Когда-нибудь мы начнем просыпаться вместе

— Нет, я не готов к этому, мы не будем… — его жалобное бормотание прервал короткий поцелуй Эвена. Благо, они находились в десяти метрах от школы, и никто их не мог увидеть (мог, конечно, но ни один не хотел об этом думать). — Исак, рано или поздно тебе придется это сделать. Они твои друзья и примут тебя любого, — он успокаивающе погладил того по щеке. — И я буду рядом, — улыбнулся, облизнув губы. — Ага… — недоверчиво произнес Исак, но пошел за ним. — Но, наверно, стоит им рассказать не прямо сейчас, давай на обеде? — Сегодня на обеде? — Сегодня. — Хорошо, — Вальтерсен отпустил его руку и пошел вперед. — Встретимся в кафетерии, — вслед крикнул Эвен и пошел в другую сторону к своим друзьям. — Пока, — тот быстро подбежал к нему, поцеловал в щеку и вновь убежал.

***

— Иди сюда, — они стояли в кабинке туалета, но Исак так и норовил убежать оттуда. — Неа, нам нельзя здесь… быть. — Я разрешаю, детка, — Эвен вновь потянулся за поцелуем, но Исак опять отстранился. Их губы были давно немного опухшими и покрасневшими от поцелуев, но кого это волновало? — А если кто-то зайдет? — Тебе придется быть тише, — смирившись с тем, что подросток не дает поцеловать его в губы, Найшейм спустился на сладкую шею, опуская руки на грудь и сжимая соски через толстовку. — Не понимаю, почему ты сопротивляешься, ведь я все равно получу желаемое. — Правда? — наиграно удивленно спросил Исак. Конечно, ему нравилось происходящее, но он боялся быть застуканным. Тем более с парнем. Трахающим его. Было бы неловко. — Э-эвен, мне пора, — звонок на урок уже прозвенел. — У меня сейчас биология, я не должен опаздывать. — Ммм, ты вкусный, как можно оторваться. Я думаю, ты, как и я, опоздаешь на урок минут на… 15, — толстовки уже не было, а рука уверенно сжимала член парня через тонкие джинсы. — Мы не можем… здесь. — Можем, Исак, можем. Да успокойся ты, это просто минет. Я же не трахну тебя здесь и сейчас, — поцелуями Найшейм проложил дорожку вниз и, расстегнув ширинку, вобрал в себя на всю длину. — Аах… черт…

