Парадокс: Автократия

Еще не до конца вернувшись онлайн – все системы и процессор загружались медленно – Орион знал, что Шоквейв сейчас рядом, чувствовал это всей Искрой. Шоквейв снова будет расстроен – он ведь обещал ему лишний раз не рисковать, но то, что они сделали... к прошлому уже нет возврата. Должно быть, Сэнтинел объявил его и отряд террористами, работающими с десептиконами. Жаль, что Хайд и Бамблби оказались втянуты в это, и Проул, оставшийся в Айаконе... Сильверболт был где-то в Восе, у родственников; есть шанс, что до летуна не доберутся – Орион слишком хорошо знал, как карает Сэнтинел Прайм. Активировав оптику, Орион и в самом деле увидел рядом с собой Шоквейва. Бывший сенатор вчитывался в датапад, ожидая, когда Орион вернется онлайн. Почувствовав это своей Искрой, Шоквейв улыбнулся, замечая взгляд красно-синего грузовика. — Я нарушил свое обещание, — хрипло произнес Орион: вокалайзер еще не настроился – похоже, что ремонт корпуса был сложным, и большинство внутренних систем перезагружали. — Не вини себя, — отозвался Шоквейв. — Если бы тебе не удалось отвлечь Магнуса и «Рикошет», все было бы куда хуже. И я же знаю, что ты способен на такой поступок. Шоквейв тщательно скрывал свои настоящие эмоции, не давая им просочиться по партнерской связи. Да, пусть события изменились, став не такими, как помнил их Тайдсвэй, но скоро, уже очень скоро, Матрица лидерства заберет Ориона, превратит его в идеального Прайма, который так нужен Кибертрону… Самому Шоквейву от этого знания лучше не становилось, он так и не смог смириться с тем, что потеряет любимого. — Ты снова расстроен из-за меня, — Орион сделал свои выводы из затянувшегося молчания Шоквейва. — Ничуть! — улыбнулся тот, бледной тенью своей прежней улыбки. — Пришлось потрудиться, но ты сейчас полностью в порядке. — Меня держала твоя Искра, — Орион сел на платформе. До этого он видел мельком медблок десептиконов, но не думал, что в скором времени попадет туда в качестве пациента. — Да, — коротко ответил Шоквейв. Энергополя его все еще были напряжены, словно Шоквейв находился сейчас среди своих бывших коллег-сенаторов, а не дома, среди десептиконов. Орион протянул руку, дотрагиваясь до фиолетового наплечника. — Все-таки фиолетовый цвет тебя мрачнит, делает совершенно не таким, как раньше, — сказал Орион. Прижавшись к нему, Шоквейв ответил: — Прошлое миновало, а это... когда-нибудь я отвечу на этот вопрос. Обещаю. — Я очень хочу, чтобы нас оставили в покое, — провентилировав, признался Орион. — Чтобы можно было перестать таиться и вернуться к нормальной жизни, чтобы на Кибертроне все наконец-то наладилось. — Это случится, — бывший сенатор знал, о чем говорит. — Обязательно. Орион потянулся к нему полями, осторожно, вопросительно, словно боясь чего-то. Шоквейв ответил, позволяя полям слиться, переплестись, и сам прижался к Ориону. Рядом с ним всегда было чувство защищенности, но будет ли так же и дальше? — Ты все равно чем-то расстроен, — шепнул Орион ему на аудио. — Просто беспокойство из-за всего, — Шоквейв не лукавил, он действительно беспокоился из-за того, что происходило сейчас на Кибертроне. Им всем придется постараться, чтобы не допустить нового падения в новую войну, разделенными на красный и фиолетовый знаки. — Ты не спрашиваешь про свою команду? — Я же знаю, что тут они в безопасности, — ответил Орион. — Хайд подозрителен, Бамблби готов задирать окружающих – ведь так? — Ты действительно хорошо