"D" — Воля сердца и мечты

      Время летит очень быстро, а его тонкие длинные пальцы коснутся всего, и время ни перед чем не остановится. Даже боль под его натиском замирает. Не попадает, но затихает. Итак, в бесконечной борьбе с прошлой болью, прошло семь тихих лет тренировок и простого детского смеха на горе Корба… — Луффи, Ла-а! — разносились над лесом громкие возгласы парня, возрастом не больше семнадцати, с тёмной густой шевелюрой и веснушками, со временем только потемневшими и заметными ещё сильнее. — Где этих чертят опять носит?! — скорым шагом исходив всю гору вдоль и поперёк, злой, как сам сатана, ревел Портгас. — Они опять убежали? — попивая на крыльце чай и читая сегодняшнюю газету, спросила грузная рыжеволосая женщина, более чем равнодушная к происходящему, давно привыкнув к таким сценам. — Верно-верно. Босс, вы за них переживаете? — видя лёгкие нотки беспокойства на лице Дадан, спросил разбойник с причёской гребешком. — Догра, о чём это ты?! С чего бы мне переживать? Эти, ещё будучи детьми, побили огромного тигра, так что если Луффи не свалился в море и их нет на горе, искать их можно только в двух местах, — перелистывая страницу за страницей, сказала Кёрли. — А Эйс об этом, похоже, забыл… — раздосадовано заметил Магра, видя падающие деревья вдалеке. — Балбес, что с него возьмёшь? — бросила глава разбойников.       Семнадцатилетний юноша всё же сообразил прогуляться туда, где чаще всего находил своих брата и сестру. Спустившись с Корба, Эйс вошёл в деревню Фууса, что находилась как раз у подножия горы. Пройдя по знакомым улочкам и поздоровавшись с жителями деревни Ветряных мельниц, темноволосый вышел к причалу. — ЛУФФИ, ЛАЙС!!! — снова во всю глотку закричал Портгас, сотрясая воздух. — И чего это ты так с утра разорался? — раздался требовательный ребяческий голосок, обладательницей которого была четырнадцатилетняя девчушка, застывшая в дверном проёме бара с зелёной крышей. Девчонка так часто пропадала здесь, что удивляться уже смысла не было. — «И плевать тебе, что уже давно не утро!» — подумал про себя Эйс, свыкшейся с подобного рода выпадами от младшей сестры. — А чего ты так одета-то? — задал вопрос парень, разглядывая пышную фиолетовую пачку и бирюзовый корсет, надетые на сестру. — Ах, это… — приподнимая края пышной юбчонки, шаркнув подошвой синих балеток и встряхнув двумя маленькими хвостиками, протянула девица. — Эйс, тебе нравится?! Макино сказала, что мне очень идёт! — покружившись вокруг своей оси, произнесла голубоглазая Харрмишь.       Парень почесал за ухом и вздохнул. В общем-то, стоило бы уже и свыкнуться с таким легкомысленным поведением, но таких оболтусов было двое и они были одинаково ветряными и наивными. Свыкнешься тут, когда-то один, то вторая что-нибудь да учудят. — Я так понимаю Луффи с тобой? — оставив вопрос девочки без ответа, спросил старший. Девчушка надула губы и прижалась к стене, давая проход внутрь. — Бука! Простого «очень идёт», вполне хватило бы, — фыркнула Лайс. Эйс потрепал её чёрные волосы. — Ты великолепно выглядишь! — сказал веснушчатый юноша, проходя в бар. — Ох, надо же, сам Эйс! — наигранно удивилась хозяйка сия приморского заведения, протирая стаканы за барной стойкой.       Эта зеленоволосая стройная женщина точно знала, что если к ней забрели мальчишка в соломенной шляпе и девочка с ручным мойо, то скорее всего скоро явится и их старший брат. В этом не было сомнений. Так уже повелось. — Макино-сан, что же вы творите?! — взвыл Портгас, встретившись у входа с мальчишкой в жёлтом сарафане и хвостиком из чёлки. — Эйс! Привет, а ты здесь зачем?! — спросил черноволосый мальчишка, откусывая прожаренного мяса. — Луффи, неужели тебя это не смущает?! — ударив рукой по лбу, спросил старший брат. Как он ещё себе мозг таким образом не выбил — загадка. — Эй, Эйс, ты чего встал?! Дай пройти! — пиная старшего под пятое место, пробивалась внутрь девочка.       