Адские крылья

POV Ларри       Сон - лучшее спасение от всего этого сраного мира. Но даже во снах я вижу чудовищ, смерть моих родных. Так что забудьте про то, что я сказала раньше. Просто давайте примем тот факт, что не у всех есть то, о чем они так грезят. По-моему Бог смотрит на нас и говорит, ты должен сам добиться этого, забывая, что только он властен над нашими судьбами. С одной стороны это смешно, такой могущественный, а спихивает на наши грешные души такой тяжкий груз, а с другой, если ты помешанный на вере, зачитаешь мне пару поучительных строк из Библии, в которых будет говориться о том что нам не дается больше, чем бы можем вынести. Получается я очень сильный человек или моя теория насчет Бога совершенно правдива. И мы для него как паршивое Тв-шоу, он сидит и своим друзьям рассказывает о том как плохо раскрыты персонажи. А они смеются, смеются так громко, что даже у нас можно услышать отголоски их басистых голосов в разрушительных тайфунах. Дрожат облака, молния искрится, прячется за могучими темными тучами. Все ученые смотрят, находят объяснение, замудреное объяснение, хотя все очень даже просто.

***

      Прошло уже часа четыре, а мы все никак не могли доехать до...я даже черт побери на знаю до чего. Блеск! О, Боже, с каких пор я стала такой истеричкой? Ах, да, с тех самых, когда появилась вся эта херня с порталами. Раньше мы только сражались с нечистью, а теперь, поглядите ка, защитники целого мира. Да я за своей сестрой углядеть не смогла, о чем еще может быть речь. За всеми этими печальными мыслями я и не заметила, как голова стала опускаться все ниже, а веки налились свинцом. Мне ничего не снилось, я просто провалилась в пустоту, я даже слышала как Дин ругался на неуклюжих водителей, я была рядом и одновременно была далеко-далеко, в небытии. И меня это устраивало. Вскоре я почувствовала, что машина остановилась. Слегка приоткрыв глаза, будто подглядывая, я поняла, что пора выходить. Заставив себя окончательно взбодриться, я открыла глаза и сразу наткнулась на пытливый взгляд любимых глаз. - Какого черта, Винчестер? - я легонько стукнула его в плечо. - Что? Я же ничего не сделал! - взмахнул парень и стал вылезать из машины.       Меня слегка поразило то, что я увидела на улице. Заброшенное здание, вход в которое через подвал. - Странная в твоем понимании библиотека... - я осталась стоять у машины. - Это наш дом, вернее просвященных, но мы его обжили. - Мило, только кто эти просвященные? - Дин не тормозил, он быстро подошел и взяв меня за руку повел к металлической двери, она выглядела довольно таки старой, но очень даже выносливой. Открыв ее ключом, парень провел меня и запер дверь, тут же зажегся свет. И я увидела весь дом, точнее холл и гостиную. Очень изящно и богато, я вам так скажу, я бы не отказалась здесь жить. - Ну что, нравится? - Ага... - я разинув рот, прошла дальше и стала спускаться по ступенькам. В таких хоромах я была только несколько раз. Дин спускался за мной, а я все также с интересом разглядывала залы. POV Тори       Мне тяжело дышать. Больно. Сотни мрачных мыслей мелькают в голове за один слабый удар сердца. Меня душат? Я умираю? Опять? Какая ирония. Это тупик. Ничего сделать нельзя. Чувствую как мои пальцы сжимает чья-то ладонь. И я стискиваю ее в ответ.  - Выход должен быть. Так не бывает.       Я раскрываю налитые свинцом глаза. Усталость тяжелым камнем давит мне на плечи. Моргать тяжело. Дышать тяжело. Больно. Медленно поворачиваю голову. - Нет, - вздыхаю я и поджимаю губы. - Его нет.       У Стайлза глаза, цвета темно-зеленой ели. Он пристально смотрит на меня и медленно произносит: - Не говори так. Везде есть лазейка.       Меня дико раздражает его детская наивность. Наверное, потому что я тоже была такой же. Глупой и доверчивой. Нет, это не та глупость, о которой подумали вы. Стайлза ни в коем случае нельзя назвать тупым. За эти пару дней я довольно хорошо его узнала. И могу с уверенностью сказать, что он один из самых умных людей круга моего общения. - Но не когда ты умер. - Не факт, что мы умерли, - продолжает Стилински.  - Откуда в тебе столько оптимизма? - Откуда в тебе столько пессимизма? - вопросом на вопрос отвечает Стайлз. - Выход есть всегда.       Отчаяние, которое я так усердно толкала в самые потаенные уголки моего сознания вырывается наружу. Я почти готова расплакаться. Но в последний момент беру себя в руки. Беру с журнального столика бутылку коньяка. Со всей силы бросаю ее в стену. Треск разбивающегося стекла разносится по всему дому, хоть ненадолго разрывая угнетающую тишину. Разочарование перекипает в злость. - Нет! Смирись!       