Сторибрук

      Встретив Бетти у дома Миллс, Эмма буквально не могла узнать дочь. Младшую Свон буквально распирало от возбуждения и счастья. Что могло произойти такого, чтобы Бетти так светилась после этого ужина? — Ну, как ужин прошёл? — нарушила тишину Эмма, вырывая Бетти из задумчивости. — Отлично. Лазанья была великолепна, и все были очень милы и добры ко мне, — мечтательно улыбаясь, произнесла девушка на одном дыхании. — И что, мадам мэр тебя даже не покусала? — шутливо вскинула бровь старшая Свон. На что девушка одарила мать удивлённым взглядом. — А что, должна была? — со скепсисом протянула Бетти. Эмме стало не по себе. — Ну… У мисс Миллс довольно-таки своеобразный характер, — чувствуя себя глупо, пояснила помощник шерифа. — Не знаю, — пожала плечами девушка, — Я ничего такого за ней не заметила, она была гостеприимна и кажется я ей понравилась, — с толикой гордости в голосе произнесла девушка. — Вот как… А что же мистер Миллс? — сама не зная зачем, поинтересовалась Свон старшая. — Я так поняла, нет никакого мистера Миллса, — пожала плечами Бетти, переключая внимание на окно и уходя в мысли. Женщина кивнула сама себе, принимая информацию к сведению, и больше не расспрашивала дочь.       Эмма была удивлена таким исходом этого ужина. В голове белокурого помощника Шерифа даже пробегала мысль, что ей придётся успокаивать дочь, когда она только ехала к дому мэра за девочкой. Не то чтобы Эмма могла представить, что Реджина способна навредить ребенку. Миллс все же не была неуравновешенным маньяком.       Но рассказ Бетти заставил усомниться Свон старшую, что она вообще была на этом ужине и что она знакома именно с той Реджиной Миллс. Рассказ дочери не сходился с её впечатлениями о мадам мэр. Реджина Миллс определенно эффектная женщина, но при этом слишком сложная, чтобы стараться быть хорошей пред какой-то подружкой дочери.       Эмма никак не могла представить Миллс на кухне в фартучке, готовящей лазанью на ужин для гостей, а потом радушно принимающей этих гостей у себя дома. Она не могла представить эту, безусловно, внешне великолепную женщину с холодным характером и с каким-то животным огнём в глазах — милой и весёлой. Эти два образа совершенно не соотносились в голове помощницы шерифа.       Подобное стечение обстоятельств и противоречие образа мадам мэр заставили Эмму задуматься о том, сколько ещё слоев характера у брюнетки. Эмма уже успела познакомиться с хищной стороной Миллс и теперь блондинке хотелось бы увидеть её домашнюю ипостась.

***

      Бетти спешила по коридору за несущейся Вероникой и, окликнув её, перешла на бег. — Куда ты так несёшься? Еле догнала тебя, — радостно улыбнулась Бетти, сперва отдышавшись. Иисус, как она так носится на этих каблуках?!       Бетти заметила Ронни ещё на школьной парковке, когда та парковалась на своём, как ни странно, Фольксвагене «Жук» голубого цвета, точно таком же, что был у семейства Свон, ну разве что в более лучшем состоянии, чем потрёпанный жучок Эммы. Это потом Ронни расскажет Бетти историю появления этой машинки в семье Миллс и как Реджина была против, отчего девушка хотела эту машину ещё больше. Но сейчас Свон младшая была столь поражена таким выбором машины со стороны утончённой Вероники, что даже как-то потеряла девушку из виду и не заметила, как та уже подходила к зданию старшей школы. — На урок. Он начнётся через пять минут, и я не намерена опаздывать, — раздражённо произнесла девушка и, развернувшись, продолжила свой путь. — Вероника, всё хорошо? — вновь догнала брюнетку и взяла ту за руку, в надежде остановить её. С участием заглянув в карие глаза, она наткнулась на холодность в замен той нежности, что была буквально двенадцать часов назад. Что могло произойти за такой маленький промежуток времени? — Свон. Со мной все хорошо. Идём, Август не терпит опозданий, — возвращая себе руку, процедила девушка. Бетти так и осталась стоять посреди стремительно пустеющего коридора, наблюдая за тем как девушка, что вчера была так счастлива, удаляется от неё. В груди неприятно потянуло. Бетти мотнула головой и направилась вслед за Вероникой.

