Охотники за нечистью. Часть 1

19 июля 2015 года. Квартира Сумерек. Воскресный вечер уже почти близился к ночи. Кто-то уже ушёл спать, а кто-то ещё нет. Дима ненадолго отошёл в туалет, оставив свой ноутбук на столике в гостиной. — Димон, я твой ноут возьму на пару сек? — Адам вдруг взял ноутбук со стола. Увидев свою драгоценность в руках младшего брата, Дима выскочил из ванной комнаты как пуля. — Нет! Не бери! У тебя вообще свой есть! — средний брат начал отбирать свой ноутбук, но Адам его отдавать не собирался. — Мой Катюха заняла, а мне отчёт надо генералу отправить, а то он завтра мне мозги выест. Да дай, я быстро! — Нет, не дам! — Да чё ты отпираешься? Тебе жалко ноутом с родным братом поделиться? Я всего-то отчёт переправлю и всё! — Мне бы не хотелось, чтобы ты лез в мой браузер! — Да не буду я твою историю браузера смотреть, мне насрать на неё — братья продолжали бороться за этот ноутбук и отбирать его друг у друга. Но, в этой схватке больше выигрывает Адам. — Ты этого видеть не должен! — Дима всё же проиграл и его ноутбук оказался в руках его младшего брата. — Обещаю, я смотреть не буду — Адам всё же зашёл в браузер, где сразу же открылась вкладка, из-за которой Дима и не хотел делиться ноутбуком, — «Горячие мальчики развлекаются в сауне»? Чё…? — Адам с недоумением и отвращением глянул на брата. Как оказалось, там была открыта вкладка с гей-порно. — Я ж тебе говорил, что ты этого видеть не должен… — Дима слегка покраснел от стыда. — Кхм… сделаю вид, что я этого не видел — Адам отдал ноутбук обратно в руки Диме, — А твоя жена-то в курсе, чем ты занимаешься? — Только давай договоримся, что ты ей ничего не расскажешь, ясно? — Дима строго посмотрел на брата. — Делать мне больше нечего — Адам пошёл в сторону своей комнаты. — А ноут тебе больше не нужен? — Лучше дождусь, пока мне Катька мой отдаст — младший брат скрылся за дверями комнаты. Дима тяжело выдохнул, захлопывая крышку ноутбука. Чувство неловкости и стыда его переполняли. Не хотелось, чтобы Адам кому-то рассказал об этом секрете. Утро в отделении. Сотрудники собрались по местам и ожидали нового дела. Дима всё утро старался не сталкиваться и встречаться глазами с Адамом, и не только. Но и на всех остальных ему было неловко смотреть, боясь, что его младший брат уже всем об этом растрепал. Только вот все вели себя как обычно, даже Адам его не подкалывал за завтраком. Адам как всегда сидел за своим столом и копался в телефоне. В холле сотрудники были погружены в свои дела и не обращали внимания ни на что. Дима неловко подкатился на своём кресле поближе к младшему брату. — Слушай, Адам, ты же… никому не рассказал про то, что… ну, вчера увидел на моём ноуте? — средний брат говорил тихо, чтобы никто посторонний не услышал. — Нет, не рассказывал. Можешь успокоиться, мне всё равно. И я тебя не осуждаю — Адам говорил спокойно, не отрываясь от экрана своего телефона, листая ленту инстаграма. — Правда…? Ну… спасибо, что ли… — Дима облегчённо выдохнул и откатился к своему столу с мониторами. — Но если не будешь со мной делиться, то я всем об этом расскажу — Адам насмешливо хмыкнул. — Ладно. Можешь брать мои вещи когда угодно и насколько захочешь. — Договор. — У нас ничего нового не объявлялось? — из своего кабинета вышла Алиса с кружкой горячего кофе. — Пока нет — ответил младший брат. — Может быть это и к лучшему. Во всяком случае никто не страдает. — Хах, и нам ничё делать не надо. — А ты этого только и ждёшь, я смотрю — сказала Алиса. Дверь в холл отделения открылась. К отряду зашла перепуганная женщина лет пятидесяти в голубом длинном платье и с сумочкой. На вид она была потерянной. — Здравствуйте, я