Иллюзия правды

Глава VIII Гилдерой Локхарт продолжал нас обучать массе полезных и нужных вещей. На занятиях он стал тратить всё время, перечитывая нам собственные подвиги, а потом изображая их в деталях. Вначале он пытался привлечь меня для выполнения той или иной роли. Но я вел себя очень неактивно, не выл или не орал «с огоньком», так как хотелось Гилдерою, и вообще показал «минимум театральных способностей». Резюмировав данный факт, Локхарт махнул на меня рукой и стал привлекать других ассистентов. Билли Макконли с Когтеврана, Рона Уизли с Гриффиндора, Блейза Забини со Слизерина и Ханну Аббот с Пуффендуя. Не знаю, как другие жертвы его театральных экспериментов, а я был счастлив, что «соскочил». Как-то раз, после урока Заклинаний (он проходил последним, третьим в этот день), Флитвик сделал мне незаметный жест остаться. Я вышел в коридор вместе со всеми, но пройдя около двадцати шагов, «неожиданно» вспомнил, что забыл учебник. Пришлось возвращаться, сказав друзьям, чтобы не ждали. Флитвик меня удивил. Как только я зашел, он сразу принялся колдовать. Сначала просканировал класс в поисках подслушивающих заклинаний. Потом стал ставить защиту. Я уже немного разбирался (пока, правда, больше в теории), что он делает, и поэтому хоть что-то понимал. - В общем, есть новости, Гарри, - Флитвик сразу начал с сути. – Вчера вечером у меня состоялся разговор с директором Дамблдором. - И что? – я напрягся. Такие разговоры и такие новости ожидаемо не несут ничего хорошего. - Директор намекнул, что я слишком много с тобой занимаюсь, - Флитвик внимательно смотрел мне в глаза, стараясь взглядом передать больше, чем сказал словами. - Разве это плохо? – я судорожно пытался понять его намеки. - Директор говорит, что такая нагрузка слишком опасна для растущего организма и развивающегося мозга. И мне не стоит так часто заниматься с тобой. Ох, как меня начинала доставать забота директора. Я почувствовал, что в душе рождается злость и негодование. Мне пришлось даже сжать зубы, чтобы не выругаться. Живу, никого не трогаю, ничего не требую… Что ж тебе все неймется? Я глубоко вздохнул несколько раз, успокаиваясь. Понятно, что директор более-менее в курсе моего магического прогресса. И это ему не нравится. Кажется, я не должен быть слишком умным и способным. Это нарушает его планы. Канонный Поттер звезд с неба не хватал, и хотя и изучил пару непростых заклинаний (таких как Патронус), в целом по своим знаниям и способностям не сильно выбивался из общего числа «серых посредственностей». А я вот плохо вписываюсь в такой образ. На втором курсе уже осваиваю ментальную магию и изучаю боевую. И у меня начинает получаться с невербальной (надеюсь, что никто об этом не знает). Так можно и в сильного, а главное самостоятельного мага вырасти. Непорядок! И вообще, учась в Хоге второй год, я стал понимать некоторые вещи. Например, то, что Школа может дать намного больше, чем берет большая часть учеников. Сдать пять СОВ и пять ЖАБА, получить диплом – это очень и очень мало. Это даже не средний уровень, а что-то еще ниже. Но большинство учеников довольствуется этим минимумом и ни на что по жизни большое не претендует. Мне вспомнилась история Барти Крауча-младшего. Этот парнишка учился на Слизерине вместе с Регулусом Блэком, на два года позже Сириуса. Так вот, он сдал двенадцать!!! предметов по СОВ на отлично. А потом столько же, и опять на высшие оценки, по ЖАБА. А еще он был полиглотом, знал множество языков и интересовался огромным количеством абсолютно разных вещей. Чтобы понять всё до конца, достаточно упомянуть, что сейчас учеников подобного уровня в Школе просто нет. И я, со своим фанатизмом, отстаю от Крауча. Правда, у него имелась фора – многое он выучил еще до Хога, в детстве, так как происходит из Старого Рода. К слову, Крауч в Хоге нигде не упоминается. Ни в музее, ни на своем бывшем факультете. Так, словно его и не было. Или его вычеркнули. А колдофото всяких безмозглых капитанов и ловцов по квиддичу висят чуть не на каждой стене, и их имена знает вся школа. И с восторгом вспоминает. А теперь вопрос – разве основной предмет в Хоге это квиддич? Еще в Хоге хватало фото старост. Но они все в своем большинстве такие серые и неприметные люди, что кроме самого факта, что они были старостами в таком-то году, про них и сказать-то особо