Режим «без сна» на повторе

      Учебные будни становятся короче, тренировок вдвое больше. Чимин старается из кожи лезть, чтобы его не ругали, чтобы не было проблем. Его родным местом становится уголок, где установлена батарея. Пак сидит там каждую тренировку, греет спину, а бывает, едва не засыпает, опираясь щекой о металлическую поверхность. Ещё нередко Чимину звонит его девушка, предлагая вместе провести время. Ссор и обид становится больше. — За эти две недели ты не мог выделить мне и час? — девушка возмущается, скрестив руки на груди. Пара стоит за закрытой дверью на школьной площадке, где находится аварийная лестница. — Ну что бы мог дать этот час? Мы бы толком не поговорили, — Чимин виновато опускает взгляд, — да и меня приняли в основной состав… Тренировок стало больше, я не могу пропускать. Девушка фыркает раздраженно, с упреком глядя на своего парня. — Чимин, с каких пор это ты забиваешь на учебу? В который раз приходишь без домашней работы, ещё и с опозданиями. Неловкое молчание, слышно лишь тиканье часов на руке девушки. Пак тяжело вздыхает, собирается что-то сказать, но в кармане курточки внезапно вибрирует телефон. Чимин проводит пальцем по экрану, бегло читает смс в социальной сети, но не успевает толком понять смысл, как девушка выхватывает телефон. — Мм, ясно. У нас топовый парень объявился, на девушку мы забиваем, да, Пак Чимин? — Да прекрати ты уже, — на тон выше прикрикивает Чимин, выхватывая свой телефон, — мы просто общаемся. Сухён, хватит себя так вести. — Нет, не хватит, — девушка отводит взгляд, стараясь не сорваться, — не хватит. Я пытаюсь тебя в чувства привести, пока ты не погряз полностью в этом дерьме. — Айщ, достала, — Чимин цокает языком и спешит уйти, попутно задевая своим плечом Сухён.       Так продолжается больше месяца. Постоянные ссоры, а после тихие примирения, словно ничего и не было. Чимин не забывает желать сладких снов своей обижающейся Сухён, пока девушка хоть и дуется, но шлёт ответ. — Мне иногда кажется, что ты совсем забыл то, что было в квартире, — мурлычет девушка в трубку. Чимин довольно хмыкает, устраиваясь удобно на кровати. Он снова уставший после очередной тренировки, но так счастлив, что его ждёт не очередной скандал, а спокойный разговор. — О чем ты, совсем не понимаю, — наигранно сообщает Пак, пока в ответ не прилетает обиженное «дурак», — я шучу-шучу. Такое невозможно забыть, солнышко. О том, как действует это обращение на его Сухён, Чимин знает не понаслышке. Наверняка сейчас девушка не знает, что сказать; после она поднесет подушку ко рту и будет улыбаться, попутно крепко сжимая в руке телефон. — Ты изменился как-то, — тихо сообщает Сухён, совсем не зло, — немного забивать на меня начал. — Нет, просто стараюсь ставить на место, — прямо отвечает Чимин, усмехаясь самому себе, — не то заботишься о тебе, заботишься, а в ответ непослушание. А как сразу перестал обращать внимание, так ты сама ко мне тянешься. — Иди ты, — бурчит девушка, но короткий смешок не заставил себя ждать, — Чимин… — Мм? — Я не хочу, чтобы мы отдалялись. Чимин молчит, чувствуя неприятное покалывание внутри. Не понимая, что происходит, а может, не горит желанием понимать, Пак прочищает горло и выдавливает из себя улыбку: — Боже, о чем ты? Всё у нас будет хорошо. Просто понимаешь… —… тренировки, да, понимаю. Чимин, я не об этом. Не забывай меня, ладно? — Сухён переходит почти на шепот. Пак делает глубокий вдох и корит себя за глупые мысли. О чем он только думает. О ком.

О Юнги.

