Я еще вернусь!

      Время шло. Гарри перебирал в мыслях полученные сведения. Порой смотрел на дневник, но не решался открыть его вновь. Сегодня опять была проверка. Интуиция кричала об опасности. Тучи сгущались над ним все сильнее и сильнее.

***

      „Эй! Том! Ты здесь?“       „Конечно! Где, по-твоему, я могу быть?“       „Ну, мало ли. Может, ты мой глюк.“       „Сам ты это слово“, — Гарри ещё раз показалось, что он чувствует его эмоции, и тот веселится.       „Кто тебя знает. Лучше скажи, как нам быть?“       „Есть идея, но это ещё надо обдумать. А пока могу тебя учить.“       „Чему?“       „Всему! Цени! Сам Темный Лорд будет тебя учить!“       „Ты не Темный Лорд“, — Гарри начал спор из чувства противоречия, хотя сам не понимал, зачем.       „Ну, его бывший кресстраж! Хотя, чтоб ты знал — Темных Лордов бывших не бывает! Я — темный, и это не изменить. Так что, ты будешь учиться или как?“       „Да. Только ты еще о моем Роде не все рассказал.“       „Почти все рассказал. Осталось добавить, что, скорее всего, призвали огненного, если судить по взрывному темпераменту Блэков.“       „А как создали тебя?“       „Я же рассказал?!“ — удивился Том.       „Можно подробнее и о Томе тоже“, — немного поколебавшись, написал Гарри.       „Том… Каким он был… Красивый, харизматичный, умеющий увлечь. Он вырос в самом плохом приюте. Жизнь была дерьмо, но после одиннадцати стало еще хуже. По какой-то причине дети и взрослые стали его ненавидеть. Каждое возвращение в приют становилось все хуже. После четырнадцати он изменился, и очень сильно. Это не только​ авианалеты, хотя они сделали свое дело, но… Понимаешь, Гарри, он был очень красив, особенно в свои пятнадцать.“       „Его изнасиловали?“ — в ужасе написал Гарри.       „Пытались. Что бы ни говорил Дамблдор, у него был друг из магглов, они жили в одной комнате в приюте. Вот его… Том пришел, когда уже все​ случилось. Парень орал часа два, и никто не помог. Он потом покончил с собой. Тогда Том спровоцировал насильников и избил сильно. Хотя они и остались живы, но милосерднее было убить. Вот тогда он и решил добиться изменения в законах. Нашел, что в древние времена дети, которым не повезло с родителями, и сироты жили при Хогвартсе. Хотел добиться именно этого. За ним пошли многие чистокровные. Вальпургиевы рыцари. Именно так называли они себя. Тогда он и нашел сведения о создании живого артефакта. Загорелся желанием повторить. Я создавался как собеседник. Кто поймет тебя лучше, чем ты сам? Кресстраж из меня сделал уже намного позже. После возвращения из Индии.“       „Я думал, еще в школе? Дамблдор говорил, что Том создал тебя, убив Плаксу Миртл, и кольцо, убив семью отца, подставив дядю.“       „Как я уже сказал — дневник стал третьим. И кольцо стало кресстражем намного позже. Хоть Том и был гением, но сил до двадцати лет не хватило на такой ритуал. Вообще-то он не подставлял дядю. Он тогда решил сходить к отцу поговорить, но разговор привел к стихийному выбросу. Дядя прибежал, когда было поздно, Авада была милосердием, но объяснять что-либо аврорам было бесполезно. К тому же Марволо почти не говорил из-за травмы в детстве, только шипел на парселтанге. Том был не в себе. Он прогнал парня и взял вину на себя. Мало кто знает, но Том залез в долги и оплатил содержание дяди в Азкабане. До самой его смерти платил, и похоронили его не на кладбище Азкабана, Том забрал его тело, и тело деда тоже выкупил. Он нашел могилу Меропы и похоронил их рядом.“       „Но Миртл все-таки он убил?“       „Случайно. Он не проверил, есть ли кто в туалете, ведь тот постоянно был поломан, и туда никто не ходил. Девочка испугалась змеи, она не видела василиска, только тело, бросилась бежать. А там паучок Хагрида. Укус, и… Девочку нашли слишком поздно. Василиск вообще ни при чем. У него есть прозрачное веко, как у всех змей, которое защищает от его взгляда, и только после прямого взгляда каменеют, и отменить это нельзя.“       „Как нельзя? А как он охотится? И на втором курсе у нас каменели ученики, их оживили соком мандрагоры!“— Гарри с удивлением прочитал надпись Тома.       „Каменное заклятье дает тот же эффект. Вот от него и нужен сок мандрагоры. Если б это был василиск… А для охоты у него есть взгляд, когда жертва не каменеет, а цепенеет, эффект как от заклятья, но через два-три часа жертва сама придет в себя и не будет лежать камнем. Минут через десять можно было точно сказать, что это заклятье. Превращает в камень василиск только при защите от врагов, и это именно камень, полное превращение, а Миртл не превратилась в камень. Есть два вида заклятия. Первый делает жертву похожей на камень, руки-ноги не согнуть, но сердце бьется, хотя и очень медленно, и тело на ощупь как у обычного человека. Второй — полное окаменение. Человек каменеет не сразу, а постепенно в течение часа, в отличие от взгляда. Заклинания обратимы. Жертва умирает от голода и жажды, а не от трансформации, поэтому нуждается в уходе. Ну что еще могу рассказать? Только добавить, что у Тома против тебя не было и шанса. Вы оба были из рода Певерелл. Хотя дальнее, но родство. В Роду Певерелл запрет на убийство детей. Слизерин его еще и усилил. Пока ты сам не напал, действовала защита Рода плюс добровольная жертва твоей мамы. После Магического совершеннолетия она почти исчезла. Подожди Том еще дня три, и у тебя не было бы и шанса. Я удовлетворил твое любопытство?“       „Спасибо. Я узнал от тебя больше, чем от кого-либо другого. Правда, Люциус Малфой пытался обучить, но служба забирала все время, а потом он уехал,“ — Гарри вздохнул. Все-таки занятия с Люциусом очень ему помогли, и он жалел, когда они прекратились.       „Рад за тебя.“       „Хотя читать очень неудобно.“       „Это легко поправить. Помнишь, как Том-кресстраж затягивал тебя в дневник? Эта функция есть у всех подобных артефактов. Могу затянуть к себе. Правда, нужно будет выходить хотя бы раза два в день — поесть и привести себя в порядок. Спать тоже лучше в реале, хотя изредка можно и в артефакте.“       „Почему и нет. Я согласен!“       „Тогда отдохни хорошо и позавтракать не забудь. Завтра начнем!“       „До завтра!“ — написал Гарри и закрыл дневник.

