Сторибрук

Что ж. Вероника перестала избегать Бетти. Но продолжала держать дистанцию. Ещё немного и от царившего между ними напряжения Свон поползёт на стенку. И не удивится, если достигнет в этом успеха. Нервотрёпки ещё добавляло душевное состояние Шерил. Но Бут была увлечена своим телефоном, игнорируя всё и вся, включая мисс Тремэйн. А математика была её страстью. Бетти лишь надеялась, что кузина переписывается с кем-то безопасным. Например, с Джоном, который, по какой-то неведомой причине, дал Шерил свой номер телефона. А не ищет в интернете наркотики. А по поводу единорога в комнате, которого Вероника предпочитала игнорировать, у Бетти был план. На середине пути из Бостона в Сторибрук есть круглосуточная закусочная «Pop’s». Бетти с матерью останавливались там, чтобы передохнуть и перекусить. Место было милым, там вкусно готовили и подавали потрясающие молочные коктейли. Чего совсем не ожидаешь от придорожной закусочной.       И самое главное – до заведения полтора часа пути. Вероятность встретить там какого-нибудь знакомого приближается к нулю. Никому не придёт в голову тащиться в Изумрудный город за молочным коктейлем, когда в Канзасе есть потрясающая закусочная. Так что можно будет избежать слухов, которых так боится Миллс.       Так что план был прост, как покупка кофе. Забрать у дяди Бута «харлей». Подобрать Веронику. И пропасть с радаров сторибрукских сплетников на несколько часов. Единственной переменной в плане Бетти — это согласие Миллс. Но тут не ей решать. Свон просто надеялась, что Вероника согласится. Бетти нервно крутила телефон в руках, ударяя им о раскрытую ладонь. Она написала Веронике сообщение с просьбой о встрече в актовом зале на большой перемене. Так что помещение было в их полном распоряжении. Пропущенный обед – небольшая плата за приватный разговор. Дверь актового зала открылась, заставив и без того нервную Свон подпрыгнуть на месте. Но это была Вероника. И Бетти, наконец-то, расслабилась. Миллс двинулась вниз по проходу к сцене, на которой сидела Бетти. Каблуки отбивали ритм по паркету, звучащий в унисон сердцебиению Свон. Это успокаивало. — Привет, — остановилась в метре от подруги Вероника. В её голосе была несвойственная ей робость. — Привет, — коротко, но искренне улыбнулась Бетти и соскользнула со сцены. — Нам нужно поговорить. Но не здесь, — пресекла возражение, открывшей рот Миллс, девушка. — И где же? — вскинула брови Вероника, поправляя на плече рюкзак. — Знаешь закусочную «Pop’s»? — сделала маленький шаг к подруге Бетти. — Была там пару раз с родителями, когда мы ездили в Бостон, — потеребила мочку уха Миллс. Свон дёрнула уголком губ в мимолетной улыбке, подмечая жест. Она скучала. — Я не смогу, — отдернула руку Вероника, качая головой. — Но… — Это не потому что я не хочу, — смягчилась Миллс. — У Генри отменили урок рисования сегодня. А у мамы совещание. Мне нужно присмотреть за ним. — А дядя Бут не может присмотреть за Генри? — перекатилась с пятки на носок Свон. — Он сегодня следит за наказанными, — быстро качает головой Вероника. — Арчи? — с надеждой предлагает Бетти. — У него свидание с Валери, — прикусила губу Миллс, нахмурившись в задумчивости. — Что, правда? — удивлённо вскинула брови Свон. — Да, — кивнула Вероника с мягким смешком. — Она была очарована его костюмом. Арчи даже поблагодарил нас с Шерил за него. — Шерил? — щелкнула пальцами Бетти. — У неё какие-то планы. Не спрашивай, я не знаю какие, — пожала плечами Вероника. Свон нахмурилась. Беспокойство за кузину снова подняло свою голову. – Зелену даже не предлагай. Я слышала, как мама на днях ругалась с ней. Так что она не особо будет рада, если я оставлю Генри с тётей Зи. Свон разочарованно выдохнула и обмякла. У них закончились варианты. Хотя… — Может… — прикусила щёку Свон. – Может моя мама присмотрит за ним? — А она захочет? — нахмурилась Вероника. — Почему нет? — пожала плечами Бетти. — Ей нравится Генри. Как и она ему. К тому же мама уже присматривала за Генри, и твоя мама не была против. — Ладно, — медленно кивнула Миллс. — Это может сработать.