***

      Весь урок Бетти следила за Вероникой, которая безучастно смотрела в окно. Свон изредка поглядывала в сторону Миллс и не могла понять, что творится в голове брюнетки. Бетти не понимала, когда успела обидеть подругу. Вчерашний ужин, казалось, прошёл отлично. — И так, урок скоро закончится, так что думаю, пришло время для домашнего задания. Я хочу, чтобы вы рассказали мне о своём любимом книжном герое, совершенно не важно, что это за книга, главное, вы должны пропустить персонажа через себя и рассказать мне о чувствах, мотивах, мыслях, причинах к тем или иным поступкам, от первого лица. По желанию вы можете объединиться в пары и выбрать двух персонажей, связанных друг с другом, может у нас даже получится разыграть сценки, — мистер Бут закончил как раз к звонку, и ученики засобирались.       Вероника вышла из кабинета самая первая, но осталась у двери, в ожидании Бетти. Свон заметила это и уже как раз направлялась к выходу. — Бетти, задержись, — остановил её Август. — Я что-то сделала не так? — удивлённо спросила девушка. Она нервно посмотрела в сторону выхода, надеясь, что Ронни все еще там и вернула взгляд на учителя. — Нет, нет, все хорошо, — замялся Бут. Мужчина снял очки и, положив их на стол, продолжил. — Я хотел бы, чтобы ты подготовила это задание вместе с Вероникой, у неё есть некоторые проблемы с моим предметом, а я заметил, что вы, вроде, подружились… — Мы будем готовиться вместе, — прервала учителя девушка, — Ну, если она конечно не будет против, — немного разочарованно добавила Свон, вновь повернувшись к двери. Вероника все еще здесь. — У неё что-то произошло? — взволнованно спросил Август, вспоминая то, какой была Вероника на его уроке. — Не знаю, но собираюсь это выяснить, — произнесла девушка, направляясь к выходу, — До свидания, мистер Бут, — уже у самой двери попрощалась девушка и вышла из кабинета.

***

***       Вероника стояла спиной в нескольких метрах от двери кабинета, в котором только что был урок. — Ну что, остыла? — спросила девушка, намеренно резко. В ответ Вероника вздрогнула, очевидно, испугавшись, — Один-один, да? — широко улыбнулась, Бетти. — Да… Не злишься на меня? — тихо спросила девушка, боясь спугнуть подругу. От Бетти не скрылась смена настроения Миллс. От понимания, что причина резкости не в ней, Свон почувствовала облегчение. — Нет, даже у лучших из нас бывает плохое настроение. Но, ты должна будешь рассказать мне, что у тебя стряслось, — легко коснулась руки брюнетки Бетти. — Да просто не выспалась, — уклончиво ответила девушка, передёрнув плечами. — Хорошо, не выспалась, так не выспалась, — кивнула сама себе Свон. — Расскажешь правду, когда будешь готова. Кстати, ты не хочешь подготовиться к литературе со мной? Скажем, сегодня вечером? Мне тут птичка на хвосте принесла, что у тебя некоторые проблемы с ней, — усмехнулась блондинка. — Птичка значит? — вскинув слегка бровь, лукаво сощурилась Ронни. — Так что, готова прийти ко мне в гости сегодня вечером? — Раз ты такой добрый самаритянин, предлагаешь мне помощь, как я могу отказать? — игриво спросила Вероника. — Значит, да? — обрадовалась Свон. — Значит, да, — взяла под руку подругу и слегка потянула за собой Миллс.

