьница проводила его взглядом и переключилась на главный объект своего гнева: – А ты сиди, если хочешь. Я и без тебя прекрасно могу спать! Хороших снов! – она сердито развернулась и затопала по лестнице. Мгновением позже девушку догнал пыхтящий полудемон, который не произнес ни слова. Войдя в комнату, хулиган первым делом почему-то бросился к окну и принюхался, долго слушал шум, доносящийся с улиц, чем изрядно нервировал девушку. Кагоме, успевшая забраться под одеяло, наблюдала за ним, небезосновательно полагая, что напряженное выражение его лица не означает ничего хорошего. Но Инуяша так ничего и не сказал, в конце концов устраиваясь на окне и замирая. «Похоже, этот бравый защитник наконец заснул», – подумала школьница, фыркнула и перевернулась на другой бок, пытаясь заставить себя забыть о его присутствии и хотя бы задремать. Мироку пристально посмотрел на Санго. Девушка поудобнее перехватила любимый бумеранг и утвердительно кивнула. Учитель осторожно потянул дверь, готовый в любой момент отскочить или ударить. – Доброй ночи. Прошу прощения, что так поздно, – невозмутимо сказал поздний посетитель. – Но я только недавно освободился. Мой слуга сообщил мне пару интересных вещей, которые мне бы очень хотелось обсудить с вами… Старшеклассница, так и не дождавшись реакции парня, заглянула через его плечо. На площадке стоял высокий мужчина в костюме с длинными светлыми волосами и полосой на щеках, очень и очень смахивающий на Инуяшу, но совершенно незнакомый ей. На плече у незваного гостя сидел Миога, что удивительно – молча, но кажется, совершенно добровольно. Судя по всему, явившийся никуда не торопился, изучая взглядом девушку, потолок и двери, а учитель никак не мог выйти из ступора. Наконец Охотница не выдержала и помогла ему прийти в себя: – Мироку, ты не говорил, что у нас будут гости. Парень затряс головой, торопливо отступая от проема и изображая не слишком удачный поклон: – Да, действительно… Прошу вас, Ину-но-Тайшо, я просто не ожидал вас увидеть. – Меня здесь никто не ожидал увидеть, но я и не ожидал, что мои старые враги станут разбазаривать то, что я оставил в наследство сыновьям. Я боюсь, что утром нам будет нанесен удар, от которого весь Токио оправится нескоро. Вот об этом нам и надо поговорить… - мужчина величаво вплыл в коридор и осмотрелся. Санго неожиданно поняла, что и эта ночь обещает быть бессонной. Юка безостановочно всхлипывала за спиной, прижимая к себе почти целую сумку, что уже начинало раздражать. Нараку терпел только потому, что не хотел раздражать и без того весьма недружелюбно настроенную стаю. Волки были недовольны тем, что добыча на сей раз ушла из их рук, причем даже не лишившись ничего важного из своего багажа. Эта заслуга целиком принадлежала учителю, но он о своей новой положительной роли даже думать не хотел. Куда больше его занимали запахи. Ветер кружил над погруженным в сон Токио, кружил – и швырял в лицо знающему тысячи ароматов, которые многое могли сказать о судьбах некоторых горожан. Особым нюхом полудемон никогда не отличался – другие скорее бы назвали это чутьем аур, но каждая из них соотносилась для мужчины с каким-либо запахом. Но и эта способность значительно уступала способностям любого из волков. Когда-то он хотел заиметь у себя нечто подобное. Когда-то давным-давно, в несбыточной паутине мечтаний… Если бы волки не были так заняты разборками и бесполезной девчонкой, они бы уже раз пять обнаружили неладное, но их внимание целиком оказалось оттянуто на попытку успокоить ревущую Рин и заткнуть требующих свою законную долю добычи. Он не прислушивался, но все равно уже чувствовал, что скоро начнет глохнуть. – Кога, ты, жирная задница, с чего ты взял, что нашим вожаком можешь быть ты? – Что, хочешь подраться за роль альфы? – с готовностью вскидывался брюнет. – Ну давай, покажи, что ты можешь! – Драться с тобой? Ты запал на смертную и теперь в угоду ей губишь