***

У Эммы был выходной после ночной смены на Хэллоуин. И женщина решила провести его с пользой, выспавшись и позавтракав нездоровой пищей в то время, когда у людей с нормированным рабочим днём обед. Свон с завидным упорством избегала мыслей об одной конкретной брюнетке. Потому что знала, стоит ей хоть на секунду задуматься о вчерашнем поцелуе, как её и пушечный выстрел не выведет из состояния близкого к коматозному. И вот. Она подумала об этом. Блядство. Почему, когда тебе жизненно необходимо не думать о летающих обезьянах, это единственное, на чем могут остановиться твои мысли? Поцелуй Реджины был неожиданным. Эмма не стала бы спорить с тем, что между ними давно росло напряжение, явно неплатонического характера. Но, в свете предшествующих событий, последнее, чего Свон ожидала от мэра – это поцелуй. И, Иисус, какой это был поцелуй! Страсть. Борьба за главенство. Реджина отдавала предпочтение укусам и давлению. Когда, как Эмма больше предпочитала язык и скользящие движения. Но они нашли баланс. Их поцелуй был такой же, как и общение. Взрывоопасным. Но с пониманием. Эмма не жалела о поцелуе. Она жаждала его, как утопающий жаждет глоток кислорода. Единственное, о чём Свон сожалела, так это о том, что они не успели обсудить, что это для них значит. Бетти и Вероника как раз в это время подошли к дому. Что тоже было поводом задуматься. Но Эмма предпочитала поговорить об этом с дочерью, а не строить теории и догадки. Из задумчивости женщину вывел хлопок входной двери. Вздрогнув, Эмма обернулась к дочери. — Привет, — откинулась на спинку дивана Свон-старшая, так чтобы видеть подростка. Сведенные брови, прикушенная щека, решительный взгляд. У Эммы отлегло от сердца. Отвага была больше в характере её ребенка, чем колебание. — Привет, мам, — короткая улыбка Бетти не коснулась её глаз. — Ты можешь сегодня присмотреть за Генри? — Зачем? — развернулась боком на диване Эмма, подгибая под себя ногу. — У него отменили внеклассный урок рисования, и Вероника должна присмотреть за ним, но у нас планы, — протараторила на одном дыхании девушка. — Планы? — вскинула брови Свон-старшая. — Вы помирились? — Я бы не сказала, что мы ссорились, — скривилась Бетти, подходя к дивану и облокачиваясь на его спинку локтями. — Но мы вчера поговорили. И мне хотелось бы продолжить разговор. Ну так что? Присмотришь за Генри? — Без проблем, — пожала плечами Эмма. — Но объясняйте Реджине сами почему пацан со мной, а не со своей сестрой. — Спасибо, мам, — звонко чмокнула женщину в щеку Свон-младшая. — Ты лучшая. — Я знаю, — самодовольно подмигнула Эмма. И рассмеялась с дочерью в унисон. Отсмеявшись, Эмма положила голову на спинку дивана, рассматривая дочь. Между бровей женщины залегла глубокая морщина. — О чём задумалась? — склонила голову к плечу Бетти. — Ты же не против? — нервно переплела пальцы Эмма. — О чём ты? — нахмурился подросток. — О том, что я целовалась с матерью девочки, в которую ты влюблена, — поморщилась женщина. Прозвучало ещё хуже, чем было у неё в голове. Но дочь на её удивление только фыркнула. — Мам, — широко улыбнулась Бетти, — ты влюблена в Реджину? — Ну, я бы не… — Да или нет? — оборвала неуверенный лепет матери девушка. — Да, — выдохнула Эмма, не веря в то, что признает это вслух. — Тогда кто я такая, чтобы быть против? — пожала плечами Бетти. — Я счастлива, если ты счастлива. В семьях это так работает. В нашей, по крайней мере. Или ты хочешь моего официального благословления на отношения с Реджиной? Так я могу организовать, мне не сложно. — Иди ты, — рассмеялась Эмма. — И пойду, — резко выпрямилась Бетти. — Мне ещё мотоцикл у дяди Бута надо забрать. — Только води осторожно, ребёнок! — крикнула вслед подростку женщина. — Мотоцикл отправится в гараж после первой же аварии. — Я помню, мам. И не называй меня ребёнком! — в голос подростка вернулось прежнее раздражение, что не могло не радовать Эмму. — Я приведу Генри где-то через час. Дверь с грохотом захлопнулась, и Свон-старшая устало вздохнула. Страсть дочери к мотоциклам сведёт её в могилу.

***

      Бетти привела Генри через сорок минут и, пожелав весело провести время, убежала. Обменявшись с пацаном возмущенными взглядами, Эмма и Миллс-младший весело рассмеялись. На общем голосовании было принято решение приготовить макароны с сыром. Генри после школы ещё не ел, а Свон никогда не откажется от порции отличной пасты. — Как дела в школе? — сверлила взглядом соус Эмма. — Всё хорошо, — пожал плечами Генри, сидящий на столе за спиной Свон. Мальчик не лгал. — Сегодня раздавали результаты тестов по литературе. У меня А+, — гордость в голосе ребёнка была осязаемой. — Поздравляю, пацан, — обернувшись через плечо, послала искреннюю улыбку мальчику Эмма. — Литература была одним из моих любимых предметов. — Тогда почему ты стала охотником за головами? — опасно наклонился вперёд Генри. — Бетти, — просто ответила Свон и подтолкнула ребенка в грудь свободной рукой, продолжая помешивать соус. — Не делай так, свалишься. — Генри подтянулся обратно на середину столешницы. — Я не смогла поступить в колледж. Потом родилась Бетти и мне стало совсем не до учёбы. В первое время я хваталась за любую возможную работу и подработку. Младенцы – это дорого, — щёлкнула пальцем по носу мальчика Эмма. Генри поморщился и захихикал. — И в какой-то момент я стала охотником за головами, а в дальнейшем и поручителем под залог. Мне это нравится. Это то, что я умею делать. К тому же, эта работа позволяла освобождать график в случае необходимости и оплачивать счета. — Ты жалеешь об этом? О том, что не смогла отучиться в колледже? — неуверенно поинтересовался Генри. — Нет, — покачала головой Эмма, отправляя в соус сыр. — Если это значило бы, что у меня не будет Бетти, то нет. Да и, в принципе, наверное. Дедукции и слежке в колледже не научат. Разве, что в полицейской академии. Но с моими подростковыми приводами, меня бы туда не взяли. — У тебя были приводы? — поражённо воскликнул Генри, подпрыгнув на месте. — Драки и воровство, — пожала плечами Свон. — Я не сидела в колонии для несовершеннолетних, но у меня есть записи в личном деле. — Драки из-за твоей проблемы с контролем гнева? — Эмма услышала, как Миллс нетерпеливо заерзал на столешнице. — Ага, — легко кивнула Свон. Она не видела смысла в утаивании информации от мальчика. Может ещё один ребёнок чему-нибудь научится на её ошибках юности. — Поможешь пересыпать макароны? — Конечно!       