Когда Харрмишь проникла наконец в здание, она сразу же устремилась к тарелке, где её ждал-дожидался хорошо прожаренный окорок. Монки подсел к ней и они смеялись и обсуждали свои наряды. Похоже, им это доставляло удовольствие. — Неужели тебе совсем не понравилось? — раздосадованно спросила зеленоволосая женщина, подавая Портгасу тарелку закусок. — То что вы переодели моего брата в девчачье платье и нацепили на Лайс балетную пачку? — с возмущением поинтересовался темноволосый юноша. — Макино-сан, нельзя же так пользоваться их наивностью и добродушием, — пробуя на зуб поданное, сказал парень. — Но… Им так идёт! — протянула женщина, подавая на стол кружку алкоголя. — А вообще, Луффи сказал, ты скоро отплываешь. Это правда? — спросила хозяйка бара, отъедая чего-то вкусного с тарелки. — Да, только шансов на тихое и мирное путешествие у меня мало… — опускаясь головой на барную стойку, проговорил Эйс. — Видите ли… Ла-а увязалась за мной! — указывая на свою младшую сестру, добавил темноволосый брат. Женщина усмехнулась. — Так она плывёт с тобой? Подумать только, эта шумная девица увяжется за тобой хвостом? Что-то тут не так, — хитро пропела слова зеленоволосая женщина. — Более того, Макино-сан, Ла-а обещалась отдать меня в хорошие руки и вернутся до семнадцатилетия Лу! Не смешно ли?! — засмеялся сказанному Портгас. — О?.. — подпирая щёку рукой, протянула женщина. — Так вот что она придумала… Да! Лайс самая забавная из вас троих! — закрывая рот рукой, глотала смешинки Макино. — Значит вы уплываете завтра? — снова спросила женщина, для верности. — Да, в полдень. На остром утёсе горы Корба я распрощаюсь с островом Рассвета! Жду вас там! — ответил темноволосый парень, поднимаясь с места. — Лу, Лайс, пойдёмте! — махнув младшим рукой, скомандовал старший и ребята послушно пошли за ним. — До свидания, Макино! Ещё увидимся! — помахала на прощание рукой голубоглазая девочка, захватив с собой свои и брата повседневные вещи. Вечно ходить в юбке всё равно не удобно.       Подъём на гору Корба как никогда был лёгок и приятен. Это был точно последний спуск в деревню для старшего брата и вполне наверняка для Лайс, что вернётся сюда ещё не скоро. Родной лес гор и запах Рассвета. Лучи солнца пропитавшие своим теплом загоревшую кожу ребят и горная еда, укрепившая их тела вместе с тренировками. Лайс снова крутила головой по сторонам разглядывая и запоминая всё в попытке захватить природу с собой. Будто не хватит ей иного мира без этого небольшого клочка земли. Над головой девочки нависла тень и спустилась вниз. — Эйоро! — обнимая голову птицы, произнесла Лайс.       Взрослые мойо были очень большими, что бы питомец мог садится сразу на руку хозяйки без повреждений и потому, Эйоро всегда хватался лапами за часть пояса на спине. Само кожаное изделие было подарено девочке Макино для удобного ношения трёх кинжалов, с которыми Харрмишь почти не расставалась, и прочих полезных вещиц. — Хороший мальчик, ты снова меня нашёл! — почёсывая крылья питомца, уже перебравшегося на руку, приговаривала младшая. — Подумать только, что тот неоперившийся птенец вымахает в такого большого мойо! — заметил Эйс, сравнивая у себя в голове маленького птенца с его нынешними размерами. — Сами-то вон как вымахали! — фыркнула Лайс, перебирая перья на хохолке Эйоро. — Эйс, прекрати расти! Ты меня уже на две с половиной головы выше! — разозлилась голубоглазая сестра, вызвав усмешку на лице старших братьев. — Ну, зато ты везде пробраться можешь, не то что Эйс с его габаритами! — зажимал руками рот, раздираемый от смеха Монки. — Молчал бы, резинка! — буркнул Портгас. — Сам меня ниже на полторы головы, — показывая рукой высоту младшего брата, говорил темноволосый юноша. — Но на целую голову выше Лайс! — возразил Луффи, за что схлопотал от младшенькой не хилый такой подзатыльник.       