***

В следующий раз они встретились только в том самом кафетерии. Исак и его друзья давно уже сидели здесь, бурно обсуждая что-то. Но только вот подросток отстраненно поддакивал, словно ему это было неинтересно. Но стоило Эвену войти, как лицо его озарилось улыбкой. — Эй, ты чего так сияешь? — заметив изменения настроения в Исаке, спросил Юнас. — Что? Все нормально. — Привет, — подойдя к ним, сказал Эвен и сел даже слишком быстро к Вальтерсену. — Я скучал и хочу поцеловать тебя, — тихо шепнув на ухо, Найшейм представился. — Я Эвен. — Чувак, мы знаем, кто ты, — отозвался Магнус. — Только что ты забыл здесь? — Я думаю, это стоит объяснить Исаку. Давай, малыш, — последнее он так же шепнул на ухо. — Эм… да. Я должен вам кое-что сказать… Я… то есть мы… они… — Не тяни, чувак. Говори прямо, — Исак уже был красным, и румянец перешел на шею. Ну не мог он так просто рассказать о их отношениях с Эвеном. Он глядел на того в поиске поддержки. Обычной молчаливой поддержки, но тот решил по-другому. — Исак хочет сказать, что мы с ним… встречаемся. Но боится вам признаться, потому как не знает, как вы примете этот факт, — с легкой улыбкой на устах произнес Эвен и взглянул на Исака. Тот сидел не шевелясь, отвел глаза в стеснении и пытался продумать, как будут действовать его друзья… если они ими и остались. Сказать, что те были удивлены, — ничего не сказать. — Так ты гей, что ли? Исак? — первым осознал суть происходящего Юнас. Он даже не понимал, почему Исак сам этого не сказал, ведь их дружба была чем-то большим, чем сходство ориентации, да и гомофобом он не был. — Эм… — Эвен толкнул его в бок, — возможно, я немного гей. Я не знаю, мне не нравится никто больше, только Эвен и все. Я не знаю, как это объяснить… — Не беспокойся, чувак, мы рады, что ты рассказал нам, — сказал Магнус и протянул руку Найшейму. — Рад познакомиться, Магнус. А это Махди и Юнас. — Тоже приятно, — Эвен с улыбкой принял рукопожатия и вновь посмотрел на Исака. Тот ошарашено смотрел на парней и, видимо, пытался осознать то, что произошло. Выходило не очень удачно. — Исак, все в порядке? — Да, да, все хорошо. Просто… — Мы не перестанем быть друзьями только потому, что ты гей. Мы с тобой, — похлопал по плечу его Махди и снова улыбнулся, еще шире, чем это было возможно. — Кхм, а вы уже… того? — А что, если я скажу да? — не стесняясь, ответил Эвен. Их общение как-то перескочило тот самый неловкий уровень, когда только познакомились и не знаешь общих тем. Они сразу начали общаться как друзья. В конце концов, никому из них не получится вытеснить другого из жизни Исака. — Воооу, это правда, Исак? — все обратили на него внимание, а тот не мог ничего сказать. Его сердце выбивало невероятной быстроты ритм, воздуха, казалось, не хватало, а глаза в ужасе выпучены. Черт! Им нельзя спрашивать о таком, это против правил. — Мне нужно это… как его… выйти, — он вскочил с места и бегом вышел из кафетерия. Это была плохая идея. Во всех смыслах. Абсолютно всех. Не нужно было брать с собой Эвена на признание. Не нужно было спать с ним. Не нужно было влюбляться в него. Черт! — Я за ним, — коротко бросил Найшейм с серьезным выражением лица и встал с места. — Мы с тобой, похоже, это опять происходит. Эвен не знал, что такое «это», да и спрашивать не было нужды. Только они всей компанией вышли из кафетерия, их взору предстала картина: Исак стоит на коленях, опираясь руками на землю, часто дышит, но глаза… глаза безумные, полные страха. Только чего? Все было вполне нормально. Вопрос, конечно неловкий, но так «расстраиваться» из-за него не стоило. Вокруг Вальтерсена уже останавливались люди, пытаясь выяснить, что происходит, но вразумительного ничего они не могли добиться. Исаку казалось, словно весь мир разбивается на осколки, словно вот-вот и придет его очередь так разбиться. Ему страшно. До ужаса страшно. Он не мог думать рационально, на уме только смерть, точнее страх от нее, руки впиваются в асфальт, пытаясь бесплодно ухватиться за него и остаться в своем уме. Нет, не получалось, мысли путались, что приводило в еще больший ужас, все вокруг давило на него, а люди только ухудшали положение. Страх перед смертью и безысходностью не отступал, казалось, Исак бессилен перед всеми, что он слаб. — Что с ним происходит? — где-то на периферии он услышал обеспокоенный и уже любимый голос. — Паническая атака. Отойдите! Эвен, отойди, ты не знаешь, что делать, — голос Юнаса врезался в разум Исака, пытаясь унять бурю у него в душе. — Я знаю, что делать, — теплые родные руки взяли Исака за плечи, чуть поднимая. — Эй, детка, все хорошо, тише. Я здесь, — Исак смотрел в глаза, но не мог это прекратить. — Попробуй дышать. Знаешь технику брюшного дыхания? — Исак кивнул, доля разума еще не отдалась безумию, творящемуся в его голове. — Давай, попробуй так дышать, ты сможешь, а я буду рядом. Ты в безопасности. Все хорошо. Ты в порядке, — он нашептывал подобные успокаивающие фразы, пока любовно гладил большими пальцами его щеки. Хотелось поцеловать эти соблазнительные губы, но сначала он должен помочь его мальчику. — Все хорошо, милый, ты со мной, — минуты тянулись слишком долго. Минута за минутой Исак приходил в норму, но это происходило слишком медленно. А через десять минут, звонок уже прозвенел, но никто из них не обратил на это внимания, он и вовсе потерял сознание. — Это нормально?! Он должен был потерять сознание?! Парни?! — Эвен, успокойся, это нормально. У него часто после такого это происходит. Минут через двадцать он будет в норме, — успокоил его Юнас, в знак сочувствия хлопая его по плечу. — Нужно немного подождать. Все самое плохое прошло. — Я буду с ним, — непрошенные слезы катились из глаз. Слишком эмоционально тяжело было видеть Исака в таком состоянии. — Хорошо. Мы рады, что ты у него появился, правда. Но если ты причинишь ему боль… — Не причиню, не причиню, — сердце сжалось в тиски. Они перенесли младшего на скамейку во дворе школы и устроили его голову на бедрах Эвена. — Мы тогда пойдем? Или остаться с вами? — Нет, я сам справлюсь, когда он придет в сознание. Спасибо. — Мы ничего не сделали.