***

      Гарри сидел и смотрел перед собой. Все-таки правду говорят, что многие знания — много печали. Он не обратил внимания на пришедшего с ужином охранника. Механически съел все.       На следующий ​день еле дождался, пока уйдет охранник, принесший завтрак. Он не собирался отказываться от обучения. Как только шаги охранника затихли, Гарри вытащил дневник и написал в нем:       „Я готов!“       Гарри почувствовал, как его разум куда-то потянуло. Когда все закончилось, он оказался в… Хогвартсе. С удивлением огляделся.       „И как тебе мой замок?“       „Это Хогвартс?“       „Ну да.“       „Почему?“       „Это единственное место, которое я считал своим домом в то время.“       „Я тоже,“ — на губах Гарри показалась улыбка.       „Ну, а теперь решим, что будем изучать вначале.“       „А что можно?“       „Все! Я обучу тебя всему. И начнем мы с этикета!“       После этих слов появился сервированный на двоих стол.

***

      Французский Малфой-мэнор был ярко освещен магическими огнями. К его воротам подъезжали кареты, из которых выходили разодетые в одеяния средних веков люди. Казалось, все попали в прошлое и наблюдали королевский прием, хотя в женском одеянии были и платья от Коко Шанель, Бетси Джонсон, Версаче, Валентино, Ив Сен Лорана, а также других крупных модельеров маггловского мира. Мужчины предпочитали мантии, хотя и они подверглись изменениям, оригинал нужно носить на голое тело, а под современные надевали рубашки с длинным рукавом и запонками и бриджи, заправленные в сапоги высотой до колен, в идеале, из кожи дракона или василиска, хотя чаще всего змеи. Нет, не король, а Лорд Люциус Малфой давал бал по случаю дня рождения его жены, великолепной Леди Нарциссы. Весь свет Магической Франции собрался на празднование. Публика собралась разнообразная, никто не отказался от приглашения.       Оркестр тихо играл Шопена. Приглашенные размеренно входили в бальный зал мэнора и легким поклоном приветствовали хозяев: семью Малфоев и Снейпа. Подарки отдавали стоящему перед ними домовому эльфу, который их потом проверит. Наконец поток приглашенных иссяк — и хозяева вошли в зал. Бал начался. Тут и там кружили пары в непрерывном вальсе. Вальс играл вперемешку с мазуркой и кадрилью. В зале, где собралась молодежь, играла более современная музыка. Каждый нашел себе собеседников по вкусу. Люциус и Северус скользили между группами, время от времени встречались и опять расходились.       Где-то ближе к середине бала Люциус дал знак Нарциссе и Драко, они заняли его место и стали развлекать гостей, а он, Северус и еще некоторые маги вышли в другую комнату.