— Сухён. Всё будет хорошо. У меня появится больше времени, мы сможем быть вместе, просто нужно подождать. Ну хочешь, — парень запинается, стараясь думать быстро, — вот! Хочешь, перед Новым Годом сходим на свидание? Весь день только ты и я. — Разве у тебя нет тренировки в этот день? — едва не всхлипывая, спрашивает девушка. — Я её отменю. Ты важнее, правда. Один день можно забить, — Чимин обещает. Он просто не может не провести этот день с Сухён. С его девушкой, которая подарила столько прекрасных воспоминаний. Пак кивает в пустоту, соглашается на тридцать первое число. Пока в это время на ухо вибрирует оповещение, но его Чимин решает прочесть позже. Пара прощается, Пак с улыбкой на лице отключается, с его уст срывается облегченный вздох. Словно мысли все стали на свои места, разложились по полочкам. Чимин решает зайти на свой аккаунт и проверить оповещения.

«Дай свой номер» «Срочно»

К хренам эти полочки и мысли. Это не Юнги, а настоящий взрыв, который не позволяет мыслить трезво. Чимин печатает свой номер, кусает ноготь большого пальца и ждёт ответа. Но Юнги не отвечает, он сразу звонит. И у Пака внутри всё сжимается. — Д-да? — Чимин взаправду дрожит. У него коленки просто трясутся. — Хэй, мелкий. Чего я хотел-то… — Юнги прокашливается, неловко как-то общается, что совсем по-новому звучит, — что делаешь завтра? — Ну ничего, отдыхаю, — задыхаясь от непонятно чего, отвечает младший, — а что? — Да… Не знаю, согласишься ли, — никто так не заставлял нервничать Чимина за последний месяц, как что-то недоговаривающий Мин, — у меня выступление намечается недалеко за городом, я там живу, во-о-от. Подумал, может, дуэтом станцуем? У нас же есть хореографии совместные. Ты «за»? Пак в небольшом ступоре. Он кусает губу, стараясь обдумать предложение хёна. — А это вообще когда, на сколько, где и вообще, как пройдёт? Мин негромко смеется в телефон, кажется, делает затяжку. Ещё секунды молчания, и Юнги наконец отвечает: — Не волнуйся, я тебе всё расскажу по пути. Завтра в обед будь у меня, желательно уже на макияже. С собой черные джинсы, белую майку, ну и кроссы. С ночевкой если что, потому что маршрутка оттуда не ходит позже шести вечера. — А я тридцать первого утром буду дома? — Чимин вспоминает резко о Сухён. Если он пообещал — он не перенесёт их встречу. — Да, конечно. Тем более, ехать меньше часа, недолго. Завтра обо всём подробнее расскажу. — А, хён! Стой! — Чимин сжимает трубку в руках, и на удивленный вздох торопливо продолжает. — Мне уже стрёмно. — Боже, Чимин, — Юнги начинает смеяться, наверняка закатывая глаза от глупости младшего. Он прощается коротким «пока» и сразу же отключается, оставляя Пака с подступающим взвизгом. Чимин смотрит на контакт Юнги. До Пака медленно, но верно доходит то, на что он согласился. Щеки начинает пощипывать от широкой улыбки, а сам парень мчится на кухню, где готовкой занята мать. — Ма-аам, а мы с Сухён на свиданку идём тридцать первого, — радостно сообщает Чимин, усаживаясь за стол, — но до этого меня позвал тренер, с ним станцевать за городом в дуэте, прикинь? С ночевкой. — Не так быстро, я вообще ничего не поняла, — мать тепло улыбается, отложив полотенце, что находилось в руках. Парень поджимает под себя ноги и пересказывает всё, попутно выпрашивая ночевку. Его первую ночевку с малознакомым человеком. Далеко за городом. Рассказывая всё это, Чимин начал понемногу понимать, кто и куда его пригласил. Его. Юнги. Дуэтом. Юнги. Тот, о ком Чимин год грезил, словно об айдоле.