Последнее дело

«Да уж, день оказался не столь расслабленным, как рассчитывали», - мысленно хихикнула Анна. Перед доктором Милцем она и впрямь выставила себя дурочкой какой-то. После прошлогодней беременности она была уверена, что почувствует зачатие сразу. Поэтому и не обращала внимания на все очевидные признаки, которые нормальной женщине подсказали бы об ее состоянии. Она же все ждала того совершенно особого ощущения, и в результате новость ее просто поразила своей неожиданностью. Сейчас, когда удивление от новости окончательно прошло, Анна ощущала просто безмятежное счастье. Однако про Якова того же нельзя было сказать. Она никогда не забудет его выражение лица, когда, вернувшись от врача, она сообщила ему новость. Его лицо засветилось радостью и одновременно побелело от страха. Собственно под знаком этих двух чувств и прошел весь его сегодняшний день. Яков то бросался ее обнимать и целовать, то весь наполнялся тревогами по любым поводам – от крутых ступенек в доме до ее питания. Он десять раз выговорил ей за то, что она скрыла от него проявления утреннего недомогания. Потом сам дошел до доктора Милца и вынул из того всю душу, расспрашивая о состоянии Анны, возможных опасностях и рекомендациях по ведению беременности. Под конец доктор был готов вкатить будущему папаше лошадиную дозу успокаивающего, только бы от него избавиться. За чаем они сообщили новость родителям и дядюшке. К счастью, хоть тут последовала нормальная ожидаемая реакция – будущие бабушка и дедушки выдали фонтан чистой радости. Мама начала планировать приданое новорожденному. Папа открыл бутылку шампанского по такому случаю. Анна едва пригубила свой бокал, отговорившись, что доктор Милц не советовал ей употреблять алкоголь. Это вызвало брюзжание дядюшки в адрес современных врачей, которые напридумывают всякого и жизни людям не дают. Наконец, настал вечер, все разошлись по своим спальням и дом успокоился. Едва они улеглись, Яков немедленно стащил с нее ночную рубашку, но не с привычной целью, а желая исследовать ее тело. И вот уже полчаса он нежно гладил ее живот и грудь, периодически бормоча себе под нос: - Мне казалось, что вы стали как-то особенно чувствительны последние пару недель и чуть-чуть похудели. Но я думал, что это из-за недавней жары. Вы тогда совсем мало ели. - Ела я мало и из-за жары тоже, - засмеялась Анна. - Как я мог не заметить, что у вас действительно наметился животик? А еще следователь! Однако все попытки Анны отвлечь мужа на более увлекательное занятие пока оказывались неудачными. Яков стал обращаться с ней как с невероятно хрупкой вещью и как будто боялся прикасаться к ней с хотя бы малейшим усилием. Анна задумалась, как вывести мужа из этого состояния, и в это время услышала, как он обращается к ней: - Аня, я хочу тебя попросить. Она почувствовала, что его плечи у нее под ладонями внезапно напряглись, как будто их свела судорога, и увидела, что в глазах буквально плещется мольба. - Я сделаю все, что ты попросишь, - просто ответила она ему, поняв, что для него это крайне важно. - Не ходи на бал к Игнатову. Останься дома с родителями. Якова можно было понять, на прошлом балу у Игнатова ее чуть не убили, а последняя встреча с сообщником Гефеста окончилась потерей их ребенка. - Хорошо, - также прямо и кратко ответила она, и услышала, как муж выдохнул с облегчением. Яков опустил голову ей на грудь и едва успел сделать первый спокойный вздох, как вновь услышал голос Анны, в котором на этот раз явственно звучали хитрые нотки. - Я выполню вашу просьбу, - произнесла Анна, - но с одним условием. - Каким? – с интересом спросил Яков, понимая, что у жены очередная каверза на уме. - Вы были абсолютно правы, когда отметили, что я стала даже чувствительнее в последнее время. Поэтому я прошу... нет, не прошу, я требую, - Анна сладострастно провела ладонями по спине мужа и зажмурилась от удовольствия, - я требую от вас выполнения супружеского долга. - Аня… - смеясь, начал Штольман. - Не бойтесь, - Анна обхватила лицо мужа и жарко зашептала. - Со мной все в порядке. С нами обоими все в порядке. Эти два месяца были лучшими в моей жизни, и нашему малышу они ничуть не повредили, как видите. Способность Анны убеждать мужа не подвела ее и на этот раз.