их знаешь, — Шоквейв притушил оптику. — За ними присматривают и ограничили их перемещение в разумных пределах. Но их должно быть больше, где остальные? — Сильверболт был перенаправлен к летунам – их немного, они относятся к юрисдикции Воса и, кажется, должны были выполнять задание вне Айакона. Его не должны тронуть, а Проул… — тут Орион замолчал. Что делал Проул – он и сам не знал. — Тебе знаком некий Джазз? — спросил вдруг Шоквейв. — Этот мех назвался другом Проула и партнером его брата. Задумавшись, Орион кивнул: — Да, Проул как-то упоминал, что от него отвернулись все друзья, даже Джазз… это не он ли раньше работал в айаконской полиции? Дело об убитом сенаторе вели Проул и Хром, но Джазз тоже мелькал в сводках их отдела… А что? — Этот Джазз оказался еще и братом нашего Саунда. Он наемник, тоже ушел из полиции – и притащил с собой молоденького праксианца, которого они отбили у «Рикошета». — Что?.. — память услужливо подкинула архив файлов о сражении с Магнусом и бойцами «Рикошета». — Там длительная история, стоит подождать, что там Трепан с Саундом скажут, — ответил Шоквейв. — Я просто еще раз проверил данные. — Перестраховщик, — улыбнулся Орион. Шоквейв не стал спорить. Джазза он смутно помнил по памяти Тайдсвэя, но тот имел о нем лишь довольно скудные сведения, включая родство с Саундвейвом. Сейчас было слишком хорошо: Орион рядом, в безопасности, ищейки Сэнтинела до него не доберутся… Но вместе с этим постоянным напоминанием вставал образ того, кого помнил Тайдсвэй – Оптимус Прайм был до боли в Искре похож на Ориона, но это окажется совершенно чужой мех. Двойственный это был выбор – позволить Ориону стать Праймом, потеряв его, или же пожертвовать будущим Кибертрона, которое может принести этот новый Прайм. Здесь, в отличие от воспоминаний, которые Шоквейв разделил с Тайдсвэем, Мегатрон уж точно не настроен на вероломство по отношению к давнему другу. Предательства не будет, войны с десептиконами – тоже. Но желание личного счастья, пусть даже такой ценой, было таким эгоистичным… столь заманчивым… — Ты снова задумчив, что-то не так? — Орион заметил, что Шоквейв непривычно сдержан, да и по связи просачивался его пессимистический настрой. — Говорю же, просто волнение за все и сразу, — ответил ему бывший сенатор. — Все в порядке. — Со мной – тоже. Убедишься… сам? — прозвучало очень открытым намеком. Шоквейв этот намек понял очень хорошо и, ухмыльнувшись, прикинул прочность ремонтной платформы – она вполне способна была выдержать даже Оверлорда, не говоря уже о них двоих. Бывший сенатор изящно, словно красуясь перед любимым, сел рядом с ним; пальцы тут же скользнули по красно-синей броне, отыскивая хорошо знакомые датчики и чувствительную проводку, от прикосновений к которой Орион всегда словно таял. Фон энергополей уже не сдерживался никем из них, благо что помещение было экранировано… а приоткрытую дверь закрыл Хук, заглянувший буквально на одно мгновение. — Как и следовало ожидать, Пакс выбрался онлайн, — сказал конструктикон Фарме, который вместе с ним проводил инвентаризацию имеющегося оборудования, отдельно отмечая то, что может им понадобиться в скором времени. — Что, коннектятся? — хмыкнул бывший летун, оторвавшись от датапада. — Вовсю, — с такой же ухмылкой кивнул ему десептиконский медик. — Ладно, на чем мы тут остановились? — Я отметил в списке то, что нужно попросить доставить Зету и его ребят, — Фарма передал датапад, и работа продолжилась.