нас всех! Что станет с волками, если овцы перестанут их бояться, ты подумал? Если эта тупица сейчас уйдет от нас безнаказанной, она ж своим грязным языком растреплет на три стороны, что мы стали неопасны. Ты думаешь, нас тогда хоть кто-то испугается? – парень отмахивался, но к спору подключались старшие: – Эй, ты понимаешь, как низко падет наш авторитет у Западной стаи? Мы поймали и отпустили человечку! И отпустили только из-за твоего слюнтяйства! Кога, мы не хотим потерять землю и добычу! – Да нихрена вы не потеряете от одной девчонки! – горячился брюнет, но ему не верили. Обстановка стремительно накалялась. – Звони, – наконец вышел из транса Нараку, улавливая, что диспут достиг опасной точки. – Что? – Юки даже всхлипывать перестала, во все глаза глядя на учителя. – Я тебе сказал – звони. – Кому? – растерялась девушка. – Кому хочешь, но пусть приходят побыстрее, – зло оборвал ее мужчина и поднялся, оборачиваясь на волков. Те, кажется, готовы были броситься – то ли друг на друга, то ли на гостей-пленников. Школьница удивленно посмотрела на него, но послушно набрала первый попавшийся номер. – Алло, мам? – Ну наконец-то! – вздохнула с облегчением трубка. – Ты где, ночь на дворе? – Мам… В общем… Тут такое дело… Я с волками… – Юки покосилась на учителя в поисках новых идей, но тот был несколько занят: ближайший демон явно проявлял желание вырвать из рук девушки телефон, и Нараку пришлось перехватывать излишне деятельного подчиненного Коги. Сам вожак помрачнел еще больше: – Эй, ты! Вы что творите? Вам было сказано, сидеть тихо, как… – Джакен! Ну почему ты все спишь, а? – прервал его недовольный вскрик. Стая отвлеклась на Рин, которая горестно поливала лягуха водой из ближайшей лужи. Волки закашлялись, пряча смех и переглядываясь. Полудемон свирепо глянул на ученицу. – С какими волками? А, с демонами? – посуровевший было голос сразу смягчился. – Ты бы сразу сказала… Гуляйте-гуляйте, только смотри, осторожнее… – Нет, мам, погоди, нам тут… – длинные гудки ясно дали понять, что продолжить не получится. Тем временем Кога навеселился и снова обратил взор на пленников: – Эй, вы! Кончайте трезвонить, милицию вызываете, что ли? – шутка пришлась как нельзя кстати. Демоны развеселились еще больше, Юки с ужасом посмотрела на телефон, который на новую попытку отозвался равнодушной фразой «Абонент временно недоступен…» – Ты! Отсядь от нее, живо! – вожак зло прищурился. – Не зли меня, я и так не могу взять в толк, зачем нам оставлять в живых тебя и эту девчонку. Мало ли, с кем ночью может приключиться несчастный случай, да? А ты – брось трубку, иначе сломаю и выброшу! – Не боишься, что твоя драгоценная женщина узнает? – снова вытащил старый козырь Нараку, тем не менее отодвигаясь подальше от ученицы. Девушка испуганно сжалась и спрятала телефон в рукав. – Откуда? – волк саркастично поднял бровь и ухмыльнулся, демонстрируя клыки. – Ты уже не расскажешь. Или твоя эта директриса раззвонит? Так ей веры не больше, чем тебе! Полудемон хмыкнул: – Нет, Рин расскажет. Или ты ее тоже уберешь? Стая притихла, невольно оборачиваясь на девочку. Та не могла выбрать лучшего момента, чтобы огорошить их воплем: – Ура! Джакен! Джакен очнулся! Юки сглотнула и набрала следующий номер, молясь про себя всем богам, чтобы ей ответили: – Алло… Ну же… Алло… Кагоме? Школьница еще уловила момент, когда полудемон слез с окна и торопливо закрыла глаза. И тут парень не придумал ничего лучше, как склониться над постелью. В результате, когда ночную тишину разорвала неурочная трель, девушка рефлекторно подскочила и врезалась в полудемона. Инуяша заскользил по покрывалу и оба оказались на полу сплошной невнятной кучей рук и ног, зато ей так удалось дотянуться до телефона. Жрица недовольно поморщилась, пытаясь выпутаться, и громким шепотом отозвалась: – Алло? – Алло? – голос в трубке был очень слабым и напуганным, но она его все-таки узнала. – Алло… Кагоме?