"D" — Воля сердца и мечты

      С первыми длинными лучами ярко-рыжего рассвета работа опять закипела. Раздавались громкие звуки пилы и молотка, гремели доски и рвались лианы, под весом грузов, и ни на секунду ни затихал звонкий смех двух младших, сопровождавший тяжёлую стройку, под час придавая сил. — Никогда бы не подумала, что можно быть настолько счастливой, когда что-то строишь! — вытирая капли пота с висков, заметила голубоглазая девочка в свой перерыв, требуемый телом. — Не поверишь, но я тоже так счастлив строить наше убежище! — согласился с ней Сабо стягивая куртку, насквозь вымокшую от пота.       Лайс посмотрела на плод общего труда и улыбнулась. Деревянное сооружение, что пока было сложно назвать чем-то определённым, через отдельные элементы которого проходили прямые и яркие лучи солнца, обещало стать грандиозной и надёжной постройкой, годной для круглогодичного проживания в ней. Это была восхитительная идея, с душой в ней. Мечтания черноволосой девочки прервало резкое урчание, внезапно изданное её животом. — Ой! — Харрмишь зажала руками живот и немного покраснела. Видимо, звук был таким громким, что его услышал даже Эйс, что сейчас вколачивал доски на верхушке дерева. — Э? Что я слышу, Лайс, ты голодна? — с дружеской усмешкой спросил темноволосый мальчишка. — У-э… Очень, если быть точной! — проскулила девочка, честно признавая голод. — Тогда, — потирая рука об руку и откладывая гвозди с молотком в сторону, сказал Портгас, — как на счёт прогулки в город? — спускаясь по лиане на землю, предложил веснушчатый парнишка. — В город?! Давайте! Вкусно поедим! — спрыгивая с верхушки прямо на землю, согласился Луффи, при приземлении подняв огромные клубы пыли. — Резинка ты бесполезная, что б в один из прекрасных дней тебе расшибиться! — откашливаясь и разгоняя пыль, проклинал Луффи старший. — В город? А разве в лесу не достаточно еды чтобы наесться? — непонимающе спросила Лайс. — Но ведь в лесу нет рамэна, да и жаренных блюд ты тут не найдёшь, Лая, пойдём! — махнув рукой в сторону ворот, продолжал звать Сабо. — Дубина! Я же сказала, что ты должен называть меня Лайс! — стукнув блондина с размаху по башке, выкрикнула голубоглазая девочка. — А разве ты меня сегодня победила? — выкрикнул в ответ блондин, забегая за спину Портгаса, надеясь спастись от гнева младшей. — Гр-р-р! Эйоро, разгрызи ему башку! — приказала своему питомцу Харрмишь, на что мойо только подошёл к голубоглазой хозяйке и ласково потёрся о её щёку. — Оя-оя! Я задел тебя за живое, Лая? — язвительно поинтересовался Сабо, как будто намеренно выделяя исковерканное имя. — Ах так! Ну, блондин несчастный, погоди у меня! — запрыгнув на загривок Сабо, Харрмишь приготовилась мстить. И мстить жестоко. — Пф! Ну так как, мы идём или нет? — поинтересовался Эйс у избивавшей и избиваемого, когда отложив казнь блондина, черноволосая девчушка принялась навязывать длинную верёвку на лапе птицы. — Конечно, когда это мы от халявной еды отказывались! — согласилась черноволосая девочка, трижды проверив прочность привязи.       С чего-то этот птенец хищных мойо стал всюду таскаться за Лайс и потому, Эйоро теперь постоянно нужно было привязывать. Это было не плохо, но иногда, стоило отойти, как он, словно пёсик, мчался за хозяйкой.       