Критерии гриффиндорки

      — Профессор Грейнджер, за что вы сняли баллы с мистера Оливера?       Альбус Дамблдор оторвался от задумчивого разглядывания отреставрированного Большого зала и сотен обедающих учеников и незаметно покосился в сторону опять препирающейся парочки. Усмехнувшись, директор слегка склонил голову набок и прислушался к новому поводу для споров.       — Он опоздал, — невозмутимо ответила Гермиона Грейнджер.       Вот уже полтора года прошло со дня Финальной битвы. Вот уже четыре месяца девушка работала в своей любимой школе профессором Нумерологии. И вот уже месяц, как между ней и профессором Снейпом происходило нечто странное: проницательный старец не мог не заметить, когда эта парочка рядом, воздух так и начинал искриться. Они вечно спорили, ругались, но Дамблдор слишком хорошо знал Северуса Снейпа и ничуть не хуже — Гермиону Грейнджер…       Старец хмыкнул про себя: вечно хмурый и безразличный зельевар, которому со всеми коллегами было лень даже словом переброситься, резко оживал, стоило Гермионе оказаться рядом. Конечно, у молодого мужчины были на то причины… Дамблдор каждый раз удивлялся выдержке Северуса…       А Грейнджер… После войны скромная тихоня-всезнайка превратилась в остроумную, красивую, эффектную молодую женщину с весьма острым языком.       Так что их перепалки с каждым разом становились все виртуознее.       — Да ведь это я его задержал! — ругань продолжалась.       — Значит, следовало попросить зайти после моего предмета, — спокойно ответила девушка.       — Знаете что… — кажется, Северус поперхнулся. — В следующий раз я сниму баллы со всех гриффиндорцев, которые…       — Да пожалуйста! — Снейп даже не успел фразу закончить. — Я, вообще-то, не их декан, поэтому меня можете баллами не пугать. Делайте, как пожелаете! Но я на свои уроки опозданий не потерплю! Знаете, у меня в школе был очень строгий учитель — Зельеварение преподавал, а один год даже Защиту от Темных Искусств. Так вот он за опоздание с нас три шкуры сдирал. Именно этот профессор и привил мне любовь к дисциплине…       Дамблдор заметил, как Северус гневно стрельнул глазами на Грейнджер и, резко вскочив из-за стола, пулей вылетел из Большого зала.       Хм… Ладно…       Пора великому старцу вмешаться…       Почти сразу же, как закончился обед, Дамблдор отправил Снейпу сообщение, что желает видеть его у себя в кабинете. Объявился зельевар лишь после ужина. Недовольно ворча себе под нос проклятия в адрес Гриффиндора и всех его потомков, мужчина влетел в кабинет директора. За ним громко хлопнула дверь.       — Надеюсь, у тебя что-то срочное, Альбус, — проворчал Северус. Он остановился напротив стола Дамблдора и сложил на груди руки. Ждал очередного напутствия от старого интригана.       Альбус улыбнулся и пододвинул своему коллеге коробочку, полную лимонных конфет. Когда пожилому волшебнику немного надоели лимонные дольки, он переключился на конфеты с идентичным вкусом. Снейп скривился, демонстрируя, что не желает глотать эти наполненные сахаром леденцы, и потребовал, чтобы директор быстрее перешел к делу.       — Присядь, Северус. Разговор может затянуться, — предложил Альбус.       Снейп отрицательно мотнул головой в ответ:       — Нет у меня лишнего времени. На повестке слежка за очередным отрядом тупых баранов, что смеют называть себя пятикурсниками… И новая словесная перепалка с Грейнджер, ведь большая часть пятикурсников — гриффиндорцы… Это ж надо было додуматься! Экспериментировать посреди теста с одним из самых опасных зелий, а эта девчонка еще смеет заявлять, что я безосновательно вычел с Гриффиндора баллы и отправил вратаря с ловцом из этой кучки придурков к Поппи! В следующий раз сама потащит их распухшие физиономии в больничное крыло!       Альбус дал Северусу выговориться, а когда тот замолк чисто для того, чтобы перевести дыхание, сказал:       — Собственно, о мисс Грейнджер и хотел с тобой поговорить. Ты переигрываешь, мой мальчик, — Дамблдор задумчиво погладил серебряную бороду.       — К чему ты клонишь, Альбус? Мне казалось, что ты уже достаточно потрепал мне мозг, когда заставил обращаться к Грейнджер как к коллеге, а не студентке, и не как… — запнулся Снейп. На его лице заиграли желваки. — Чего тебе еще от меня нужно?       — Северус, мальчик мой, я знаю тебя лучше, чем ты сам, — спокойно напомнил разъяренному мужчине директор. — Я вижу, что этими склоками ты пытаешься добиться внимания мисс Грейнджер, но ты же знаешь… всему свое время…       — Альбус, замолчи. Пожалуйста, — Северуса будто надломили. Вся бравада вмиг улетучилась, и подкатила усталость. Зельевар медленно опустился на предложенный еще в начале беседы стул.       