Пусть скажет "спасибо", что это бутылка не полетела в него. Я хочу разодрать что-нибудь в клочья. Не стоит меня раздражать. Не потому что я такая "опасная", а просто потому, что крыша моего разума легонько покачнулась. Не легонько, признаюсь.       Я и Стилински очнулись на том поганом озере. Счастливые, вернулись домой. Дома никого не оказалось. И на улице. Во всем городе. Лишь мы вдвоем и пустота, заполняющая разум.       Стилински сидит рядом и тепло смотрит на меня. Он так спокоен, будто мы не застряли черти где и все-все хорошо. Но это не так. Все плохо. Катастрофически. Я не знаю что делать. Не знаю как быть и что думать. Снова. Воспоминания ударяют по мыслям, ослепляя вспышкой неподавляемого ужаса. Вижу как в дверном проеме напротив сгущается темный силуэт. Едва сдерживаю вскрик. Мебель искажается и все переливается блестящей рябью. На секунду мне показывается, словно я не вижу ничего, лишь призрачный оттиск. - Пойду наверх, - быстро бормочу я, ясно давая понять, что не стоит за мной идти. Вскакиваю с дивана и с заплетающимися ногами бегу по лестнице. Почти падаю, но добегаю до нужной доски. Уверена, Стилински провожает меня недоумевающим лицом. Не хочу чтобы он знал, что я здесь исполняю роль местной сумасшедшей.       Захлопываю дверь комнаты, в надежде, что эта тухлая деревяшка сможет меня защитить. С тенью облегчения выдыхаю. Слышу какой-то звон и отдаленное шипение. Я так часто дышу, но кислорода моим легким все равно недостает. Сердце колотится все быстрее и громче, так сильно, что мне болит грудная клетка. Тихое блеяние постепенно перерастает в отчетливый шепот. - Дорогая... от меня... не убежать... - Нет, нет, нет!       Дыхание замирает. Я замираю. Уверена, мой зрачок расширяется настолько сильно, насколько наркоман принял героина в подворотне. Перед глазами пульсирует чернота. Шепот в голове становится все громче. - От себя... не убежать... - Оставь меня! - я швыряю светильник в стену.       Тени сплываются передо мной в высокую, зловещую фигуру. Шепот окончательно перерастает в холодящий кровь голос. Внутри все сворачивается в тугой ком. Горло будто сжимает ледяная рука. Я что-то сдавленно хриплю, даже не знаю что. Комната вертится, мир под ногами качается. Не знаю как мне хватает сил держаться на ногах. - Не бойся, мы же друзья, - ласково ухмыляется Кай. Тьма приобретает цвет и он делает шаг навстречу. - Не подходи, - срывающимся голосом, чеканю я. Беру с тумбочки книгу и бросаю ее в Кая. Но она пролетает сквозь него. - Как грубо, - он выпучивает нижнюю губу и неодобрительно качает головой. - Я же хотел по-хорошему. Кай делает еще шаг, и оказывается почти впритык. Он хватает меня за плечи. - Будешь наказана.       Адская боль накрывает меня с головой. На этот раз я не сдерживаю душераздирающий крик, притупляющий восприятие окружающего. Мои вены словно лопаются. Реальность и иллюзия переплетаются, размывая границы видимого. По всему телу проходятся волны мучений. У меня закатываются глаза. От боли я не соображаю вообще. Сотрясаюсь в судорожной конвульсии страха. - Оставь...меня... - Ну не-е-т, - протягивает он, и сжимает мои плечи еще сильнее.       Мне так больно, что я не могу даже вдохнуть. Время как будто назло мне, замедляется, и каждая секунда отдается еще большим ударом по моей психике.       С усилием воли я вырываюсь и перелезаю через кровать. Кай даже не пытается меня схватить. Он знает, что я не смогу никуда убежать. Только если в окно со второго этажа. Но высоты я всегда боялась больше всего. Даже боли. - О, Малышка Тори все-таки решила сопротивляться. Он смотрит мне прямо в душу. Будто видит насквозь. - Исчезни! - кричу я так громко, что мои ушные перепонки готовы взорваться. Я бросаю в него маленькую тумбочку, пустой стакан, но все вдребезги разбивается о стену, а не о его голову. Дерьмо, дерьмо! - Плохая, плохая Тори.       Он вновь собирается приблизиться ко мне, но дверь комнаты резко распахивается с грохотом ударившись о стену. Кай с безумной улыбкой дымом расплывается в воздухе. Сюда вбегает перепуганный Стилински. И часто дыша оглядывает погром, который я устроила. - Ты в порядке?!       Я улыбаюсь как последняя дура. Так рада его видеть, что из глаз текут слезы радости. Но нет. Я смазываю палец о щеку и вижу на нем алую жижу. Из моих заплаканных глаз хлещет багровая кровь.