нечего. Такие выдающиеся личности, как юный Альбус Дамблдор и Том Реддл это очень и очень редкое исключение. Как говорится, реликт из прошлого. Если сравнивать Крауча и канонного Поттера, это просто небо и земля. А ведь с того времени прошло меньше пятнадцати лет. И я даже не буду касаться вопроса, что вероятней всего, с тех пор, как Дамблдор стал директором, общий уровень учеников сильно упал. Удалили ряд предметов, некоторые откровенно упростили (как Магзоология, ставшая Уходом за магическими существами). Этот предмет настолько обрезали, что через год его сможет вести даже Хагрид. Ну, и конечно, уровень набираемых преподавателей. Здесь одна эпопея с ЗоТИ чего стоит! Ладно, что-то я отвлекся. Меня это не касается. А касается то, что ученический путь того же Барти Крауча повторить хоть и сложно, но вполне реально. А мне ненавязчиво, под предлогом заботы о здоровье, намекают, что это не нужно, и лучше брать за пример не Барти Крауча, а, например, Перси Уизли – законопослушного старосту Гриффиндора, среднего ученика, но зато дисциплинированного и исполнительного. Как тут не вспомнить - "Умные нам не надобны. Надобны верные".* - И что же делать? Флитвик замолчал, а потом поднял со стола пергамент, развернул его и показал, что на нем написано. Похоже, он подготовился заранее – слов там прилично. «Я взял на себя смелость и сказал Дамблдору, что ты мой официальный ученик. И я, как учитель, сам вправе решать, что тебе полезно изучать, а что и нет, так как имею магическое право на твое обучение и несу за тебя ответственность. Никто не сможет этого отменить. Если бы я этого не сказал, то количество наших занятий пришлось бы сильно сократить. Так что прямо сейчас ты должен сказать об этом, как о событии, которое произошло пару недель назад. Извини, но выбора нет». Пока я читал и старался понять, что там написано между строк, Флитвик говорил, что действительно, я много занимаюсь, и конечно, сам факт такой нагрузки неизбежно надо учитывать. Впрочем, пока не произошло ничего страшного. Хотя изучение некоторых заклинаний можно пока и отменить, а вот другие, наоборот, усилить… Профессор продолжал «журчать». Похоже, он серьезно, несмотря на принятые меры, опасается, что нас всё же могут подслушивать. И теперь просто играет на публику. Или страхуется. Ясно, сейчас мне надо подтвердить сам факт ученичества. Именно этого Флитвик от меня и ждет. В принципе, Флитвик все сделал правильно. И оказавшись в непростой ситуации, взял на себя смелость и принял оптимальное решение. Я сам к этому готов, просто хотел озвучить его несколько позднее. Да и что тут решать? Мне нужен учитель. Серьезный, основательный. И лучшей кандидатуры, чем Флитвик, в моем положении придумать сложно. Он не человек Дамблдора, как Макгонаггал. Он относится ко мне с симпатией, в отличие от Северуса Снейпа. И он мастер в действительно важном и интересном предмете, не таком, как предмет Травология, который ведет профессор Стебль. Не к Гилдерою Локхарту или Хагриду мне же обращаться за ученичеством. Хе-хе. Так что выбор очевиден. - Но вы же мой учитель, профессор, и я думал, что… - Совершенно верно, Гарри! – Флитвик перебил меня и широко улыбнулся. – Вчера я сказал об этом Директору… Но я что-то плохо себя чувствовал, болела голова, знобило, хотелось побыстрее выпить «бодроперцового зелья», лечь в кровать и согреться… Боюсь, из-за недомогания, он меня плохо понял. Моя вина… Ты-то себя нормально чувствуешь? Нагрузка не беспокоит? - Что вы, профессор, все хорошо. Мне даже жаль, что в сутках всего двадцать четыре часа. Так мало времени и так многое хочется изучить. - Прекрасно, - Флитвик задумчиво посмотрел в окно. Сильные порывы ветра, раз за разом, кидали в стекла горсти мелкого снега. - Но, безусловно, мы учтем заботу директора Дамблдора о твоем здоровье. Сходи-ка к мадам Помфри, пусть она тебя обследует. А я поговорю с профессором Снейпом. Возможно, он окажется настолько любезен, что даст парочку тонизирующих и восстанавливающих зелий. Флитвик что-то дописал на пергаменте и показал мне. «Ты мой ученик с 1 декабря. Запомни дату, это важно». - Хорошо, учитель, я загляну в больничное крыло прямо сейчас, - я кивнул, показывая, что прочитал написанное и запомнил. – Когда очередное занятие? - Сегодня, после ужина. Конечно, если мадам Помфри не запретит его, - Флитвик