хочу написать заявление — голос женщины был поникшим. — Безделье отменяется. Здравствуйте, да, конечно, проходите, садитесь — Алиса проводила женщину к столу Адама и пододвинула ей стул, — Как Вас зовут? Что случилось? Адам, подготовь документы — Алиса перевела взгляд на младшего брата, который отложил телефон и принялся рыться в бумагах на своём столе. — Маргарита Павловна меня зовут. У меня дочь пропала. — Очень Вам сочувствую. А можете поподробнее всё нам рассказать? Сколько дочери лет, когда видели в последний раз, как давно пропала? — Дочери шестнадцать лет, после девятого класса она поступила на бюджет в колледж на дизайнера и переехала жить в общежитие. А потом на лето она переехала к подружке на съёмную квартиру. Мы с ней всегда часто созванивались и виделись, но потом в последнее время она стала выходить на связь всё реже и реже, а потом и вовсе пропала с радаров. Я звонила её одногруппникам и друзьям, чтобы узнать, как там моя Юля. Но они говорят, что она не появлялась уже почти две недели. И две недели её нет дома. — Угу… две недели, значит… а она могла там, я не знаю… пойти с каким-нибудь парнем? Или у неё начались какие-то проблемы из-за чего она ушла в загул. Может такое быть? — Ой, это навряд ли… а вот про парня… вполне возможно, что она с кем-то познакомилась, а он мог маньяком оказаться! — А Юля же есть в соцсетях? — вдруг спросил Дима. — Да, есть. Она часто выкладывала фотографии, и эти, как их там… а, сториз! — А можете потом мне показать её соцсети? Как заявление напишите. — Да, конечно. — Мы сделаем всё что в наших силах, чтобы найти её — начала Алиса, — Оставьте ещё нам контакты её друзей и одногруппников, а также напишите адрес её квартиры. Будем искать. — Ой, спасибо вам большое! — женщина была рада, что сотрудники согласились ей помочь. — Пока ещё не за что благодарить. Поблагодарите, когда мы её найдём. А мы точно это сделаем. Отряд принялся за дело, нужно как можно быстрее найти пропавшую Юлию. Её обеспокоенную мать отпустили домой. — Было не так сложно взломать её аккаунт в инсте — Дима вовсю занимался соцсетями пропавшей, — Судя по всему, девочка очень любит фотографироваться, фоток у неё тут просто немереное количество. И позирует везде прям как фото модель. И судя по фоткам, она любила тусоваться в клубах со своими подружками, ходить по магазинам, кафешкам, бегать по паркам. В общем, девчонка очень такая активная. — А что в её переписках? Есть что-нибудь подозрительное? — спросила Алиса, наблюдая за рабочим процессом сотрудников. — Сейчас гляну. Так, в основном всякие сплетни и секреты с подругами, помощь одногруппникам с учёбой, кому-то готовые рефераты скидывала. Ничего пока особенного, у неё были неплохие отношения со сверстниками. Хотя, вот ещё кое-что… Ей написал некий Виталий, какой-то директор модельного агентства. — А это уже интересно. — Виталий пишет ей, что ему очень нравится её профиль, её фотки и её внешность и что ему бы хотелось пригласить её к себе в студию работать моделью. Уже попахивает чем-то подозрительным. — О, дьявол… мне кажется, или это больше походит на заманивание девушек в… порно-индустрию? — у Алисы даже холод по спине пробежал, — А эта Юля же ещё и несовершеннолетняя… ей же всего только шестнадцать лет… — А так оно и есть походу. Он начинает ей манипулировать, типа, если ты не будешь делать то, что я скажу, то ты никогда не станешь популярной моделью, и он сделает так, чтобы её мечта не сбылась никогда и что она потом не сможет пробиться ни в одно модельное агентство, что типа у него куча связей. И чтобы он мог её утвердить на работу, он просит её скинуть ему фото… — Голой…? — Да. В белье