Черно-белые ночи

По воле судьбы у нас сердце одно, И нам с тобою расстаться нельзя… Тэм и Йовин, «Алый Дракон» – Вы уверены, что у моей дочери нет больше никаких проблем? – Хигураши-старшая испытующе заглянула в глаза гостю. Тот медленно кивнул: – Удивительная девочка. Такая сообразительная и деятельная… – Странно, а пришедший вчера учитель говорил совсем иное, – мать семейства не без облегчения улыбнулась. – Хм, правда? И какой же учитель вам это говорил? – Нараку-сама. Он говорил, что нашей дочери необходимо особое внимание… – Хигураши как раз наклонилась над чайником, и только поэтому не смогла по достоинству оценить выражение лица гостя. – Значит, Нараку уже побывал здесь? – Что? – опешила женщина. «Учитель» торопливо качнул головой, любезно улыбаясь. – Нет, ничего. Я лишь удивился расторопности коллеги. Первая неделя девочки в школе – а он уже побеседовал с родителями… – Но ведь и вы здесь? – логично удивилась Хигураши-старшая. Мужчина кивнул, открыто улыбаясь и поднимаясь, – Верно. Просто я волей случая стал свидетелем того, как на юную Кагоме напали демоны. Вы знаете, что у вас растет жрица? Глаза хозяйки дома сначала изумленно расширились, потом она слабо улыбнулась, переводя взгляд на чайник: – Да… Там, где мы жили раньше, она привлекала опасно много внимания демонов. Я надеялась, что в Токио она будет под более надежной защитой… – Она сейчас под самой надежной защитой, какую только можно себе представить, – заверил ее гость, улыбаясь и к чему-то прислушиваясь. – Не беспокойтесь, она справится. Только не спрашивайте у нее, куда подевался портфель… В нем каким-то образом оказались осколки ложного Камня душ. – А, это дедушка у нас мастер! – женщина насторожилась. – Но ведь это же стекляшка, Камня душ не существует! – Уже не существует, – согласился мужчина. – Но вы бы все-таки были поосторожнее, у некоторых демонов крайне скверно с чувством юмора. – Хорошо, я постараюсь за этим следить, – кивнула Хигураши, плохо себе представляя сам процесс, тем паче, что она искренне считала дочь достаточно взрослой, чтобы та могла сама принимать решения. – Может быть, еще чаю? – Нет, благодарю, – мужчина старомодно поклонился. – Мне уже пора. Благодарю за приятную беседу… И постарайтесь не тревожить юную жрицу сегодня, ей необходимо придти в себя. Женщина нервно сплела пальцы, но понимающе опустила голову: – Хорошо, господин учитель, я постараюсь не расспрашивать ее ни о чем. Тот величественно кивнул, отворачиваясь и удивительно быстро для человека исчезая из комнаты. Но даже после его ухода Хигураши-старшую не оставляло ощущение присутствия могущественного демона. Кагоме с отчаянием смотрела на обрывки портфеля и тетрадей, дрожащими пальцами набирая телефон. То, что Аюми успела дать свой номер, можно было считать удачей: только она могла дать свои конспекты, чтобы хоть как-то возместить потерю. Правда, школьница здорово сомневалась, что успеет что-либо отксерокопировать, но попытка – не пытка, и вообще впереди был еще один выходной… Девушка вздохнула: ни один будний день раньше не приносил такую усталость, как этот выходной, и тут гудки в трубке оборвались: – Алло? – Аюми! Слушай мне очень нужна твоя по…. – «Бамс!» Что-то тяжелое обрушилось на подоконник, и Кагоме, чьи нервы и без того были натянуты тетивой лука, подскочила на месте, резко разворачиваясь и роняя телефон. Тень в окне выглядела очень грозной, но янтарные глаза, светящиеся мрачно и обеспокоенно, определенно были ей знакомы. – Жива, – меланхолично заметил их обладатель и свесил грязные босые ноги, роняя на пол клочья