Нацепив потрёпанный временем плащ, если таковым можно считать дряхлую чёрную тряпку, и спрятав лицо, квартет неплохо так напоминал здорового мужчину. В таком виде, да ещё и запасшись крокодилом на продажу, было несложно проникнуть в город, что спрятался от Серого Терминала за высоченными толстыми стенами. — Такие взрослые и такие слабые! — спускаясь с деревянного ящика, находящегося возле обшарпанной стены, по прошествии драки, удручённо произнесла Харрмишь. — Это было сразу понятно, когда они решили нападать всей сворой! — стирая с трубы кровь, холодно заключил Сабо. — И да, кстати, почему ты не приняла никакого участия в сражении?! — сердито поинтересовался блондин, оглядывая совершенно равнодушную к подобной картине девочку. — Что? — возмутилась черноволосая девчушка. — Но я же такая хрупкая и ранимая, как можно, — строя из себя недотрогу, говорила голубоглазая девчонка, применяя секретную технику «щенячьи глазки». — Лайс, прекращай придуриваться, не канает, — бросил Эйс. — У тебя сил может и не столько же, как у нас с Сабо, а вот двадцать раз победить Луффи у тебя получилось. Так что уж хотя бы двух из этих бандитов ты могла и на себя взять! — добавил темноволосый парнишка, хватая тёмную накидку, ранее отброшенную в сторону. — Мф! Всего двадцать! Как же жизнь не справедлива! Ещё и у этих недоделков поживиться оказалось нечем, — занимая своё положенное место под плащом, фыркала Харрмишь. — Так, а куда мы направляемся? — задала вопрос девчушка, переболев свои поражения. — Лая, даже твой живот в курсе куда мы идём, почему же ты-то нет? — шептал Сабо, отчётливо слыша голодное урчание у себя над ухом. — Желудок-то мой в курсе, как и я… Мы идём есть, но, куда именно? — пытаясь подавить желание запихнуть хоть что-то съедобное в себя, спрашивала черноволосая девочка. — Предлагаю сюда! — останавливая всех, предложил Эйс. — О! Лапшичная! Давно мы тут не были! — облизываясь произнёс счастливый Монки, столь же голодный, что и девчушка. — Если возражений нет, вперёд! — под команду Портгаса, ребята зашагали вперёд.       Только звякнул дверной колокольчик, как перед гостем появился работник, сказав: — Здравствуйте, — поприветствовал посетителя мужчина. — Здравствуйте, — ответил человек в плаще, проходя внутрь. — Добро пожаловать, дорогой гость! — стелясь перед посетителем, поздоровался работник лапшичной. — Ох, уважаемый, я думаю, что наше заведения не для вас, — поправил себя мужчина, оглядывая посетителя.       Сабо вытащил из-под плаща руку с медальоном в ней. На небольшой золотой вещице был знак знати — ромашка с тремя лепестками, и только работник увидел его, как сразу же расплылся в улыбке, много слащавей прежней, и был готов буквально облизать подошвы посетителя. — Как же мы рады приветствовать посетителя из знати! Прошу, проходите, мы предоставим вам отдельное место! — провожая человека в плаще к комнате, говорил работник лапшичной. — Нам три… — под накидкой послышался глухой удар, фигура немного пошатнулась, послышался сдавленный рык и человек кашлянул. — То есть четыре самых вкусных блюда. Поторопитесь, я не люблю ждать! — велел человек, закрывая за собой дверь. — Вы, два дебила, забыли что ли обо мне?! — сдавленно шипела Харрмишь, уже получившая от веснушчатого парнишки. — Ох, прости-прости! Только из-за тебя мы чуть не спалились! — ещё раз огрел блондина и голубоглазую по загривкам Эйс. — Но это уже не важно же?! Сейчас мы сможем поесть, остальное не нужно! — где-то внизу брыкался Луффи. Резиновый мальчишка был опорой и держал за ноги Сабо и Лайс, в свою очередь удерживающих Портгаса. — Да что ты щиплешься?! — легая резинку в ответ на раздражающие лёгкие щипки, вопрошала голубоглазая девчонка. — Ваш заказ, уважаемый господин! — влетая в комнату с четырьмя чашами, над которыми вился ароматный запах, сказала официантка. — Кхе! Да, спасибо! — серьёзным, пародирующим грозных взрослых, голосом сказал темноволосый паренёк.       