Пожалуйста, не убивай меня.

      Тот светлый парень стремительно удалялся от меня, но я лишь смотрел ему вслед, пока в голову пробирались всевозможные мысли, а на коже до сих пор были видны мурашки, от которых было не по себе. Я попросту не хотел до конца понимать всю эту ситуации и то, во же именно влип, однако где-то в глубине души я уже давно осознал это…       Лучшим решением в данной ситуации, как мне показалось, было забрать листы у приятеля, примчаться к любимому бару, Юнги-хену, его крепкой и дорогой выпивке и, наконец, выпив несколько наполненных стаканов, побрести домой, а уже там свалиться на кровать и забыться. Наутро проснуться и подумать, будто у меня снова начался мой заслуженный отдых, а звонка с заказом не поступало вовсе.       Как только мне минуло 18, а по возрасту я стал считаться совершеннолетним, именно он подозвал меня тогда с улицы подрабатывать. Научил, как проворно обвешивать в литрах на довольно крупные суммы, чтобы никто из окружающих об этом не догадался, научил по-фирменному ухмыляться, когда все идет коту под хвост, а плана, как вытянуть всю ситуацию из самой жопы, нет совсем. Самое время ухмыльнулся, кстати. Я помню, что когда пытался изобразить подобие ухмылки впервые, то выглядел в тот момент по правде говоря неважно, болел вроде, отчего решил пройтись за лекарствами, но так до них и не дошел. У Юнги крепкие руки несмотря на то, что он последний дрищ из всех, кого я бы знал. А еще он часто меняет имидж. И нет, лучше бы он надевал каждый раз новую одежду, которую купит в каком-нибудь небольшом магазинчике или же секонд-хенде, однако в его случае менялась лишь его прическа. Цвета его прядей сменялись так быстро, что не успевал я моргать, когда выпив достаточно дорогого алкоголя, чтобы свалиться прямо в том несчастном баре, а волосы уже имеют другую форму и какой-то странный цвет, который, честно признаться, порой выглядит чересчур убого. Интересно, какого он цвета сейчас?       Подработка не затянулась надолго из-за моей беготни от закона, именно поэтому уже спустя каких-то жалких месяцев так 8 или 9 мне пришлось покинуть это самое место, дабы избавить бар от полиции, а друга — от подачи показаний.       Он здорово меня прикрыл в своей лавочке, и я теперь числился там постоянным клиентом, за что был ему благодарен. Много зарабатываю и откладываю своему спасителю копеечку на развитие своего бизнеса, если можно так выразиться, конечно. Думаю, он знал, что из меня получится в итоге, поэтому и сделал так, а я в свою очередь полностью согласен с его выбором. А он за деньги любому, кхм, благодарен. Странный он, еще и вот что…. Сколько бы мы не виделись, не видел ни разу рядом девушки. Около него официантки молодые, директорша хоть и замужем, но это, как говориться, не приговор, и почему-то он яро настроен на то, чтобы в клубе смешивать напитки день и ночь. Я никогда не понимал этой его черты характера, а когда спрашивал, был послан в жопу. Он загадочный, даже при всей своей помощи мне. Не любит никого кроме себя и своих бокалов. Особенно полюбившемся им виски со льдом, так что у него всегда можно найти в запасе бутылочку, которую он выпивает в одиночку, предпочитая ни с кем не делиться.       История с виски у него с самого детства, Юнги рассказывал, как начал пить, и я, сам того не замечая, невольно запомнил…. Точно и отчетливо запомнил, что отец не хотел, чтобы тот рос прилежным мальчиком, который потом поступил в престижный университет и в итоге нашел себе хорошую работу. Он пояснял ему, из чего именно состоят сигареты, окунал дорогие, на тот момент, сигары в то самое дорогое виски, что было привезено из-за границы, как он утверждал, пару раз проводил под носом у мальчика и, заглядывая в его глаза, ухмылялся, как довольный своей работой ублюдок, а потом тихо так говорил своим скрипучим голосом: — Чувствуешь?       Его жутко тошнило и от сигар, и от ненавистного отца, и от злополучного виски. Приходилось буквально убивать свое тело. Вот, кстати, почему ему так сложно набрать вес и так легко потерять его.       Видишь Юнги, рядом с которым стоит наполовину пустая бутылка с его любимым напитком, и понимаешь, что время ухмыльнуться снова… Также как он учил.       