Шаммата

Это дело должно изменить все. Больше не придется перебиваться полунищим заработком. Одно дело, и жизнь изменится. Такеши остановился перед массивной дверью, не любил он эти кабаки. Накурено до такой степени, что силуэты людей размываются в бледном дыме. А еще гогот, шум, не исключены и драки. Но в этом заведении сидят и пьянствуют те, кто может оказаться жизненно необходимыми в предстоящем деле. — Мое почтение, господа, — на Такеши уставились две пары глаз. — Че зенки вылупили, черти? — гаркнул он после неловкого молчания. — Как сынок? — Как питомец? — ножки стула со скрежетом сдвинулись, позволяя человеку сесть. — Может, пристрелим его? — скучающей интонацией спросил Аксель. — Ммм… — азиат поднял брови домиком. — Уже без намордника? Кольцо табачного дыма полетело в направлении Такеши. — Людей нервирует бандана на лице… Хотя какое мне дело… — Хватит уже, выкладывай. Аж три сектора пролетел, не привет сказать, поди. — Приятно слышать грамотного человека, — Такеши улыбнулся Канадцу. — Что вы слышали об архитекторах? — спросил он, придав голосу шарм загадочности. — Че, серьезно? — усмехнулся Канадец. — Ты летел через три сектора лишь для того, чтобы рассказать нам одну из баек? — Аксель сделал последнею затяжку и воткнул окурок в гору тлеющих бычков, кучей трупов лежавших в пепельнице. — Нашли их базу. Законники в паре с нами. — Врешь, — ухмылка медленно сползла с лица Канадца. — Я бы сказал, даже пиздит. — Цель опасна и сложна, но выручка… Сами представляете. Аксель скептически хмыкнул. — Ну так? — Вы охрана и разведотряд. Универсальные, в общем. Аксель еще и в ботах шарит. Вообще заебись. — Хм… — Думайте до завтра, завтра я улетаю один или вместе с вами. *** — Я согласен! — жизнерадостно заявил Аксель, будто собрался лететь не в опасные развалины, а на пикник. — А я нет. — Что не так? Опасно? Рискованно? — Если что-то пойдет не так, нам никто не поможет. — Не так? Это что? Кто-то решит сыграть в русскую рулетку и по приколу подсыпет в паек цианид?! — Аксель глупо хихикнул после совей шуточки. — Идиот, — Канадец предпочел не зацикливаться на приколах напарника. — Обвал конструкций, защитные боты, ловушки ИИ, который совсем не рад гостям. Это только навскидку, если дашь подумать, перед тобой ляжет целый список возможных опасностей. — Бла-бла-бла, — Аксель снял с головы капюшон. — У нас есть варианты? Канадец застыл на месте. Вот так, прямо в лоб. — К сожалению, нет. — И я о том же. Если откажемся, с планеты уже не вылетим. — Да чтоб тебя, а! — что ни говори, но Аксель прав на все сто. — Либо мы улетаем, либо отправляемся на рудники за убийство. — Мы тут уже полгода. Пока что удачно скрывались. — То, что я такая шельма, не означает, что мы сможем продержаться тут до старости! — после этого выкрика замолчали оба. — Составляй список вопросов. А я пойду поем печенюшки. «И как у него так получается? Он вообще бывает серьезным? За минуту сменить настроение… Он точно неадекватен, — Канадец фыркнул и пошел за планшетником: „Может и вправду составить? Спрошу про риски и все такое…“ *** „Бли-ин, надеюсь, в этот раз летняя практика окажется норм. А то обычно цифровая печать в зачетку, и гуляй. А может еще хуже, работать в музее при университете… Бр-р-р, скукота… “ Парень остановился перед дверью кабинета декана. Бля… Страшно. — Заходи давай, не тупи под дверью! — раздался голос из динамиков. — Ох, бля! — Инвер на секунду втянул голову в плечи. Все всегда шугаются этого динамика. — Шевели жопой, студент! Парень забежал в кабинет декана. — Итак, по