***

Саундвейв знал, что сделали с тем молоденьким праксианцем, которого любит Джазз. Как же это мерзко и совершенно в стиле этого Юникроном проклятого Сената! Они думали, что так решат проблему, заставят Проула подчиниться – тут уж явно не обошлось без прихвостней наказанного Эмпуратой Протеуса, – но все вышло совсем иначе. Джазз рассказал все, в том числе и о договоре с Децимусом. Саундвейв хоть и считал это опасным, но знал, что, в отличие от многих, Децимус держит данное слово и сможет отгородить Смоука. Главное, чтобы этот Проул не попался сейчас охране, ведь его так легко можно обвинить во всем. Дэдлок также злился из-за случившегося, всецело разделяя мнение партнера о низости и трусости Сената. Бывший бродяга прикидывал, кому из приспешников Протеуса могла быть выгодна такая месть Проулу, и всерьез задумался об охоте на живую цель. Он осторожно ответил на мысленное прикосновение Саунда своими энергополями и прижался к нему, успокаивая и заверяя, что все будет в порядке. Саунд только улыбнулся ему и затем перевел взгляд на брата. Джазз сидел чуть в стороне, напряженный, ожидающий. Он даже энергополя почти закрыл и тщательно скрывал эмоции, не давая кассетикону их уловить. Казалось, что он вообще не шевелится с тех пор, как Трепан ушел смотреть, что можно сделать с Блю. Блэрра с ними не было: гонщик все-таки передумал и решил вернуться в Айакон после того, как помог Джаззу дотащить корпус отключенного Блюстрика до десов. Да, это был риск, и Блэрр осознавал его, но был готов. К тому же, если что – он сможет прикрыть Проула и Смоуки, и он пообещал оставаться на связи, предупредить в случае чего. Можно было не сомневаться, уж кто-кто, а Блэрр всегда найдет выход из сложной ситуации, как бы ни пытались его загнать в угол. Наемник был готов всецело довериться десептиконам, заплатить любую цену за помощь мнемохирурга. Саундвейв еще до этого успел поговорить с бывшим сотрудником Института, тот согласился осмотреть Блю, вынести вердикт, и сейчас его слов очень ждал Джаз; ждал – и боялся услышать. …Трепан с щелчком втянул иглы в пальцы: подключение к пациенту уже закончилось. Саунд рассказал ему, что этого молоденького меха насильно сделали боевиком отряда «Рикошет», поигравшись с его процессором и памятью. Да, следы подключения имеются, но тому, кто это делал, очень и очень далеко от профессионализма. С одной стороны – это хорошо, не слишком умелый мнемохирург сделал лишь то, что ему приказали, не вложив ничего дополнительно, чем порой грешили многие коллеги Трепана. С другой стороны – неопытность была опасна тем, что последствия могли бы быть весьма негативны. Однако, похоже, этому Блюстрику просто невероятно повезло: да, работы предстоит много, но все поправимо. Особенно если Саундвейв будет ассистировать – телепатия кассетикона все так же восхищала Трепана: вдвоем получится убрать из процессора все внедренные коды и программы, убрать прописанную личность, которая была воистину пустым файлом. Но потом Блюстрику будет очень нужен его партнер. Хорошо, если между ними есть искровая связь, это быстрее позволит начать восстановление. Оставив Блю оффлайн, Трепан вышел из комнаты медблока – хорошо, что удалось перебраться сюда, убедив сикеров, что для медицинской части базы нужно большое помещение. Скрим, впрочем, возмущался недолго и даже, заглянув пару раз, дал дельные советы. Трепан давно подметил его истинную натуру – гордый, порой высокомерный исследователь-ученый, готовый с жаром отстаивать свою точку зрения по той или иной теории или доказывать оппоненту гипотезу. Мнемохирург потом поинтересовался у Тарна, и Зета подтвердил его предположения: Скрим когда-то работал в научной Академии, да и в Восе добился неплохих успехов в науке, без какой-либо помощи Аэролорда. И об истории с пропажей Скайфаера узнал Трепан: конечно, было гораздо проще обвинить единственного выжившего в той экспедиции, чем признать свои собственные ошибки – так решил научный совет айаконской Академии, и в итоге озлобившийся Скрим вернулся в Вос, а затем – познакомился с Мегатроном и примкнул к нему. Трепан оглядел ждущих его: Саундвейв с партнером относительно спокойны, Джазз же явно боится услышать вердикт и потерять последнюю надежду. Смелый он мех, этот наемник, готов сражаться за свою любовь, даже если изначально все кажется таким безнадежным. И надо же – продумать такой хороший план, пусть даже в