Выжить

Плисецкий очередной раз проверил сообщения. Ни-че-го. Последние Юркино пожелание вконтакте "спокойной ночи" так и висело не прочитанным. "Вот шакал!" - растроился он. Отабек уже третие сутки не выходил на связь: не писал, не звонил, короче говоря, не подавал никаких признаков жизни. И Юра места себе не находил от волнения: сначала злился, потом расстроился, а теперь, кажется, начал сходить с ума. Дедушка позвал ужинать, и подросток, еще раз глянув оповещания и со злостью швырнув телефон на кровать, пошел на кухню. Если Отабек так занят, что не может уделить пять минут своему другу, то Юрка больше не будет доебываться, хватит. Настроение было хуже некуда: на улице всю неделю лил дождь, на тренировках Плисецкий заваливал прыжки один за другим, тело ужасно ломило, и голова ныла так, словно череп разрывало изнутри. Да и в придачу, лучший друг конкретно игнорил. Юра откусил пирожок, тот встал в горле комом. "Совсем пиздец, " - решил фигурист, и отложил ужин. Аппетит окончательно пропал. Николай потрогал лоб внука и поинтересовался - не заболел ли Юрочка? "Ага. Заболел. Из-за одного Казаха. А если быть точнее, одним Казахом." - Плисецкий мысленно дал себе подзатыльник за такие выводы. Заболевают кем-то, только когда влюбляются. А Юрка не может влюбится в Беку, он же не какой-то там пидор. От таких мыслей, подросток покраснел, но быстро опомнился, и отогнав от себя все неподобающие фантазии, виновато улыбнулся деду: -Все нормально, дедуль. Я просто налопался чипсов. Николай всплеснул руками: -Вот те на! Ты же себе желудок посадишь! - а чуть погодя добавил. -Ну да ладно, ты вроде не часто их ешь. Хорошо, что не заболел. А то у меня вон голова какой день раскалывается, и давление скачет. Петрович говорит, это плохой знак. Говорит я чувствую приближение этого самого... - почесал голову. - Армагедона! - Николай расхохотался. Юра тоже посмеялся. Видимо он тоже чувствует приближение "этого самого". А еще подумал, что было бы не плохо. Он бы тогда смог не ходить в школу. Рухнув на кровать, подросток в первую очередь проверил телефон: новых сообщений не было. Он перевалился на спину, закинув ноги на стенку, и обновил инстаграм. В ленте мелькали знакомые рожи: Пхичит, Пхичит, Крис, Пхичит и еще раз Крис... Устроили тут поединок, придурки. Затем мелькнула фотка счастливо улыбающегося Вити, обнимающего не менее счастливого Кацудона. В геолокации значилось "Япония", да и по кимоно, в которое они были облачены, было не трудно додуматься. Внизу фотки было написано: "Хасецу- наш собственный мир." Юре стало противно от этих счастливых гримас, и он засунул телефон обратно под подушку. Виктор свалил в Узкоглазию - на совсем свалил. Заявил, что они со свинюшкой теперь официально обручены, и поселятся вдвоем в Хасецу. Перед отъездом, Никифоров поинтересовался: "Юрочка, как думаешь, я правильно поступаю? " А Юрочке-то что? Юрочка давно смирился, ему теперь совсем похуй! А Витек не маленький, пусть делает, че хочет! Голова снова начала расскалываться, и Плисецкий выпил таблетку и лег спать, хотя спать не хотелось. Но думать о Никифорове - не хотелось еще больше. Юра задремал. Причем он сам не понял этого. Он лежал в сумерках, вслушиваясь в звуки внешнего мира, которые доносились через открытую форточку. Дождь наконец закончился, и теперь комнату наполнил приятный свежий запах. Так обычно пахла весна в Питере: мокрым асфальтом, соленным бризом и чем-то старинным. И уже в полудремном состоянии Юра подумал, что, возможно, наконец-то наступил май, который в этом году все никак не начинался. Подростка разбудил звук, оповещающий, что на телефон пришла смс. Нащупав телефон и с трудом разлипив глаза, он уставился на яркий экран, щурясь и пытаясь хоть что-то разглядеть на нем. Сон, как рукой сняло, когда оказалось, что сообщение от Отабека. "Юра, привет! Прости, что не