лукаво улыбнулся. Я покинул учителя и отправился к мадам Помфри. Последнее, что я видел, то, как во вспышке зеленого пламени дотла сгорает исписанный пергамент. А Флитвик опытный интриган, следов и улик он не оставляет. Вот уж чего не скажешь, глядя на его скромное поведение и добродушный вид. А как он все провернул! И меня задним числом учеником сделал, и с Дамблдором все «разрулил». Неплохо. Вот чему надо учиться кроме заклинаний. Колдомедик диагностировала меня и заметила, что у меня прекрасное состояние. Тело абсолютно здоровое (спасибо физкультуре), мозг работает точно и хорошо, а магические потоки соответствуют возрасту третьего-четвертого курса. Перед вечерним уроком Флитвик отвел меня в свой кабинет и провел магический обряд «Учитель – Ученик». Основной смысл обряда – доверие. Ученик полностью доверяет учителю – что, как и когда он будет учить. И обязуется его слушать и выполнять указания. А учитель принимает магическую ответственность за ученика. Чем-то это похоже на статус крестного. И все неудачи своего подопечного, по сути, являются неудачами и ошибками именно учителя. Так как Флитвик провел обряд задним числом (если придерживаться нашей легенды), то значит, уверен, что с этой стороны проблем не будет. Поэтому и я особо на этом моменте не заморачивался. Ну что, вот я и официальный ученик Флитвика. Теперь осталось решить, как бы сообщить об этом друзьям и сделать это так, чтобы не возникло вопросов, почему о таком важном событии я говорю спустя пару недель. Как-то раз я решил навестить Хагрида. Помню, что в каноне при пробуждении василиска из замка в лес стали убегать пауки. На всякий случай я решил проверить эту версию. Для того, чтобы разговорить Хагрида, мне, Драко, Гермионе и Луне (я ее захватил с собой, пусть девчушка проветрится), пришлось выпить чая и подержать в руках твердокаменные пирожные. Впрочем, Хагрид ничего необычного про пауков не знал. И в лесу все без изменений. Значит, василиска никто не будил… Я даже проник в женский туалет, в котором хозяйничала Плакса Миртл. Именно здесь находился вход в Тайную комнату. Потратив несколько минут, я нашел кран с небольшой змейкой. Хотя, зачем мне это? Я ведь не могу определить, открывали эту дверь или нет. А сам я ее трогать не собираюсь. Ровно как и озвучивать, что я змееуст. До Рождества ничего особенного не происходило. Наступили праздники и каникулы. Друзья, а также практически вся школа, разъехались по домам. Меня, вполне ожидаемо, и не думали отпускать. Впрочем, я и не настаивал. В Хоге есть чем заняться. Одни занятия чего стоят! Да, официальное ученичество у Флитвика оказалось той еще мукой. Он взялся за меня всерьез и, похоже, надолго. Магией мы занимались три полноценных индивидуальных урока в неделю. И еще раз на выходных - если находилось время и оставались силы. Учитель, кроме всего прочего, посоветовал развивать гибкость, растяжку и координацию. Ведь в настоящем бою или дуэли не обязательно отражать заклинания. Иногда намного проще и даже эффективней просто отскочить с «линии огня». Подвижность и ловкость, как говорил учитель, одна из причин будущей победы. А еще он советовал не стричь коротко волосы. Это вторичный резервуар магической энергии. Именно поэтому практически все маги отращивают длинные волосы и даже бороду. Ну, до бороды мне еще далеко. А вот волосы можно и отрастить. Еще я ждал вторичного появления Добби в моей жизни. В каноне он посетил Поттера, когда тот находился в больнице, после того, как во время игры в квиддич сломал руку, а Локхарт, пытаясь вылечить, «растворил» все кости. Добби тогда появился и наговорил много интересного. Вот и я ждал его появления – здесь я могу колдовать, мне никто ничего не скажет, и вообще, можно сделать второй заход и постараться узнать у Добби что-то новое. Но не срослось. Эльф не появился. Что-то пошло не так. Локхарт организовал свой дурацкий Дуэльный Клуб, вывесив объявление на первом этаже, в холле. Вообще-то, это дело хорошее, до Дамблдора в Хоге функционировало с десяток подобных кружков, где ученики могли заниматься тем, что их увлекало. И где они могли научиться действительно чему-нибудь стоящему. В настоящее же время из всех прошлых кружков остался лишь один – «Хорового пения», жизнь в котором едва теплилась и который, хоть как-то, но поддерживал один