Я сворачиваю с основной каменной дорожки какого-то противного серого цвета, на которой в нескольких местах видны трещены, говорящие о том, что неплохо бы проложить здесь новую, в левую сторону, перехожу дорогу и захожу за угол в переулок, где и расположено нужное мне в данный момент место. Там запасной выход. А для меня, если правильно выразиться, эта черная тяжелая дверь служит основным входом в это самое заведение, находящееся на первом этаже небольшого дома, рядом с которым, впрочем, ошивается много молодежи и тех самых людей, которые готовы платить высокую цену за свои любимые алкогольные напитки, которые льются здесь рекой в буквальном смысле этого слова, принося владельцу славу вперемешку с крупными суммами.       Как только отворилась дверь и я вошел внутрь, поднялся гул, а со всех сторон стали слышны вопли: «как мы давно не видели мелкого», кто-то даже из местных дамочек-жирух осмелился подойти и прильнуть к моей груди, так что я с отвращением пихнул ее обратно на место, кинул грозный взгляд, и все моментально умолкли, не сводя с меня пристального и одновременно испуганного взгляда.       Старики, чьих еще в моем детстве бросили жены, все сидят на своих местах и не отрывают зада от насиженного места за большим столом. Они просят молодую девочку, что лишь недавно устроилась в этот бар на подработку официанткой, подавать все больше блюд и выполнять свою работу как можно быстрее… Хлопают по заднице, неистово вопят, еще громче, чем при моем приходе. В общем, они остались такими же жалкими ублюдками, какими я их запомнил при последнем своем визите в этот самый бар. — Ким Тэ? — тут же у края барной стойки показался Юнги. Его мятные волосы на голове, легкая и небросская одежда и улыбка, не сходящая с лица, давали понять, что парень немного принял… И причем это было совсем не обычное виски с чем-то там еще вперемешку, как мне показалось. — Ким. Тэ. — отрывисто покивал я, сел напротив и подозвал к себе ту девчонку. Она явно боялась меня, ведь я выгляжу напористее всех тех мужиков, что со всей силы ударяют по пятой точке, порой промахиваясь и попадая либо по спине, либо по бедрам, обтянутым черной юбкой выше колен, однако же, кажется, еще и более свободным в плане отношений, однако об этом я совсем не думал. Мы были почти что ровесниками, я был старше лишь на какой-то несчастный месяц, если память не подводила меня, да и к тому же на лицо оба были довольно милыми, хах. Мне кажется, она позволила бы больше себе, если передо мной не была довольная мина друга, ну, а вот я лишь усадил ее себе на колени, после чего расплылся в ухмылке, не сводя глаз с ее профиля. — Успокойся и не ходи больше к ним. — шепнул на ухо и улыбнулся, слегка поворачивая голову, дабы кинуть безразличный взгляд на мужиков, что спокойно себе сидели и выпивали далеко не первую бутылку крепкого алкоголя. — Ты выбирай: либо киллер, либо герой. Нельзя так все смешивать. — помотал головой Хен, потирая дрожащими руками стакан, в котором секунду назад были капельки синего пунша, которые сперва растерлись по его стенкам, а потом и вовсе исчезли. — Я думал, что ты уволился. — прошлое предложение пришлось проигнорировать, дабы не ругаться. — А ты все еще мешаешь здесь виски с колой бедным старичкам. — Усмехнулся. — Я остался ради одной… одного человека. — он глянул на меня, будто я должен был из этого странного предложения понимать, о ком именно идет речь. — Мм? — заинтересованно подвинулся к Юнги, чтобы тот шепотом сказал мне, о ком он, а тот огрел меня полотенцем по лбу и указал на сцену. — Твою мать, серьезно? Трахаешься со стриптизершами? — вскинул бровями и указал девушке пересесть на соседнее место, дабы устроиться поудобнее.       Та нарочно начала ерзать на мне, однако уже через секунду я недовольно рыкнул, отчего девушка, испугавшись его, метнулась на указанное место, быстро опускаясь на него и притихая. — Ты давай аккуратнее, а то потом там же плясать для меня будешь. — указал на сцену, грозя больше не церемонится с хитрой дамочкой, которая я лишь расплылась в ухмылке, однако же, поймав на себе серьезный взгляд, притихла.       Свет утих, софиты били в центр зала, и оттуда вышел невысокий парень, с огненными волосами, накаченным телом. Он извивался покруче гимнастки, танцевал медленно, тем самым еще сильнее раззадоривая собравшихся в зале людей, снимал одежду то полностью, то снова накидывая себе на плечи длинную рубашку. Всем мужикам явно нравилось это представление, и я один, как мне показалось, в полном замешательстве слышал в голове голос блондина.       