компании друзей, но, тем не менее, они все рискнули, не побоявшись – и смогли. — Я провел сканирование мозгового модуля Блюстрика, — заговорил Трепан. — Помочь смогу, они не стерли его прежнюю личность, поэтому получится вернуть Блю. Но будут проблемы. — Какие? — тут же вскинулся Джазз. — Психологические, тут уже нужна будет профессиональная помощь, — ответил Трепан. — Если я уберу все воспоминания о «Рикошете», то рано или поздно найдутся те, кто скажет ему об этом, и станет еще хуже. Воспоминания можно сгладить; Саунд – поможешь? — Конечно, — кивнул он. — Таким образом, Блюстрик будет помнить, но не станет ассоциировать себя с тем, кто выполнял приказы Ультра Магнуса и командира отряда, плюс – работа с психотерапевтом. Реабилитация займет несколько ворн, и без поддержки друзей и партнера ему не обойтись. — И тогда – все получится? — уточнил Джазз. — И тогда все получится, — утвердительно произнес Трепан. — Хорошо… — было ощутимо видно, как Джазза наконец-то отпускает тревога и волнение за Блю. Саунд осторожно коснулся рукой наплечника брата. — Идем, тебе нужно отдохнуть немного. Джазз кивнул: он и в самом деле держался только за счет своего упрямства и какого-то чуда Праймаса, благо что энергон ему Дэдлок подсунул сразу. — Отдохнешь в соседней кварте, она пустует, а раньше вообще была складом, — произнес бывший бродяга. — Все равно Трепан вот прямо сейчас ничего не начнет, а нам всем надо отдохнуть. … Отдых действительно был нужен, а то напряжение уже становилось почти ощутимым физически. Все, Джазз убедился, что с его драгоценным праксианцем все будет нормально, что Трепан приложит все усилия и вернет молоденького меха в норму, и теперь наемник хоть может успокоиться. Саунд тоже волновался – дело коснулось его семьи, а своих кассетикон всегда защищал, Дэдлок знал эту его черту характера. Притащив Джаззу энергон и оставив его в кварте, Дэдлок вернулся к Саунду. Тот был с выводком кассет, они окружили связиста, но едва в кварту зашел Дэдлок, как доля внимания досталась и ему. — Все нормально, — это звучало даже не вопросом, а утверждением – Саундвейв действительно это знал. — Ага, — кивнул Дэдлок и потянулся всем корпусом, словно огромный киберкот. — Все-таки неплохой у тебя брат, хотя в жизни бы не сказал, что вы родственники, если бы не знал. — Так уж получилось, — хмыкнул Саундвейв. Здесь, дома, в родной кварте, он был без маски и визора. Даже среди десептиконов Саунд предпочитал носить визор, чем ходить с открытой оптикой, хотя тут было довольно много желтооптиковых. — Мне ничуть не жаль этого Рэтбэта, — произнес Дэдлок, прижавшись к Саунду – сейчас хотелось как физического контакта, так и прикосновения энергополей, а на интерфейс не тянуло. — Этот Проул его сожрет. Надеюсь, не в прямом смысле. — Я сталкивался с ними, — сказал кассетикон. — И с Рэтбэтом, и с Проулом. Сенатор Рэтбэт – та еще тварь, внешне кажется таким доброжелательным, вежливым, общительным, но внутри… ржавчина и хлам. Проул также не то, чем кажется – уверенный в себе, но почти сломанный где-то там, в Искре. Джазз говорил, что он был использован в праксианской программе восстановления численности. Проул забрал Блюстрика из города, чтобы с ним не сделали то же самое. Дэдлок снова выругался с заходом на воссианский диалект – подцепил пару ругательств у сикеров. — Знаешь, во время жизни в Тупике я очень хорошо усвоил один урок, — заговорил Дэдлок. — Если нечего терять и загоняют в угол – разорви их, не жалея себя. И сейчас Проул явно это и делает. — Опасно, — Саунд снова констатировал факт. — Он может разрушить сам себя. Плохо, если нет якоря для Искры. Кого-нибудь, ради кого он останется жить. Помолчав какое-то время, Дэдлок произнес: — Надеюсь, есть такой мех для Проула. Страшно вот так терять себя, свою сущность. И кстати, все-таки твой брат куда более благоразумный, чем Хот Род. Улыбнувшись, Саундвейв спросил: — С чего такая уверенность? — Хот Род чаще всего сперва действует, лишь потом задумывается об сделанном. Но когда надо – думать и составлять планы он умеет. Джазз же больше обдумывает. Я прав? — В большей степени. Порой Джазз – тот еще мастер импровизации, — ответил Саундвейв. — Саунд… — Дэдлок прижался так, чтобы чувствовать его Искру. — Ты думал о будущем? Что будет – потом? — Я могу сказать пока только одно, — Саундвейв склонил к нему шлем. — Будущее будет таким, каким мы сами его сделаем.