И это в тот момент, когда трое остальных еле успели захватиться друг за друга, что бы не нарушить целостность фигуры и человеческих очертаний. Видите ли, кое-кому приспичило потерять равновесие и потащить всех остальных за собой. Только официантка закрыла дверь с внешней стороны, все четверо с грохотом свалились на пол, но тут же подскочив, взобрались на стул и принялись за угощение. С громкими всхлюпами (не опечатка) довольные дети уплетали горячий рамэн. — В самом деле, вкуснотища! Гораздо сытнее фруктов и лесной зелени! — допивая бульон, восхитилась Харрмишь. — Доб… — чуть не выкрикнул Луффи, благо Эйс, даже не отвлекаясь от приёма пищи заткнул мальчишке в соломенной шляпе рот.       Сабо театрально кашлянул, попросив: — Ещё четыре рамэна, пожалуйста! — громко произнёс блондин и через минуту та же девушка принесла повторный заказ, состоящий из четырёх добротно приготовленных блюд.       Так продолжалось ровно до тех пор, пока Луффи не спалил всех, растянув свои шаловливые ручонки к очередной порции. А дальше пришлось быстренько тикать в окно. — Ах вы мелюзга! — кричал и бранился в разбитое окно размахивающий половником шеф-повар. — Они сбежали через окно? Но ведь это же третий этаж! — послышался озадачено-растерянный голос официантки. — Сбежали даже не заплатив… — процедила черноволосая девчонка, сжимаясь в полёте и готовясь приземляться. — А это вообще нормально? — спросила Харрмшь, отпружинивая от натянутой ткани над ларьком внизу. — Ши-ши-ши! Спасибо за угощение! — прыгая прямо на мостовую, крикнул Луффи в сторону лапшичной и раздражённых людей в окне. — Если тебя совесть грызёт, то можешь вернуться, Лая! — отозвался Сабо, убегая от яростной собачки, на которую при приземлении наступил. — И не подумаю! Ищите дурочку! — беззаботно заявила Лайс, вприпрыжку мчась по дороге в сторону ворот. — Наша — дворовая порода! — оценивающим тоном произнёс веснушчатый парнишка. — Лая, советую поторопиться! — видя отставание младшей девочки и показавшихся за ней полицейских, выкрикнул блондин. — Тебя спросить забыла! Лучше сам в стену не врежься, Сабо! — усмехнулась голубоглазая, сбив с ног полицейских одним несложным манёвром, разученным недавно в лесу.       Ребята забежали в Серый Терминал, где преследовать их уже не стали, побрезговали. Дети спрятались среди куч мусора, ведь здесь ждала другая беда — они попались на глаза пиратам Блюджема. Люди из команды этого пирата то и дело сталкивались с ребятами на пути, пока игнорируя сорванцов, видимо, пока не узнав. — Подумать только! — в очередной раз прячась, прошептала Харрмишь. — Из-за каких-то сокровищ такой сыр-бор! — недовольно буркнула девчонка. — Ши-ши-ши! Эйс говорил, что украл у них где-то полтора лимона! Не знаешь, много это? — запищал где-то неподалёку Луффи, в темноте груд ненужных вещей почти ничего не видно. — Полтора лимона?! — чуть ли не в голос восхитилась голубоглазая девчушка. — Особенно если сразу с кожурой глотать! — Монки захихикал нехитрой шутке Лайс. — Баснословные деньги, ну, для Терминала это уж точно! — более серьёзно ответила Харрмишь в пустоту, а когда покрутила головой в поисках хотя бы намёка на чьё-то знакомое присутствие, перед самым её носом что-то приземлилось и в темноте блеснуло два тёмных глаза. — А!.. Ой! — затыкая рот руками и падая назад, взвизгнула черноволосая девочка. — Лайс, ты чего? Это же я! — непонимающим голосом произнёс Монки. У них обоих чёрные волосы и смуглая кожа. В темноте едва ли приметен хоть один из них. — Я-то? Это ты меня напугал! Не появляйся так из темноты! — фыркнула голубоглазая девочка, хватая мальчика за руку и направляясь вместе с ним в сторону леса через поражающие своими размерами кучи мусора и грязи.       