Она - парень

      С того самого момента их отношения значительно улучшились - доверие между Василисой и Фэшем стало основой их крепкой дружбы. Они пару раз виделись чисто вдвоём, делились историями со своих жизней и переодически делились секретами. Фэш, на удивление, оказался очень даже интересным собеседником. Он был на удивление чутким и безумно толерантным человеком. Казалось, он разбирается во всём, что только есть в этом мире - начиная от психологии и заканчивая флористикой. Василиса всегда поражалась его умению прочитать атмосферу без лишних слов, перевести неудобную тему совершенно не напрягаясь и даже разрешить конфликт абсолютно незнакомых им людей. Драгоция, оказывается, очень волнует судьба бездомных животных, так что он вместе с Захарой достаточно часто посещают приюты, чтобы помочь хоть с базовым выгулом и уборкой территории.       А ещё он очень заботился о ней. Всегда.       Фэш интересовался её хобби и интересами, его заботило настроение Василисы и то, насколько ей комфортно делиться тем или иным фактом о себе. Он знал о разводе её родителей и долгое время волновался о том, не считает ли Василиса себя виноватой, - а она считает, - или подавленной.       Она честно рассказала ему о том, что Захара флиртует. Сказала, что не воспринимает её как девушку и ей бы очень хотелось, чтобы Фэш как-нибудь вразумил свою сестру.       Фэш воспринял её слова максимально серьёзно и извинился за поведение Захары. Через пару недель Драгоций младшая стала намного спокойнее, хоть всё так же продолжала кидать свой взгляд в сторону Василисы.       А ещё он очень много интересовался её сестрой. Он, узнавая всё больше и больше каких-то личных фактов о Васе, старался незаметно расспросить о самой Василисе. Он рассказал, как после их последней встречи достаточно долгое время винил себя в том, что слишком поспешил, что не заметил её плохого настроения, что, скорее всего, ей было ужасно плохо после того, как к ней пристал какой-то извращенец.       И Василиса потихоньку оттаивала.       Огнева всё чаще и чаще ловила себя на мысли о том, что не хотела, чтобы он чувствовал себя виноватым из-за той ситуации возле библиотеки. Она полностью осознала, что это была её вина, и она просто перепугалась, что он её раскроет.       Поэтому написала ему первой. С акаунта Василисы.       Она извинилась перед ним и предложила пока что просто продолжить общение в интернете. Фэш, безумно радый, что на него не держат зла, с удовольствием согласился. Василиса, имевшая привычку обращаться к себе в мужском роде, всё время перепроверяла свои сообщения, хотя иногда и не замечала этой ошибки. Драгоций, немного удивлённый такой манерой общения, всё таки не акцентировал на этом много внимания. Мало ли, у человека просто такой стиль общения.       Они переписывались практически целыми днями, а когда не переписывались - гуляли вместе. И для Василисы, что никогда не могла похвастаться большим количеством людей, которым может доверять, Фэш стал глотком свежего воздуха. Впервые кто-то заботится о ней не требуя ничего взамен. Фэш не её мать, которая всё время пытается впихнуть её в юбку или перевоспитать, и не отец, который делает из неё чёрти что.       Он её друг. Настоящий. Самый близкий.       И Огнева, окрылённая таким непривычным к себе отношением, ослабила свою бдительность. - Какая же ты тварь бессовестная…       Отец держал её разбитый телефон в руках, на котором ярко горела переписка с Фэшем. Василисы с Фэшем.       Огнева сидела посреди зала на коленях, низко склонив голову и крепко жмурясь, чтобы не дай бог не заплакать. Кулаки сжались сами собой, ногти оставляли борозды на ладошках.       Как она могла забыть?       По неосторожности забыла выйти из аккаунта, забыла скрыть приложение, слишком расслабилась. Она позволила себе забыть наставления отца, открыла кому-то свой пол и, о боже, близко общалась с противоположным полом.       Отец даже может подумать, что они флиртовали. - Молчишь? - Он обошёл её, останавливаясь за спиной. Рука крепко сжимала телефон, что уже практически сыпался. - И правильно делаешь. Я даже малейшего писка от тебя слышать не хочу.       Нортон говорил обманчиво спокойно - голос просто сквозил холодом. Василиса, не видя отца, нервно дрожала в попытке предугадать его следующее действие. - Ты, - он схватил её за волосы и грубо развернул в свою сторону. Девушка болезненно прошипела и практически упала на пол, всё же устояв на коленях. - Ты совершенно выбился из рук. Твоя гнилая натура так и просится наружу. Я знал, что это рано или поздно случится, знал.       Он сильнее сжал волосы Василисы в кулак, натягивая тонкую кожу головы. Слёзы, что девушка старалась сдержать, полились сами собой. Нортон рассматривал её лицо и даже не старался унять бешеную злость во всём теле. Он уже только собрался продолжить свой монолог, как вдруг…       Би-бип.       Нортон посмотрел на экран телефона, что держал в руках. Василиса нервно сглотнула.       Написал Фэш.       Сообщение было совершенно безобидным - он просто интересовался её делами и сделал комплимент её цвету волос. Кажется, они до этого обсуждали то, насколько редким является натуральный рыжий цвет.       Отец хмыкнул. - Неплохой концерт ты тут устроила. Жаль этого парня. - Он посмотрел на Василису и криво ухмыльнулся. - Он был бы идеальным сыном.       Что-то болезненно кольнуло в груди. - Не таким разочарованием, как ты. Кто угодно уже был бы лучше.       Снова. Только на этот раз казалось, что сердце просто вырвали.       Он отпустил её волосы, кинул телефон на пол перед коленями своей дочери и брезгливо вытер руки о штаны. - Думаю, пора воспитать в тебе настоящего мужчину, как когда-то воспитывал меня мой отец.       Крупная металическая пряжка его кожаного ремня ярко блеснула на свету. Он сложил ремень вдвое и угрожающе шлёпнул себя им по руке. - Отец… - Василиса откровенно рыдала, - прошу, не надо! Этого больше не повторится, я обещаю! - О, сынок, - он поддел ремнём её подбородок, - я знаю, что ты меня больше не разочаруешь. Ведь так?       Василиса отчаянно закивала. - Я рад. Но непослушные дети не понимают словами. Непослушных детей надо правильно воспитывать, чтоб они окончательно не потонули.       И металическая пряжка снова блеснула на свету.       А Норд мог лишь отчаянно скулить и скрестись в дверь, слушая истошные крики своей хозяйки.