и без него. И она скинула. — И что дальше? — Дальше он восхищается красотой её тела. Какой же мерзкий ублюдок. На фотках же она выглядит, как ребёнок! Грёбанный извращенец со своими педофильскими наклонностями… фу. — Это понятно. Что он пишет потом? — Потом он просит её скинуть ему денег, чтобы её уж точно могли взять в агентство работать моделью. — Типичная мошенническая схема. Мы хотим взять тебя на работу, чтобы платить тебе кучу денег, но перед этим скинь нам денег сама. И сколько он у неё просит? Она потом скинула? — Он просит у неё восемьсот тысяч. Хах, губа ни дура. Она пишет, что у неё нет таких денег. Что неудивительно, для шестнадцатилетней. Он начинает ей угрожать и шантажировать её голыми фотками. Типа, если она не скинет ему эти деньги, то не только не возьмёт её в своё агентство моделью и не даст исполнить её мечту, но и что разошлёт её нюдсы всем её одногруппникам и её в маме, в том числе. То есть, он начал её запугивать. Она не знает, где ей достать такую сумму. И он предлагает ей… ой фу… — Что он предлагает? — Алиса уже была готова услышать самое худшее. — Стать… вебкам-моделью… — Это ещё чё такое? — Серьёзно? Ты не знаешь? — Дима вскинул бровь. — Без понятия — старшая сестра пожала плечами. — Если говорить простым языком, то это бесконтактные порно-услуги. — Ничё не поняла. — Ну короче, это когда девушка-модель общается по видеосвязи с мужиком, который скидывает ей деньги и просит что-то за эти деньги взамен. Например, там, грудь показать и не только… — Типа проституция, что ли? — Ну да, типа того. По сути вебкам-модель — это онлайн проститутка. — Ага, то есть, этот хренов извращуга и мошенник заставил шестнадцатилетнюю девочку заняться проституцией? Нахрена? Это чтобы она на этом заработала для него эти восемьсот тыщ?! — Получается так. — Ужас. Хорошо, её матери сейчас здесь нет, а то б её тут инфаркт бы схватил… — Ещё насколько я понял… этот мужик ни хрена никакой не директор модельного агентства, а как раз-таки больше является директором этой вебкам-студии и заманивает несовершеннолетних девчонок в свою контору, чтобы зарабатывать на их телах бабки! — Да, а потом этим бедным девочкам приходится копить деньги на лечение у психотерапевта — в холл вошла Яна, услышав этот разговор. — Ты что-то об этом знаешь? — спросила старшая сестра. — Я в целом ознакомлена с проституцией и всей порно-индустрией в целом. Как вспомню, как маленькие девочки и женщины попадают в сети этого кромешного ада и какие последствия их потом ждут… — Яна сочувственно вздыхала. — М-да… не завидую я проституткам и порно-актрисам. А тут ещё и эти вебкам-модели. Думаете, этот директор мог её похитить? — Знаешь, очень даже может быть. Девочек силком заманивают в секс-индустрию, обещая им золотые горы, а в итоге их безжалостно эксплуатируют и чуть ли не держат в заложницах, прям как рабынь. — Думаешь, этот директор может держать её у себя в заложниках? — Вполне. — Слушай, ну насчёт нашей пропавшей ясно, что её заманили в вебкам. А что насчёт других там вебкамщиц, порно-актрис, эскортниц? Они разве не сами туда идут в целях заработка? — решил вдруг спросить у младшей сестры Дима, ибо знает, что Яна в этом разбирается, как она сама заявила. Ему было правда любопытно. — Знаешь, Дим, они туда если и идут, то явно не от хорошей жизни. — Но ведь полно и других способов заработка денег, если уж настала такая финансовая задница. Почему же они выбирают способ заработка именно торговлей своим телом? — В этом виноваты в первую очередь основная масса мужчин, которые готовы платить им за такие услуги. Спрос рождает предложение. Если мужчины перестанут покупать женщин, грубо