***

      Дверной звонок оповестил о прибытии гостя, вырывая младшую Свон из глубокой задумчивости. Покачав головой, Бетти поспешила открыть дверь. — Привет, — слегка удивленно протянула Бетти. Такой Веронику она еще не видела. Миллс пришла в простом худи и джинсах, что делало девушку невероятно домашней. Свон показалось, что это могло быть знаком доверия, что не могло не радовать. Что-то теплое разлилось в груди блондинки, — Проходи. — Привет. Твоя мама дома? — прошла девушка в помещение, немного неуверенно оглядываясь по сторонам. — Нет. Она сказала, что ушла с Августом в бар. Так что квартира в нашем распоряжении, — прошла она на кухню. — Будешь что-нибудь? — Нет, спасибо. А у вас милая квартирка, — сказала Вероника, осматриваясь. — Ну, с вашим домом, конечно не сравнится, но это всё равно лучше, чем некоторые дыры, в которые нас с мамой заносило. Мы конечно довольно быстро оттуда сматывались, но сам факт… — грустно усмехнулась Свон. Девушка начинала тараторить, волнуясь, что может произвести плохое впечатление на Миллс. Но Вероника, вопреки опасений Бетти, взяла ту за руку, чтобы привлечь внимание. — Эй, здесь действительно мило, — прервала подругу Ронни, ловя взгляд напротив. — Спасибо, — мягко улыбнулась Бетти. — Кстати, вот, где-то здесь лежали… ага. Нашла. Держи, — протянула она стопку книг брюнетке. — Комиксы? — Да. Я вспомнила, что Генри упоминал за ужином, что он нигде не может найти некоторые выпуски. Я порылась у себя в закромах и отыскала их, — пожала плечами девушка. Ей понравился пацан. Он не стеснялся быть гиком и ему это шло. Она хотела поделиться с мальчиком редкими комиксами, что делало ее не меньшим фанатом, чем самого Генри. Может даже большим. — Спасибо. Генри обрадуется, — поблагодарила Вероника, убирая журналы в рюкзак. — Ты думала, из какой книги взять персонажа? — раскачиваясь на пятках, склонила голову на бок Свон. Присутствие постороннего человека дома заставляло её нервничать. — Нет. Я не очень люблю читать, так что я надеялась, что произведение выберешь ты, — немного смущённо произнесла брюнетка. — Серьёзно? — приподняла бровь Бетти. — Как у такой умной и начитанной женщины как твоя мать могла появиться такая… как ты могла появиться? — Ну, — пожала она плечами, улыбаясь, — Какая есть. Мне больше нравится читать ноты. Сразу появляется чувство, будто музыка играет у тебя в голове. — Это, друг мой, называется шизофрения, — подколола подругу девушка, — Пойдём ко мне. Пороемся у меня в шкафу, может что-нибудь и найдём.       Они прошли в комнату Бетти. Вероника кинула свой рюкзак на большую кровать, рядом с которым тут же плюхнулась на спину Бетти, и подошла к книжному шкафу. — О, а у тебя богатый выбор литературы, — восхищённо сказала Вероника, проводя пальцем по корешкам книг, — Хемингуэй, Толстой, Конан-Дойл, Набоков, Майн, Дюма, Кинг… Пожалуй настолько богатая личная библиотека в этом городе есть только у Августа и моей матери. Ты все их читала? — Почти. Я прочла где-то две трети, — свесила голову с края кровати Свон, внимательно наблюдая за плавными движениями подруги. — Две трети? — удивилась девушка, уставившись на блондинку. — Тебе что, больше заняться было нечем?       Бетти только пожала плечами, не отвечая, а Ронни, качнув головой, вернулась к изучению книжного шкафа. — Не во всех квартирах, где мы с мамой жили, был телевизор, ну или постоянное электричество. Так что книги стали моим спасением от скуки, — всё-таки ответила Бетти. — А как же друзья? — остановила движение пальцев Вероника. — Мы очень часто переезжали. И я либо не успевала завести друзей, либо расстраивалась, когда нам приходилось расставаться. Так что я пришла к выводу, что лучше быть одной, чем потом страдать самой и причинять боль другим, — тихо ответила девушка. Ронни повернулась, облокотившись о стеллаж плечом и стараясь поймать взгляд зелёных глаз. А Бетти смотрела куда угодно, кроме брюнетки. — Отсюда и табу по поводу походов в гости. Так что… — выдохнула Свон. — Ты мой первый друг за очень долгое время.       Бетти старательно избегала глаз Миллс, опасаясь, что девушка увидит в них то, что Свон прячет даже от самой себя. Но брюнетка смогла поймать взгляд Свон. Бетти почувствовала в нем поддержку и теплую нежность. На что Свон лишь смущенно улыбнулась. Вероника отвела глаза, скрывая счастливую улыбку, и её внимание зацепил затёртый корешок книги. Одним плавным движением Ронни её достала. — «Ромео и Джульетта», — прочитала она название. — Может её возьмём как домашние задание? «Ромео и Джульетту» я хотя бы читала, отрывками, правда, но всё же, — в шутку предложила девушка, усмехнувшись. Бетти пожала плечами, и Вероника открыла наугад страницу. — Что тут у нас? Оу, да я кудесник, — брюнетка улыбнулась, бегая взглядом по строкам. Она опёрлась спиной о шкаф и прочистила горло:

«Им по незнанью эта боль смешна. Но что за блеск я вижу на балконе? Там брезжит свет. Джульетта, ты как день! Стань у окна, убей луну соседством; Она и так от зависти больна, Что ты её затмила белизною.»

      Зачитав первые строки с книги, она продолжила по памяти, лишь изредка поглядывая на пожелтевшие страницы:

«Оставь служить богине чистоты. Плат девственницы жалок и невзрачен. Он не к лицу тебе. Сними его. О, милая! О, жизнь моя! О радость! Стоит, сама не зная, кто она. Губами шевелит, но слов не слышно. Пустое, существует взглядов речь! О, как я глуп! С ней говорят другие. Две самых ярких звёздочки, спеша По делу с неба отлучиться, просят Её глаза покамест по сверкать. Ах, если бы глаза её на деле Переместились на небесный свод! При их сиянье птицы бы запели, Принявши ночь за солнечный восход. Стоит одна, прижав ладонь к щеке. О чем она задумалась украдкой? О, быть бы на её руке перчаткой, Перчаткой на руке!»

      Вероника открыла книгу, желая прочесть реплику, принадлежащую Джульетте, но не успела и рта раскрыть. — «О горе мне!» — Воскликнула Бетти, прикрыв глаза, явно наслаждаясь чтением подруги. Вероника на мгновение выпала из реальности, наблюдая за мягкими чертами лица блондинки. Миллс заморгала, переводя взгляд на страницу:

«Проговорила что-то. Светлый ангел, Во мраке над моею головой Ты реешь, как крылатый вестник неба Вверху, на недоступной высоте, Над изумлённою толпой народа, Которая следит за ним с земли.»

      Немного погодя Бетти, открыв глаза и уставившись в потолок, продолжила:

«Ромео, как мне жаль, что ты Ромео! Отринь отца да имя измени, А если нет, меня женою сделай, Чтоб Капулетти больше мне не быть.»

      Вероника тихо съехала на пол:

— «Прислушиваться дальше иль ответить?»

— «Лишь это имя мне желает зла. Ты б был собой, не будучи Монтекки. Что есть Монтекки? Разве так зовут Лицо и плечи, ноги, грудь и руки? Неужто больше нет других имён? Что значит имя? Роза пахнет розой, Хоть розой назови её, хоть нет. Ромео под любым названьем был бы…»