какому вопросу вы хотели поговорить, студент? — да все ты знаешь, старый пердун! Но Инвер лишь робко улыбнулся и начал рассказ. — Мистер Уайт, в прошлую свою практику я пребывал в музее нашего без сомнения прекрасного университета. Позапрошлую — на раскопках. Правда, меня к ним даже не подпустили, ключ в зачетку, и гуляй… Я могу продолжить вплоть до первого курса, но, общий посыл, думаю, очевиден. Я хочу реальную практику. — Да-да-да… — этот самый мистер Уайт с любовью смотрел на марсианскую росянку, стра-а-ашно дорогущую, если что. Даже палец оттяпать может… Ботаник хуев. — Я знаю, что вы искренне возмущены этой несправедливостью по отношению к студентам. Но что же я могу для вас сделать? — Уайт положил ладонь на джойстик и полетел на своем кресле к клетке с мышами. После трех инсультов у него отказали ноги и глазной нерв. Да и вообще здоровье у него не очень. Схватив белую красноглазую мышку за хвост, он развернулся и направился к растению. — В ближайшем будущем в один из районов, NGC 4755, будет направлена археологическая группа. С целью изучения одного из кордонов архитекторов… — И вы, разумеется, хоте ли бы принять участие в этой экспедиции. Продолжайте, продолжайте пожалуйста! — мышь не рыпается, висит спокойно. Лишь непосредственно в момент, когда животное зависло над пастью росянки, она пронзительно запищала. Пальцы разжались. Челюсти росянки сжались в мгновение. Хруст и слабое пищание были безжалостно проигнорированы растением, хотя один черт, оно и слышать не может… Хвост показался меж зубьев росянки, зря, половина хвоста отсекалась и упала в жижу террариума… — Ну что ж ты такая хрюшка! — профессор и вправду был недоволен. — Неприлично разбрасываться едой! — профессор потянулся и подцепил дрожащей рукой обрубок хвоста. — Доедай! — он задержал руку над росянкой, подождал, пока челюсти откроются, внимательно осмотрел трупик мыши (пожеванный мешочек с костями, блять… Инвер уже видел…), который медленно плавал в желудочном соку, и, подумав, бросил туда же хвост, — продолжайте ради всего научного! — И вот…- Инвер все еще косился на ужасное растение. — Мне, как вы сказали, очень бы хотелось принять участие в данных археологических работах. — Я понимаю ваш энтузиазм и даже разделяю его! — радостно сказал профессор. — Но поймите и вы меня, это очень важная и дорогостоящая экспедиция. Возможно, она опасна, так каждый участник отдает себе отчет в том, что может не вернуться из данного похода. — Но я… — Да-да, вы тоже осознаете всю опасность и остальное… Вы понимаете, что желающих попасть в эту группу выше крыши? — профессор внимательно смотрел ему в глаза. — Понимаю. Но я… — Что вы? Лучший на потоке? Согласен! Одна четверка, и та по физическому моделированию. Мне самому тройбан всегда ставили. Не понимаю я это моделирование… Ладно, чего уж там тянуть, я могу подписать приказ. Но при разрешении вашего отца. — Все. Абзац. Полный. Он все равно не сможет убедить своего отца и останется на этой планетке. А хотя… Может и есть один вариант. — Я…постараюсь… — Старикашка грамотно отделался от назойливого студента… — Ну уж постарайтесь! — бодрым голосом сообщил Уайт. *** — Пап… — частный канал гиперсвязи был достаточно дорог в использовании, но если уж отец смог устроить парня в лучший универ по эту сторону Орионова пояса, то и канал его не разорит. — О, сынок! Я так скучал! — старик как всегда бодр и источает жизненную энергию. — Как ты там? — Да так себе… Вот триместр кончил. Жаль только по физическому моделированию четверка вышла. — Инвер рассеяно