Встряхнув головой и соскочив с места, я быстро хряпнул чего-то, по вкусу, кажется, это был крепкий виски смешанный с чем-то еще, однако в данной ситуации мне было по барабану, так что я просто схватил близстоящую рюмку, не задумываясь на ее содержимым, и подошел к сцене.       Я ждал, пока этот малый закончит свой концерт и спуститься ко мне, ведь просто был уверен, что он знает меня, раз его парень… Кхм, мой друг. Но этого не произошло, и мне пришлось самостоятельно привлекать его внимание поднятием на сцену. Я сперва замер на месте и отряхнулся, ведь пролезал не как нормальный человек по ступенькам, а как зверина, там, где путь был короче, дабы сократить время.       Рыжий уходил все дальше, натягивал свои джинсы ловко на ходу, а я метнулся в этот момент, когда он нагибался, дабы поправить штанину. Не рассчитав свои силы, умудрился сшибить его прямо за кулисы, куда он рухнул, вызвав удивленные взгляды нескольких собравшихся, которые услышали приглешнный стук даже несмотря на громкую музыку. У Юнги тогда чуть сердце не выпрыгнуло из груди, наверное, а сам он, вылетев мне навстречу из-за барной стойки, направился уже в мою сторону, не спуская с меня пристального взгляда своих прищуренных глаз, похожих на кошачьи.       Ну все, сейчас мне придется огребать люлей.       Рыжий начал подниматься, хватаясь за голову, но у меня не было времени. Схватил его за ногу и одним рывком подмял под себя, дабы у парня не было шансов выбраться, ведь времени у меня оставалось в обрез, а фигуру Юнги я видел совсем близко с собой, напористо посмотрел в глаза и грубо произнес: — Что у вас с Хёном? — Хёном? — переспросил он, приглаживая растрепавшиеся волосы и часто дыша. — Юнги. Что у вас с ним?! — я был зол, потому что в голове не укладывалось, как мой приятель может быть геем. Всем своим весом ударил по полу, на который опирался, и почувствовал, как Юнги ногой спихивает меня с рыжеволосого, отчего резко повернулся, оставаясь на своих двоих. — ПОДОЖДИ! — крикнул я во все горло, как бешеный, заставив парня на миг опешить. — Мы начали встречаться недавно. Наверное, после первых моих выступлений. А ты его бывший? — взгляд выжеволосого был направлен то на Юнги, то на меня.       Я выдохнул, сел нормально, и Юнги протянул мне руку, дабы я все же выпрямился, несмотря на неприятную головную боль и головокружение после выпитого мною крепкого напитка. — Еблан. — помотал головой Мин и вновь прищурился, одаривая меня пристальным взглядом. — Это мой парень, которого зовут Пак Чимин. И, черт, я думал, что вы давние знакомые, ты пойдешь бить его и… — Расслабься. — усмехнулся в ответ и поднялся при помощи Хена, а потом все же помог и ЧиМину. — И…. Извини, Чимин. Я просто в чертовом шоке. — Чаще нужно звонить. Весь бар знает, а ты, будучи его лучшим другом, остаешься в неведении, — пожал плечами рыжеволосый и натянул до конца джинсы, не забыв их застегнуть. Откланялся спокойно и ушел, перед этим послав воздушный поцелуй Юнги, который проводил его долгим взглядом.       Пока так яро увлекался поиском денег, бегая от одного заказа к другому, слишком поздно понял, что совсем забыл о счастье близких людей. Сукин сын, как сказал бы ХоСок.       Выйдя из бара и только тогда неосознанно понимая, что в голову дает неприятная и новая боль, я решил присесть. Сел прямо на корточки, вплетая пальцы в темные волосы, и чуть ли не завопил от боли, но все же, благо, сдержал порыв, лишь прикрыв глаза и еще сильнее прикусив нижнюю губу, кажется, даже прокусив ее. Однако боль прошла моментально, а я увидел лишь расплывчатое изображение подошедшего ко мне человека.       Пинок.       Я открыл глаза, по всей видимости, у важного человека дома, на красном диване, который был, честно признаться, очень мягким и удобным, так что я мог бы и дальше вот так просто лежать на нем, не думая совершенно ни о чем. Передо мной огромный стол, позади стола кресло. В нем ведь кто-то…       Один поворот, и я понял, что это именно за фрукт. Мой телефонный друг. Заказчик. — Вы говорили, мистер Ким, что убьете моего сына так быстро, что даже не успею сказать «стреляй». А в итоге прошло уже несколько часов. — его вид был серьезным, но слова не имели абсолютно никакого смысла, вызывая лишь улыбку на устах. — Вы сами понимаете, что несете? — в недоумении опешил я, потирая шею. — Прошло около двух или трех часов, я только нашел информацию. — А я нашел киллера для того, что убить тебя, — проговорил мужчина и закинул одну ногу на другую, потирая правой рукой подбородок. — Киллера, чтобы убить киллера? — усмехнулся. — Сильно, похвально. — Похлопал