      Вот так они и провели последующие пару часов. Бетти валялась на кровати, раскинув руки. Ронни расположилась на полу с книгой в руках, заворожённо рассматривая подругу. И они читали вслух «Ромео и Джульетту». Если бы об этом узнал Арчи, он наверняка бы посмеялся. Но Арчи здесь не было, а девушки вряд ли б ему рассказали. Обе чувствовали интимность момента, то, что это останется только между ними двумя и Уильямом Шекспиром.       Спустя некоторое время отзвучали последние строки одной из самых романтичных сцен мировой литературы. И в комнате повисла тишина, нарушаемая лишь дыханием девушек. — Откуда ты… — севшим голосом начала Вероника. — Почему… Ты знаешь всё это, — махнула она книгой, — Наизусть? — Этот отрывок один из моих любимых. К тому же в средней школе я проходила пробы в школьную постановку. Правда меня не взяли, — пожала плечами Бетти, рассматривая шокированную подругу, — Но всё же… Да и мы уехали вскоре после проб. — Я смотрю, ты любишь эту пьесу, — намекнула на потёртость книги Вероника. — Это одно из моих любимых произведений. — Как романтично и при том трагично, — усмехнулась брюнетка. — Как по мне просто глупо. Их идиотизм побил все рекорды, пробив стратосферу, — зажмурилась на мгновение девушка. — Хотя на то они и подростки, чтобы поступать глупо во имя любви. — А ты бы смогла? — затаив дыхание, спросила Ронни. — Что? — посмотрела блондинка на подругу. — Поступить глупо во имя любви? — Не знаю, — перевела она взгляд на потолок. — Если бы любовь была как у Ромео и Джульетты. Не в той части, где они только знакомятся, а на следующий день пьют отраву и режут себя ножом. А в той, где чувство, накрывшее их, всеобъемлюще. Будто шагнул в бездну, наполненную любовью, — снова посмотрела она на брюнетку. — Тогда да, я бы смогла. — А ты романтик, — тихо, как бы для себя, заметила Вероника. — Типа ты нет, — фыркнула Бетти. — Думаешь, я не заметила, что ты почти полностью декламировала отрывки наизусть? — Вероника смущённо пожала плечами, уставившись на свои пальцы, теребящие корешок книги. Свон закусила губу, задумавшись. — А давай, — перевернулась на живот Бетти, — Алису. — Алису? — Да. «Алиса в стране чудес». Слева от тебя, третья полка снизу, — указала она кивком головы направление. Ронни скользнула пальцем по корешкам, ища ту самую книгу. — Левее. Да это она. — Хочешь сделать домашку по Алисе? — Да. Хочу. Иди ко мне, — хлопнула она по постели. — Ну или хотя бы сядь ближе.       Вероника переместилась к кровати, сев к ней боком и лицом к Бетти, передавая книгу девушке. — Мой любимый момент в сказке, когда Алиса падала в нору. «То ли колодец был очень глубок, то ли падала она очень медленно, только времени у неё было достаточно, чтобы прийти в себя и подумать, что же будет дальше». — Прочитала с выражением девушка, отыскав строчку. — «Сказать по правде, она понятия не имела о том, что такое широта и долгота, но ей очень нравились эти слова. Они звучали так важно и внушительно!.. И она попробовала сделать реверанс. Можешь себе представить реверанс в воздухе во время падения?.. если слишком долго держать в руках раскалённую докрасна кочергу, в конце концов, обожжёшься; если поглубже полоснуть по пальцу ножом, из пальца обычно идёт кровь; если разом осушить пузырёк с пометкой «Яд!», рано или поздно почти наверняка почувствуешь лёгкое недомогание.»       Бетти зачитывала отдельные цитаты из книги, играя голосом и весело улыбаясь. Она была наполнена жизнью и, казалось, излучала счастье вокруг себя. Вероника заворожённо наблюдала за лицом подруги, наслаждаясь её голосом, совсем не вдумываясь в смысл произносимых слов. — Тебе нравится эта книга, — прошептала Вероника. Когда Бетти в очередной раз замолчала, водя пальцем по строкам в поисках момента, который ей хотелось бы прочитать. От бархатистого голоса подруги у блондинки побежали мурашки и она чуть ли не промурлыкала в ответ. — Да. Нравится, — не отрывая глаз от страниц, сказала блондинка, пряча улыбку, — Впрочем, как и Золушка, Белоснежка, Рапунцель, Гарри Поттер, Хроники Нарнии и многие другие, — перевела она взгляд на стеллаж. — Я люблю