Когда же потирая шишку, Луффи посмотрел на Эйоро, он воскликнул: — Ла-а, у него письмо на лапе! — увидев привязанную бумажную трубочку, сказал Монки. — Так-с… Что тут у нас? — Открепляя бумажку и разворачивая её, пробормотал мальчишка в соломенной шляпе. — Эйс, Эйс! Дадан просит тебя принести мяса на ужин! Поймать и принести ей двух оленей, сейчас! — протараторил черноволосый мальчуган текст с бумажки. — Старая коряга! Совсем обленилась! — фыркнул в сторону темноволосый паренёк. — Луффи, Лайс, вы со мной пойдёте? — спросил Портгас у младших. — Не-а! Эйс, я в Терминал хочу! — возразила черноволосая девочка, сажая своего огромного питомца на пояс, так. словно бы его крылья теперь принадлежат ей. — Я там так давно не была, можно? Сегодня, в конце концов, последний день! А Лу составит мне кампанию! — подтаскивая к себе братца, произнесла Харрмишь. — Эх вы! Ладно, так и быть, но не надолго! — поправившись с братом и сестрой, Эйс пошёл за пропитанием, а Лайс и Луффи вприпрыжку помчались к Серому Терминалу, вернее в город. — Эйоро хороший! Эйоро умный! Эйоро красивый! — отпуская птицу в небо приговаривала черноволосая девочка, радостно улыбаясь.       Много времени прошло с тех пор, как дети прибегали в Серый Терминал чуть ли не каждый день. С той самой ночи прошло ровно семь лет. Ни Эйс, ни Луффи, ни Лайс теперь почти не ходили за лес. Они ничего не забывали, но больше не отходили от дома разбойников и даже штаб свой забросили. Домик на дереве давно покрылся многолетней порослью и породнился с деревом, на котором стоял. Только иногда, в затишья лесной жизни, голубоглазая девица приходила сюда и, забравшись по хлипким ступенькам внутрь, проводила здесь часы напролёт. Неизвестно, зачем или почему младшая сестра так делала, но в такие дни она была грустна и беспокойна. — Быть может ей нужно побыть одной? — рассуждали разбойники. И мысль эта имела большое оправдание. — Или она хочет выплакаться? А может поговорить с собой? — судили они, сами не зная о чём. Сейчас же всё было иначе. Сегодня последний день перед отплытием старшего брата и младшей сестрёнки. — Нэ-нэ, Лу, что же на самом деле было в записке?! — перепрыгивая через ствол гнилого дерева, спросила девочка. — Сами-сан сказал, что всё уже готово! Ши-ши-ши! — во всё горло ответил Луффи, перемещаясь на растянутых руках по веткам, как обезьянка. — Написал, что чем скорее всё заберём, тем лучше! — добавил мальчишка с шрамчиком. — Вот как! Значит я всё правильно подсчитала! — усмехнулась голубоглазая девочка. — Тогда, курс на город! — победно выкрикнула Харрмишь и началась игра на перегонки.       «Квартет Серого Терминала» был довольно знаменит и не только благодаря сводке разыскиваемых. Эти дети сильно насолили здешнему правительству, да и людям в принципе, но по нижнему городу Луффи и Лайс перемещались так же спокойно, как и по лесу. Виной их спокойствию могли послужить «подвиги» старших братьев, а может и сила их самих. Кто знает. — Лу, Лу, гляди, мороженное! — подбегая к прилавку, воскликнула Харрмишь. — Господин, можно мне три шарика? — показывая на пломбир, клубнику и шоколад, спросила с угрожающей улыбкой девчушка. — Да… — запинаясь и с неохотой отдавая Лайс заказ, пробормотал продавец. — М-м! Всё-таки у вас самое вкусное мороженное в городе! — бросая три монеты на прилавок, похвалила лакомство голубоглазая Харрмишь. — Ты слишком щедрая… Ши-ши-ши! — Посмеялся Монки, откусывая немного сладкого прямо из рук младшей. — Если тебе что-то нужно, это можно просто украсть или отнять силой, так поступают пираты, — недовольно сказал мальчишка. Лайс косо взглянула в сторону прилавка с мороженным и пожала плечами. — Весь прилавок мне не нужен, — запрыгнув на высокую ограду длинной клумбы, ответила она. — Да и что плохого? Мне больше удовольствия доставляет борьба за свои принципы, а не угроза жизни мороженщика, — добавила Лайс, пристыдив в варварстве мыслей своего брата.       