говоря, но так оно и есть, то эскорт просто потеряет свой смысл. Нет покупателя, то и нет спроса. Мужчины, которые покупают секс, платят не за согласие. Они платят вместо согласия. Проституция — это проплаченное изнасилование. Туда также идут молодые девушки, которые уверены, что быть чьей-то секс-рабыней — это охренеть как прибыльно, и в первую очередь о больших заработках кричат сами директора этих контор, сутенёры, то есть по сути. Но эти девушки не понимают, что не так-то просто показывать голые части тела на камеру. Их голые видео и фото навсегда остаются в интернете, и ты это знаешь, и девушки постоянно сталкиваются с рассылкой этих фото и видео их родным и близким, и друзьям. Кто-то идёт туда ради пробы, ведь все же говорят, как там круто работать и как можно заработать кучу денег просто занимаясь с кем-то сексом. Один раз попробовали, а уйти уже оттуда не могут. То есть, им могут угрожать, шантажировать, и даже могут грозиться убить. То есть, если все перестанут говорить о том, как же круто работать в этой индустрии и как можно поднять бабла, и если мужчины перестанут покупать себе рабыню для своих сраных потребностей, то женщины перестанут туда идти. Ненавижу мужиков, которые тявкают: «то есть ты сама раздвигаешь ноги, а виноваты мужики? Ты разве не хозяйка своих ног?». Милый мой, так женщины раздвигают ноги потому что им за это платят. А ты перестань платить, и никто перед тобой просто так раздвигать ноги не будет. Разве это не очевидно? Разве так сложно применить логику? Ещё туда также идут просто из нужды ради денег. То есть у женщины происходит какой-то лютый п*здец в жизни, ей срочно нужны деньги, голодные дети, больные родители, нечем платить за жильё, коллекторы уже выносят двери, а её уволили и не берут больше ни на какую работу, хоть с образованием, хоть без него. И она решается на такой способ заработка, ведь там же мужчины готовы отвалить огромные суммы ради того, чтобы воспользоваться её телом, и женщине приходится идти туда, ибо вариантов больше нет. — Ты это говоришь про всех работниц этой индустрии или только про экортниц? — спросил средний брат. — Я про всех в целом, и про порно-актрис, которым очень сильно вредит такая «работа». — А, вот как. Ну про вебкам-моделей и проституток понятно, почему им это вредит. Типа мужики-клиенты проституток могут и насиловать и чё только не сделать, а вебкамщиц сливают их родственникам, что не может не сказаться на психике. А что насчёт порно-актрис? Им как их работа вредит? Типа точно такими же рассылками? — И не только. Давай, я тебе про это более подробно чуть позже расскажу, ладно? А сейчас нам нужно найти пропавшую Юлю. Наверняка её держит в заложниках этот директор. Слушай, Дим, а ты можешь его найти? — Не знаю, сейчас попробую зайти в его профиль… — Дима снова уставился в мониторы, — Чёрт. У него ненастоящий аккаунт, и к тому же, он уже удалён. Найти я его не смогу. — Ясно. Надеюсь, Адам с Джеффри и Томми что-нибудь нарыли в её квартире — вздохнула командующая, — Надеюсь, она быстро найдётся. Тем временем Адам, Джеффри и Томми отправились в квартиру пропавшей девушки. — А неплохой район. Даже куда лучше, чем из предыдущего дела — заключил Томми, осматривая двор. — Главное, чтоб это дело не оказалось таким же ужасным — сказал Джеффри. Следователи и криминалист поднялись на нужный этаж и позвонили в звонок. Дверь открыла юная девушка, лет шестнадцати, с чёрными волосами и карими глазами, и бледной кожей. — Э… здравствуйте… — девушка не ожидала увидеть сотрудников полиции. — Здрасте. Майор Ламберт. Юлия Величкова здесь проживает? — спросил Адам, показав девушке своё удостоверение. — А, да. К