Генри попытался спрыгнуть со столешницы, но чуть не протаранил лицом пол. Лишь отточенные за годы возни с ребенком рефлексы Эммы спасли мальчика от близкого знакомства с паркетом. — Ты в порядке? — помогла ребёнку принять вертикальное положение Свон. Миллс судорожно закивал, всё ещё испуганный неожиданным падением. — Уверен, что я могу доверить тебе макароны? Или мы останемся без обеда? — по-доброму усмехнулась Эмма. — Эй! — возмущённо воскликнул Генри, заливаясь краской, но расплылся в улыбке, поняв, что женщина шутит. — Обещаю без ЧП. — Ладно, пацан, — протянула мальчику прихватки Свон, но отдёрнула руку к себе, стоило Генри за ними потянуться. — Нам не нужны ожоги, хорошо? — Хорошо, — закатил глаза Миллс и выхватил прихватки. Эмма уронила смешок на жест Реджины на лице её сына. Быстро управившись с макаронами, Генри вернулся на прежнее место. — А воровство? — качнул ногами Миллс, ударяя пятками по дверце шкафчика. Раздался лязг, и мальчик вжал голову в плечи, сконфуженно скривившись. Эмма тихо рассмеялась и взъерошила ребёнку волосы, заставляя Генри расслабиться. — Не все семьи, в которые я попадала, заботились о детях. Воровство стало компромиссом с совестью ради выживания, — Свон потушила огонь на плите и облокотилась бедрами о столешницу рядом с Генри. — Кто-то просто удовлетворял наши потребности. Кто-то не заботился даже о них. Иногда ради ужина нужно было тяжело поработать. — Мне жаль, — нахмурился мальчик. Он не был наивным и понимал, что не все семьи такие, как его. Голды яркий тому пример. — Не стоит, Генри, — притянула ребёнка к себе за плечи Эмма. — Я выбралась из системы. И построила свою семью. — Ты крутая, ты знаешь это? — задрал голову назад мальчик, так чтобы видеть женщину. — И с чего же ты это взял, пацан? — усмехнулась Свон. — Не смотря на все испытания, ты осталась героем, — искренне, но с лёгким налётом пафоса заявил Генри и спрятался под подбородком Эммы. Свон сглотнула тугой ком, вставший поперёк горла из-за слов мальчика. С силой зажмурившись, Эмма чмокнула Генри в макушку и отстранилась. — Пора обедать, ребёнок.       За едой Генри с энтузиазмом рассказывал о своём внеурочном проекте по рисованию. Оказывается, мальчик увлекся рисованием комикса на основе книги сказок. В качестве моделей, используя жителей города в карикатурном виде. И даже продемонстрировал то, что у него уже есть. Эмма искренне рассмеялась, узнав в нереально высоком рыцаре в кожаной куртке поверх доспехов, себя, и приятно удивилась навыкам ребёнка. Пролистав готовые иллюстрации и эскизы, Свон заявила, что будет первым покупателем у мальчика, вызвав у Генри широкую улыбку.       Генри настроил старое радио на джазовую волну и вызвался помогать в мытье посуды. Вручив мальчику полотенце, Эмма устроилась у раковины. Песни сменяли одна другую и Свон весело подпевала каждой. А заметив, что Миллс стоит с постной миной, пихнула мальчика бедром и оставила мыльные разводы на старой футболке Бетти, которую ребёнок одел, чтобы не испачкать свою одежду. Возмущённо вдохнув, Генри плеснул на Эмму мыльной водой, но тут же замер, увидев шок на лице женщины. Ожидающий лекции, ребёнок не заметил, как Свон набрала полные пригоршни пены. Так что мыльные облака, направленные в лицо, стали для него неожиданностью. В итоге всё закончилось пенной битвой и мокрой кухней. — Всё-всё, я сдаюсь, — едва дыша от смеха, подняла руки вверх Эмма. — Герои не сдаются! – пафосно заявил Генри, выкинув кулак в воздух. — Герои может и нет, а старушки да, — положила руки на поясницу Свон и выгнула спину. — Ты помогаешь убирать. — Конечно, бабушка Эмма, — коварно улыбнулся Миллс. — Ах, ты засранец! — возмущенно задохнулась Свон под веселый смех мальчика.       Уборка прошла также весело, как и наваждение беспорядка. Эмма действительно наслаждалась временем, проведенным с Генри. Она скучала по такому взаимодействию. Бетти уже не ребёнок. И пусть они находили как провести время вместе, но пенные битвы случаются значительно реже, чем, когда девочке было десять. — Тебе нравится моя мама? — неожиданно спросил Генри, устроившись с ногами на диване. Эмма поперхнулась какао. — С чего… — надсадный кашель. — С чего ты это взял? — наконец смогла задать вопрос, абсолютная красная, и не только из-за кашля, Свон. — Я видел, как вы вчера целовались, — не ходя вокруг да около, заявил Генри. Мальчик ёрзал в нетерпении. Но его выражение лица было абсолютно каменным. Гены пальцем не задавишь. — Да, — решила честно ответить Эмма. — Да, мне очень нравится твоя мама. — Хорошо, — расслабился ребёнок. — Я хочу, чтобы она была счастлива. А с тех пор, как вы с Бетти приехали в город, она кажется счастливее. — Ты думаешь? — с затаённой надеждой протянула Свон. — Да, наверное, — пожал плечами Генри. На мгновение между бровей мальчика залегла складка, но тут же разгладилась. Воодушевлённый ребёнок повернулся к Эмме. — Видеоигры?

