В лучших Казахстанских традициях

Мысль об этом мгновенно заставила меня протрезветь. Я тихонько сунул руку в карман и достал телефон. Разблокировав его, яркий свет неприятно ослепил глаза. Все палочки на месте, а на экране высвечивается тридцать два пропущенный звонка от босса и одно сообщение. Руки невольно задрожали. Может ли быть такое, что содержание его довольно спокойное? Например: "Чон Чонгук, я верю, что вы пропустили собрание в связи с неотложными обстоятельствами, поэтому даю вам еще один шанс, как лучшему сотруднику." Мой палец медленно нажимает на иконку с желтым конвертом, а сердце отколачивает барабанную дробь. Всё черным по белому "Ты уволен." Ну или так. Прекрасно понимаю его, ведь это была важная встреча, можно сказать сделка года. Руки с телефоном бессильно опускаются на живот, а мозги останавливаются. Я в полной заднице. Ну, не в такой полной, как у той женщины, которая сидела со мной в самолете, при этом сметая все, что подают с огромным аппетитом. Неприятная картинка вновь всплывает в голове... А может и в такой. Тихонько вставая на ноги, чтобы никого не разбудить, я направляюсь к выходу, слегка пошатываясь. Из-под двери исходит тусклый свет. Я открываю ее и оказываюсь в небольшом коридорчике, который ведет еще в одну комнату и на улицу. Надеваю свою обувь, которую было нелегко найти среди остальной и вываливаюсь на наружу, стараясь сохранять равновесие. Меня продолжает штормить от выпитого алкоголя. Медленно присаживаюсь на крыльцо, и облокачиваюсь о деревянную палку, которая служит опорой. Невероятная тишина и спокойствие, словно пледом окутали. Взгляд направлен на темное небо, усыпанное звездами. Кажется, что они совсем близко, а где-то в стороне испускает свет полумесяц. Я все еще не мог свыкнуться с тем фактом, что потерял работу. Как добираться обратно - не знаю. Я бы попросил друзей из Сеула прислать мне денег, но карточка не работает. Ладно, подумаю об этом завтра. Неожиданно, передо мной появилась девушка, выйдя из-за угла. Ее длинные волнистые от косичек волосы, прикрывали плечи и руки, поблескивая от лунного света. Она легким движением убрала их за уши, перемещая на спину. Это была Айсулу, та самая виновница торжества. Без тонны макияжа и громоздких украшений, она выглядит еще симпатичней. Девушка подошла ко мне и смущенно улыбнулась. - Не можешь уснуть? - Нет, - уныло ответил я. - Понимаю, на новом месте не всегда крепко спится. Так хотелось высказать ей все, обвинить в увольнении, но что-то упорно сдерживало, не позволяя сорваться. Она сама выглядела не особо счастливой. А в золотисто карих глазах читалось сожаление. - Прости, что принудила тебя соврать, и за то, что отняла столько времени. Чонгук, верно? Я кивнул головой. И в этот момент на ее лице промелькнула какая-та еле уловимая странная ухмылка. - Расскажи, что случилось? Почему ты хотела сбежать? - Давай об этом потом? Я очень устала, - Айсулу прикусила губу и отвела взгляд, исчезая в доме. Я остался сидеть на крыльце. Поглубже вдохнув свежего воздуха, прикрыл глаза, продолжая наслаждаться тишиной. - Серьезно? Кореец? Он так похож на айдола, - слышалось хихиканье через какую-то пелену, громче, чем остальные голоса. Сквозь мои веки пытались прорваться лучи солнца, и им это удавалось. Пощурившись, я открыл их. У калитки суетилось много народу, все обнимались друг с другом и на прощанье пожимали руки. Хозяйка ловко носилась с пакетами, раздавая уходящим саркыт (угощения с праздника). - Ой, ты проснулся, - бодро сказала она, вынося из дома еще пакетов, - так танцевал вчера, что мы не хотели тебя будить. Я выпрямился и поправил пиджак, затем потер глаза. В паре шагов от крыльца стояла девочка лет тринадцать с высоким парнем. Когда тот повернулся к ней, что-то сказать на ухо, я узнал в нем того смущенного жениха. Он был худоват для своего роста, но в нем четко выражены мужественные черты лица. Девочка постоянно посматривала на меня и даже строила глазки. Но я очень надеюсь, что мне показалось. Когда все разошлись, семья собралась за завтраком, и меня также пригласили к столу, они знали, что я издалека и не прочь бы немного погостить. Перед этим, привел себя в порядок в ванной комнате