***

Разумеется, Хот Род слышал о Мегатроне. Конечно, ему было известно о том, как этот бывший шахтер поднялся на арене среди гладиаторов, которые затем стали первыми его соратниками-десептиконами. И да, рыжий нионец знал о политике Мегатрона, но не поддерживал ее, хотя разделял его взгляды на некоторые моменты. Но до сегодняшнего дня Хот Род еще ни разу не видел Мегатрона вживую. Изображения мятежного гладиатора были ему известны, однако даже так Хот Род сперва не понял, кто именно помогает им вытаскивать оффлайновый корпус Ориона. Лишь потом до рыжего меха дошло, кто же стоит перед ними. Мегатрон выслушал краткий отчет Саундвейва, поблагодарил его и Дэдлока за помощь и попросил одного из десов сообщить команде Пакса, что Орион тоже здесь, хоть ему требуется ремонт. — Значит, вот ты какой, Хот Род, — произнес десептикон, когда они остались, по сути, наедине. — Ты весьма храбр и не сдался, идя против Сената. — А значит, вот какой тот самый Мегатрон, — в тон ему отозвался Хот Род, ведя себя настороженно, мало ли, тут явно не все настроены так дружелюбно. — Признаться, я ожидал увидеть совсем другое. — Жесткую авторитарную тиранию, где каждый даже подумать не смеет о чем-то ином, кроме как снести Айакон? — ухмыльнулся Мегатрон: такая его характеристика была образом, созданным Сенатом. — Нет. Просто не думал, что здесь будет вот так, — неопределенно ответил ему Хот Род. — Эвакуация прошла успешно? Где они? — В безопасности, Коверт за это может поручиться. Если хочешь, Скайварп доставит тебя к ним. — И я пропущу все самое основное? – интуиция никогда не подводила Хот Рода, он понимал, что здесь происходит все самое важное. Однако и оставлять своих ему не хотелось, он в ответе за тех, кто доверился ему. — Да. — Скайварп вернется вечером, — кивнул Мегатрон. — Своим ходом добираться дольше, да и опасно. Лидер десептиконов также был наслышан об этом наглеце в рыжей броне, а впервые видел лично: невысокий, тех же габаритов, что и Дэдлок, мех с отчетливой ассоциацией – хищник: стоит ослабить бдительность или разозлить, как в броню вцепятся когти и клыки. Хот Род не казался похожим на лидера, однако, как выяснилось, харизмы и ответственности в нем было достаточно. Очень интересный мех, во всех смыслах интересный... — Тем, кто не является десептиконами, запрещено передвигаться по Арене? — вопрос Хот Рода прервал размышления Мегатрона. — Есть, конечно, места, где посторонним быть нельзя, — согласился десептикон. — Однако передвижение здесь не ограничивается. Если хочешь отдохнуть, то есть несколько свободных отсеков, энергон тоже найдется. — Спасибо, но не стоит, — Хот Род чуть взъерошил броню; Мегатрон ощущал его энергополя – настороженность и готовность к возможному нападению. Что поделать, жители мест вроде Тупика или трущоб Ниона все такие… И тем не менее, что-то в Хот Роде растревожило – видимо, его порывистость и то, как он ответственен за своих, напомнили Мегатрону о собственном прошлом. — Что такое? — Хот Рода насторожило, что лидер десептиконов шагнул ближе, почти задевая своими энергополями. — Идем, тебе все равно надо побыть где-нибудь до прибытия Скайварпа. — А где этот Скайварп сейчас? — Он в Восе. И да, он сикер, способный телепортироваться, а не только летать. — Такое ощущение, что ты здесь собираешь талантливых меха, — заметил Хот Род, стараясь идти на расстоянии от десептикона. Мегатрон улыбнулся: — Скажи это Шоквейву. Некоторые его ученики тоже здесь, они все весьма одаренные кибертронцы. О, а вот и Вос. Скидс тащил что-то трудно идентифицируемое, наверняка очередной результат изысканий научной деятельности бывшего сенатора и его команды. — Смотрю, гостей все больше, — дружелюбно улыбнулся Скидс, останавливаясь перед лидером и Хот Родом. — Вос? Тот самый? — Хот Род не поверил своим аудиодатчикам. Конечно, про Патруль Правосудия, грозную команду десептиконов, подчиняющихся лично Мегатрону, он слышал достаточно. — Ага! — заверил его Скидс. — Все совсем не так, как кажется, да? — Пожалуй, это можно было бы сделать девизом десептиконов, но вам важнее напомнить, что вас обманули, — Хот Род покосился в сторону Мегатрона. Мегатрон оставил Хот Рода Скидсу с Зетой: они присмотрят за рыжим нионцем, чтобы тот не влез тут ни в какие неприятности. Еще не хватало, чтобы гость сцепился с Старскримом, который