***

      До «Pop’s» они доехали быстро. Бетти помнила просьбу матери вести аккуратно, но шоссе было пустым. Мотоцикл под ногами требовал скорости. А Вероника прижималась к Бетти сильнее в унисон ревущему двигателю.       В забегаловке было уютно и малолюдно. Заняв угловой столик, девушки заказали по молочному коктейлю. И на этом всё. Дальше этого момента Бетти не строила планов. И оказалось, что они потеряли ту лёгкость, с которой общались раньше. Девушки лишь рассматривали друг друга и тут же отводили взгляды, стоило им пересечься. Официантка принесла их заказы. И Свон не выдержала. — Иисус! — взвыла Свон. — Это нелепо. Ты мой лучший друг. Это не должно быть так сложно, — уронила голову на стол Бетти.       Напряжение между ними лопнуло. С губ Вероники упал лёгкий смешок. И Свон почувствовала тонкие пальцы, массирующие её затылок. «Как тот актер, который, оробев, Теряет нить давно знакомой роли. Как тот безумец, что, впадая в гнев, В избытке сил теряет силу воли». Свон затаила дыхание, узнав стихи, что читала ей Вероника. «Так я молчу, не зная, что сказать, Не оттого, что сердце охладело. Нет, на мои уста кладет печать Моя любовь, которой нет предела». Конец сонета Бетти декламировала вместе с Миллс, едва шевеля губами. «Так пусть же книга говорит с тобой. Пускай она, безмолвный мой ходатай, Идет к тебе с признаньем и мольбой И справедливой требует расплаты. Прочтешь ли ты слова любви немой? Услышишь ли глазами голос мой?» — Ты не можешь читать мне сонеты о любви, — покачала головой Бетти, не поднимаясь со стола. Пальцы Вероники на мгновение замерли, но тут же продолжили ласку. По спине Свон табуном прошлись мурашки. — Почему? — мягко прошептала Миллс. — Потому что, если мы вернемся к тому, что было пару дней назад, это меня уничтожит, — пробурчала в стол Бетти. Так было проще. Признать это вслух и без того было тяжело. Она просто не могла смотреть в глаза Вероники в этот момент.       Миллс судорожно вдохнула и отдёрнула руку. Бетти поднялась со стола и откинулась на спинку красного диванчика. Свон чувствовала, что на лбу остался красный след, но её мало это волновало. Она вся была сосредоточена на девушке напротив. На сжатой с излишним усилием челюсти. На тяжёлом взгляде, вперившимся в неизвестную точку на столе. На длинных пальцах, сжимающихся и разжимающихся в кулаки в неизвестном ритме. — Прости меня, — подняла взгляд на блондинку Миллс. Свон вздрогнула. Слова вышли тяжёлыми. И осели между ними неподъёмным грузом осознания. — Мне. Очень. Жаль. Би, — делая паузу после каждого слова, отчеканила Вероника. — Я не хотела причинять тебе боль. И знаю, что вела себя, как последняя стерва, — зачастила Миллс, гоняя соломинку в стакане по кругу. — Я не должна была этого делать. — Но почему? — потеряно прошептала Бетти. — Я испугалась, — обмякла Миллс и склонила голову к плечу, с интересом наблюдая за трубочкой. — Если твои чувства не фантазия, значит и мои тоже, — повторила свои слова Вероника. — Значит, я действительно сходила с ума от ревности, когда вы с Арчи пошли на свидание, — резко взмахнула рукой в сторону девушка. — Значит, моё желание постоянно тебя касаться, это не просто повышенная тактильность, — запал пропал так же быстро, как и появился. – Значит, я действительно влюбилась в тебя, — подняла взгляд на подругу Вероника. Свон сглотнула, увидев бездну в карих глазах. — Папа всегда говорил, что я осознаю, что влюбилась, когда начну понимать стихи и песни о любви. И Элвис с Шекспиром действительно заиграли новыми красками с твоим появлением в моей жизни. — Я не понимаю, — покачала головой Бетти. — Ты не гомофобка, Иисус, ты помогала осуществить безумную операцию Генри. Твоя мама, судя по вчерашней сцене, тоже. Почему? — растерянно бегала взглядом по полюбившемуся лицу Свон. — Я могу понять твой шок, — подняла руку, обрывая подругу, Бетти. — У меня случился приступ тревожности, когда я осознала. — Глаза Миллс удивленно распахнулись. — Но почему ты избегала меня? И почему так сильно боишься слухов? — Миллсы не умеют справляться со сложными эмоциями, — поморщилась Вероника. — У нас включается реакция «бей или беги». В ситуациях, когда это возможно, мы предпочитаем бегство. Мама две недели избегала папу, когда он признался ей в чувствах. А однажды врезала ему букетом пионов. Так что предупреди свою маму, если она имеет серьёзные намерения в отношении моей. — Моя мама влюблена в твою, — легко пожала плечами Свон, — так что думаю, самые серьёзные. — Эта семья становиться всё страньше и страньше, — задумчиво пробормотала Миллс. — Джон Файтер – брат моего отца, — выпалила Бетти. — И Шерил, кажется, запала на него. — Мысли о кузине Бетти тут же отогнала. По одной драме за раз, Свон. — Всё чудесатее и чудесатее, — по-совиному моргнула Вероника, но тут же встряхнулась. — Мы