и переоделся в более удобную одежду, которой со мной поделилась мама жениха, стащив у сына пару вещиц. Широкие спортивные темно-синие штаны и черная майка. Мне было немного неловко появляться в таком виде, хотя успел полюбоваться в зеркале на свои бицепсы. Завтрак удивительно разнообразен: и мяско, и лепешки, и сыр, и яйца и в общем всё, что только можно пожелать. Предложили чай с молоком, и я не отказался, с любопытством пробуя новое для меня сочетание. Вкус показался в меру странным, но я в него влюбился, время от времени наполняя чашку, по мере опустошения. Мы находились в доме парня с его родителями, так как невестка теперь будет жить у них. Все было замечательно: прекрасно общались и обсуждали прошедший праздник. Кроме одного пункта, что меня слегка настораживал - девочка, сестра Таната, продолжала непрерывно пялиться, сковывая мои действия. В ее глазах присутствовала щепотка одержимости. Каждое мое слово она впитывала с особым интересом и посмеивалась, когда я встречался с ней взглядом. После утреннего перекуса, каждый разбрелся по своим делам, а я направился в гостиную, где принялся расхаживать из стороны в сторону, раздумывая над дальнейшей судьбой. Так увлекся, что не заметил, как зашла Айсулу и молча встала в пороге, наблюдая за мной. Прошло минуты две, пока боковое зрение не засекло человеческую фигуру. Я остановился и развернулся к ней лицом. - Мне нужно с тобой поговорить. Девушка огляделась по сторонам и присела на стул, что располагался у небольшого столика, положа кухонную салфетку себе на колени. - Я слушаю, - мягко произнесла она. И мне пришлось вкратце объяснить свою ситуацию, не задевая тему увольнения. - Ну как-то так, - остановив словесный поток, я почесал затылок, - может у вас здесь найдется какая-нибудь подработка? Например, кому-нибудь требуется перевести бумаги на корейский или с корейского? Айсулу поджала губы, чтобы не рассмеяться. Затем выдохнула, но яркая улыбка не покидала ее губ. - Дайка подумать, - наигранно протянула девушка, потирая подбородок, - есть у меня одна работенка на примете. - Так это же здорово! - воскликнул, засветившись от счастья. - Готов приступить уже сегодня? - Конечно, чем быстрее - тем лучше. - Тогда подожди меня десять минут, я домою посуду и отведу тебя, - она скрылась на кухне и послышалось журчание воды. По прошествию небольшого количества времени, мы шли по дорожке, оставляя позади один дом за другим. Айсулу насвистывала мелодию, мучая в ладонях сорванную ромашку, а я чуть отставал рассматривая местность. Где-то поблизости раздавался собачий лай, и редко встречались прохожие, здороваясь с моей спутницей. - Мы пришли, - сказала девушка, остановившись у высокой калитки и постучав в нее. Спустя примерно минуту, ее отворил мужчина лет сорока пяти. Он был среднего роста, коротко стриженный и с немного выпирающим животом. Выражение его лица пугающе серьезное. - Здравствуйте, Нуржан баке, я вот к вам молодого человека привела. Ему нужна временная работа. Он дружелюбно улыбнулся. - О, Айсулу, проходите. Мы зашли во двор и мужчина прикрыл скрипящую калитку, поприветствовав меня крепким рукопожатием. - Хм, работу значит. Как вас зовут, молодой человек? - Чонгук. - Так вы не из этих краев, - бодро установил Нуржан, - что ж, идемте, я покажу вам что нужно сделать. Мы с Айсулу переглянулись друг с другом, и улыбнувшись, последовали за ним. И вот перед нами большое заросшее сорняками поле, располагающееся на задней площадке. Хозяин участка исчезает за узкой железной дверью и появляется с полным набором. Он протягивает мне грабли, тяпку и перчатки. - Тебе нужно избавиться от всех этих вредителей. Справишься? Я все это неуверенно окинул взглядом, держа в руках переданные инструменты. Показалось, что этому кошмару не было конца. Ничего не оставалось, я также неуверенно кивнул. - Отлично, - Нуржан похлопал меня по плечу, - можешь приступать, а за зарплатой приходи в конце дня. Мои плечи поникли, после того, как я заранее представил пронизывающую боль спину, которая меня ожидает уже через несколько часов. - Не забудь про это, - девушка накинула мне на голову панаму, - ты же не хочешь перегреться, сегодня особенно палящее солнце.