Сабо и Эйс выскочили к лесу одновременно с Луффи и Лайс, и все четверо помчались глубже в заросли. Когда дети наконец достигли места назначения — своего недостроенного дома, они все разлеглись на отдых. — А бегаешь… ты, неплохо, должен признать!.. — переводя дыхание похвалил блондин голубоглазую девчонку. — Молчи уж! Если такое будет каждый божий день, то я мигом тебя догоню! — сообщила Харрмишь, подходя к птенцу, который не унимался с тех пор, как увидел хозяйку.       Лайс развязала верёвку и мойо мигом накинулся на хозяйку со своими, птичьими, обидами. Эйоро остался без поощрений, но Харрмишь простил. Ещё немного отдохнув, ребята опять принялись за стройку, которая двигалась поразительно быстро. Перед сном, уже забравшись наверх вместе с мойо, мальчишки, у которых ещё оставались силы говорить, поболтали о том о сём и уснули, последовав примеру Харрмишь.       Изо дня в день, от рассвета к рассвету продолжалась работа. Проснулись, сперва Лайс это сильно удивляло, но после стало привычно, что засыпали все в разных местах, а просыпались пригретые на тёплом пуху маленького мойо. Поели фруктов или чего-то подобного, для завтрака самое то. Принялись за рубанок, пилу и молоток. В полуденную жару перекусили чем-нибудь посытнее или смотались в королевство Гоа, отдохнули и снова за молоток и гвозди. К сумеркам на озеро — там, нужно было сохранить силы и на это, поймать крокодила или, в случае неудачи, наловить сетью рыбы, перекусить, прогуляться с Эйоро, питомцу тоже внимание нужно, а отпускать Харрмишь в лес одну тот ещё фокус, и на боковую.       Из раза в раз, сутки за сутками повторялась эта картина лишь только с незначительными изменениями. Но ничто не было в тягость этим четверым. Даже совсем уставшие и измотанные дети находили силы веселиться и смеяться, придумывать небылицы и шутить. Наоборот, чем больше становилась нагрузка, тем лучше себя ощущали ребята. Их переполняла гордость за себя и за остальных, предвкушение… И вот, спустя всего-то три недели, работа была завершена! Штаб был построен! Эйс торжественно нацепил штурвал и кораблеподобный дом объявили законченным. — А как же флаг? — поинтересовалась Харрмишь, выглядывая наружу, перевесившись через борт, пристально поглядывая на шпиль наверху. — Ох, точно! — подскочив на месте бросил Сабо, убегая куда-то в сторону. — Вот же, вот! — разворачивая тёмный кусочек ткани, выговорил он.       Это был тёмный треугольный флажок с двумя перекрещенными былыми костьми и четырьмя разноцветным буквами на нём. Красная «A», синяя «S» и две «L» — жёлтая и фиолетовая. — Миленький флажочек! — восхитилась Лайс, наклоняясь к флажку и детально его разглядывая. — Ага! Наш флаг! «A» — Эйс, «S» — это я, жёлтая «L» — Луффи, а фиолетовая по праву твоя, Лая! — объявил Сабо.       Черноволосая девчушка, хоть и была довольна созданным блондином флагом, у остальных, в том числе и у неё, вряд ли бы получилось лучше, но всё равно огрела Сабо со всего размаху. — Мило, конечно, что ты нарисовал флаг, но меня Лайс зовут! — от злости у девочки даже венка на лбу вздулась.       Вот уже чего никому не советовали после этого мальчишки, так это встречаться с злой Харрмишь. Сабо-то отскребли, а вот задница болела долго, при чём и у голубоглазой девчонки тоже. А флаг торжественно прицепил на верхушку Монки. После же, Портгас позвал остальных на поляну недалеко от дерева.       