земли, коры и травинки. Девушка перевела взгляд с мусора на вторженца, все так же сжимая дрожащей рукой трубку: – И… Инуяша? – Ну. Там это… Санго сказала, что начинается облава на жриц… Короче, сегодня мне придется сидеть у тебя, – он отвернулся будто бы для того, чтобы закрыть окно, но школьница даже отсюда видела, как заполыхали щеки парня, отдавая алым, кажется, даже на кончики собачьих ушей. – Чего? Чего-чего-чего? – Кагоме с силой опустила трубку на аппарат и подскочила к полудемону: – Ты собираешься торчать у меня? – Ну а чего такого-то? – тот дернул плечом, являя разгневанному взгляду потенциальной жертвы кусочек ярко-алой щеки. – А что я маме скажу? – Что за тобой гоняются какие-то демоны. Делов-то… – фыркнул ворчливый потомок рода Тен, оглядывая комнату. – Да? И от них меня охраняет полудемон, который будет торчать здесь неизвестно сколько? – девушка праведно взвыла, до сих пор подспудно ожидая прихода матери. – Ага, ты предлагаешь мне все бросить и свалить? Щас. Не дождешься! – он подобного проявления рыцарственности в устах школьного хулигана Кагоме опешила. Блондин заметил выражение ее лица и торопливо прижал уши: – Ну это… Меня ж Санго убьет. Давай показывай, чего тут у тебя… – Сестра, ты ужинать не бу… – Сота завис на пороге разглядывая незнакомца. Инуяша ответил парнишке тем же. Взаимные разглядывалки грозили затянуться надолго, очень надолго, но тут забытый всем телефон затрезвонил с такой силой, что полудемон аж подпрыгнул. Школьница обреченно сняла трубку, начиная выпутываться из провода: – Алло? – Кагоме? У тебя все в порядке? – голос Аюми в трубке звучал обеспокоенно. – У… – наконец выдавил из себя Сота, продолжая таращиться на незнакомого блондина посреди комнаты. – У!.. – У?.. – подозрительно уточнил незваный гость, заставляя девушку здорово усомниться в том, что у нее все нормально. Она закашлялась: – Ну почти… То есть, все нормально, я хотела попросить у тебя… – Уши!!! Какие здоровские! – младший с радостным воплем кинулся на шарахнувшегося полудемона, задевая ногой тумбочку, на которой стоял несчастный аппарат. Обилие внимание школьному хулигану не понравилось, он попятился к стене, и мальчик взял себя в руки, не прекращая, впрочем, сверлить его взглядом: – Пойдем, я тебя с мамой познакомлю! И еще там от обеда остались креветки… – опешивший парень даже позволил себя уволочь, да и сама Кагоме не сразу сообразила, что произошло, оторопело заканчивая фразу: – … конспекты. Инуяша! Сота! Вы куда? – опомнившись, она выпуталась из проводов и кинулась вдогонку, оставляя Аюми мучиться неизвестностью. – Ты думаешь, правильно было посылать его одного к ней? – наконец пришедший в себя Мироку имел нежно-зеленоватый оттенок лица, но судя по активизации блудливой конечности, чувствовал себя куда лучше, чем выглядел. Санго мстительно пришлепнула забирающуюся по бедру руку: – Не знаю, но он за нее горло порвет, если понадобится. К счастью, эта девочка совершенно не похожа на Кикио. Учитель кивнул, покорно принимая на лоб влажный компресс: – Не похожа. Кстати, о Кикио, как мы вообще умудрились все проспать? – Не знаю… здесь была Каэдэ, когда мы размышляли над.. нашей проблемой, – девушка дернула плечом. – Но… – Каэдэ – помощница Кикио в прошлом, не так ли? – Мироку устало прикрыл глаза. – В прошлом… – полувопросительным эхом повторила Охотница и звонко пришлепнула наглую ладонь. Кирара удивленно мяукнула, переводя взгляд с мужчины на девушку. Что-то подсказывало кошке, что все только начинается. Кагура мрачно хлопнула по выключателю, устав звать учителя по имени. Что