к этому вернемся. — Миллс облизнула пересохшие губы и, наконец-то, сделала глоток коктейля, удовлетворённо промычав. Бетти постаралась не обращать внимание на пронзившую её дрожь. — Мне нужно было время всё обдумать. Много времени. И я знала, что если мы поговорим до того, как я всё обдумаю, то получится ситуация в стиле моих родителей. Только хуже. — Ты могла бы сказать мне об этом, — беспомощно протянула Свон. — Я знаю, — скрипнула челюстью Миллс. – И прошу прощения за то, что просто игнорировала тебя, ничего не объяснив. — А слухи? — напомнила Бетти, схватив бумажную салфетку. — Инерция мышления, — вновь поморщилась Вероника, наблюдая за тем, как подруга уничтожает салфетку. — Я привыкла избегать внимания. Насколько это возможно, когда твоя мать мэр. А слухи беспощадны. — В школе думают, что я наркобарон, — с небольшой долей раздражения пробормотала Бетти, сминая в пальцах маленькие кусочки бумаги. — Я слышала, — усмехнулась Миллс. — Если что, я знаю, где достать дурь для зажигательной вечеринки. Ты же сделаешь мне скидку? — Заткнись, — буркнула Свон, бросив в смеющуюся Веронику комок из целой салфетки. От вида радостной Вероники у Бетти потеплело на душе. — Невыносимо тяжело и не честно, да? — Да, — грустно усмехнулась Миллс, узнав слова. — И мне понадобилось время, чтобы осознать, что мне плевать о чём судачат местные сплетники, когда дело касается моей личной жизни. Их это ебать не должно. Точка, — сквозь зубы процедила девушка. — А меня их мнение, — мягче закончила Вероника. — А что это было вчера? С Фреди, — подалась вперед Свон, вращая стакан на столешнице. Её взгляд был уперт в, начавшую опадать, молочную пену. Бетти не была уверена в том, что хочет знать ответ. — Алкоголь, трусость и желание заставить тебя ревновать, — выплюнула Вероника, явно злясь на себя. — Я облажалась. — Да, — пробормотала в стакан Свон. — Ты облажалась, — и подняла взгляд на Миллс.       Вероника прикрыла глаза, медленно и глубоко дыша. И запрокинула голову на спинку дивана, часто моргая. — Хей, — потянулась через стол Бетти. — Не успокаивай меня, — покачав головой, всхлипнула Миллс.       Раздражённо проворчав, Свон поднялась из-за стола и быстро пересела на диван к подруге. И втянула девушку в сокрушительные объятия. Вероника зарылась в воротник мотокуртки Бетти, роняя слёзы на голую шею. Свон ждала, выводя утешительные круги по спине Миллс. — Я только вчера окончательно осознала, что всё это время вела торги в собственной голове, — едва слышно, так что Бетти пришлось напрячь слух, прошептала Вероника. — Отколов это дерьмо и увидев боль в твоих глазах, я поняла, что творю. И что не хочу быть причиной твоей боли. Только не намерено, — Миллс прекратила всхлипывать, но лишь сильнее сжала в кулаки ткань куртки на спине. — А получив твоё сообщение с просьбой о встрече в актовом зале, я удивилась почему не в коридоре или столовой. И только когда ты сказала о слухах, до меня дошло, что я об этом даже не подумала. — То есть мы могли встретиться в «У бабушки», а не тащиться в страну Оз? — улыбнулась Бетти. — Здесь меньше знакомых, а значит меньше шанс, что нас прервут, — отстранилась от девушки Вероника и протёрла салфеткой глаза. — Да и я не могла упустить шанс покататься с тобой на мотоцикле, — влажно усмехнулась Миллс. — Ты не могла знать, что я отвезу нас на «харлее», — недоверчиво протянула Свон. — Я догадалась, — откинулась на спинку сидения Вероника, так чтобы соприкасаться с подругой плачами. Бетти скептично выгнула бровь. — Август дарит тебе мотоцикл. Твоя мама тебя доверяет, так что разрешает его принять. А получив в своё распоряжение вожделенный «харлей», ты не могла не опробовать его в деле. — В твоей семье все такие наблюдательные? — недовольно пробурчала Свон, в принципе, не испытывая раздражения по этому поводу. — Какие есть, — пожала плечами Миллс.       После этого разговор пошёл проще. Нарыв, который ныл и вспыхивал острой болью, стоило его коснуться, был прорван. Девушки переключились на более лёгкие темы для разговора, негласно договорившись продолжить позже. Диалог выпил их до суха. И нужно было время на восстановление. Коктейли, наконец-то, были выпиты. И заказаны новые, вместе с приличной порцией жареного картофеля и чизбургеров. Оказывается, эмоциональные разговоры у обеих вызывали зверское чувство голода.       Вероника рассказала, что бабушка была против брака её родителей. Но осознав, что дочь влюблена и счастлива, смирилась. Но поставила условие – её внуки должны носить семейное имя. Поэтому у неё и Генри фамилия матери. Отец не стал менять свою из-за волокиты с переделкой всех документов. Бетти в подробностях поделилась историей знакомства своей семьи с Джоном Файтером. И тем, как она узнала, что они родственники.       