Нити души

Высоко в небесах, там, где ни один смертный не сможет их увидеть, кружились два ангела. И не нашлось бы в мире зрелища прекраснее. Огромные, черные, как сама Ночь, крылья несли ангела смерти навстречу закату. Купаясь в огромных золотисто-розовых облаках рядом с ним стремительно летела Гермиона, похожая на диковинную перламутровую птичку. Два организма так синхронно двигались, что можно было лишь восхищаться, как изящно они лавируют в потоках воздуха. Вот Северус указал вниз, предлагая спуститься, и Купидон послушно направилась вслед за ним. Всего несколько дней прошло с того самого происшествия с демоном, но Гермионе казалось за это время они стали ближе, чем за несколько сотен лет. Поняв, что любит, она внимательно смотрела на связывающую их нить и не могла поверить. Нить, соединяющая их души, сияла взаимной любовью, и это было настолько прекрасно, насколько и невозможно. Всем Купидонам на Небесах рассказывали о том, что только они умеют любить. Именно поэтому Купидонов так мало — их чувство к любому другому существу, смертному или бессмертному, будет безответным, и слишком сложно всю бесконечность любить без надежды на взаимность. Смертные их просто не видят, другие ангелы любят всех созданий Божьих одинаково и не могут выделять кого-то. Про ангелов смерти говорят, что те ничего не чувствуют. А демонов не полюбит ни один Купидон — у их извечных противников просто нет той души, к которой привязываются ангелы с перламутровыми крыльями. Поэтому Гермиона, как величайшее чудо, хранила ту сияющую ниточку, что соединяла её с Северусом. Когда они спустились за границу облаков, то увидели раскинувшийся перед ними маленький захолустный городок. Сквозь окно проникли в местную больницу — на редкость неухоженное здание. Пока они неспешно шли по неуютным коридорам, Северус тихо говорил: — Ты с таким горем смотрела на ту девушку, что я забрал. Мне жаль, что тогда ты разочаровалась во мне. Да, порой моё призвание выглядит не слишком красиво, но ты как ангел должна понять, что это лишь замысел Господень. И, мне кажется, что ты должна знать, — душа той девушки попала в Рай. — Я скорбела не из-за того, что она ушла, — Гермиона на несколько секунд замолкла, подбирая наиболее подходящие слова, — а из-за того, что двое влюблённых оказались разлучены безвозвратно. Он проживёт ещё много лет, но больше не встретит настолько яркой любви — в том чувстве была Божественная искра. Я их свела. Ангел с гораздо большим пониманием посмотрел на свою спутницу. И пусть он не для этого привёл её в захолустную больницу, но Северус был рад, что такой разговор состоялся между ними. — А теперь я хочу показать, зачем привел тебя сюда. Иди поближе. Остановившись около очередной палаты, он приобнял Гермиону за талию руками, укутывая их обоих крыльями. — Apertie via ad anima*. Заворожённая звучанием его голоса, девушка чувствовала, как её восприятие мира искажается под воздействием души ангела смерти. Как нити, соединяющие влюбленные сердца, гаснут, тускнеют и становятся полупрозрачным фоном к ярким пятнам человеческих жизней. Не разнимая невесомых объятий, Северус провел шатенку в палату, около которой они стояли. Там, на больничной койке, лежал старый мужчина, с окаменевшим от боли лицом. Судя по всему, обезболивающие уже давно ему не помогали, и он просто доживал свои последние часы в одиночестве. Родных и близких ни около палаты, ни в ней самой не было видно. Гермиона почувствовала, как горечь затопила горло и начало жечь глаза: ранимая психика Купидона не выдерживала испытаний чужим страданием. — Не плачь. Смотри. Рука Северуса складывается в знакомый жест, от которого немного сбивается дыхание девушки. Она знает, что последует за этим движением. Чья-то жизнь на Земле оборвётся — полная радости и горести, настолько же яркая, насколько вечный покой холоден и пресен. Рывок мужской руки вверх, как будто он дёргает нить, и аппараты начинают пищать. В палату врываются врачи, шумят, пытаются вернуть к жизни пациента, но всё зря… Под эту какофонию звуков молодая Купидон улыбается, чувствуя, как с души срывается огромный груз. Она увидела... И, что гораздо важнее, — поняла. В момент, когда оборвались страдания больного мужчины, всё пространство вокруг наполнилось огромным облегчением и ликованием. Это счастье захлестнуло восприятие, переданное Гермионе ангелом смерти, ударяя по нервным окончаниям. Крылья девушки невольно встопорщились, заставляя Северуса отстраниться и прерывая их контакт. Зрение опять вернулось в норму, а Купидон раздумывала над увиденным. — Знаешь, я не думала, что в твоём предназначении есть такие… светлые моменты. Спокойным шагом небожители отправились прочь из захудалой больнички. Они неспешно шли по маленькому городу, не спеша разбавлять тишину разговорами. Несколько часов они бродили по земле, не расправляя крыльев, будто бы притворяясь людьми. Уже на рассвете, который застал их в пригороде, на горбатом мосту Гермиона заметила яркое сияние знакомых нитей. — Скорее. Торопясь показать ангелу смерти своё предназначение, как недавно это сделал он, девушка взмахнула отдохнувшими крыльями, как по маяку ориентируясь на ясный свет впереди. Когда они приземлились около влюблённых, Гермиона без раздумий прижалась к груди ангела, произнося фразу-заклятье. Удостоверившись, что все сработало, Купидон принялась за своё такое любимое дело. Уверенным жестом коснулась яркой нити будущей любви, наполняя её Божественной любовью, делясь частичкой своего света. В этот момент она увидела, что они создадут семью лишь через шесть лет, что они будут ссориться из-за предпочтений в пище, и как они будут с любовью смотреть на дочь и двоих сыновей. Как сложится их жизнь… Рядом ошеломлённо выдохнул Северус. Для ангела смерти, всегда отстранённого и одинокого, лишь забирающего души на Высший Суд, возможность окунуться в чью-то жизнь и чувства была неподдельным шоком. — А я не представлял, насколько твое призвание… прекрасно. Несколько минут они простояли молча, глядя на двух людей, обретших частичку Бога в себе. Парень, вроде бы и так знавший девушку из соседнего дома, лишь сейчас осознал своё чувство и смущенно пригласил подругу в кино. Ангелы стояли и смотрели, как смущающаяся девушка соглашается пойти на свидание, но, тут же лукаво улыбаясь, заявляет, что выберет фильм сама. И их прощальный поцелуй лишь в щёку, потому что влюблённые не были уверены в своих чувствах, да и договорились только на первое свидание. И как подростки, только отойдя друг от друга, задумаются, что на них такое нашло, — так кардинально поменять планы из-за случайной встречи с давно знакомым человеком? Но люди разошлись по своим делам, а на месте их встречи остались стоять лишь Купидон и Ангел Смерти, каждый из которых открыл для себя в этот день что-то очень важное.