самое удивительное – Нараку действительно еще не было. Интересно, где могло носить почти всемогущего полудемона на ночь глядя? Возможно, стоило ему перезвонить, но женщина еще не настолько выжила из ума, чтобы демонстрировать собственному «хозяину» беспокойство за него. Впрочем, беспокойство это тоже имело сугубо практичный характер. Повелительница ветра подозрительно прижала ладонь к груди и прислушалась, словно могла ощутить биение. Но судя по тому, что она еще жива – жив и Нараку, куда бы его нелегкая не занесла. Значит, либо он звонил, чтобы позвать на помощь, либо у него возникло для нее очередное идиотское задание. Либо он хотел узнать результаты обследования пещеры. Интересно, и что она может ему ответить? Что осмотреться толком не удалось, потому что ее спину почти все время сверлил пристальный взгляд янтарных глаз наследника рода Тен? – Где он? – едва не уткнувшаяся головой в броню оного наследника женщина дернулась, рефлекторно пытаясь ударить. Юноша перехватил ее руку и еще раз размеренным, холодным тоном поинтересовался: – Где он? – О-откуда я знаю! – ледяные пальцы дайокая жгли запястье, и Кагура поспешно потянула руку на себя, но выпускать ее беловолосый и не думал, сверля до ужаса спокойным взглядом. Женщина на мгновение перестала вырываться: – Что ты здесь вообще делаешь? – Ищу Нараку, – Повелительница ветра презрительно фыркнула, воспринимая буквальный ответ как насмешку, но тут беловолосый снизошел до пояснений: – Хочу выяснить, зачем он подсылал тебя. Он придет к тебе. Поэтому оставайся здесь, пока он не придет, – нестерпимо ледяные пальцы наконец разжались. Кагура вздернула подбородок, яростно сверля юношу непримиримым взглядом и одновременно чувствуя облегчение. С одной стороны, ей совершенно не улыбалось заполучить еще и второго «господина», с другой – присутствие Сещемару защищало ее от гнева Нараку. С третьей стороны поступок наследника рода Тен не поддавался никакой логике. Неужели он действительно настолько отважен? Судя по поведению, он не только не боялся, но еще и был свято уверен: Онигумо должен быть безумно благодарен наследнику рода Тен, что тот одарил вниманием его убогое жилье. Во всяком случае, обвел он помещение именно таким взглядом и невозмутимо устроился у стола. Кагура, которая честно пыталась бдить – защищать логово ей, мягко говоря, не хотелось, – через некоторое время вынужденно занялась приведением в порядок журналов, и уже на третьем перестала удивляться, как юноша умудряется сидеть настолько бесшумно, при этом не позволяя ни на минуту забыть о своем присутствии. Тем больше был ее шок, когда наконец послышался размеренный, вкрадчивый голос: – Где оружие? – Что? – Повелительница Ветра вскинулась, не сразу сообразив, кто и что от нее хочет, потом хмыкнула: – Я безоружна, и я об этом уже говорила. – То есть, он отправил беззащитную женщину к моему брату? Зачем? – ни выражение лица, ни выражение глаз не выдавали предположений самого дайокая, но они заранее не нравились женщине. Она стиснула пальцы на ручке, подчеркнуто глядя в журнал: – Меня отправили добыть наследство Инуяши. А ты там что делал? Юноша молчал так долго, что Повелительница ветра не удержалась и глянула на него. Тот с видом величайшего одолжения нехотя выронил: – Искал Джакена. Я говорил. – Я не обязана помнить каждое слово! – вспылила собеседница, с силой хлопая обложкой. – Ты правда собираешься торчать здесь всю ночь, пока Нараку не изволит явиться по мою душу? Янтарные глаза чуть прищурились: Сещемару силился понять, почему его не раздражает столь дерзкое и