Всё тип-топ, или бардак в театре Кукловода.

POV Ника.       Прибыв в свою комнату, потирая раскрасневшийся нос, моему взору предстает аккуратно сложенный листок на прикроватном столике. Раскрыв его и прочитав содержимое, написанное до боли знакомым почерком, я помрачнела и с минуту неподвижно стояла. Мало того, что Обезьяна сбежала, и всё то время, что ушло на сборку ловушки, было потрачено в пустую, так еще мне надо пройти библиотеку за рекордное время. И ладно бы, если бы это было днем, в нормальном режиме. Нет же, ночью! Ко всему этому комплекту прилагается моя простуда и строгий запрет доктора на любые виды испытаний и все связанное с ними.       Почихав пару раз и поругаясь с маньяком на тему «Кто больной?», мне волей-неволей пришлось переться в комнату, ибо этот гад наглым образом спер мой рюкзак. В который раз! Когда успевает? - вот в чем вопрос.       Пришлепав к библиотеке, отметив про себя, что в округе подозрительно никого нет, даже чердак молчит, я открыла дверь, зашипев при прикосновении к ручке. Или это из-за простуды, или Кукловод стал ещё большим садистом, прицепив колючки поострее бритвы, или еще какие радужные причины повлияли на обострение чувств, что та боль от шипов, которая за такое долгое время пребывания в этом доме стала в какой-то степени привычной, стала более ощутимой. Мотнув головой, я прошла в комнату, лелея хрупкую надежду, что с испытанием прекрасно управлюсь и без гаджетов. — А в прошлый раз, спасая Джека, комнату надо было пройти за тридцать секунд, и то малого уровня, и то с Джимом, — припомнила я тот случай с похищением на тот момент лидера Подполья.       А что сейчас? Сорок секунд, гений, втрое больше предметов, одна. И что, что за такое время я могла уже изучить всю комнату вдоль и поперек? Я в библиотеке давно уже не была, да и склероз - штука непростая.       Поняв, что этого аборигена никак не переубедить, сколько ни вздыхай о своей несчастной жизни, в которую никто не верит, я, скрепя сердцем, но отпустила дверь, дав ей с хлопком закрыться. Отсчет времени начался, пришло время изображать из себя подбитый вертолет. — Нет, вот чей ум додумывается подвесить штурвал аж прямо ТАМ? — негодовала я, пытаясь допрыгнуть до оного, который висел с боковой стороны лестницы. А вот чтобы подняться и спокойно снять его с площадки, мой ум как-то не догадался. Частично посещали меня мысли, что мой мозг был сделан в Китае. Или просто придерживаюсь принципа: «Мужики не ищут легких путей!». И плевать, что я баба.       С трудом проделав эту операцию, заставив, наконец, эту деревяшку спланировать на пол, чудом не встретившись с моей макушкой, я уже было обрадовалась, что квест завершён, и мой рейд тоже подходит к концу, как меня отвлекает странный звук, раздавшийся над головой. Будто бы по полу волокли что-то металлическое. Чётко разглядеть, что же это было, у меня не получилось, ибо только подведя фонарик к тому месту, как в темноте что-то сверкнуло. С реакцией я пока ещё была на «аллё», и увернуться мне удалось. Ну, как «удалось»? Голова спасена, не срублена, и это, несомненно, очень радует. Но вот только боку относительно не повезло.       Вскрикнув, я ухватилась за раненое место, отступив на пару шагов назад и оперевшись спиной о полки под лестницей. В этих же двух шагах раздалось звонкое падение чего-то металлического. В голову тут же пришла мысль о мече, ибо что ещё может упасть и так порезать? Всё остальное только синяк хороший оставит, а если «повезёт», то и шишак.       Понятно, видимо, пока я пыталась достать этот штурвал, поблизости с ним располагался и меч. И таким чудесным образом я отправила нежелательный предмет в полёт.       Сжимая рукой рану, пытаясь тем самым прекратить, или хотя бы уменьшить кровотечение, я оттолкнулась от полок и начала своё движение к выходу: «Док меня точно убьёт, если увидит в таком состоянии» — сразу я «сванговала» возможный поворот событий. А ведь он говорил: «Никаких испытаний!»... Хотя, кому он это говорит?       Идти в потёмках было сложно, не считая того, что в глазах плыть всё начинало. Не напороться на что-то мне не удалось, и, запнувшись об банальный ковёр, я распласталась на этой самой преграде. Подняться ни сил, ни желания не было, лишь только жутко клонило в сон. Сопротивляться этому чувству было бесполезно, и в итоге мои веки сомкнулись, и сознание покинуло меня.       