Я еще вернусь!

      Сегодняшний день был таким же, как всегда. Гарри Поттер и не догадывался, как он изменит жизнь.

***

      В камере было холодно и вылезать из-под одеяла совсем не хотелось, но надо. Он давно решил вставать рано и делать упражнения, Азкабан не давал повода расслабляться, только не в этом месте.       Холодная вода хорошо прочищает мозги. После водных процедур в холодной воде, другой и не было, хотя адвокаты Малфоев добились раз в месяц давать узникам искупаться под теплым душем, вода текла тонким водопадом прямо в камере и один раз в месяц лилась сильнее, это давало возможность искупаться, хотя чаще применяли очистительные заклятья, но когда-то был принят закон о разрешении купаться под душем, отменить которое нет возможности из-за внесения в структуру Азкабана, но воду должна нагревать охрана, а кто хочет потратить на это целый день, когда очищающим проще? Вот именно.       Гарри с удовольствием постоял бы под теплым душем, жаль — это не сегодня. Вскоре принесли еду, все-таки Малфой гений — добиться улучшения в кормлении, и если нельзя одного узника — можно всех. Он оплатил репортаж об Азкабане и поднял вопрос о содержании и добился улучшения, а это дало возможность и Гарри питаться лучше. Все-таки создатель Азкабана был гением! Можно содержать на разных уровнях, но, кроме уровня, все остальное одинаково для всех. Еда была простой, но вкусной.        Поев, Гарри стал делать комплекс упражнений, обычный для оперативников Аврората. Это не давало сойти с ума и замерзнуть. Закончив отжиматься, он резко поднялся и вдруг что-то упало возле его ног, он с удивлением узнал ​черную тетрадь — дневник Тома Риддла. Небольшая тетрадь черного цвета и подписью:«собственность Тома Марволо Риддла». Он помнил, как захватил ее в кабинете в Малфой-мэноре. Зачем? Не знает, но, увидев эту тетрадь на столе, не удержался и взял.       Он хорошо помнил тот день. Перед глазами так и стояли осунувшийся Люциус и испуганный Драко. По глазам он видел, как они узнали Гермиону, но оба не выдали ее. Помнил, как бежали с помощью Добби, как он закрыл их собой, позже Гермиона рассказала, что без разрешения Люциуса Добби не смог бы войти в мэнор. Именно это, а также помощь Нарциссы, заставило помочь им в суде и согласиться помочь другим, по просьбе Нарциссы, правда, не всем, он с Малфоями спорил над каждым именем, но надо отдать должное — они не требовали спасать конченных негодяев и подонков. Хотя кое-кто сбежать успел, например, Долохов и младший Лестрейндж, правда, доказать, что они кого-то пытали, не удалось, а случайность помогла узнать, что младший Лестрейндж не участвовал в нападении на родителей Невилла. За Руквуда заступились невыразимцы, объявили его своим шпионом, насколько это правда — не известно, но спорить с ними не стали.       Многим не понравилось такое заступничество, но Кингсли поддержал. Новое противостояние Англии было не нужно, поэтому он оштрафовал всех, кто попал хотя бы под малейшее подозрение, и сделал вид, что верит в невиновность. Это оказалась хорошая политика. Войны нет, виновные наказаны, а всем, или нет — большинству было все равно. Правда, некоторые покинули страну, хотя Кингсли лично уговаривал каждого остаться. Могло быть и хуже. Но Кингсли удалось спасти страну, и Гарри рад был помочь в этом.       