***

      В слегка затемненной комнате за круглым столом собралась очень странная компания: Маги Древних и Древнейших Родов, работники министерств разных стран и, судя по одеянию, Мастера разных направлений.       — Я рад, что никто не отказался от приглашения, — начал говорить Лорд Малфой, — благодарю всех. Все знают о происходящем в Англии. Наши попытки освободить Поттера пока не имели успеха, но это лишь полдела. К сожалению, все намного хуже. В Англии более трех врат в Хаос, и если случится прорыв… Надеюсь, все понимают, что острова перестанут существовать. Хотя многие смогли вывезти родовые камни и готовы поставить барьер — но это крайний случай.

***

      — Как по-твоему, нам удалось убедить их? — спросил у Снейпа сидящий в кресле возле камина Малфой.       — Посмотрим, посмотрим. Они не идиоты и понимают: блокировка Англии — полумера, если границы падут… Хотя сорвать куш захотят, — Снейп покрутил бокал с вином и сделал глоток.       — Это нормально. Наши мэноры защищены, а исчезнувшие Рода нужно возрождать, а их люди или наши — решать Магии. У нас есть преимущество — дети в приютах Поттера, их обучают как положено, некоторые являются потомками изгнанных сквибов. Меня больше волнует Гарри. Парень на грани, его надо срочно выдергивать из Азкабана, но не получается. Сколько еще он продержится, неизвестно. Его смерть не помешает нашим планам, но я лично предпочитаю живого Поттера.       — Будем надеяться, — тяжело вздохнул Снейп.       Они сидели в тишине и смотрели на огонь. Каждый думал о своем, одно было общим — тревога за Гарри Поттера.

***

Интерлюдия. Еще один не подслушанный разговор.

      — Как дела в Англии?       — Не очень. Наши люди использовали не тех, хорошо хоть не подставились. Все-таки смерть Кингсли была не вовремя.       — Думаешь, наши старые друзья?       — Почти уверен.       — Думаешь, пора вмешаться?       — Не думаю. Еще рано. Подождем. Есть шанс, что справятся без нас. Хотя вариант с вмешательством не отбрасываем, уничтожение Англии — не самый лучший вариант.

***

Еще одна интерлюдия.

      — Гадство! — по комнате метался одетый в мантию с капюшоном мужчина.— Все так удачно складывалось, а эти идиоты все испортили! — уже спокойнее проговорил. — Поттер — ключевая фигура, и, хотя его смерть сплотит его сторонников — он должен умереть, и это не обсуждается.       Слушавшие его двое так же одетых мужчин поклонились и вышли из комнаты.