вам её мама обратилась, да? Она пропала. — Да, и мы пришли осмотреть квартиру и с Вами поговорить. Разрешите? — Да, конечно, заходите — черноволосая отошла в сторону, чтобы запустить следователей. — Покажете, где находится её комната? — спросил Томми. — Да, я вас провожу — закрыв за сотрудниками дверь, девушка повела мужчин в одну из комнат. — Спасибо. Я пока осмотрю всё, а Вы поговорите — Томми поставил на стол в комнате пропавшей свой чемодан с набором криминалиста. Комната выглядела минималистично и в розово-фиолетовых тонах. В углу комнаты рядом с кроватью стояла кольцевая лампа и камера на штативе. — Идёмте — Джеффри отошёл в гостиную, где уселся на бежевом мешковатом диване, — Когда Вы в последний раз видели Юлию? — Недели две назад — девушка тоже расположилась на диване рядом с Джеффри и Адамом. — Вы помните тот день, когда она пропала? У неё были какие-то проблемы? Она Вам ничего не рассказывала? — Вообще нет. Но в последнее время она изменилась, стала чаще запираться в своей комнате и не выходить, и меня просила всегда, чтобы я ей не мешала и не заходила в её комнату. Ну, я так и делала. А в тот день, когда она не пришла домой, она тогда ушла на пробежку в первомайский парк, часов в восемь утра, и с тех пор она не вернулась. — То есть, Ваша подруга с утра ушла на пробежку и не пришла домой, и её мать обратилась к нам только спустя две недели? Почему Вы раньше не обратились в полицию? — не понял Адам. — Ну мы думали, что она ещё вернётся. У неё бывает такое, что она сначала уйдёт по своим делам, а потом кого-то знакомого встретит и уйдёт тусоваться. Но она так только на двое суток пропадала, но всё равно возвращалась. — И часто она так пропадала? — спросил Джеффри. — Ну не часто, иногда бывает. Она просто любит по клубам ходить. И после тусовки она приходила ночевать к другим нашим общим подружкам и знакомым с колледжа. — Мама её давно о пропаже узнала? — Ещё вчера вечером. Она до этого ей звонила, Юля не отвечала, потом она начала нам всем звонить. — Ну то есть, если б не её мама, то Вы бы и дальше сидели, и ждали, когда же она вернётся? — Адаму подобный поступок не понравился. — А я чё виновата, что она сама в загулы уходит? Я что ли за ней следить должна? Я ей не опекунша, чтобы каждый её шаг контролировать, у меня вообще-то и свои дела есть! — начала возмущаться черноволосая. — Хорошая из Вас подруга. Знаете, когда Вы в курсе, что подруга может загулять на двое суток, а на третий и четвёртый день она не появляется и не отвечает на звонки, можно было сообразить, что что-то не так и забить тревогу? Или же Вы причастны к её исчезновению? — прорычал сквозь зубы брюнет. — Вот только меня обвинять не надо. Если уж она сама шлялась и потерялась, то это уже её проблемы. — Интересный вывод — удивился словам девушки Алексей, — Только если из-за того, что Вы раньше не обратились в полицию, Вашу подругу могут за это время убить. И если это окажется так, то её смерть будет на Вашей совести — розоволосый встал с дивана и направился в комнату пропавшей, где проводил обыск Томми. Адам тоже не стал сидеть рядом с подругой исчезнувшей Юлии. — Чё-нибудь нашёл? — спросил Ламберт у коллеги. — Да. Нашёл её ноутбук, камеру, кучу ламп, разного фасона нижнее бельё, реквизит в виде наручников, кошачьих ушей, перчаток и куча разновидностей секс-игрушек. Что-то мне подсказывает, что она здесь как будто проводила съёмки интимного характера — доложил криминалист, рассматривая найденные вещи, что явно были куплены в магазине для взрослых. — Может вебкамом занималась? Подружка её сказала, что в последнее время пропавшая запиралась в своей комнате и не впускала её. И