Тетрадка навеяла много воспоминаний. Он еще раз повертел ее в руках. «Вот откуда она взялась?» Вдруг он вспомнил, как среди вещей Сириуса нашел небольшое кольцо-артефакт с описанием, его создал Джеймс Поттер в семнадцать лет и наделил способностью хранить в себе вещи с одновременной функцией невидимости, кольцо сливалось с аурой хозяина, пара капель крови, и обнаружить, не зная, что ищешь, нельзя. Гарри ещё долго тогда думал, что из его отца вышел бы хороший артефактор, если б не стал аврором. Сам он тоже пытался создать что-либо и получалось, но… Это пресловутое «НО»! Ему, как и отцу, пришлось стать аврором. Тогда он сумел засунуть в кольцо перочинный ножик, самый обычный маггловский перочинный ножик, подарок Сириуса, пару нескончаемых перьев, тонкую книжицу по магии природы и камня, катушку лески, сотню галлеонов и дневник Тома. Он просто хотел проверить, сколько войдет, а эти вещи были под рукой. Потом началась охота на крестражи и, странно, конечно, но он забыл о кольце. Теперь возле ног лежали все эти вещи. Заряд кольца пополнялся за счет мага-хозяина, а в Азкабане это стало сложнее, и заряд кончился. Гарри с трудом зарядил кольцо и засунул обратно все в него. Правда, через час то, что засунул последним, выпало. Опытным путем он узнал, что в идеале нужно укладывать последовательно галлеоны, книжку, леску, нож, перья, дневник. Тогда первым вылетает дневник и держится дольше, а в связи с проверками это было актуально.       От нечего делать он стал писать в тетради, правда, мешала дыра посередине, но места хватало.       "Сегодня вот уже полтора года я в Азкабане. Я знаю — друзья борются за меня, хотя порой мне кажется — смерть не такая уж плохая идея. Особенно убивает память о Джинни и Гермионе. Порой я вижу их во сне с младенцем на руках и просыпаюсь в ужасе. Мои девочки, Рон... Как больно. Но именно эта боль заставляет жить. Я должен! Ради них, чтоб их смерть не была напрасной. За что мы боролись в Последней Битве? За что погибло столько людей с обоих сторон? За то, чтобы кучка негодяев правила бал! Я должен выжить! Выжить и найти их всех! Тогда, после, я защитил всех кого смог. Почему? Просто устал от смертей. Смотря в прошлое, осознаю, что не сойди Том с ума — я поддержал бы его. Ведь его идеи были правильными. Втайне от всех при помощи МакГонагалл я забирал детей из семей, в которых их ненавидели за непохожесть, и отправлял в открытые приюты на материке. Позже она попросила вывезти детей некоторых чистокровных Родов, не только Пожирателей, просто правительству они стали мешать. Кингсли догадывался, но не мешал. Забавно. Я через Амбридж доставал документы. Она ни разу не выдала. Снейп присоединился, одному стало сложнее и понадобилась помощь. Надеюсь, он продолжит. Гоблины продолжат оплачивать счета, я подстраховался, спасибо паранойе."       Гарри отложил перо. Странное чувство охватило его. Каждый день он описывал свою жизнь. Спорил сам с собой. Описывал планы, которые они с Кингсли хотели осуществить. Писал письма друзьям, живым и ушедшим. Просил прощения, сам не всегда понимая, за что.       Охрана время от времени снабжала информацией. Предупреждала о проверках, он тогда тупо смотрел перед собой.       Бывшие ПСы под предводительством Люциуса Малфоя подняли большой шум, к ним присоединились и Светлые Рода. Все требовали пересмотра дела, а до этого перевести Лорда Поттера, именно Лорда, как бы это не злило некоторых, в Мунго. Проверки подтвердили, что психика Героя Магической Англии оставляет желать лучшего. Но дело двигалось со скрипом. Постоянно что-то мешало. А пока за жизнь Героя боролись — он писал, просто писал.