***

      Полутемные казематы, сидящий на нарах укутавшийся в одеяло молодой мужчина, бессмысленно смотрящий в стену. Именно в таком виде предстал перед проверяющими узник, известный как Гарри Поттер. Колдомедики сновали перед ним, водя палочками и покачивая головами. Мужчина совершенно не реагировал на них. Переглядываясь, колдомедики только вздыхали. Видеть Поттера в таком виде было больно. Благодаря Малфою эти проверки проходили каждый месяц, но перевести в Мунго узника не удавалось.       Но пока медики строчили свои эпикризы, а друзья продолжали бить в колокола, Гарри занимался с Томом в мире дневника.       „И как ты держишь вилку? Ты собираешься напасть или есть?“       „Ты сам говорил, что все есть оружие“, — огрызался зеленоглазый мужчина.       „Это так, но зачем всем сообщать? Изящнее, изящнее держи ее. Каким из столовых приборов нужно есть пудинг?“       „Пудинг является десертом — десертная ложка или вилка.“       „Запомни, перед тобой на декоративной тарелке стоит суповая. Справа от нее лежит столовый нож, нож для морепродуктов, суповая ложка, тканевая салфетка. Слева основная вилка, для морепродуктов. Сзади лежат десертные приборы. Слева также тарелка для масла, хлеба, пирожков с лежащим поперек ножом для масла. Справа бокалы для воды, белого вина, красного, шампанского. Стоят по кривой справа налево, и следующий немного дальше. Если не знаешь, как есть блюдо — смотри на хозяев, они никогда не подадут незнакомое себе блюдо. Но если не уверен в правильности использования приборов — не бери. Запомни — брать угощение с поднесенного подноса следует приборами, лежащими на нем, и оставить их там. Если берешь с блюда на столе — предложи вначале соседу, а потом положи себе. Выбирать лучший кусок нельзя. Бери ближайший к тебе. Если нужно воспользоваться зубочисткой — извинись и выйди в ванную комнату. Это интимный процесс, и перед другими заниматься ковырянием в зубах нельзя. Торты и пирожные есть десертной ложкой или вилкой, руками не брать. Кстати, убери локти со стола! Сядь прямо! Землянику и клубнику бери за чашелистик, если очищены — ложкой.“       „Сколько правил...“ — вздохнул Гарри.       „Это только малая часть“, — обрадовал его Том.       Не теряя времени, Гарри учился. Этикет сменял дуэлинг, уход за животными. Оказалось, в дневнике можно воссоздать все, что когда-либо видели Том или Гарри, поэтому они летали на пегасах и гиппогрифах. Это оказалась целая наука. Том знал много об артефакторике и обучал этому Гарри. Делился знанием камней, природной магии, оказалось, обычные деревья способны помочь восстановить силу. Один вопрос мучил Гарри очень сильно, и он решился его задать:       „Том, а ты можешь возродиться?“       „Теоретически? Вообще-то да. Но очень сложно. Я не кресстраж. А зачем тебе это?“       „Да так, интересно, — немного помолчав, Гарри продолжил. — А все-таки, как это сделать?“       „Нужна кровь близкого родича, тело, можно и маггла, ничто не берется из ничего. Потом Воззвание к магии и ритуал. Ритуал лучше проводить у гоблинов, они в этом деле мастера. Хотя помогать будут не всем, точнее, заломят такую цену, что не каждый сможет заплатить. Но крови Темного Лорда у нас нет, и с гоблинами нам сложно будет договориться, ты ведь ограбил их, да и я с ними в не очень хороших отношениях.“       „Вообще-то с гоблинами я давно договорился, просто не афишировал, а после того, как помог в одном деле, есть шанс, что они много не затребуют. И ты говорил, у нас связь: после использования моей крови для возрождения того Тома, можно использовать мою.“       „Слишком много нужно крови, не потянешь. Да и мы здесь. Забудь.“       „Кровь есть. У гоблинов хранится, я много лет сдавал по чуть-чуть каждый месяц. Зачем? Гоблины уговорили. Из-за детей. То, что я принял Джинни в Род Поттер, могло не помочь снять печать Предателей Крови, тогда понадобилось бы много крови для замены детям, особенно для принятия Рода Блэк наследнику. Но все обошлось. Так в банке хранится достаточно крови, и я продолжал сдавать. Наследника Блэкам еще не было и, кто знает, вдруг нужно будет.“       „Вот как?“ — удивился Том и продолжил урок, но запомнил информацию.       Боль, сильная и всепоглощающая боль вдруг накатила на Гарри и выкинула в реальность. Еще раз он порадовался укусу василиска и слезам феникса в крови. Если б не это, то уже давно откинулся бы. Как яд опять попал в его еду? Столько проверок и снова! Его сильно тошнило, но он избавился от этой гадости. Со стороны можно было подумать, что он без чувств, но это было не так. Гарри прекрасно слышал, как в камеру вошли двое.       — Жив. Вот же живучая скотина, — тихо проговорил с неудовольствием один.       — Успокойся. Мы и не надеялись, что получится. Главное, он ослаб. Через недели две его заберут в Мунго, Малфой добился, вот при перевозке и добьем, а пока пошли отсюда, не то охрана что-то заподозрит.       Они ушли, а Гарри вернулся в дневник и рассказал все Тому. Оба понимали, что как бы друзья ни пытались спасти их, шансов было мало. Том предложил очень опасный способ, но наличие крови Гарри у гоблинов давало шанс. Сам по себе метод был настолько прост, что Гарри в очередной раз удивился изобретательности и гениальности Тома. Оставалось только решить, кому можно довериться. Попытка будет только одна. Кому довериться? Кто может помочь? Это был вопрос жизни и смерти.

***

      — ......и......в..... — по комнате метался Лорд Люциус Малфой. Холодный аристократ не переставал ругаться.       — Весьма информативно, — с сарказмом прокомментировал Снейп, дождавшись перерыва в монологе. — Сколько интересных слов знаешь. Парочку стоит запомнить, а все целиком записать для потомков.       — Не язви, — прорычал Люциус. — Мне донесли, что Поттера попробуют убрать при перевозке в Мунго, а внедрить своих людей в конвой я не смог. И отменить перевозку не получится, — Люциус с силой ударил по столу, да так, что по нему пошли трещины.       — А если через Министерства России и Китая добиться наблюдателей? — спросил Снейп успокоившегося блондина.       — Может получиться. Винки, сообщи Леди Малфой, что мы едем на прием в Министерство Франции, — приказал он появившемуся домовому эльфу.— Ты с нами? — спросил Снейпа.       —Нет. Я в Гильдию. Посмотрю, что можно сделать оттуда.       Мужчины разошлись, но почему-то им казалось, что время уходит сквозь пальцы, и с каждой минутой все быстрее.       Они даже не предполагали, насколько быстро, и не только для Гарри Поттера, но и для всей Магической Англии, но и Магмира.

***

      В древнем хранилище гоблинов открылась шкатулка с предсказанием таким древним, что сами гоблины не помнили, когда его произнесли. То привело к тому, что в разные уголки мира отправились посланники, они шли к магическим Народам и несли всего одно слово:«Началось».