понятно, почему — сказал Адам. — Ещё она сказала, что в день пропажи Юлия вышла утром на пробежку в первомайский парк и не вернулась — добавил Джеффри. — Надо будет об этом сказать Диме, у него есть доступ к камерам этого парка. Возможно, там мы и найдём, куда она потом делась — сказал Томми. — Ага, и заодно доложить, чем она занималась. Наверняка, из-за этого она и пропала. В отделение уже были доставлены вещи пропавшей. — Серьёзно? Думаешь этот самый директор может быть в этом замешан? — Адам уже сидел за своим столом и разговаривал с Димой. — Ну а почему нет? По-моему, звучит логично. Он пока что единственный подозреваемый. Только вот его аккаунт удалён и теперь его хрен найдёшь — сказал Дима. — Хреново. Не зря Янка всегда говорит, что вся эта порнушная х*рня людей только губит. — Да, только она ещё говорит, что порно губит не только тех, кто там работает, но ещё и потребителей. Только вот как? — Так давай у неё и спросим — Адам заметил вошедшую в холл младшую сестру и повернулся к ней, — Слышь, Янка, а правда ли что порнуха вредна ещё и для тех, кто её смотрит? — Да, это уже доказано научными исследованиями — Яна изучала материалы дела в документах и отвечала на вопрос брата, не глядя на него. — А подробней? — Подробней это тебе будет проще загуглить и почитать статьи, но я могу объяснить вкратце. Порнография тем или иным образом пропагандирует дискриминацию, неуважение, вуайризм и объективизацию по отношению к женщинам. — Вуайризм…? Это чё такое? — не понял Дима. — Это сексуальная девиация, характеризуемая побуждением подглядывать за людьми, что занимаются интимными процессами, то есть это может быть процесс раздевания, когда человек принимает душ, и даже испражняет нужду в туалете, или занимается с кем-то сексом. То есть, вуайризм в большинстве случаев связан с наблюдением за другим человеком, который занимается чем-то интимным. — То есть у этого даже есть своё название? Фу… — Да. Ещё порнография вредна тем, что когда там показывают банальные сюжеты, например, к девушке пришёл сантехник и всё идёт по законам этого жанра. Мужчины, насмотревших подобных порно-роликов, потом думают, что раз в порнухе девушке нравится, когда к ней вот так вот пристают, то это прокатит и в реальной жизни, что потом они попросту начинают насиловать женщин, думая, что им это нравится. И ведь в порно, когда женщина кричит и просит остановиться и говорит «нет», то там это преподносится так, будто это такая игра и что женщинам это нравится. В реальности же, когда женщина пытается остановить мужчину, то он не воспринимает её отказ, он это воспринимает как игру, прям как в порно. Подобные случаи уже случались, к сожалению, когда мужик-сантехник изнасиловал клиентку. — То есть просмотр мужиками порнухи, где присутствует гетеро пара, это потом сильно калечит женщин? — спросил младший брат. — Да. — А если смотришь чисто с геями это считается? — от этого вопроса Адама Дима напрягся, вспоминая вчерашнюю ситуацию. — Ты что смотришь гей-порно? — Яна перевела взгляд на Адама. — Не я, Дима. — Ты же обещал никому об этом не говорить! Тебе не следователем, а в разведку надо было идти… — Дима раскраснелся и зло посмотрел на Адама, который лишь ухмылялся. — Да я всего-то в образовательных целях спрашиваю. — Да, гей-порно считается вредным и калечащим по отношению к мужчинам-геям — Яна спокойно ответила на вопрос, — Ведь и там тоже присутствует всё тоже самое. Про опасность анального секса я вообще молчу, который в порно так яро показывают. — И тебя не смутило то, что Адам только что сказал? — Диме было всё так же неловко. — Нет. Все мы когда-то смотрели порно в разных категориях. И я в том