писал. У нас несколько дней не было связи, совсем." Плисецкий облегчено выдохнул, все переживания оказались напрасными. Всего лишь не было связи, а то он уже напиздострадался, выдумал бог знает что: Отабек разбился на мотоцикле, Отабек упал с коня, Отабек отравился самсой, Отабек... нашел девушку? Как ни странно, но последнее волновало Юру уже довольно давно. Хоть подросток и не признавал этого , но он очень ревновал своего друга к девушке, которой возможно пока еще и нету у Алтына. Юра уже начал набирать ответ, что-то в стиле "какого хуя? Дурень! Знаешь, как я пересрался? Пиздец, блять, нахуй...", но Отабек опередил его. "С тобой все хорошо?" Следом, сразу же пришло еще одно сообщение: "Юрий!" И еще одно: "Не молчи! Ответь пожалуйста!!" Фигурист с минуту находился в прострации. Его друг всегда отличался терпением, плюс к этому он прекрсно знал, что у Юры сейчас ночь. "Дурень у нас ночь так то!" А следом отправил второе сообщение: "Все пиздато..." Над следующем сообщением он долго думал, но все же решил отправить: "... теперь, когда ты вышел на связь. Я очень переживал за тебя" Отправил, и сразу спрятал телефон под подушку. Закрыл глаза и притворился, что спит. Прочитает ответ утром, если конечно Алтын соизволит ответить. Юра не мог понять, что застявляет его так смущаться. Вроде бы обычное переживание, за обычного лучшего друга. Это же нормально, да? Он ведь имеет право беспокоится об Отабеке? Ревновать его? Телефон запиликал. Юра не читал сообщение. Он постарался уснуть, но ничего не вышло. Часы показывали 4 утра, и на улице начинало светать. В животе неприятно вурчало. Конечно! Он ведь вчера толком ничего и не ел! Тихо, чтобы не разбудить деду, Юрка сгонял за пирожками и вернулся в комнату. Начал жадно их уплетать. Телефон опять пиликнул. Подросток приподнял подушку и глянул на телефон. В голове появилось опасение, что Отабек опять пропадет на хуй знает сколько времени. "Мне очень приятно, Юр. Я хотел спросить. Ты не хочешь приехать ко мне в ближайшее время?" "Я очень соскучился по тебе." В этот момент Плисецкий почувствовал, как по всему его тело расползается приятное тепло. Хотелось заплакать, запрыгать, засмеяться одновременно. Щеки в момент вспыхнули, и Юра с счастливый улыбкой повалился на кровать, прижимая телефон к груди. "К ТЕБЕ?? ТЫ ИМЕЕШЬ ВВИДУ КАЗАХСТАН??" "Ну да. Ты бы мог прилететь уже сегодня. Можешь взять с собой дедушку." Юра подпрыгнул от восторга. В его голове уже пронеслось множество картинок, как они с Отабеком гонят по солнечным Алматы на его мотоцикле, как они вместе едят национальную кухню, играют в приставку, катаются на лошадях по степям, ходят на каток, обсуждая-обсирают новую прическу Джей-Джея... Все мечтания в миг разбились об суровую реальность. ЮРА. НИКУДА. НЕ ЕДЕТ. Неожиданное предложение Алтына так вскружило голову, что фигурист напрочь забыл о том, что у него на носу экзамены, что новая программа совсем сырая и что дедушка неважно чувствует себя в последнее время. "Бека, прости. Я не смогу. Дедушка плохо себя чувствует, да и Яков хуй отпустит..." "Совсем никак?" Юра тяжело вздохнул. "Совсем..." Отабек долго молчал, и Юра уже решил, что он обиделся на него. Но Алтын был не из таких: "Ничего страшного, Юр. Скоро соревнования в Москве, там и встретимся. Ты береги себя, пожалуйста!" Юра грустно улыбнулся. Он явно не заслужил такого друга, как Бека. "Да что со мной станется :) а ты будь на связи!" "Постараюсь, Юр!" Спать больше не хотелось и есть тоже. Часы показывали пол 7 утра. Это значит, что тренировка начнется через полтора часа. Дома стало как-то душно, и Плисецкий, переодевшись и схватив коньки, вышел из квартиры, тихо прикрыв за собой дверь. Улицы были совсем пустые: ни машин, ни людей. Юра шел по проезжей части и фантазировал, что он остался совсем один в этой огромной столице, что теперь ему дозволено все