Берегите первую любовь

В ту ночь я запустил необратимый процесс. Мне двадцать семь лет, тебе — двадцать четыре, Чонгуку  недавно стукнуло двадцать два. Он всё тот же наглый, смешливый и беззаботный, вот только мы изменились. На следующий день после твоего дня рождения я сделал лучший подарок: отпустил. Разумеется, всё обошлось без криков, вспышек гнева, драк и страстных поцелуев: я был уверен, что мы напрочь лишились вспыльчивости и только лишний раз в этом убедился. Только холодный рационализм и отстранённость. Ты долго молчал, читая в моих мыслях и глазах, то, что было сложно оформить словами, кивал в такт размышлениям и, слава богу, не спрашивал, почему так вышло. А затем подошёл и пожал руку: — Мы же… останемся друзьями? — Конечно же. И ты, и я ясно понимали, что больше друг другу ничего не сможем дать; что мы выжали из себя всё до остатка и никогда больше не назначим встречу, чтобы сходить в кино или поесть мороженного. Был ли я расстроен? Ничуть. Прожитые вместе годы были чудесны, но им не суждено было остаться такими навсегда. Я вновь раскрыл свою душу перед Намджуном, а он, лишь пожав плечами, подошёл ко мне ближе и прошептал в самое ухо. — Я тебе говорю… как другу… не дружи больше с этим типом. Так ты его за столько лет так и не смог полюбить! Я ухмыльнулся, потому что раньше этого слепо не замечал. Но что же я всё о себе... как же сложилась жизнь у тебя? Вправе, я не знаю. Мне не было это интересно. Зато я в курсе всего нового своего друга, Чонгука, который делает слишком много постов для соцсетей. После затяжного периода одиночества у него появился парень. Милый такой, перекрашенный в жуткий светлый цвет, почти как ровесник его, даром, что старше на два года. И они счастливы, улыбаются на камеру, а если присмотреться, на фотках заметно, что они держат друг друга за руку. Никогда не видел этого белобрысого парня таким счастливым. Даже не узнать было. Это был ты. Счастливый, влюблённый, который лишь благодаря выдержке Чонгука смог сохранить и зажечь почти затухшее пламя первой любви. Ты сберёг его, и я даже немного горжусь, что самолично заставил тебя признаться. Что же касается меня… любить приятно, но слишком утомительно… я же, пожалуй, вернусь в брошенную академию и начну всё с чистого листа. Найду новую, хоть уже и не первую любовь.