непочтительное поведение женщины. Скорее наоборот, оно вызывало уважение: она не пыталась лебезить перед ним, не осыпала кучей пустых словес, как Джакен, и, пожалуй, заставляла задуматься о прежде глубоко неинтересных ему вещах. Дайокай чувствовал, как сильно изменился за прошедшее время, и не мог сказать, нравится ему это или нет, однако после встречи, беззащитной Рин он уже не мог оставить на растерзание Онигумо безоружную Повелительницу ветра. Несколько смущало то обстоятельство, что она служила врагу… Но ведь угрожает ей не только хозяин, но и любой крупный демон. Идея отправить беззащитного подчиненного к довольно сильному полудемону – как бы он ни ненавидел младшего, приходилось признать, что тот все быстрее матереет, – была ему глубоко чужда и ненавистна. Он и за своим-то бесполезным слугой носился уже полдня, тщетно пытаясь отыскать его следы по запаху… А Кагура значительно выигрывала по сравнению с лягушкоподобным демоном. Если бы она сумела вырваться на свободу, пожалуй, он постарался бы держать ее в союзниках. Союзниками Сещемару признавал мало кого, и искренне полагал, что оказывает им честь. Женщина продолжала возмущенно полыхать глазами, и дайокай не сразу сообразил, почему. Еще больше удивился тому, что это его волнует, и снизошел до ответа: – Да. Что-либо объяснять наследник корпорации Тен посчитал излишним, переводя отсутствующий взгляд на багровые закатные облака. Его волновала только безопасность Рин, но у волчьей стаи был приказ – поднять вой, если произойдет что-либо из ряда вон. Посему юноша оставался абсолютно спокойным, с некоторым удивлением отмечая, что наслаждается спокойным уютом почти так же, как в присутствии Рин, несмотря на устойчивый запах Нараку. Захваченная лягушкообразная добыча начинала пугать неподвижностью и покорной отключкой: ни один известный Онигумо демон не позволял себе валяться беспомощной тушкой так долго, подвергаясь тысяче опасностей. Кагура на звонки не отвечала, и учитель раздосадованно хлопнул несчастной «раскладушкой», грубо запихивая ее в карман. Когда он отключал лягушкоподобного, он искренне считал, что тащить того будет подчиненная – благо, одно перо у нее как раз осталось. И вот теперь такая незадача… Мужчина зло хмыкнул, наклонился, брезгливо хватая добычу пальцами за рукав, и направился к школе, искренне надеясь, что у непокорной Повелительницы ветра был веский повод игнорировать его звонок. Чутью полудемона все время чудился какой-то неприятный запах, исходящий от зеленой жертвы, мало того, тот, с виду такой мелкий, все же имел порядочный вес, а волокся по земле ну очень неохотно. Хуже того, несмотря на поздний час, мимо то и дело ходили какие-то люди, и понял это Нараку только после того, как с ним вежливо поздоровалась ученица, с искренним интересом глядя на грязную, местами побитую о камни тушку: – Сенсей готовится к какому-то опыту? Онигумо тихо заскрипел зубами. Объективной причины тащить по улицы полудохлого демона у нормального человека не было и быть не могло. Другое дело, что нормальный человек и вовсе предпочел бы не связываться с демонами, а раскрываться раньше времени не входило в его планы. Впрочем, судьбу оные в последнее время интересовали очень мало. – Может быть, вам нужна помощь? – продолжала настаивать непомерно любезная особа. Учитель вытер пот со лба и мрачно посмотрел на девушку, с огромным трудом вспоминая ее имя: – А тебе разве не надо домой, Юка? – Надо.. – чуть растерянно согласилась та. – Но… – Вот и иди… – поймав выражение лица девушки, Нараку сжал пальцы покрепче и заставил себя выдавить еще