и все бесплатно. Теперь это его собственный город, его мир! И это тебе не какой-то там ничем не примичательный Хасецу, это культурная столица России! Из размышлений Юру вырвала машина, чуть не сбившая его. "ВОДИЛА-ПЕДРИЛА!" - закричал ошарешенный фигурист вслед. А потом вспомнил, что он вообще-то разгуливает по проезжой части, и получается, что это он, Плисецкий, - педрила. Юрка весь вспотел. То ли от пережитого испуга, а может и от того, что на улице было подозрительно тепло. Ну не бывает в Питере, в мае, в пол 8 утра такого теплого солнца! Это все брехня! "Расскажу Беке! - решил Юра. -Ни за что не поверит!" Тренировка тоже была непонятная. Яков куда-то бегал, ругался с кем-то по телефону, и что-то серьезно обсуждал с Барановской, кидая странные взгляды в сторону Плисецкого. "Наверно Гоша разпиздел, что я курить пробовал! - подумал подросток. -Придумывают теперь, как изощеренней меня отхуярить." Даже вечно счасливая Мила была какая-то взволнованная. Оня стояла у бортика, нервно теребя волосы и хмуря брови. Но заметив Юру, приближающегося к ней, налипила на себя свою самую слащавую беззаботную улыбку и принялась обнимать подростка. -Юрочка! Здравствуй! Давно тебя не видела! -Ага. Целых один день. Мила пропустила фразу мимо ушей. -Как там Отабек? Юра смутился: -Че ты у меня- то спрашиваешь, глупая баба! -Как это? - искренне удивилась Бабичева. -Вы же с ним вроде друзья теперь. -Вот именно! Мы - друзья! Я тебе че? Журналюга? Что бы рассказывать, что там у него да как в жизни? Че приебалась-то? -Госпаади! - протянула Мила. -Че завелся-то так? Я из вежливости спросила просто. Захочу узнать, сама ему напишу. -Вот и пиши! - буркнул подросток. -Точно! Так и сделаю! Скоро же соревнования в Москве! Напишу ему, а там может и на свидание сходим, - девушка мечтательно улыбнулась. Юру как кипятком обдало. -Какое свидание! Баба, ты совсем сбрендила? -Нет, ну а что в этом такого? Он -симпатичный парень, я - красивая девушка, оба- фигуриста! Да и вообще, меня всегда привлекали Казахи! Горячие парни, не находишь? - на последней фразе Мила подмигнула Юрке и расхохоталась. Плисецкий весь покраснел, то ли от злости, то ли от смущения. -Дура! У этого горячего Казаха уже есть горячая Казашка! - яростно выдал подросток. Он ожидал, что Бабичева минимум расстроится, но она лишь слегка пожала плечами. -Все равно напишу, вдруг расстанутся до соревнований. Юра растерянно моргнул. Слышать такое было как-то непрятно. Отабек - не какая-то игрушка, чтоб поиграться и передать следующему! Плисецкий хотел было высказать Миле все, что накипело, но та уже покинула лед. -Эй! Ты куда!? - крикнул Юра ей вслед. -Домой. Яков всех отпустил. В такое время не до фигурного катания, сегодня все у экранов телевизоров зависнут. Фигурист огляделся - лед был пуст. Сегодня, действительно, странный день. Причем тут телевизоры? С какого хуя Яков всех отпустил? Он даже 31 декабря полноценные тренировки устраивал, а тут... Юра зашел в пустую раздевалку, все уже давно разбежались. Достал телефон, чтобы написать Отабеку, что Фельцман, какой-то не такой, и что возможно даст Плисецкому отгул на пару деньков. И тогда они затусят в Казахстане. Сообщения не отправилось."Потеря со связью". Юра усмехнулся, походу эта "эпидемия бессвязья" дошла и до России. Написал Алтыну : "Прикинь, у меня тоже связь пропала!" Осознав какую глупость сделал, ударил себя по лбу и спрятал телефон в карман. На улице было уже по-настоящему жарко. Горячий, знойный воздух и ослепляющее летнее солнце. Это немного пугало, потому что такой погоды в Питере не бывало даже летом, а тут в мае! Птицы стаями носились по небу и громко щебетали. Плисецкий брел по пустующим улицам и охуевал от всего этого. Сегодня все было непонятным и чужим. Юра уже почти добрался до дома, когда небо вдруг озарила яркая вспышка, и улицы охватил визг сирен.