Луффи конечно тот ещё легкомысленный дурачок, но вполне осознавал, что младшую сестру нужно охранять, беречь и не спускать с неё взгляд, а то, кто знает, что учудит эта ветряная особа? Хотя, парнишка не мог не признать, что на выдумки его сестрица изобретательна. — А вот и она — Амо-Само — лавка всего по-чуть-чуть! — объявил Монки, останавливаясь напротив небольшого здания с серо-фиолетовыми стенами и жёлто-зелёной вывеской. — А разве же не Само-Амо? — уточнила голубоглазая девочка, входя в здание со звуком подвесного колокольчика. — Снова вы?! — шарахаясь в испуге к стене, воскликнул продавец.       У него-то с квартетом старые счёты. Особенно со старшими, что отдубасили его за одни только объятия, что он выпросил у их сестры. Даже если он и забыл бы это, рана на теле ему всегда об этом напомнит. И напомнит жестоко, седым волосом, новой потерянной партией нервных клеток… — Йо! Мы с Лу за заказом! Он готов? — спросила Харрмишь с хрустом откусывая вафлю рожка, облокотившись рукой на голову братца, который, в свою очередь, лёг подбородком на прилавок. — Да-да! Забирайте и проваливайте! — показывая два свёртка, резко произнёс мужчина. — Четвёрка Серого Терминала… Квартет насылающий проклятья! — выругался как можно тише мужчина, но Луффи всё же его услышал. — Проклятья? — черноволосый мальчишка озадаченно посмотрел на сестру. — Ла-а, а мы разве так умеем? — спросил Монки, вызвав у Лайс, рассматривающей свёртки, хитрую усмешку. — Умеем, Лу, — голубоглазая девчушка легко кивнула головой и направилась к выходу. — Мы умеем проклинать бедностью, — с некой угрозой произнесла Харрмишь, забирая Луффи с собой.       Обратно они шли неторопливо, беседуя ни о чём, просто разглядывая округу, как будто им и вправду была нужда разглядывать ветви и листья на заученных местах. Так, брат с сестрой, сами того не заметив, вышли к озеру, решив остановиться там. В закатном свете вода дивно блестела, ярко переливаясь. — Ла-а… — с непонятным для девочки удивлением произнёс вдруг оказавшийся так близко Луффи. — Глаза!.. Твои глаза… они… сверкают! — мальчишка был озадачен, заинтересован, но, нет, вовсе не напуган. — Что?.. — отбросив протираемые в пятитысячный раз клинки, подползая на коленях к воде, воскликнула черноволосая девочка, вглядываясь в отражение. Но Харрмишь увидела только сияние рыжего заката в своих больших глазах. — Лу, в них ничего нет кроме заката… — с некоторой досадой протянула младшая. — Тебе показалось. Это была всего навсего игра света, — сказала Лайс, проводя пальцами под глазом, всё ещё не понимая до конца выкрик брата. — Не-а! Не-а! Гляди! Гляди! — тараторил Монки, вытягивая перед Лайс старое-старое зеркало с уже совсем истёртым узорчиком, но всё ещё прекрасно выполняющим свою функцию. А в зеркале отражался яркий, сияющий свет. — Быть этого не может… — почти столкнувшись лицом с зеркалом, произнесла девочка, разглядывая свои собственные глаза.       Сейчас казалось, что её взгляд вобрал в себя всевозможные голубые, синие и фиолетовые. И это завораживало. Будто огромный сапфир подставили под лучи сотен солнц. — Круто-круто! Ла-а, не знал, что ты так можешь! — восхищался Луффи. — Это так странно, но… Всё равно круто! — промелькнуло в безрассудной голове мальчишки с соломенной шляпой. — А, Лу, ты прав! Это так классно! — разглядывая себя в крохотном зеркальце, воскликнула Харрмишь. — Так здорово! — восхитилась сестра в унисон с братом. Но после Луффи опять фыркнул. — Ха? Снова не светится?! — Лайс опять посмотрела на отражение в зеркале. — Вот же-ш-ш!.. Это же так красиво смотрелось! — возмущалась голубоглазая девчушка. — Ши-ши-ши! Эйс, наверное, будет так зол, что не увидел ТАКОЕ! — говорил об этом Монки, как о чём-то грандиозном. Девочка засмеялась. — Может об этом ему знать не обязательно? Обидится ещё… — размышляла в слух Лайс. — Думаю, не стоит расстраивать его перед отъездом! — на том и договорились. Луффи и Лайс решили не говорить брату о том, что сами не совсем поняли, но что им показалось безумно весёлым.