Пробуждение оказалось у меня отнюдь не радужным. Во-первых, голова сильно раскалывалась. Во-вторых, левый бок, коим я поранилась, раздавался не менее сильной болью. В-третьих, что меня очень сильно смутило, так это поза, в которой я находилась: некая поза буквы «зю».       Поёрзав немного на месте, я поняла, что лежу на чём-то твёрдом и о~очень тесном, ибо как и колени, поджатые к груди, как и спина, а скорее уж руки, с какой-то радостью заведённые назад, как и макушка упирались в стенку этого лежбища. «Не поняла юмора...» — хотела было сказать я это вслух, но не смогла и губами пошевелить. Заклеены.       Сейчас меня охватила настоящая паника. Я неизвестно где нахожусь, ничерта ничего не вижу, лежу в чём-то тесном, похожем на кроватку младенца: ноги выпрямить я тоже не смогла, уперлись в очередную стенку. Так же не могу и слова вымолвить, только промычать неразборчиво. В непонимании происходящего, я хотела поменять положение рук, но и этого у меня не получилось: связанные оказались. Как и ноги. А после моей попытки подняться, вследствие которой я смачно поприветствовала своим лбом неожиданную «крышу» над головой, меня охватил ужас. Мысли на этот счёт лезли самые мрачные. Самым страшным оказалось осознание, что меня могли закинуть в гроб и закопать заживо. Прямо как в «Убить Билла».       Сердце бешено заколотилось, я начала предпринимать тщётные попытки хоть как-то освободиться, дёргаясь в этом замкнутом пространстве, а из крика получалось только громкое мычание. Да и рана не дремлет, напоминала о себе, так как я назло лежала на этом самом левом боку.       Паниковала я недолгое время. Вскоре послышалось какое-то скрежетание над головой, и тут же я ощутила некое дуновение ветерка. — Очнулась, значит? — прозвучало ни то вопросом, ни то утверждением. И голос оказался жутко знакомым. Чего-то не хватает... Точно, механических помех!       Я замерла, не смея даже пошевелиться, и смотрела во все глаза предположительно туда, где мог стоять этот человек. Хотя из-за повязки, которая оказалась на мне, и глаза-то было нереально открыть, так что получилось только брови высоко вскинуть. «Кукловод?» — только и мелькнуло у меня в мыслях, пытаясь хоть как-то успокоиться и сгруппироваться.       В это было очень тяжело поверить. Передо мною собственной персоной стоял маньяк, хоть даже если я его и не вижу? Похоже, у меня галлюцинации. Или это просто сон. Но сколько бы я ни щипала себя за руку, постоянно убеждалась, что это всё наяву. — Я ведь предупреждал, что ты доиграешься в скором времени, — продолжил этот спокойный голос.       Мысли в голове перемешались. Где я? В каком месте я оказалась, что я слышу голос этого типа вживую, а не через динамики? В наступившей паузе до моего слуха долетело слабое, но везде узнаваемое и сердцу приятное звучание – шум системника. Суточное сидение за компьютером ранее сделало своё дело.       Минутку. Системник? То есть, компьютер? Я знаю только одну комнату, где сутками работает компьютер. Но Дракон почти всегда проводит своё время на чердаке. Да и Кукловод вряд ли туда заявится. Тогда остаётся ещё один вывод – логово маньяка! Но это в теории не может быть. Тогда что?..       Мои размышления прервал звук глухого удара крышки о короб, оповещающий, что разговор окончен. Ещё окончательно не отойдя от шока, я смекнула, что надо бы предпринять попытки как-то выбраться. Пошевелив запястьями, стало понятно, что из верёвок легко не вырвешься. А провести тот же трюк, как и в «Totally Spies» вряд ли получится. А хотя, не узнаешь, пока не попробуешь. «Одним словом – попадос, и конкретный такой...» — вынесла я вердикт, предприняв несколько попыток расправиться с верёвками на руках.       Обречённо выдохнув, я осталась лежать спокойно, дабы дать боли в боку немного утихнуть. Мысли до сих пор были спутаны, чётко обмозговать всю ситуацию не получалось, а если получалось, то выходил полный бред, и приходилось начинать заново. Решив успокоить свою нервную систему глубоким вдохом и выдохом, на первом подступил приступ дикого кашля. А прокашляться с заклеенным ртом немного так неуютно. Но нос в помощь, благо он не был забит.       