Флитвик. Сейчас, словно в насмешку и для того, чтобы все это окончательно дискредитировать, за организацию Дуэльного Клуба взялся Локхарт. Я тоже пошел посмотреть на первое занятие, происходившее в Большом Зале. Столы отодвинули в сторону, стены завесили красивыми бархатными тканями, зажгли свечи, а в середине соорудили длинный помост. В центре помоста нарисовали герб школы. И с каждой стороны по две эмблемы факультетов. Народу собралось много, считай сюда пришли все ученики. Я смешался с толпой и постарался не попадаться на глаза Гилдерою. Профессор ЗоТИ, одетый в великолепную лиловую мантию, благоухающий духами, выступил с коротенькой речью, в которой сам себя похвалил, рассказал, каких высот он добился в дуэлинге и вообще, как всем повезло, что он взялся за возрождение Дуэльного Клуба. Потом он представил своего оппонента и помощника – профессора Снейпа. Крестный Малфоя одет в черную мантию. Впрочем, он всегда и во всем предпочитал этот цвет. И вид у него «кислый», словно он выполняет неприятные обязанности. А вот то, что никто не пригласил Флитвика (самого опытного дуэлянта в Хоге), меня неприятно поразило. Неужели, коль его здесь нет, он ничего не знает о мероприятии? Или просто не позвали? Надо было не надеяться на других, а самому зайти за ним и «вытащить» сюда. Но я, вообще, как-то на автомате думал, что он здесь неизбежно будет находиться. Затем Локхарт рассказал об основных правилах дуэли и продемонстрировал их с помощью профессора Снейпа. Как и в каноне, всё закончилось за пару секунд. Дуэль продолжалась ровно столько, чтобы Снейп успел произнести одно единственное заклинание: - Экспеллиармус! Локхарт лишился палочки и улетел к краю помоста. Он поднялся довольно быстро и принялся объяснять, что так все и задумывалось, и вообще, надо же показать ученикам все аспекты дуэли. В том числе и возможные травмы. И он сам, добровольно, вызвался на эту неблагоприятную, но весьма показательную роль. Затем, заметив, что Снейп слушает его треп с неприятной ухмылкой, он закруглился и предложил перейти к учебным тренировкам. - Давайте проведем показательный бой. Есть желающие? – Улыбаясь во весь рот, Гилдерой оглядел собравшихся. Вперед, ожидаемо, никто не вызвался. Локхарт не растерялся. Он долго высматривал кого-то в толпе и наконец, высмотрел – меня. И пригласил на сцену. На мои попытки отказаться он понес такую чушь о скромности, которая красит героя, о готовности переложить все на плечи друзей и об ответственности, что я махнул рукой и встал на помост. С другого края Локхарт вытащил Малфоя. - Извините, Драко мой друг, с ним я сражаться не буду, - твердо сказал я профессору ЗоТИ. Снейп еле заметно улыбнулся, но промолчал. - Но это же просто показательная дуэль, - попытался вразумить меня Локхарт. - Нет, с Малфоем сражаться не буду, - не хватало мне играть по чужому сценарию. Во мне проснулась паранойя – вдруг так захотят меня поссорить с другом. - Разок, ничего страшного, - Локхарт не обращал внимания на мои слова. - Встали? Готовы? На счет три. Раз… Два… Три… Мы стояли друг против друга. Никто из нас даже не подумал поднять палочку. Я обвел взглядом Зал – почти три сотни лиц. Веселых, задумчивых, любопытных, безразличных, озорных, грустных, настороженных… Интересно, как они ко мне относятся на самом деле? Что чувствуют, видя Поттера? Что хотели бы сказать? Сколько из них считает, что я обычный выскочка? И сколько в этой толпе потенциально хороших, добрых людей, что правильно, гордо идут по жизни и помогают другим? И у скольких жизнь пойдет не так, как они хотели и мечтали? Триста судеб. Триста потенциально счастливых и несчастных, довольных и разочарованных, успешных и неудачных людей. Что из всех нас получится? Кем мы станем? На какую «баррикаду» заберемся? К кому примкнем? Какие ценности будем поддерживать и хранить? Не знаю, почему я сейчас подумал об этом… - Ну же, ребята, - подбодрил нас Гилдерой. Мы стояли молча. - Я не хочу сражаться с Гарри. - Драко криво улыбался. Зал начал перешучиваться. - Или боитесь? – ну это профессор зря, на такие детские подначки реагировать глупо. Зал начал откровенно смеяться. Локхарт на миг растерялся и наконец разрешил мне спуститься к остальным. - Кто хочет сразиться с Драко Малфоем? – спросил он у зрителей. - Я, - вперед, насупив брови, нахмурившись, полез Рон Уизли. Я