В какой-то момент закусочная заполнилась студентами бостонского колледжа. Оказалось, что «Pop’s» довольно популярен у молодёжи, несмотря на то, что находится в двух часах езды от кампуса. В углу закусочной обнаружился музыкальный автомат. И девушки знатно повеселились под старый рок в окружении радушных студентов. Уходя из кафе, Вероника заметила на парковке за заведением фотоавтомат, который они не заметила, когда приехали. И через несколько минут, наполненных смехом, у девушек было по комплекту памятных фотографий.       На обратном пути Бетти не гнала, наслаждаясь поездкой. Тихим рёвом двигателя между ног. Видом вдоль дороги. И теплом прижимающегося к спине тела.       В Сторибрук девушки вернулись с закатом. Тихо проехав по городу, Бетти припарковала «харлей» на подъездной дорожке дома Миллсов. Вероника с трудом слезла с мотоцикла и стянула шлем. Сняв и свой, Свон пристроила их на руле и встала с байка, чтобы проводить подругу до двери. — Что ж, — положив ладонь на дверную ручку, обернулась Вероника. — Что ж, — вторила Бетти, перекатываясь с пятки на носок. — Это было свидание? — закусила губу Миллс, бегая взглядом по лицу подруги. — Если ты хочешь, — мягко взяла свободную руку девушки в свою Свон. — Хочу, — шепнула Вероника. — Тогда это свидание, — солнечно улыбнулась Бетти. И оставила мимолетный поцелуй на щеке Миллс. — До завтра, — шепнула на ухо девушке Свон и поспешила ретироваться. Во избежание.       Положив руки на руль мотоцикла, Бетти почувствовала собственный пульс в кончиках пальцев.

***

      Отыграв несколько боёв в Мортал Комбат, мальчик сел за домашнее задание, время от времени прося помощи у Эммы. Свон искренне не понимала зачем, потому что пацан был явно умнее её и справлялся с заданием и без её участия. В какой-то момент женщине надоело бегать от дивана к столу и обратно, так что она пристроилась с книжкой напротив мальчика. И просьбы прекратились. Осознав, что ребёнку просто нужна была компания, Эмма сокрушенно покачала головой. Складывалось ощущение, что никто в этой семье не умеет озвучивать свои желания словами через рот.       В какой-то момент Эмме позвонила Реджина. Заметив имя контакта, Свон не удержалась от мягкой улыбки. Вскочив из-за стола, Эмма ушла на кухонный островок, мимиходом взъерошив волосы Генри. — Личный ассистент её злейшества слушает, — подняла трубку Свон, весело улыбаясь чайнику на плите. Из трубки послышался хриплый смешок: — Не помню, чтобы нанимала вас личным ассистентом, мисс Свон. — Это были не вы, мадам мэр. А ваше злое альтер эго, — облокотилась ягодицами о столешницу Эмма. — Надо будет с ней поговорить, — в голосе Реджины слышалась улыбка. — Чтобы не нанимала профнепригодных сотрудников, не согласовав со мной. — То есть, если бы её злейшество сперва договорилось с вами, мадам мэр, то у меня был бы шанс сохранить работу? — сложила свободную руку на груди помощница шерифа. — Всё может быть, — игриво протянула Миллс. — А так, боюсь, мне придется вас уволить. — И что же мне делать? — в голос Эммы скользнула наигранная паника. — Мне надо кормить запеканку и приготовить кота. — Ничем не могу вам помочь, мисс Свон, — легко рассмеялась Реджина. — Как у вас дела? — Всё хорошо, — бросила через плечо взгляд на гостя Эмма. — Мы пообедали, поиграли в видеоигры. Генри сейчас занят домашкой. — Будет слишком нагло с моей стороны попросить присмотреть за Генри ещё немного? — в голосе Реджины послышалась вселенская усталость. — Совещание затягивается. У меня складывается впечатление, что жители этого города не хотят, чтобы их дети занимались спортом. — Без проблем, — пожала плечами Свон. — Хотите я заключу бестолковых холопов под стражу, Ваше Величество? — Это было бы кстати, — уронила смешок Миллс. — Но ты же в курсе, что ты Спаситель, а я Злая Королева? Ты не можешь работать на меня. — Чушь, — фыркнула Эмма. — Каждой королеве нужен её рыцарь, так почему я не могу быть твоим? На линии повисла тишина. Причём на достаточно долгое время, чтобы Свон успела проверить не оборвалась ли связь. — Реджина? — осторожно позвала Эмма. — Спасибо, что сидишь с Генри, — голос мэра смягчился до густой патоки. — Мне в радость, — так же мягко ответила Свон, ковыряя носком трещину на паркете. — Он хороший ребёнок. — Я позвоню, когда освобожусь. Это будет не позднее шести. Я надеюсь, — устало вздохнула Миллс. — Я привезу Генри домой. — Не стоит, — начала возражать Реджина. — Стоит, — твёрдо оборвала собеседницу Свон. — Ты устала, Реджина. Может в Сторибруке и не дикий дорожный трафик, но дополнительные двадцать минут за рулём будут лишними. Мне не сложно. — Спасибо, Эмма, — со вздохом сдалась Миллс. – Но я слишком долго просидела на одном месте. Я хочу прогуляться. Давай я зайду, как освобожусь. И не дождавшись ответа, Реджина повесила трубку. Подавив вздох, Эмма нежно улыбнулась и заблокировала телефон. — Ты остаёшься со мной ещё на какое-то время, — оповестила мальчика Свон, возвращаясь за стол. — Люди в этом городе консервативны и упрямы, — не по-детски заметил Генри. — Иногда я понимаю почему мама стала Злой Королевой. Я бы тоже стал злодеем, если бы мне пришлось каждый день сражаться с человеческим идиотизмом, — с интонациями матери в голосе закончил мальчик и вернулся к домашнему заданию.       