Нет, препираться с Грейнджер было интересно, вот только все чаще хотелось провести время за более мирной, размеренной беседой, поговорить о вечном, рассказать ей все… Изящные пальцы Снейпа прошлись по безымянному пальцу, потирая только ему заметный узор… Как же он устал ждать…       — Так в чем дело? — старец отставать явно не собирался.       — Ни в чем, — холодный ответ.       — Северус… — иногда Дамблдор мог быть невыносим. Хотя… он всегда невыносим!       — Да потому что… — Снейп оборвал себя на полуфразе и резко поднялся, отходя к книжной полке, с раздражением и печалью рассматривая стоящую тут литературу.       — Потому что… — голос Альбуса был заинтересованным, тон — подбадривающим.       — Альбус, ну посмотри на меня! — зельевар даже не повернулся. Голос его звучал глухо, а пальцы скользили по корешкам книг. — Если так разобраться, то на что вообще я могу рассчитывать… сейчас? Уже тогда эта ситуация казалась странной, а теперь… практически безнадежной! Между мной и Гермионой огромная возрастная и социальная пропасть. Я старше ее на двадцать лет, я уже скоро разваливаться начну, а Гермиона только-только узнает приятную сторону взрослой жизни. Что я ей смогу дать? Не перебивай, раз уж попросил все высказать! Ничего я ей не смогу дать! Пусть меня оправдали, но на моем теле по-прежнему присутствует знак мрака. Думаешь, героиня войны сможет жить вместе с бывшим Пожирателем?       — Северус, ты опять завел свою излюбленную шарманку! Но Гермиона уже тогда все знала! Помни об этом! К тому же… ТЕПЕРЬ, — это слово старец особенно подчеркнул, — ты тоже герой.       — Какой из меня герой?! Большую часть жизни на меня все смотрят, будто опасаясь, что я всех предам. И они правы… предавший однажды, с легкостью сделает это вновь.       — Ты не предатель, — тихо проговорил Дамблдор. — Ведь никогда до конца не был на темной стороне. Твоя душа всегда оставалась чиста. Да, однажды ты оступился, но смог найти обратную дорогу. Все же немногие…       — Альбус, хватит этих демагогий о моей душе! Хватит! — перебил пламенную речь директора зельевар. — Поговорим о приземленном: посмотри на меня, — Северус развернулся к волшебнику. — Я страшный, непривлекательный, а Гермиона прекрасна. Зачем красавице нужно сальноволосое чудовище? Любой женщине хочется видеть рядом с собой красивого мужчину, с которым не стыдно будет показаться в обществе, а со мной… только и можно, что по углам ругаться: физиономией не вышел для светской жизни. Да и чувством юмора не блещу.       — Северус, Северус… Как же ты не прав, — только и покачал головой Дамблдор. –Я понимаю: тебя съедают сомнения. Я понимаю: ты боишься, хоть и ждешь этой встречи уже который год, но… Прекрати себя терзать необоснованными, глупыми… да-да!.. глупыми мыслями! Ты прекрасно знаешь, что Гермиона не из тех дурочек, которых привлекает красивая, слащавая физиономия, за которой ничего нет! Ты знаешь, как никто другой, что такая умница не променяет хорошего, интересного собеседника на глупую, самодовольную пустышку! Так что прости, мой мальчик, но ты говоришь ерунду. Помнится, тебе однажды все это кое-кто доказал…       Снейп лишь еще больше помрачнел.       — Северус, неужели ты не видишь, что нравишься Гермионе? Уже сейчас… Серьезно? Не видишь? Ох, мальчик мой. Да она же, как только заходит в Большой зал, сразу ищет тебя глазами, всегда выбирает место поближе. Иногда я замечаю, как Гермиона наблюдает за тобой. Да я готов поспорить, что девушка за тобой хоть на край света сунется! Поэтому еще раз хочу спросить у тебя: в чем дело? Зачем ты так рьяно привлекаешь ее внимание?! Ты же знаешь… ждать осталось недолго. Что тебя беспокоит?       — Меня беспокоит, что в этот раз что-то может пойти не так! — зельевар пулей вылетел из кабинета.       Кажется, в последнее время для него это стало привычным окончанием разговора.       Альбус задумчиво смотрел на закрывшуюся дверь. Что ж… очень скоро все и свершится… Северус молодец. Не каждый выдержал бы…       Больше шести лет…       Пора переходить к активным действиям. Ох, не подведите, мисс Грейнджер…