увидел, как Драко просто просиял на своем месте. Ох, напрасно ты, Рон, в это влезаешь. Понятное дело, хочешь за сестру поквитаться. И за честь Уизли. Да вот только кроме желания, надо и силенки соответствующие. И вообще, лучше выбирать соперника с умом. Дуэлянты встали напротив друг друга. И по счету три начали. Рон Уизли решил начать с простенького «блюй слизнями». Драко, не глядя отбил его Протего, а затем кинул Таранталлегра, которое Уизли пропустил. Рон начал танцевать, одновременно пытаясь вернуть контроль над ногами и что-то колдовать. У него получилось нечто похожее на слабенькую молнию зеленого цвета, которая ударила куда-то в потолок. После этого Рыжий выдохся как маг, продолжая проявлять активность как танцор. Малфой, немного рисуясь, подошел к противнику ближе и произнес Иммобулюс. Уизли замер в совершенно нелепой позе – одна нога поднята, одна на полу, руки растопырены, и открыт рот, в попытке что-то сказать. Глядя на замершего Уизли, зрители засмеялись, а затем похлопали Малфою. Что ж, Драко молодец. И когда это он успел выучить Иммобулюс – мне-то он об этом не говорил. Впрочем, заклинание не сложное. И его многие знают. Еще мне вспомнилось, что по канону Поттеру очень понравилось заклинание Экспеллиармус (обычное обезоруживание) - как раз то, что несколько минут назад продемонстрировал Снейп. Это заклинание стало любимым колдовством Гарри, который применял его во многих сложных ситуациях. Как по мне, это говорило не только о добром сердце Гарри и его великодушии, но и об определенной степени кретинизма. Когда соперник откровенно пытается тебя убить, а ты всего лишь отвечаешь обезоруживанием, подобное рыцарство выглядит нелепо. Я, во всяком случае, в будущем собираюсь отвечать ударом на удар. Щадить и беречь нехороших дядей и тетей не в моих правилах. Особенно когда они пытаются нанести травмы, несовместимые с жизнью. Заклинание Экспелиармус не так уж и плохо. Просто куда эффективней использовать его в связке с чем-то другим. Надо будет Флитвика попросить научить, а то я как-то про него позабыл. Потом остальных учеников начали разбивать на пары. Настало мое время незаметно покинуть Зал. Всё что хотел увидеть, я увидел. А показывать кому-то свой уровень раньше времени не хотелось. Лучше к Флитвику заглянуть. Мой учитель находился в крайне скверном настроении. Около него стояла початая бутылка огневиски. И причина такого поведения выяснилась очень быстро – Флитвик не стал ничего скрывать. Как оказалось, он сам уже несколько лет подряд обращался к Дамблдору с просьбой дать разрешение на возрождение Дуэльного Клуба. Но всегда находились причины и обстоятельства, препятствующие этому. То денег нет, то Попечительский совет вставляет «палки в колеса», то не хватает банального времени, то другие, более важные дела. В общем, Флитвику отказывали раз за разом. А сейчас организовали этот Клуб. А его даже не позвали. И вообще ничего толком не сказали. Это была ощутимая пощечина. Больше прочего мой Учитель переживал не за себя, а за то, что теперь саму идею такого Клуба неизбежно дискредитируют. В умение Локхарта организовать столь непростое дело он не верил. К тому же, когда я рассказал, что в Большом Зале присутствовал, кроме Локхарта, один Снейп, Флитвик вообще схватился за голову. - Дуэль, - это очень серьезно, - сказал он мне. – Там надо организовывать все очень тщательно. И отрабатывать правила безопасности. Ох, Гарри, боюсь, после этого треть школы окажется в больничном крыле… Флитвик словно в воду глядел. Ребята воодушевившись и не чувствуя контроля со стороны всего двух преподавателей, порезвились на славу. Впрочем, Снейп неплохо страховал Слизерин, и там все прошло более-менее нормально. А вот ученики с остальных курсов пострадали ощутимо. Переломы, выбитые зубы, растяжения, ожоги, обморожения, - набор травм оказался внушительным, а количество бедолаг, попавших в больничное крыло, заставило притащить туда новые койки – мест для всех просто не хватило. Больше всех травмированных оказалось среди гриффиндорцев. Ну, а что, правильно! Они же бесстрашные и смелые! И пока мадам Помфри героически пыталась вылечить всех, сама идея такого кружка благополучно «скончалась». Гилдерой Локхарт, таким образом, провел первое и последнее собрание Дуэльного Клуба. На Флитвика несколько дней было больно смотреть.