Эмма лишь посмеялась про себя и вернулась к чтению. В следующий раз оторвавшись от книги, Свон глянула на гостя и с удивлением обнаружила, что он уснул за столом.       Поднявшись, Эмма потянулась, с удовольствием хрустнув спиной, и обмякла. Подойдя к Генри, Свон аккуратно, чтобы не разбудить, подняла мальчика на руки и перенесла на диван. Кофе сварился и употребился быстро. Стопка с домашними заданиями и альбом, на котором Генри уснул, отправились в рюкзак. Проверка телефона обрадовала оповещением о сообщении от Реджины, в котором говорилось, что она уже освободилась.       Вскоре домой вернулась Бетти. С лица подростка не сходило одухотворенное выражение. Но, заметив на диване спящего Генри, девушка прижала палец к губам и, шепнув: «Потом», скрылась наверху.       Ближе к восьми вечера за Генри пришла Реджина. Женщина казалась взволнованной и немного зажатой. Что, целовать помощниц шерифа вечерком на улице не входит в перечень обычных занятий?       Эмма улыбнулась своей обычной полусмущенной улыбкой и впустила Реджину в квартиру. Как ни странно, но Миллс при всем своем аристократизме не выглядела инородным телом в лофте Свон. Кажется, Эмма даже могла бы ее представить живущей здесь. Спешишь, Свон.       Обычно Эмма не была из тех девушек, что представляют себе свадьбу и кучу детишек при первой же встрече с человеком или в начале отношений с ним.       На этот раз Генри был практически сразу готов к выходу. Женщины только успели обменяться неловким «Привет» и ни одна из них не была готова так быстро к прощанию. Видимо шутить по телефону куда проще, чем общаться лично. — Раз уж ты пришла сама за Генри, считаю своим долгом проводить вас до дома, — не принимая возражений, говорит Свон и уже тянется за курткой. На что Миллс хищно улыбается, но не возражает.       Улицы полупустые. Иногда мимо проходят люди с собаками, видимо это негласно общепринятое время выгула собак в Сторибруке. Эмма уже не удивляется взглядам, которыми проходящие мимо окидывают Миллс. Хотя она и понимала, что по городку скорее всего ходит множество слухов на их счет. Но это мало волнует блондинку.       Они идут молча, но это комфортная тишина. В какой-то момент Генри начинает рассказывать о своем дне и как его похвалили за сочинение. На что Реджина уверяет сына, что он сможет стать прекрасным писателем однажды. И кажется Миллс и правда так думает. Эмма понимает, что это то, чего ей не хватало в детстве – безоговорочной веры в нее со стороны взрослого.       Мальчик улыбается и продолжает рассказывать о том, как круто провел время со Свон и что хотел бы еще раз прийти в гости. Осекаясь на мгновение, но Эмма уверяет мальчика, что в их с Бетти доме всегда рады ему.       Так они тихо и незаметно подходят к особняку Миллс. — Зайдешь? — с надеждой в голосе спрашивает мэр. На что Эмма улыбается: — Ну, если только ты предложишь самый лучший в Сторибруке сидр. — Что ж, мисс Свон. Всегда рада принять в своем доме ценителя хорошего алкоголя, — отвечает на улыбку Миллс, направляясь к двери особняка, которую за собой не закрыл Генри, давая пространства матери и ее подруге.       Эмма смеется их ребячеству и направляется следом за Миллс.       Генри сразу по приходу отправился в свою комнату. Мальчик, оказавшись дома, постоянно тёр глаза и зевал. Реджина хотела напомнить сыну про домашнее задание, но Генри гордо ответил, что они с Эммой уже все сделали.       Реджина вскинула бровь и удивленно посмотрела на Свон, явно одобряя сказанное сыном. В этот момент Эмма думает, что это добавило ей очков и мысленно поставила себе засечку, что оказывается ведет счет поступков, которые могли бы понравиться Миллс.       Быстро проверив Веронику, Реджина присоединилась к Эмме в гостиной. В камине потрескивают поленья. Свет приглушен и от этого становится невероятно уютно. Реджина молча налила сидр и протянула бокал Свон. Они все так же молчат. Похоже ни одна из них не продумала свои действия дальше выпивки по бокалу сидра. — Знаешь, — начала Свон. – Я думала, что ты не станешь со мной разговаривать, — крутит в руках бокал женщина. Это все навевает воспоминание о произошедшем в спальне Миллс. Реджина удивленно вскинула бровь, от чего Свон поняла, что вероятно нужно пояснить: — Я имею ввиду после того, как я последний раз была в этом доме. После моего рассказа. Я думала, что ты отдалишься. Что я стану чем-то типа Мэри-Маргарет.       