***

      В этот день он как всегда встал, сделал свою разминку, поел и взял в руки дневник. Он привык писать в нем за прошедшие почти два месяца.       "Вот уже прошло пятьдесят семь дней, как я стал писать в дневнике."       Этой фразой он начинал каждый раз, менялась только цифра.       С удивлением он увидел, как строчки исчезли, и появилась совсем другая надпись.       "Вот уже пятьдесят семь дней я читаю твой бред!"       "Ты кто?"       "Том, а кто, по-твоему, еще может быть в моем дневнике?"       "Я уничтожил крестраж!" — удивление Гарри было осязаемо.       "Я не крестраж, дубина. Ты хоть знаешь, что он такое?"       "Осколок души…"       "Гы-гы. Ну ты и… Кто тебе сказал эту глупость?       "Дамблдор. И почему глупость?" — Гарри был так удивлен, что стал переписываться с тем, кто назвался Томом.       "Ну-у-у, если Дамблдор… — казалось, ирония сочилась со страниц дневника. — Запомни — душа не делится, не разрывается и ее вообще нельзя разрушить. Правда, можно продать, если, конечно, совсем того. Не скажу, что меня расстроила смерть этого старого маразматика. Хотя ты можешь не согласиться со мной, но старик вечно что-то мудрил. Я никогда его не понимал", — Гарри даже послышалось, как Том вздохнул.       "Я тоже, — со вздохом написал он в дневнике.— Если не осколок, то что? Объясни".       "Почему бы и нет… Все равно делать нечего. Душу, как я уже писал, расколоть нельзя, продать — можно, но на это идут совсем обезумевшие, по сравнению с ними Беллатриса — лапочка. Но с нее можно снять слепок, но не простой, а особый. Именно его называют кресстраж или хоркрукс. Несмотря на происхождение от слегка измененных слов «страх» и «крест», он является якорем души. Правда, не всякому поможет. Только сильный духом может воспользоваться этим якорем, другие не удержатся. Якоря дают возможность не уйти сразу за грань. Сами по себе безвредны. Но слабак пусть хоть тысячу наделает— не поможет, все равно уйдет. Есть только одно условие: не делать подряд, после каждого должен быть перерыв в полгода или психика будет нестабильна, все-таки слепок с души делается, а это значит, придется обнажить душу, сделать уязвимой. Тогда на человека можно повлиять, недолго, но, сам понимаешь… Через кресстраж можно влиять на хозяина, поэтому их прячут, правда, опасны только первые три дня, но и этого достаточно. Влияние хуже заклинания Империус, человеку кажется, что это его желания. Можно усилить какую-нибудь черту характера. Заставить кому-то сильнее доверять или вложить что-либо с отсрочкой, а потом человек уже и не подумает, что это не его желания."       "Как это?"       "Ну-у-у, слово здесь, слово там. Слова обычные и на них не всегда обращают внимание, НО! Постепенно человек начинает действовать, как надо говорящему, ведь внушают через кресстраж, а это сбросить можно, только если знаешь, но и в этом случае не так просто. Хотя с сильным магом провести подобное сложно, там эффект ненависти появляется. Правда, его можно перекинуть, и тогда желание убить станет маниакальным".       "Волдеморт за мной гонялся, забыв обо всем", — задумчиво написал Гарри.       "Что и следовало доказать! Но он создал несколько кресстражей, я чувствовал их, когда был рядом с создателем. А это еще более нестабильная психика. Особенно, если создал один за другим, и если в этот момент свести с ума — идеальный момент будет, после возрождения маг останется безумным, хотя сильный попробует бороться с безумием. Есть способ."       "Он возродился не совсем человеком, рептилия какая-то. И мне сказали, что один из крестражей был во мне."       "Ну-у-у. С возрождением просто — не тот ритуал или ошибся. Какой был, знаешь?"       "«Кость, Плоть, Кровь»."       "Кость отца, плоть слуги и кровь врага?"       "Да."       "Странно… Самый простой вариант, и любой баран провести может. Там даже зелье испортить не получится, а если смог голема сделать, то зелье вообще не проблема. Кровь он твою взял, судя по всему. Это понятно. Если исчез, убивая тебя, то и вернуться должен, не считая помешательства на тебе, при помощи твоей крови", — некоторое время на листе ничего не появлялось. Гарри ждал продолжения с нетерпением и интересом. — Слуга отдал плоть добровольно?" — опять начал писать Том.       "Да, с радостью. Правда, потом ныл, но руку рубанул с радостью и продолжил ритуал как ни в чем ни бывало. Кровь и правда взял мою, а кость отца. Он тогда ещё речь толкнул о том как родители нам помогли. Мне моя магглорожденная мама сумела дать защиту, а ему отец-маггл возродиться."       "Он, что, кость отца-маггла использовал? Во-оо дура-аак! В маггле нет​ магии. В данном случае нужно было использовать кость деда, отца матери, даже дяди не подошла бы, тут нужно прямое наследие. Как правило, это именно отец, но изначально — Отец Рода. Там двойной перевод с парселтанга. Но как он это протупил… Теперь я уверен, его свели с ума. То, что он еще мог сопротивляться… Думаю, его последователям было весело", — Гарри показалось, что Том ухмыляется. — Он там Круцио, наверное, всех закидал?!"       "Да. Они с собраний выползали, и если вначале за ошибки кидал, то потом — просто так."       "Так он магию под контроль брал. Уверен, тогда он от безумия избавлялся за счет своих слуг. Метка уже как рабская работала, — казалось, Том с грустью вздохнул. — Знаешь, так влиять на него, даже через кресстраж, мог только очень сильный волшебник, а я знаю только одного — Дамблдор. Вот только зачем он это сделал, не понимаю! Ведь сам погиб в этой войне. Неужели так ненавидел Темную Магию?! Но ведь это разделение номинально! Да обычной Левиосой убить можно, а вреда от этого заклинания намного больше, чем от Авады!       "Не знаю", — со вздохом написал Гарри и закрыл дневник.       Вопросов появилось много, но сейчас он был неспособен их задать. Вначале нужно было успокоиться и подумать. Несколько дней он не писал в дневнике. В его голове все крутилось, что именно Дамблдор мог влиять на разум Темного Лорда и свести его с ума, и что он мог перекинуть ненависть на еще не рожденного ребенка. Почему? Зачем? Неужели он так ненавидел Темную Магию? Но ведь Поттеры были Светлыми! Хотя Люциус рассказал, что его Род не только от Гриффиндора произошел, хоть и считается Наследником Гриффиндора, но право на титул не имеет, еще от Певереллов, право наследия может подтвердить сама Магия, и хотя этого давно не было, но Поттеры часто рождали темных магов. Это, как правило, не афишировали. Гарри был нейтральный. Неужели именно это послужило действиям Дамблдора? Он боялся​ этого? Столько вопросов и ни одного ответа… Столько жертв унесла война. Столько жертв.       Через пару дней, немного успокоившись, Гарри опять написал в тетради.       "Привет."       "Успокоился?"       "Да. Но очень трудно осознать, что тот, кому я безгранично верил… Неужели это того стоило? В стране такое творится… Кингсли пытался изменить положение, но ему мешали, и это были не бывшие ПСы! Мы подобрались, наверное, слишком близко. Хотя я не знаю, к чему. Кингсли должен был сказать, но не успел. Его убили, меня — в Азкабан. Те, кто может помочь, не могут приехать в Англию, слишком опасно. Отсюда, как ни старался бы Люциус, меня живым не выпустят даже в Мунго с диагнозом, утверждающим, что я безумен. Побоятся. Я уже был бы мертв, если б не кровь и яд василиска со слезами феникса в крови. Меня сложно отравить. И еще помощь начальника с моими стражами. Только это и спасает."       "Что думаешь делать?"       "Не знаю. Просто не знаю. Я должен выжить, или моя семья и друзья погибли зря. Но сейчас я не знаю, как мне быть.— Гарри тяжело вздохнул и продолжил писать. — Ты можешь мне рассказать о себе? Я понял — ты не кресстраж, но тогда кто ты? Может, продолжишь рассказ?"       "На чем мы остановились? — появилась надпись и сразу продолжилась. — Кресстраж — слепок или копия души, но не только, он еще может быть копией личности и знаний. Подобные слепки делались как обучающий артефакт. Они раньше были нередки. И сейчас в Древних и Древнейших Родах Наследников обучают при их помощи. Правда, редко."       "Почему?"       "При обучении разум погружается в мир, созданный артефактом, и остается в нем на время обучения, только изредка выходит поесть и привести себя в порядок. Можно там потеряться и погибнуть. К такому методу приходят, только если нет другого выхода. Например, тебя можно было обучить так. Ты последний в Роду и некому учить. Если есть старший — лучше Зелье Наследника. Сами слепки души или кресстражи известны давно. Большого распространения не получили из-за того, что использовать может только очень сильный волшебник. Слепки для обучающих артефактов также делали редко, не каждый Мастер сможет сделать. А вот я не то и не другое! В 1327 году в Роду Блэков родился гений, но он был признанный бастард. Один из сыновей Лорда увлекся магглой, она родила мальчика, и отец признал его. Имя ему дали Сириус Антарес Блэк. Ребенок и правда был гений. Получив лучшее образование, он много путешествовал. Дома бывал редко, хотя его привечали, он создал несколько новых заклинаний и зелий, иметь в Роду такого Мастера было почетно. В 1357 году молодой ученый, срочно все бросив возвратился домой, произошла трагедия, унесшая жизни всех, точнее, почти всех Блэков. В живых остались еще две девушки из этого Рода, но они полностью вошли в Рода мужей и из-за наследия, которое несли их мужья, не могли дать наследника Роду Блэк. Сириус был не только Создатель Заклинаний, но и Мастер Артефактор, к тому же Темный, и Боевой Маг. Он нашел всех виновных. Правда, понадобилось больше десяти лет, но месть свершилась. Он и несколько его вассалов уничтожили почти полностью четыре Рода, Магия подтвердила его право. Но вот с Родом Блэк не все так просто. Наследника Рода нет и не предвиделось. Сам он не мог иметь детей. Враги прокляли всех Блэков, девушки уже не были Блэк и их проклятье не тронуло. Пережившие Кровную Месть торжествовали! Пусть и сумел отомстить, но их Род не исчезнет, а его не останется и следа."       "А разве после Кровной Мести кто-то выживает?"       "Детей не трогают и очень дальних родственников, если сами не полезут."       "А-а-а… Я думал, всех."       "Это ты спутал с Кровавой Охотой. Тогда врагам Блэков повезло, что Охоту мог объявить только Глава Рода, а он мог им стать, по Кодексу, только отомстив, — пояснил Том. — В общем, враги торжествуют, но они забыли о том, что последний из Блэков Темный Артефактор! Он совершил невозможное. Создал самообучающийся артефакт из слепка своей души! Кресстраж, который мог обучаться. Потом произнес Воззвание к Магии, и через год его кресстраж ожил. Правда, на это ушло много сил. Он приберег несколько врагов и принес их в жертву на Родовом алтаре, а их силу использовал для оживления. Через год он имел свою точную копию, кровь Блэков у него была. Его кровь, оставленная в хранилище, не подверглась проклятью. Конечно, отличия были, но копия ему была не нужна, он хотел Наследника для Рода. Эти записи нашел тот Том в доме Блэков, юноша был частым гостем Вальпургии, в этом помогала дружба с Абраксасом Малфоем. Он загорелся создать что-то подобное. Так появился Я. Я являлся самообучающимся артефактом для обучения. Оживлять меня никто не собирался. Он часто посещал меня, и мы вместе разбирали непонятное. Позже он сделал из меня кресстраж."       "Значит, ты не первый?"       "Первым было кольцо, потом медальон и уже тогда Я."       "А почему он просто не принял детей в Род? Это ведь проще и не обязательно магглорожденных принимать."       "Для полного принятия лучше брать именно магглорожденных! Запомни! В них нет чужого, а если до одиннадцати, то и Даров Магии нет, ведь если они есть — не всегда сочетаются с наследием. В отличие от тех же Слизеринов, с их наследием Нагов, и даже Певереллов, с наследием Бледной Госпожи, а вот Блэки не могли. Дети, в которых нет и капли крови Блэк, не переживут ритуал."       "Почему? Я ведь не Блэк, а принял Род. Кольцо Главы на моей руке. Правда, его хотели снять, но не смогли, а вот кольцо Поттеров снялось, но тут же исчезло. Как они все бесились. Я тогда почти не реагировал, но это запомнил…"       "Кольца глав Рода и Наследников снять нельзя. А насчет принятия Рода Блэк… Насколько я помню, твой дед был женат на одной из Блэков. Твоя бабушка Блэк, и крестный был из этого Рода, поэтому и смог надеть. Правда, Наследие не принял. У Блэков оно идет от демонов. В свое время, где-то в 1011 или 12 годах Глава Рода, последний мужчина, из-за проклятья или еще почему, в Роду рождались одни девочки поколения три, призвал демона из-за Грани. От демонов рождались только мальчики, за редким исключением, но это можно оговорить в Призыве. Это был единственный, хотя и рисковый, выход. У Блэков наследование только по мужской линии, и если б правнучки не родили мальчика… В общем, одним Родом стало меньше. А то, что кольцо Поттеров исчезло… Не уверен, но ты больше не Поттер."       "Что? Как не Поттер?"       "Думаю, ты принял или готов принять Наследие Певерелл! Поттеры не только наследники Гриффиндора и чуток Слизерина, но прежде всего именно Певерелл. Оно в них спит — и в тебе пробуждается. Поттер теперь только твой сын, а ты и все остальные дети — Певереллы."       "Почему Певерелл?"       "Ты о своем Роде хоть что-то знаешь?"       "Я читал о своих предках, гоблины книгу давали, но времени было мало и не все успел прочитать. Хотел позже, но все не получалось, — вздохнул Гарри, все-таки стыдно признать свое невежество. — Расскажи."       "Даже не знаю, как к этому относиться, — Гарри показалось, как Том покачал головой. — Об этом стараются не вспоминать, Поттеры постарались скрыть сей факт, акцентируя внимание на Наследии Гриффиндора, но ты прежде всего именно Певерелл. Легенду о Дарах Смерти, надеюсь, знаешь?"       "Да. Читал. У меня есть мантия-невидимка, вроде один из Даров."       "Она и есть. Поттеры ведут свой Род от младшего, Слизерин — среднего. О старшем ничего не известно. Одни говорят, что потомков нет, но как на самом деле, неизвестно. Палочка ходит от волшебника к волшебнику, но Наследники не торопятся их себе забирать, а это что-то да значит. Хотя в древних рукописях говорится, что она сама выберет хозяина, но только с кровью Певерелл. Остальным лучше не трогать сей артефакт. Например, его без вреда мог использовать Темный Лорд и ты."       "Она его не слушалась. А я ее уничтожил. Сломал после последней битвы."       "Ага. Она просто твое желание исполнила. Она тебя выбрала. Это еще раз подтверждает — ты Певерелл. Позовешь и вернется. В общем, продолжаю! Ты теперь именно Певерелл. Поттером остался твой сын. Певереллам наследовать могут и девочки. Таких Родов мало, но они есть. Тех же Мраксов, хотя точнее будет Гонт, они все время меняли имя, могут наследовать девочки, а значит, и Слизерин. Гонт имя Рода дочери Слизерин, Мракс не очень правильный перевод. Так их звали в России, и под ним они вернулись в Англию. Род Блэков — только мужчина. Вот он и призвал демона. Сто процентов Наследник будет мальчик. Но побочный эффект — принять в Род без капли крови Блэк не получится. Вот тогда и разработал на основе обучающего артефакта и кресстража ритуал. Первым появившимся в результате ритуала стал его сын. Он и возродил Род Блэков и дал ему интересное умение — воскрешение. Правда, нужны особые условия. Например, я им соответствую. Благодаря возрождению из твоей крови Лорда, это и на мне отразилось, к тому же Темный Лорд был из Рода Певерелл и Слизерин, не зря столько кресстражей наклепал и, несмотря на воздействие через них, столько продержался — кровь Бледной Госпожи плюс Наследие Нагов чего-то стоит. Потом он сделал меня кресстражем. Ну и самое главное, благодаря этому я стал личностью! А потом мне повезло — Лорд написал в испорченном дневнике пару слов. Это дало возможность подключиться к его Магии, через него ко всем кресстражам, после уничтожения я получал их знания, а после его смерти смог осознать себя. Хотя если бы ты не забрал меня, не думаю, что мне удалось бы ожить. Ты и Лорд были связаны, а это дало нашу связь и помогло мне. Все-таки без подпитки ничего не получилось бы. А почему так долго, а не год? Так меня, как я уже говорил, не собирались возрождать! Я был создан как самообучающийся артефакт для обучения. Можно сказать, мне повезло."       "Знаешь, мне нужно это осмыслить", — написал Гарри и закрыл дневник.

***

      Сколько всего он не знал и сколько еще оказалось ему неизвестно.       В очередной раз он подумал, что его выживание не было запланировано, и как ему повезло с друзьями. Слезы тихо скатывались по его щекам, но он не замечал их. Друзья. Семья. Он не смог их защитить. Сам того не замечая, он стал относиться к Тому из дневника как к члену семьи, а значит, сделает все, чтобы защитить его.