почесал затылок. — А это и неплохо! Одна четверка, а остальные пятерки! Лучшее, о чем может мечтать любой родитель! — Да-да, слушай, пап, тут практика намечается. Как раз позвонил, кинь мне ключ. — Практика? — брови старика нахмурились. — Практика. — Что это еще за практика, я думал, что все уладил! — Пап… — Что за люди, ничего не понимают! — лютовал отец. — Пап! — А? Что, сынок? — он с вниманием посмотрел на сына. — Пап, я сам попросился. Я хочу на практику. — Сам? — Райт выглядел потерянным. — Но зачем? — Мы это уже сто раз обговаривали, практика полезна. Особенно для меня. — Да какая тебе практика! — всплеснул руками отец. — Отучишься и домой вернешься. Мать волнуется, я волнуюсь, все волнуются! — Пап, ты, видно забыл, мне не двенадцать лет… — мрачно проговорил Инвер. — Да хоть сколько! Я тебе невест приготовил! Все обеспечены, с хорошими, ответственными родителями! Я всех лично знаю! -Я попаду на практику. — Да много ты понимаешь! — Все, разговор окончен. До свидания, папа, был рад поговорить, — Инвер обрубил связь. Зарывшись ладонями в волосы, Инвер упал на кровать. Со стариком всегда было сложно, после того случая все слишком круто изменилось. Не хотел он этого, ну что же делать. Подойдя к терминалу, он открыл программу и поставил ключ в графу „практика“. Что ж, хорошая подделка, отличить от оригинала почти невозможно. И авторскими правами защищена… Волшебно. Жаль, стоила дорого, пришлось у отца деньги просить „на флаер“. *** Уайт долго рассматривал подпись, даже запустил пару протоколов проверки, Инвер чуть со страху не поседел, но в конце лицо профессора озарила улыбка. — Ну что ж, господин Инвер, вы включены в исследовательскую группу номер G-7! Для меня честь поздравить вас со столь… Знаменательным событием! — Спасибо, я рад вашему великодушию. — Конечно-конечно, вылет запланирован на 363.8.04 M04, 17:15. Прибыть за час до вылета. Всего хорошего вам, — Уайт неожиданно крепко для такого старика сжал ладонь в рукопожатии. *** 08.04. 16:00 Инвер только сошел с экспресса, он стоял перед огромным зданием космопорта и смотрел, как стрекозообразные транспортники перевозят пассажиров к кораблям, зависшим на орбите. Вот он, воздух свободы, больше никакого папы, никаких „ты расстраиваешь мать!“ и никакого контроля. Группа состояла из семи человек. — Так, я понимаю, вы Инвер? — бородатый мужчина в зеленом свитере остановился перед ним. — Ага… А мы семеро полетим? — Что? — профессор сложил брови домиком. — Что вы, нет конечно! Остальные уже на орбите. Располагайтесь, скоро вылет! — и, похохатывая, удалился к своему багажу. *** 08.04. 21:00 Вылет с орбиты и пристыковка к гипербуферу затянулись, но теперь дело за малым, зайти на борт корабля, и полетели! Когда Инвер вышел, то попал в набитый народом зал. Он оступился, подался назад, но почувствовал толчок в спину. — Что, первый раз не транзите? — спросил бородач. — Не пугайся, просто следуй за мной. Я Павел Осимов — руководитель всего этого бардака, — огромная грабля сжала ладонь Инвера. Он то наивно считал себя крупным мальчиком… Протолкавшись через биомассу андроидов, людей и животных, они нашли нужный трап. — Все, сейчас зайдем, тебе дадут магнитную карту от каюты, и шуруй почивать, завтра встретимся на камбузе. Инвер кивнул, хоть и не все понял. *** Замок карты приветливо пиликнул, загораясь зеленным. Дверь отъехала в сторону. „Интересно, — подумал Инвер, — кто мой сосед?