Эмма видит, как скривилось лицо Реджины, но женщина быстро вернулась в обычное состояние. — Я думаю, — выдохнув говорит Реджина. – Раньше я бы так и сделала. Но я устала говорить себе нет и придумывать оправдания и причины. Понимаешь?       Эмма улыбается и неотрывно смотрит на Миллс. Блики от огня играют на оливковой коже. Волосы немного растрепаны после долгого рабочего дня. Эмма мысленно порадовалась, что ей не приходится торчать на этих собраниях – это забота шерифа. — Я рада, что ты решила сделать исключение ради меня, — шепчет Свон, заправляя выбившуюся прядку волос Реджине за ухо.       Миллс молчит, завороженно смотря на блондинку. Весь ее хэллоуинский запал куда-то пропал. Видимо латекс придавал женщине уверенности. Эмма же не собирается убирать ладонь от лица Реджины, и нежно проводит большим пальцем по нижней губе. Еще секунда и Эмма бы забылась в пьянящем поцелуе Миллс, но ее прервал звонок телефона.       Эмма резко отстранятся, на что брюнетка разочарованно простонала.       На дисплее телефона высветилось имя «Мэри-Маргарет». С губ сорвался нервный смешок. — Хочешь еще один повод любить миссис Бланшар? — повернула телефон к брюнетке Свон. — Помощница шерифа Свон слушает, — практически смеясь отвечает Эмма, видя, как загораются глаза Реджины. — Робин убежал в лес, и вы не можете его найти? — откровенно издевается Свон. Но после тяжело выдыхает, понимая, что ей придется уйти от теплого камина в ночной лес в поисках пса Мэри-Маргарет. — Да, я помогу. — Тебе обязательно всегда быть Спасителем? — разочарованно спрашивает Миллс. — Мне казалось, тебе нравилось? — игриво говорит Свон. И, быстро чмокнув Миллс в губы, добавляет. — Запомни на чем мы остановились. Эмма выходит из особняка Миллс, оставляя хозяйку дома в растрепанных чувствах и с еще одним поводом ненавидеть Мэри-Марагарет.

***

Официальное заявление: Эмма ненавидела свою работу. И немного Бланшаров. Совсем чуть-чуть. Такое ощущение, будто вселенная была против её разговора с Реджиной о поцелуе. Вселенная и один блохастый пёс. Хотя может у него и нет блох. Эмма не проверяла. То Понго помчится за кошкой и беги ищи его. Потом кошку эту еще с дерева снимай.       И вообще, с каких пор в круг полномочий сотрудников полицейского участка стал входить поиск пропавших животных? Не выпускай из рук чёртов поводок или ищи собаку сам. Иисус!       Эмма злилась. Из-за того, что их с Реджиной прервали. Из-за того, что она вынуждена искать собаку в свой выходной. Из-за того, что все места, где по предположениям Бланшаров, мог находится Робин, от пса не было и следа. «На месте пса я бы тоже сбежала», — всплывает в голове Свон голос Миллс и Эмма невольно улыбается.       Так что Свон наугад ездила по городу, в надежде, что собака просто материализуется на дороге, как Дороти, постучавшая пяткой о пятку. Хотя вряд ли у пса есть Серебряные Башмачки.       Проезжая мимо поворота, ведущего к шахтам, Эмма краем глаза заметила движение в кустах. Притормозив, Свон внимательно всмотрелась в буйную растительность. И тут из кустов выглянула знакомая морда. — Есть! — радостно воскликнула Эмма и поспешила выскочить из «жука».       Стоило Свон захлопнуть дверь машины, как Робин рванул в сторону. Грязно выругавшись, Эмма поспешила следом за собакой. Прорываясь сквозь густой подлесок, Свон старалась не упустить пса из виду. Женщина не горела желанием вновь колесить по городу в поисках бигля, которого перевозбудил вид кролика или хорька. Или за кем они там охотятся?       Пройдя значительный путь по подлеску и окончательно изгваздав джинсы, Эмма вылетела на поляну. На которой был вход в шахту. А Робин стоял у самого края люка. — Хей, Робин, — позвала Свон, медленно приближаясь к собаке. — Хороший мальчик. Иди сюда. Пёс не обращал внимание на женщину, с энтузиазмом обнюхивая решётку люка. — Робин, давай ты подойдёшь ко мне, и мы поедем домой. — Эмма понимала, что бигль её не слушает, но собственная речь её успокаивала. Лишь бы проклятая псина не свалилась в шахту. Пожалуйста. — Дэвид и Мэри-Маргарет очень сильно соскучились по тебе и будут рады тебя увидеть, — Свон была в шаге от увлеченного Робина. — Будь хорошим мальчиком. Попался! — схватила собаку за ошейник Эмма. Испуганный резким движением, пёс извернулся и впился в предплечье Свон зубами. — Блядство! — вскрикнула Эмма, но не выпустила ошейник из хватки. Она не собиралась бегать за этой собакой снова. Из-за неаккуратных движений почва на краю шахты начала осыпаться. Почувствовав, как она уходит из-под ног, Свон сделала шаг назад, но поскользнулась и плюхнулась на задницу. В безопасной части поляны. Облегчённо выдохнув, Эмма откинулась на спину. Рядом заскулил Робин, привлекая к себе внимание. Свон повернулась к собаке: — Ты засранец, ты в курсе?