в ладоши, вспоминая слова ХоСока о том, что мне прошибут мозг при любом шаге не в ту сторону, и невольно свел брови ближе к переносице, ведь заказчик, судя по всему, был настроен решительно. — Ты видимо не понял, Ким. Тебя убьют сейчас. Либо убьешь сейчас ты, — таким же решительным тоном продолжил мужчина, слегка прищурившись, кажется, пытаясь рассмотреть отчаяние или хотя бы недоумение на моем лице, однако мне удалось сохранить спокойствие и невозмутимый вид. — Если вы думайте, что клуб был местом, где я треплюсь со старыми, сопливыми и вонючими мужиками о миссиях то…. Нет. Я нашел информацию. Сейчас найду жертву и убью ее примерно к завтрашнему вечеру. Для человека, бегающего от закона, сложно убивать быстрее пули, — проговорил я и сел подобнее, опершись о колено левой рукой, дабы удобнее было вести беседу. — Но ведь я устранил ваши проблемы. — он развел руками и поднялся с места. — В общем так. Я еще раз вам доверюсь, зная, что мои люди просили сделать вас пару заданий… Вы сделали все идеально, и даже больше чем. Но к вечеру… нет смерти сына — ваша смерть. — Повторюсь, что крайне сложно убить убийцу. — я улыбнулся и протянул ему руку для рукопожатия. — ЧонГук может тоже убить вас, если во время не понять, в чем загвоздка, — с задумчивым видом проговорил мужчина и ответил на мой жест, ну, а я в свою очередь почувствовал очередной табун мурашек. «ЧонГук? В моей голове все встало на место. ЧонГук — святоша и сынок барона, что пытается убить его. Люди, которые приходили ко мне раньше — люди этого барона. Барон прекрасно знал, что я выполняю все поручения для его охраны и спецназа, а, следовательно, вот почему осведомлен о моих навыках. Решил дать поручение тем идиотам на убийство сынишки… А те ко мне не пошли. Сынишка их самостоятельно и прикончил. Пришлось обращаться ко мне на прямую… Была ли это часть плана? Сказать точно, мне не понять. То ли он узнал случайно, то ли специально сказал им обо мне. Одно знаю точно. Смерть Чона мне не нужна, так что давайте поиграем.» — Я буду первым. — кивнул, осознавая всю ненависть к своему новому врагу.       Мое желание было лишь убить прямо сейчас этого папашу, но я не мог… Я смотрел в его глаза и с каждой секундой все больше понимал, что Чон так сильно на него похож, и от этого мне хотелось убить этого чертова заказчика еще сильнее.       Я совершенно не знаю того парня, браните сколько угодно, но когда вижу эти схожести и своего отца вспоминаю…. Эти болезненные воспоминания о расставании с семьей в попытках защиты. Как он, как отец, может так желать смерти чаду?! Мне не понять, просто решить свою проблему и жить тенью.       На выходе меня осмотрели несколько высоких и широких парней, выглаженная форма не придавала им ума, бойцовских навыков, статуса. Только хорошая зарплата давала перебить желание кокнуть начальника. Они ничего не обнаружили и выпустили меня, указывая, где лучше спуститься. Там и пойду, однако их подсказка меня совсем не интересовала.       По дороге к выходу осмотрел роскошный дом. Он действительно был старинным и дорогим, причем я понял это совсем не по количеству комнат или же длине коридоров, а именно по отделке, многочисленным картинам, колоннам и прочим элементам декора, которых тут было уж слишком много.       Сам дизайн тоже давал окунуться с эпоху возрождения. Но здесь жили поистине гнилые люди. Ком в горле становился от представления мамаши этого семейства, которую, как я осознал лишь сейчас, я ни разу не видел. В голову прокрадывались мысли о том, что она уже давно тут не живет, иначе бы, узнав о заказном убийстве, наверняка бы собственноручно прикончила своего мужа.       Быстро направился к выходу, чуть не потерявшись, и встретился с ним… Разве его не хотят убить? Он совершенно не боится?! — Вы откуда? — он явно узнал меня, но я лишь снова рассматривал его черты лица, осознавая, что для парня он чертовски красив, как по мне, и от самой мысли, что я невольно засмотрелся в его глаза, мне вдруг стало не по себе. — Я от вашего отца. — прошептал я, протягивая руку.       Он пожмет мне руку, и скажу ему, что должен сделать. — Убийцы работают вместе. —обжигая мягкую и светлую кожу Чона своим дыханием, напряженным и теплым, я отстранился, напоследок расплывшись в довольной ухмылке.       Не знаю, что же именно манипулирует мною в ту минуту и вообще все это время, но я хочу не умереть завтра, и не убивать его. Я хочу повернуть все немного в другое русло.