***

      Гермиона тихонько открыла двери в кабинет директора. Ее удивил и несколько встревожил его срочный вызов, еще больше девушка забеспокоилась, когда увидела Дамблдора, нервно шагающего из угла в угол своего кабинета. Он выглядел рассеянным: шляпа набекрень, очки сползли на кончик носа, а бороду старец так нервно теребил, что норовил в порыве задумчивости оторвать.       — Где же я его оставил?       Казалось, Альбус и не заметил, что девушка уже вошла в кабинет. Пришлось откашляться. Раз пять.       — О, мисс Грейнджер, как у вас дела? Рад, что вы откликнулись на мое приглашение. Присаживайтесь.       Гермиона настороженно села, уставившись на директора. Тот рассеянно помешивал чай пером вместо десертной ложечки и опять игнорировал девушку.       — Мисс Грейнджер, вы, должно быть, заметили, что профессора Снейпа сегодня не было целый день?       Гермиона вздрогнула, еще больше забеспокоившись. Она-то заметила, но почему должна в этом признаваться?       — Так вот… Хочу еще раз извиниться за такой срочный вызов, но дело не требует отлагательств…       — Ничего, директор, я понимаю, но что от меня… — Гермиона даже договорить не сумела. Дамблдор, едва ли не одним глотком опустошив свою чашку, снова вскочил со своего места и продолжил расхаживать по кабинету, шарить по полкам, передвигать вещи так, будто отчаянно что-то искал.       — Это очень-очень важно, Гермиона! — выдал Альбус, раздосадовано цыкая. — Где же он… Где ОН?!       — Простите, директор, что вы ищете? — попыталась хоть как-то прояснить ситуацию Грейнджер, но и тут Дамблдор снова перевел тему в иное русло.       — Гермиона, девочка моя, прошу, в ближайшее время, пока я не найду эту вещь, старайтесь держаться от Северуса подальше. Я уже предупредил других профессоров… Это может быть опасно.       Грейнджер нервно усмехнулась. Общение с Северусом Снейпом всегда представляло собой игру на грани того и этого мира, но обеспокоенное и напуганное лицо Дамблдора заставило гриффиндорку стать серьезней.       — Опасно? Но, почему, профессор?       — Гермиона, вы же слышали о переизбытке магической энергии?       — Да… Это происходит, когда волшебник или волшебница долгое время не избавляются от магических запасов естественным путем, или же, если после частого использования большого количества магии, они резко сокращают ее количество, и не выработанная энергия начинает скапливаться в теле. Может привести к летальному исходу и большим разрушениям, — будто вновь сидя студенткой перед профессором, отчеканила Гермиона. — Но какое это имеет отношение к…       — На протяжении всех лет вашего с Гарри здесь обучения и во время войны Северус тратил очень много магической энергии, защищая вас и шпионя для Ордена. Сейчас же, после наступления мирного времени, обычное количество магии, что его тело привыкло использовать каждый день, не получает выхода… Я долго наблюдал за Северусом и, к сожалению, заметил слишком поздно, что начинается переизбыток. Если в ближайшее время не изъять из тела Северуса излишки магии, все может закончиться именно так, как вы и сказали.       Гермиона оторопела. О последствиях и особенностях переизбытка магии гриффиндорке доводилось лишь читать и слышать от посторонних, но она никогда не думала, что придется столкнуться с подобным лично. Тем более Грейнджер и не подозревала, что эта холера коснется… близкого человека…       — Профессор Снейп может… может умереть?       — А я ничем не могу помочь! Я, старый маразматик и дурак с дырявой головой, забыл, куда еще на втором курсе Гарри спрятал артефакт, что позволяет безболезненно и без риска для жизни изъять излишки магии! Хоть убейте — вспомнить не могу!       Гермионе казалось, что весь мир поплыл у нее перед глазами. Нет. Только не это. Северус и так был на волоске от смерти после укуса той чертовой змеи! Хватит уже с этого мужчины страданий и опасностей!       Девушка подскочила со своего места и рванула к полкам:       — Директор, опишите мне, как выглядит этот артефакт: мы сейчас вместе все тут обыщем.       Но старик лишь схватился за голову:       — Я все тут обыскал! Все! Я не помню, где он: может вообще не в моем кабинете! Я искал везде, разве что в Тайную комнату не спускался! Но я-то там и не был на вашем втором курсе!       — Но что это?! Что вообще собой представляет этот артефакт?       Старик растерянно, будто сквозь девушку, смотрел куда-то вдаль:       — Это такой ларец, единственный в своем экземпляре. Не очень большой: примерно две мои ладони, золотой, без единого камешка и царапины. Крышка его не открывается без определенного ритуала… Этим он и отличается от всех остальных, подобных ларцов. Ведь подделок существует полно…       — Так давайте я поищу в школе: в каждом кабинете! Давайте всех подключим к поискам! — Грейнджер готова была развести бурную деятельность, еще похлеще, чем с обожаемым ГАВНЭ.       — Бесполезно… разве только… нет… это невозможно…       — Что, профессор Дамблдор?! — девушка даже подалась вперед. Если есть хоть какая-та возможность, нужно ею воспользоваться.       — А что, если вернуться в прошлое и все обыскать. Тогда ларец точно находился в школе. Это после войны и той разрухи, что творилась в замке, он мог исчезнуть, или его вообще выбросили, или уничтожили.       Гермиона опешила. Ничего себе! Ну, у директора и фантазия! Вернуться на столько лет назад! Это же просто невозможно! Да и как избавиться от тех последствий, которые могут произойти, если вмешаться в ход времени?       Но Альбус продолжал бубнить, как будто беседуя сам с собой:       — Да, это отличная идея. Но кого… кого не было там тогда? Я не могу… Я там точно себя встречу… Точно так же, как и все преподаватели…       — Может, давайте я?! — вдруг выпалила Грейнджер.       И сама опешила. Вот к чему может привести гриффиндорская безрассудность и желание женщины попробовать помочь небезразличному мужчине.       — Вы? — Дамблдор удивленно смотрел на девушку, а потом вдруг улыбнулся. — А не испугаетесь? Все-таки это год с василиском…       Гермиона тяжело сглотнула: старые страхи поднялись из глубин подсознания. Да, жуткий был год, но, если нужно…. Она пойдет на это. Рискнет.       — И вы там тоже были… — напомнил профессор.       — Но тогда я была второкурсницей. Мне было двенадцать! А теперь уже… взрослая. Точно никто не догадается.       Да, теперь эта красивая, молодая девушка совсем не походила на ту растрепанную, всю в чернилах заучку с вечно поднятой рукой.       — В таком случае, давайте не будем терять время!

***

      Дамблдор подготовил собственный хроноворот — единственный в своем роде, способный перемещать на многие годы назад и при этом дающий возможность вернуться в свое время без тошных ожиданий. Гермиона за предоставленное ей время уладила кое-какие дела, в очередной раз успела наткнуться на студентов Слизерина и едва не столкнулась с находящимся в весьма неуравновешенном состоянии зельеваром. Грейнджер юркнула за угол в последнюю секунду и с грустью глянула вслед мужчине. Тот целенаправленно несся к кучке гриффиндорцев, чтобы — кто б сомневался — в который раз снять с них баллы без особой причины.       В этот раз Гермиона даже не разозлилась. Отправилась в кабинет директора, чтобы как можно быстрее перенестись в прошлое… Оказавшись перед старым волшебником, гриффиндорка внимательно слушала его наставления и с интересом разглядывала протянутый ей конверт.       — Отдадите это мне в прошлом. Я заколдовал пергамент так, чтобы я из прошлого узнал: кто вы и что ищете. А чтобы вам было проще работать, я попросил в письме себя прошлого, чтобы он представил вас как Миону Рейнджер и сделал помощницей профессора Снейпа. Это даст шанс искать ларец. Если я правильно помню, Северус в тот год не особо «участвовал» в ваших похождениях, и, если вы будете работать с ним и появляться на глазах у учеников, это не изменит хода времени.       — Хорошо, — быстро кивнула Гермиона.       Лично ей план очень даже нравился. Единственным минусом перемещения именно на ее второй год обучения было наличие там Злотопуста Локонса… О… Как Грейнджер себя корила за ту глупую детскую влюбленность в этого трусливого напыщенного индюка.       Впрочем, все же девочки тогда были подвержены этой золотоволосой эпидемии. Передернув плечами, Гермиона опять прислушалась к речи добродушного старца.       Все вещи она уже собрала в свою многофункциональную сумочку и готовилась к прыжку во времени.       «Сейчас быстренько туда и назад. Надеюсь, тот Дамблдор еще не до конца страдает склерозом и не успел пока припрятать этот заветный ларец», — подбадривала себя гриффиндорка, которая в душе прекрасно понимала, что вряд ли все будет так легко.       Как там однажды выдал Гарри? «Разве хоть раз наши гениальные, тщательно продуманные планы срабатывали?» Нет. Ни разу. Что ж… Ради Северуса стоит попытаться. Может, это хоть немного поднимет ее престиж в антрацитовых глазах?       — Готовы? — совершенно ясный взгляд Дамблдора.       — Да, — решительный кивок.       — Тогда до встречи в прошлом. Передавайте мне привет… от меня. Скажите, чтобы я поменьше ел лимонных долек. А то сейчас я что-то на них совершенно не могу смотреть, а так хочется…       Гермиона не успела хмыкнуть, как на шее у нее повис Маховик времени и… отсчет пошел.       Когда девушка исчезла, Альбус долго смотрел на пустое кресло. Старец надеялся, что, когда в следующий раз увидит бывшую гриффиндорку, в школе Хогвартс станет на два счастливых человека больше.