Эта простуда мне прямо «на руку» в моём-то положении. Лёгкие ещё немного покалывало. Головная боль немного поутихла. Но дискомфорт всё равно ощущался. Плюс ко всему этому меня пробил озноб. «Или тут так холодно, или, судя по моему состоянию, у меня, вероятно, поднялась температура. Другого объяснения, почему я мёрзнуть начала, у меня нет...»       Сколько я так ещё пролежала, я не знала. Из-за расклеенного состояния меня клонило в сон. По крайней мере, я была спокойна: ни в морг, ни в землю меня не предали, а это большущий плюс. По крайней мере, пока. Несколько раз я всё-таки погружалась в дремоту, но через несколько минут резко приходила в себя из-за того, что крышка то открывалась, то закрывалась. Видимо, мой похититель проверял на месте ли я, или просто состояние проверял.       Так длилось долгое время. А определила я это по урчанию живота. Есть хотелось жутко. Тут меня озарило: если меня ни захоронили, ни в морг не кинули, то может просто голодом замарают? Даже не знаю, что из этих смертей мучительней. Хотя, при первых же двух вариантах голод всё равно был бы обеспечен. Так что, хоть так, хоть так, но помучиться всё равно придётся.       Гонимая подобными мыслями, я возобновила попытки избавиться от верёвок. Конечно, крутить запястьями было больно, ведь верёвка натирать начинает такими темпами. Но жертвовать всегда чем-то надо, а во имя спасения и потерпеть можно.       Провозившись так некоторое время, я, наконец, добилась желаемого – удалось вытащить руку из пут. Размяв запястье, я только хотела уже приступить к следующим действиям: повязка -> скотч -> верёвки на ногах -> крышка -> да здравствует свобода! – но остановилась. Как-никак, но если я всё-таки в его логове, то он наверняка сейчас в комнате. И сбежать по-тихому не удастся. Кроме того, валяться таким образом нельзя: раз он делает такие проверки, то определённо может сделать и следующую. А если увидит, что я лежу уже не со связанными руками, то свяжет их снова, и мои попытки освободиться окажутся напрасными.       Поёрзав немного на месте, заведя руки за спину, я попыталась расположить своё тело в этом маленьком пространстве так, чтобы не было видно, что руки мои свободны. И верёвки я тоже прихватила с собой. Лежать на них, конечно, не самый айс, но что ж поделать?       Так я пролежала ещё некоторое время. За этот период маньяк ещё пару раз проведывал меня. На второй проверке, закрыв крышку ящика, слушая его удаляющиеся шаги, послышалось хлопанье дверью. «Ушёл!» — ликовала я. Наконец выдался шанс! Прислушавшись, в коридоре еле различимо, но слышались его шаги. Похоже, он куда-то пошёл. Без движения пролежала я так ещё некоторое время, когда шаги не стихли окончательно. И приступила к исполнению своего плана побега.       Быстро разобравшись с лишними аксессуарами на лице, минута ушла на то, чтобы избавиться от пут на ногах. Толкнув локтём крышку короба, она подскочила на месте: значит, не заперта. Открыв её, я хотела встать, но рана в боку снова заныла. Стиснув зубы и прижимая руку к боку, я осторожно приняла сидячее положение. Однако не только нежданчик в виде бокового ранения меня ожидал. Голова резко пошла кругом, из-за чего я снова чуть было не легла обратно.       Стараясь пересилить весь этот дискомфорт, я вывалилась из ящика и поползла в том направлении, где, предположительно, послышался хлопок дверью. Дверь там действительно оказалась.       Комнату я как-то рассмотреть не рассмотрела, да и темнота кромешная была. На ощупь найдя ручку, я поднялась на ноги и попыталась открыть дверь: — Заперто? — была изумлена я, подёргав её несколько раз: вообще не поддавалась. — Но я же не слышала щелчка замка...       Попытавшись ещё раз дёрнуть этот злосчастный предмет меблировки на себя, как дверь резко отворяется и не хило так снабжает меня ударом по лбу. Не удержавшись на ногах, я поддалась назад и упала, достаточно ощутимо приложившись макушкой обо что-то твёрдое и вертикально стоящее. Это было последнее, что я помнила.       Очнулась уже снова в полной темноте без возможности сказать что-либо и пошевелиться. Опять теснота. Снова ящик.       