пару псевдовежливых слов: – А то уже совсем стемнело. – Ничего… Это ваш друг? – девушка явно решила реабилитироваться в его глазах за неудачную шутку. Увы, эта шутка была еще более неудачной. – Кто его так? Да, обычно люди шли на все – или почти на все – чтобы заполучить демонов хотя бы в круг знакомых, и потому могли и дотащить избитого или вдрабадан пьяного «друга» до дома. Обычно. Нараку напрягся, заставляя себя солгать: – Никто, он просто набрался… Юка, уже поздно, девушке нельзя гулять в такое время! Добрая ученица помялась: – А вам точно не… – Ой, это же Джакен! – услышав знакомый голосок, Онигумо резко развернулся, не веря своему счастью. И правильно сделал, что не поверил. Волчья стая, сопровождающая малявку, выглядела отнюдь не дружелюбной. Юка правильно расценила расстановку сил: – Ого, тут еще демоны, – она с обожанием посмотрела на Когу. Вожак поморщился и отвернулся, но один из его помощников поспешил развеять эйфорию девушки: – Кошелек отдай и катись! – Ч-что? – та от неожиданности даже слегка посерела. – Кошелек! – грубее потребовал другой и дернул за ее сумку. Юка взвизгнула и метнулась за спину опешившего учителя, чем вызвала дружный хохот стаи: – Чем он тебе поможет, дура? Он сам полукровка! Онигумо бросил выразительный взгляд на вожака, разворачиваясь и спеша уйти. Не тут-то было. Руку, держащую лягуха, ощутимо дернуло: – Отдай Джакена! Нараку с глубочайшей ненавистью посмотрел на малявку, упрямо цепляющуюся за демона и задался вопросом, не кинуть ли его и правда тут. На ученицу ему было глубоко начихать, жалко только пера Кагуры, которое так и не получит свой заряд… Увы. Волки уже обступили учителя плотным кольцом, посмеиваясь и переглядываясь. Мало того, что им весьма нравилась идея навалять наглому полукровке, так еще и повод был. – К-кога? – Юка никак не могла поверить в развенчание мифа. Вожак нехотя покосился на нее: – Что ты хочешь, женщина? – Мой… мой кошелек… – Слышь, по-моему о том, что вокруг школы бродят волки и отбирают ненужные вещи у поздних прохожих не знает только глухой, – рассмеялся кто-то сбоку, и Кога не стал его поправлять. Юка содрогнулась еще сильнее: – А разве это… Не… Инуяша? Нараку заскрипел зубами, чувствуя, что отдать придется не только лягуха, но и один из секретов, с помощью которых он создавал особую атмосферу в школе. – Еще чего. Этот идиот бегает за каждой подачкой, чтобы вытащить мать из комы, куда уж ему, – хмыкнул все тот же наглый волк и снова потянул за сумку. Юка взвизгнула и вцепилась в учителя покрепче. Он скривился, потом неожиданно вспомнил Кикио… Взвесил свои шансы, еще раз пожалел о своей слабости три года назад и наконец рискнул: – Вожак, ты очень хочешь, чтобы твои ненасытные волки ограбили подругу твоей женщины? – для того чтобы освободить руки, он выпустил из пальцев жесткую шерстяную ткань, и девчонка тут же уволокла лягуха, кажется, еще раз приложив его о камень. Девушка за его спиной испуганно всхлипнула. Кога неторопливо соскользнул с камня: – Что ж, мне нетрудно нейтрализовать еще и одного полукровку, который к тому же однажды ее преследовал… Нас тут куда больше, Нараку! – Драться нехорошо! – не унялась девчонка, исподлобья поглядывая на дважды покушавшегося на нее мужчину. – А он опять пришел за Рин! Сещемару он не нравится! Волки переглянулись. Кто-то из них выпихнул вскрикнувшую Юку из круга, подступая к Нараку. Мужчина только вздохнул, начиная понимать, что уйти отсюда ему не светит до самого возвращения дайокая, и с тоской подумал о том дне, когда вообще взялся за возвращение былого могущества.