Сад белых роз

      В итальянском особняке Вонголы есть огромный сад, и в самой его глубине стояла крохотная беседка. Сама она и земли на несколько десятков метров от нее полностью заросли розовым кустом. Крохотные белоснежные цветы, окруженные острыми шипами, густо рассыпались по всем кустам, распространяя невероятное благоухание сладкого аромата.       Розы были здесь всегда, раньше разноцветная россыпь тяжелых бутонов круглый год дурманила своим запахом редкого гостя. Сюда почти никто не забредал, а с тех пор, как в особняк переехал Десятый босс Вонголы, эту часть сада вообще огородили от посещения. Она любила лишь белые розы, и на ее слезливые просьбы сварливый садовник Тодо, впервые за все свое служение в этом саду, ответил согласием. Прежние разноцветные кусты были выкорчеваны, а из Тосканского розария специально привезли несколько сотен саженцев − кипельно-белые Snow Queen, чьи статные кусты сразу привлекали внимание, помпонные цветки White Pet распространяли тяжелый душистый аромат, к нему примешивался не менее сильный запах Boule De Neige, к крупным бутонам которых рука сама тянулась, и много-много колючих роз Chopin с мелкими белоснежными цветками. Здесь было много сортов и рассажены они только по одному садовнику известному принципу, но в любой день, когда бы Тсуна не захотела, розы всегда цветут, радуя ее своей белизной.       Савада любила это место. Наверное, потому что здесь не было чужого языка, другой культуры, незнакомых людей-иностранцев (теперь иностранцами была она и ее Хранители), только небо, цветы, пение птиц и стрекотание насекомых, те же, что и в ее родном городе. Здесь Тсуна чувствовала себя спокойно. Ее не мучила иноземная речь, нескончаемый поток дел, от грязи которых ей не отмыться уж точно никогда, душный смрад улиц, постоянное напряжение от бессчетных попыток ее убить и щелчки затворов. Можно лежать на деревянной скамье внутри беседки, скрытой от солнца или дождя, вдыхать тяжелый сладкий запах роз, прикасаться к бархатным бутонам, проросшим сквозь чугунные завитушки прутьев.       Тсуна и сама бы не смогла толком объяснить свое желание о розовом саде. Все, о чем она думала тогда, − белый не красный. Господин Тодо называл Саваду Алисой. Розы он, конечно, не перекрашивал, но частенько припоминал ей странное желание иметь сад только из белых роз. Тсуна, пожалуй, согласна. Она действительно похожа на заблудившуюся девочку в чудаковатой стране. Ее бег продолжается уже не первый год, и Савада, вроде как, привыкла, наверное, даже слишком привыкла. Это не может не пугать. Она боится однажды из Алисы превратиться в Королеву Червей.       Утро было ранним, но солнце уже палило нещадно, а воздух казался настолько влажным и душным, что можно было ножом резать. Сегодняшний день должен стать началом и концом чего-то большего, чем что-либо, что было в жизни Савады до этого момента и будет после. Она не спала ночь, ее виски гудели от непрекращающейся уже пару лет головной боли, а ледяные руки сводило от нервов и страха. В этой беседке в середине вонгольского сада, окруженной сотнями розовых кустов, Тсуна когда-то поставила перед собой цель (настоящую, как истинный Дечимо Вонгола), и все, что было до, все решения, которые она принимала, и действия, которые были совершены по ее указанию, подводили именно к этому дню. Возможно, именно сейчас, она из Алисы превратится в Королеву Червей.       Тсунаеши огладила пальчиком лепесток здоровенного бутона Boule De Neige, который каким-то немыслимым образом оказался прямо перед ее носом, и непроизвольно дернулась, угадывая чужое присутствие за спиной.       − Не думала, что ты будешь ко мне подкрадываться, Хибари-сан.       Хибари тихо появился на пороге беседки, недовольно сверля ее взглядом. Тсуна, лежа к выходу спиной, обернулась и скривилась, оглядывая его черный костюм, на улице такая жара, что даже она не в состоянии выдержать деловой стиль.       − Ты должна быть не здесь.       − Да, знаю, − с сожалением отстраняясь от тяжелого бутона, вздохнула Тсуна. Она перекатилась на другой бок, избегая падения с узкой лавки вовремя поставленной на пол ногой. − Он уже пришел?       − Тебя ждут.       Савада не глядя обула тенниски, одернула юбку темно-синего легкого платья и поспешила за уходящим Хибари по лабиринту кустов и клумб, где царствовал господин Тодо. Не было даже намека на ветерок, от удушливой жары, той, что предвещала скорые дожди, ткань прилипла к взмокшему телу и неприятно натирала кожу. Что-то внутри Тсуны, что она привыкла называть интуицией, вопило и зудело, предупреждая о том, что изменения вскоре произойдут не только с погодой. В доме прохладно, но со света темно − девушка запнулась за первый же ковер, к счастью не упав. В малой гостиной, которая находилась всего через дверь от ее кабинета, где Савада обычно перекусывала, если была небольшая компания, или спала на неудобном диване, если не было желание ползти до спальни, ее ожидали.       − Вы Реборн? Новый секретарь?       − Он самый. С сегодняшнего дня я буду заботиться о Вас.