Солнце уже пряталось за морскими волнами, а тепло понемногу покидало лес огромных вековых деревьев, омывая землю потоками вечерней росы. Трели цикад сходили на нет, а вечерние птицы запели тихие успокаивающие песенки, и Эйоро присоединился к ним. — И что же такое эдакое ты придумал на этот раз, Эйс? — скрестив руки на груди, покачиваясь на каблуках своей обуви, поинтересовался Сабо. — А вот что, — темноволосый парнишка поставил перед ребятами огромную стеклянную бутылку с алкоголем. — О! Бухлишко! Привыкаем к хорошей жизни?! — игриво спросила Лайс, потирая ручки. — Дура, не мели чушь! — в свою очередь остановив поток нелепых мыслей девчонки ударом по макушке, велел веснушчатый мальчишка, ставя возле бутылки четыре маленькие красные чаши. — Вздорная девица, ты вообще в курсе, что тебе так выражаться не положено? — вредно фыркнул блондин, отворачивая голову в сторону от черноволосой девчушки. — Не положено? Но она же пиратка, так почему бы и нет? — встал на защиту прав Лайс Луффи. — Короче… — обратил не себя внимание Эйс. — Вы знали, что если мужчины разделят между собой выпивку, то станут братьями? — вытаскивая зубами пробку из горлышка и отбрасывая в сторону, разливая саке в чаши, говорил Портгас.       Когда же он до края наполнил три из них, Харрмишь закрыла своей кроткой рукой четвёртую чашу, сказав: — Если это касается братьев, мне не к чему пить с вами. Вас три и три чашки полны, — колеблясь между правильно и хочется, объясняла голубоглазая девчшка свой поступок. — Сестёр это тоже касается! — возразил Монки, убирая руку черноволосой девочки и подставляя чашку старшему. — Или ты против? — саркастично подняв брови, поинтересовался Сабо.       Девочка отрицательно замотала головой: — Никогда и ни за что! — чуть ли не крича сказала Харрмишь.       Дети подняли в воздух четыре красные чаши, да краёв полные саке. — Нужно бы клятву произнести, — тихо заметил Сабо, неловко утыкаясь взглядом в саке в своей чаше. — Тогда, с вашего дозволения, я начну, — ответил темноволосый парнишка. — Отныне и впредь… — произнёс Эйс. — Клятву приносим мы… — подхватил блондин. — Эйс, Сабо, Луффи и Лайс… — смешливо произнёс имена всех Монки. — Что мы братья и сестра навек! — закончила Харрмишь, когда чаши звонко стукнулись выплеснув несколько прозрачных капель. Ребята притянули саке к себе и в момент все четверо осушили чаши в знак подтверждения клятвы. — Буе! Горькое! — тут же высовывая язык из-за горечи на нём, высказалась голубоглазая девчонка.       Было дело, когда сладкое саке приносило удовольствие за праздником, но сейчас оно было многим более терпкое и едкое. Словно впитало в себя это обещание, показывая насколько тяжело будет его выполнить. — Да, а мне вот даже понравилось! — крутя теперь уже пустую чашу произнёс веснушчатый брат, щёки которого покрылись краснотой из-за влитого алкоголя. — Сабо, может ещё по одной? — обратился темноволосый парнишка блондину. — Вынужден отказать… — уклонился от предложения Сабо. Ему спиртное тоже показалось малость неподходящим для распития. Не сейчас, по крайней мере. — Да и тебе больше пить не стоит, братишка Эйс… — закупоривая бутылку, заметила черноволосая сестра. — Вредина, — недовольно фыркнул старший, не предпринимая и попытки отобрать бутылку. — Тем не менее. Советую вернуть это туда, откуда ты это взял, — воткнув в горлышко пробку, бросила Харрмишь. — Скажи же им, Лу, что я права? — обратилась к младшему среди своих старших братьев девочка. — Эй, Луффи, ты там уснул что ли? — расталкивая младшего брата, спросил веснушчатый парнишка. — И правда спит, — заглядывая под шляпу, опустившуюся на загорелое лицо с шрамчиком, констатировал Сабо. — Тогда и нам пора, а то чего доброго это самое саке на нас дурно скажется, — припоминая что-то явно неприятное, связанное с алкоголем, высказалась Лайс.       Предложение достигло затуманенных умов и наречённые братьями с сестрой поднялись наверх, в штаб, быстро выключившись. Возможно, будь Харрмишь менее восприимчива к алкоголю, она бы услышала шёпот двух старших, что таки поговорили под выпивку, совсем как взрослые, о чём-то своём.