истории, где замешано волшебство. Они дают надежду на чудо. Правда Алиса, и истории про пиратов мои любимые. — Пиратов? — усмехнулась брюнетка. — Да, — выдохнула девушка. Она кинула на собеседницу взгляд, будто раздумывая открыть тайну или нет. — А черт с ним, — решила она, поворачиваясь на бок и устраиваясь поудобней. — Когда мне было лет пять, мама встречалась с одним парнем. Его звали Киллиан. И… он был потрясающий. Он проводил со мной много времени. Утверждал, что в прошлой жизни был пиратом, разыгрывал сценки, чем безумно смешил меня. А если к нему в руки попадала книга… он отлично читал вслух, играл голосом, менял его. Я… — Ты любила его, — губы Миллс тронула нежная улыбка. — Да, — грустно кивнула Свон. — Любила. — И что произошло? — У него были проблемы. С картами и алкоголем. Он провстречался с мамой где-то полтора года и под конец их отношений мама постоянно вытаскивала его из тюрьмы, помогала с деньгами. Однажды ночью он пришёл пьяный. Я проснулась от споров в гостиной, встала с кровати и подошла к двери, чтобы послушать. Я не помню о чём был разговор, я толком не слышала, они говорили тихо, но мне всё равно было безумно страшно. Утром мама сказала, что прогнала Киллиана, что у него проблемы, и мы не можем ему с ними помочь, пока он сам не захочет помощи. Что когда он со всем разберётся, он сам нас найдёт. А через несколько недель мы переехали. И я его больше не видела. — Ты не думала найти его? — Нет, — резко мотнула головой Бетт. — И, если задуматься, я ведь не знала его с той стороны, с которой знала его мать. И для меня он всегда будет пиратом, который клялся и божился, что в прошлой жизни он похитил меня и маму от злого короля-тирана, который нас не любил, чтобы дать нам свободу. Он был моим героем. И я боюсь… — Разочароваться в нём, — закончила за подругу Вероника. —Да. Разочароваться. И… я не знаю, Ви, это всё слишком непросто. — Ви… — ошеломлённо пробормотала брюнетка. — Прости? — Ты назвала меня Ви, — громче повторила девушка. — А нельзя? — Да нет, — медленно покачала головой Миллс, — Можно. Просто меня давно так никто не называл, скоро будет одиннадцать лет, как никто меня так не называл, — с горечью уточнила Вероника. — Почему? — нахмурилась Бетти, бегая взглядом по потускневшему лицу подруги. — Меня так звал только мой отец, — сухо сглотнула Вероника. — Он погиб в автокатастрофе, когда мне было шесть. — Я сожалею. — Они просто сидели, предаваясь той комфортной тишине, что повисла между ними. Вероника мягко водила кончиками пальцев по плечу Бетти, выписывая узоры. Ни одна из них не обратила внимание на то, как в процессе разговора рука одной девушки начала касаться руки другой. — Знаешь что?! — воскликнула Вероника, вскакивая на ноги. — Сегодня пятница, и я совершенно не хочу заниматься уроками. С произведением мы определились. В следующий раз выберем персонажей и займёмся анализом, а сейчас я хочу посмотреть какой-нибудь фильмец. В этом доме кроме книг есть DVD? — Посмотри в тумбочке под телевизором, — нежно улыбнулась Бетти. — Отлично, — проговорила Вероника, выходя в гостиную. Из комнаты послышалось шебуршение, грохот открывшейся дверцы, сдавленные ругательства. — О! А у вас клёвая коллекция. — Это всё мамы, — произнесла блондинка, выходя из комнаты и плюхаясь на диван. — У твоей мамы есть вкус. Хотя, судя по этим DVD, это принадлежит подростку. Супергероика, мультики, боевички. О, «Виноваты звёзды». Это тоже твоей мамы? — спросила брюнетка, поворачиваясь к собеседнице. — Это, наверное, Лили. — Кто такая Лили? — развернулась девушка обратно к шкафчику. — Да так. Неважно, — с замиранием сердца отмахнулась блондинка. — Хм. Неважно, — пробормотала Вероника, — Один-один. — Что? — вскинула брови Бетти. — Да так, ничего. Я определилась с фильмом, — весело улыбнулась она, вставляя диск в проигрыватель, и уселась рядом с подругой. — «Сумасшедшие гонки»? Как это попало туда? — искренне удивилась Бетти. — Наверное, тоже Лили, — подколола девушку Ронни, устраиваясь поудобней.       Не прошла и треть фильма, как Вероника уснула, пригревшись на диване, и уложив свою голову на плечо подруги.