и так пребывал в очень плохом настроении. Скрим только недавно вернулся из Воса. Аэролорд города готов был поддержать десептиконов – сикеры давно не одобряли решений Сената, чего только стоило то извращение под названием «Программа восстановления численности Праксуса»! И если отрицающие давнее кодовое единство с сикерами дверцекрылые мехи позволили навязать себе такое, Вос всегда оставался независимым городом, по сути – государство-в-государстве, что всегда только раздражало Праймов – что Номинуса, что Сэнтинела. Но плохое настроение Старскрима было еще связано с определенной датой: уже столько ворн прошло с пропажи Скайфаера, но он все еще не мог позабыть ни того, как буквально чудом Праймаса добрался до Кибертрона, ни того, как в айаконской академии, где они оба работали, ему отказали в организации поисковой экспедиции, да еще и неофициально обвинили в случившемся. Неудивительно, что после всего этого, зализав искровые раны в Восе, Старскрим вернулся с твердым намерением отомстить Сенату. Мегатрон понимал это стремление и никогда ничего не говорил на эту тему, зная, что это уже будет лишнее. Старскрим сам во всем разберется. К сожалению для себя, Мегатрон слишком поздно заметил, что за ними со стороны наблюдает Оверлорд. Дождавшись, когда Мегатрон пройдет рядом, Лорд изрек: — Теперь понятно, в кого у меня предпочтения партнеров с меньшими габаритами. Лидер десептиконов возмущенно фыркнул, понимая, что раз Лорд явно видел проявившийся интерес своего создателя к Хот Роду, то теперь в покое не оставит. — А еще есть что сообщить? — поинтересовался Мегатрон. — Тебе про способы ухаживания? — хмыкнул Лорд. — Впрочем, могу и про разведданные с плато Гидракс. — Это уже лучше, идем. — И еще – десептиконы готовы в случае чего отбить возможную атаку на Арену, сил и вооружения у нас хватит, — доложил Оверлорд. — При поддержке городов мы сможем даже выступить против Айакона, но это самый крайний вариант. ... Хот Род многое слышал о знаменитом Патруле Правосудия, элитной команде: их отправляли на такие миссии, которые казались невозможны для обычных меха, но Тарн и его группа доказывали обратное. Сейчас же рыжий мех впервые видел их – настоящих, не скрытых маской. На базе были только Зета и Скидс, остальные в данный момент не вернулись с другого объекта в Каоне: конструктиконы давно уже присматривались к переделке одного из зданий под запасную базу, и теперь следовало оценить, а стоит ли? Скидс охотно отвечал на вопросы Хот Рода, пока ждал Зету из лаборатории Шоквейва, разумеется, обходя те, которые могли в той или иной степени раскрыть десептиконские секреты. Сообщение по общей линии коммлинка получили все: Нион атакован, а затем и разрушен новым оружием Сэнтинела Прайма.

***

По крайней мере, Проул был спокоен за Смоукскрина: сенатор держал свое слово и, использовав некоторые свои связи, сделал Смоука своим помощником – неприятно, что все будут думать в одном направлении, зачем Децимусу это потребовалось, но с другой стороны – Смоуки в безопасности. Децимус, казалось, ничуть не удивился тому, что за дело возьмется Проул. Сенатор лишь пожал плечами, передавая весь архив с данными на коллегу и пропуск в его личную кварту – похоже, Децимус неплохо подготовился, планируя устранение Рэтбэта. Сам Децимус сегодня отсутствовал – он уехал на проверку очередного комплекса, строящегося на окраинах города, взяв с собой Смоуки; там будет до шлака других кибертронцев, алиби однозначное, их точно не заподозрят. Рэтбэт же, явно впав в немилость у Сэнтинела Прайма, никуда в последнее время не выбирался, кроме разве что Института. Дело об убийце мнемохирургов так и не раскрыли тогда, все прекратилось само собой, вот только на весь Институт осталось всего-то двое мнемохирургов, да еще неизвестно куда девшийся Трепан до сих пор висел в базах данных с отметкой «Пропал без вести»: то ли жив, то ли таки дезактив. Возле Института было несколько переулков, где можно отлично подкараулить жертву, да и камер слежения там не было – демонтированы, район-то элитный. Как уже сообщил Децимус, Рэтбэт передвигался почти без охраны – вот что значит праймовское недовольство, «верные» прислужники мигом разбежались, беспокоясь о том, чтобы им потом не припомнили службу у опального сенатора. Оружие Проул уже тоже подготовил. И сам был готов.