“ Когда он зашел в каюту, то сразу же застыл на месте. С отвисшей челюстью. На кровати, стоящей вплотную к стене, сидел парень. Огнено-рыжее чудо с волосами, достающими поясницы… На груди, которая виднелась через незастегнутую джинсовую безрукавку, красовались две вытатуированные надписи, только Инвер не успел понять, какие. Инвер подумал что приятно было бы потрогать эти волосы, вдохнуть их запах, расчесать их… Чувствовать их голой кожей своего тела… или намотать их на руку и жестко оттрахать обладателя чудных волос так, чтоб он скулил и судорожно дергался в руках от удовольствия. А потом обнять после душа этот мокрый волосатый клубок… Так, — Инвер встряхнул головой. — я в составе важной научно-археологической экспедиции, а не на свидании или в бор… В общем, в составе экспедиции я…» — Привет! — парень посмотрел в глаза Инвера. Будто до души достал. — Здрасте… Вы мой сосед? — А то! И не просто сосед, а ангел-хранитель. Твой. Личный, — Парень подмигнул ему с широкой улыбкой. При всей привлекательности, которую источал этот феникс, он отнюдь не походил на женоподобного слабенького мальчика-зайчика, чьи тоненькие ножки-ручки можно было сломать, сдавив чуть сильнее нужного. Ведь обычно именно такие «зайчики» клеились пачками к Инверу. Под его кожей виднелись абсолютно точно мощные мышцы, выделяющие плечевой пояс и поясницу, даже в усмерть пьяному или укоренному чуваку не спутать его с рыжеволосой красоткой. Вот такие ему нравились, те, кто и в нос дать может. А не зайчики, которые только и могут, что хлопать глазами да висеть на шее у своего «Альфы». — Привет от папочки, малыш! — феникс встал и подошел к Инверу. — Раз уж ты смог попасть в столь ненавистную твоим стариком компанию… Он нанял… — Телохранителя? — прорычал Инвер, проходя вглубь каюты. — Он нанял сраного телохранителя? — Не совсем, — рыжий отходил спиной к кровати, смотря, как наступает еле сдерживавший злость Инвер. — Вот сука! В этот раз он превзошел сам себя! — Инвер, плюнув на все, кинулся к новоиспеченному телохранителю. Первое, что он встретил на пути своего наступления, была ступня под ребра. Выбив воздух и на секунду дезориентировав Инвера, феникс вытянул обе ноги, закинув ступни за плечи Инвера, и притянул его к себе. — Ы-ы-ы-ы-ы… Сукин сын… Убью к квазаровой матери! — прохрипел Инвер, пытаясь впихнуть в горящие легкие воздух. — Только не меня, — парень схватился одной рукой за спинку кровати, а другой за край тяжеленного матраса, сжал бедрами шею Инвера, а икрами надавил на затылок. Почувствовав яростное сопротивление и ощутив окаменевшие мышцы шеи, феникс добавил: — Не боишься шею сломать? — после яростного пыхтения во внутреннюю сторону бедра феникса Инвер расслабился, признав в данный момент власть феникса. — Вот и молодец. — Ты, блять, кто?! — сквозь зубы прошипел Инвер. — Твой отец предупредил меня о том, что ты любитель подраться, — ухмыльнулся рыжий. — Он хотел нанять телохранителя, но решил поручить данное задание мне, сам не знаю, почему. В общем, я тебя отпускаю, и мы говорим по-нормальному. Окей? — дождавшись утвердительного трения головы о свои бедра, он отпустил Инвера. Вопреки ожиданиям, Инвер, не вставая с места, принялся разминать шею, болезненно скалясь. — Я Игнис. Твой новый напарник и ангел-хранитель. А ты Инвер. Инвер встал и направился к выходу. — Тот еще драчун… Встав у выхода, он стянул обувь и подхватив сумку с вещами пошел к своей койке. — Не расскажешь, почему папенька так оберегает двадцатиоднолетнее дитятко? — Игнис сложил ноги по-турецки и оперся подбородком о сложенные ладони. — Иди нахуй… — «Ладно, — пожал плечами Игнис. — Давай я расскажу, что нас ожидает…»