Я зажмурилась – голова отдалась резкой болью. Удар пришёлся, конечно, ничего себе так, надеюсь, последние мозги он выбить не успел. Попытавшись снова освободить руки, запястья тоже отдались жгучей болью, да и покрутить ими особо не получилось – верёвка туго затянута. «Сволочь» — вырвалось у меня. Но моё негодование быстро сменилось удивлением, когда где-то в области ног что-то звякнуло. Пошевелившись ещё раз, звон повторился. Озадаченная, я с удивлением «смотрела» вниз, ну, или там, где были мои ноги. Дабы разобраться, что это такое, я пошевелила руками. Звона не было. Пошевелила ногами. Опять что-то звякнуло. Прежде, чем я успела задаться вопросом, что это всё же могло быть, как крышка снова открылась: — Сбежать было плохой идеей, — проговорил он. В голосе так и слышалась издёвка. — Так что мне пришлось подстраховаться немного. Ты, наверно, удивлена странному звуку, который недавно слышала? Если ты ещё не догадалась, то это цепь. Так что ещё раз провернуть такой трюк у тебя не получится.       Я сдвинула брови. Издевается, гад. Сказав ещё пару слов, он закрыл ящик. И послышалось, как что-то громоздкое поставили на крышку.       Ситуация хуже некуда. Теперь мне точно не выбраться. Да и состояние моё тоже оставляет желать лучшего: болит всё – и голова, и руки, и бок, да и тело уже всё затекло. Убиться прямо хочется. А ещё я голодная, и жажда мучить начала. В общем, всё не ахти.       В осознании всего этого я просто сдалась. Да и сил уже не оставалось, чтобы продолжить бороться. Через некоторое время состояние ухудшилось, сознание так и норовило покинуть меня. В дремоту стала погружаться всё чаще. Продержалась я так недолго. Последнее моё пробуждение уже было от голосов, раздававшихся в комнате. С трудом удалось определить, что они принадлежали Кукловоду и, внезапно, Райану. Говорили о какой-то провизии, инструментах и что-то о Подполье. После веки сомкнулись, и я уже ничего не помнила, что было дальше, и просыпалась ли я вообще ещё... — Эм... Перо, — голосом, предвещающий будущий мордобой, проговорил Джек, сидящий на диване со скрещёнными руками. — Кажется, ты свой тот рассказ немного приукрасила. — Эй! — тут же возмутилась я. — Будто бы я всё чётко помнила, что со мной происходило! — Хм... да, нестыковки всё-таки были, — задумчиво протянул Джим, глядя в потолок. Я обернулась в его сторону, прожигая злобным взглядом. И как они его ещё помнят до мельчайших деталей, что определили, где есть не схождения с действительностью? Побуянив так ещё немного, я успокоилась: — Но всё-таки удивительно, что ты обработал мою рану, — скептически взглянула я на экс-Кукловода, опирающегося о стол. — Я же говорю, моей целью было тебя запугать. Смерть в мои планы никоим боком не входила. — О да, от голода никто прямо-таки не умрёт, — недовольно пробурчала, скрестив руки. — Между прочим, я тебя подпаивал. — Когда, скажи? — Спать меньше надо было. И то это было до твоего побега. Точнее, попытки его реализовать. — Ага, — кивнул головой подпольщик, — а после этого ты обиделся и плюнул на неё, да? И вообще, это сумасшествие – закинуть в ящик. Наказание получше придумать никак не мог? — В любом случае, у вас есть док, — будто бы проигнорировав последние слова подпольщика, проговорил Джон, отвернув голову от всей аудитории. — Перо же жива и здорова? Ну вот, все довольны и счастливы. Заявление этого недосуицидника некоторых заставило вскинуть брови: — Нет, ну я его сейчас точно убью, — прошипел младший Файрвуд, поднявшись со своего места. — Поддерживаю, — присоединилась и я, закатывая рукава куртки. — А ну стоять! — схватил нас за шкварник бывший последователь, отодвигая дату грядущего апокалипсиса. — Мордобой устроите в другой раз, сейчас не лучшее время для этого. Мы с подпольщиком посмотрели на него и смиренно отступили на шаг. Как ни крути, но он прав. Нельзя забывать о такой проблеме, как Трикстер со своей чокнутой помощницей. И не дай Бог он нас ещё слушал. Считай, мы подкинули ему очередную идею для следующей аховой ловушки. А это не есть хорошо, согласитесь. Так что я искренне надеюсь, что в будущем нам ничего подобного не угрожает, а то в исполнении Мэтта мы и дня не сможем продержаться. Наверно.