числе, до тех пор, пока не стала изучать эту тему с другой её стороны. — Ясно… Ты мне всё же обещала рассказать про это более подробно. — После работы, после того, как мы найдём пропавшую. — Я как раз этим и занимаюсь, пытаясь найти её по камерам в парке — средний брат вновь отвернулся к мониторам. — Слушай, если мужики платят эскортницам и вебкам-моделям за их услуги, и тем самым, они поддерживают их деятельность и насилие над ними, то смотря порнуху, они тоже этим поддерживают насилие над женщинами? — Адам продолжал донимать сестру вопросами. — Да, всё правильно. Как я уже говорила, спрос рождает предложения. Если есть огромные просмотры, особенно на БДСМ порно, то от этого начинает страдать больше женщин, и это не только порно-актрисы. — Понятно. — Ребят, только что вызов поступил из первомайского парка — в холл зашёл Валера. — А чё там? — спросил Адам. — Говорят, они там труп девушки нашли. От этих слов ребята со страхом посмотрели друг на друга. — Нет. Это же не она, верно…? — Диме хотелось верить, что этим трупом не окажется их пропавшая. — А по камерам ты щас чё видишь? — младший брат повернулся к нему. — Так… в настоящее время. Да, народ стоит у одного из аттракционов. И там труп. Но на лицо не поймёшь, она это или нет. — Значит, пора туда вызывать Коляна. Бл*… а я надеялся, что мы найдём её живой. — А ты разве не видел этого? Ты не пользовался своим даром? — А какой тогда смысл от расследования и работы следователем, если я буду постоянно пользоваться своим даром? Так неинтересно. — Неинтересно ему. Из-за этого мы потом уж точно не успеем вовремя прийти на помощь. — Да я уже заранее чувствовал, что её уже нет в мире живых, только не знал, где именно искать её труп. — Не хочется как-то её маме сообщать о том, что мы её нашли, но есть нюанс — вздохнула Яна. — Не хочется, но придётся. Отряд уже прибыл в парк, а Дима остался в отделении и работал с камерами. — Здравствуйте, Вы вызывали? — Алиса обратилась к директору первомайского парка. — Да, мы, здравствуйте — мужчина выглядел слегка напуганным. — Майор Серебрякова. Что у Вас случилось? — Алиса убрала удостоверение обратно в карман. — Я директор парка, Яков Михайлович. В последние две недели у нас нестабильно начал работать аттракцион с качелями. А сейчас он и вовсе сломался. Наши ремонтники разобрали механизм и обнаружили там… труп. — Труп в механизме? — Алиса решила пойти и посмотреть. Труп внутри аттракциона был изувечен и уже почти разложился. Лицо невозможно было опознать сразу, этим уже займётся Ник. — Придётся попотеть. На трупе куча травм и не понятно сразу, то ли из-за убийства, то ли из-за этого механизма — протянул Ник, рассматривая сухое и гнилое тело. — Её убили? — А ты думаешь, она сама сюда залезла? Конечно же это убийство. — Ладно. Яков, скажите, а Вы ничего подозрительного не замечали? Не знаете, кто мог это сделать? — командующая обратилась к директору парка. — Не знаю… не видел ничего такого… — директор всё ещё выглядел испуганным. — Понятно. А Ваши работники? — Они тоже ничего об этом не знают. По крайней мере, они мне ничего не рассказывали. — Странно… А охранники? Они разве ничего не видели по камерам? — Нет, они тоже не понимают, как это произошло. — В любом случае мы об этом узнаем. Ник, что скажешь насчёт трупа? — Лицо хоть и подверглось изменениям, но точно могу сказать, что эта та самая пропавшая Юлия — заключил судмедэксперт, — На это указывают её родимые пятна и неправильный прикус, а также розовый гель-лак на ногтях, на последних фотографиях в её инстаграме были видны её ногти. Так что, это точно она. И судя по состоянию её тела она мертва как раз около двух недель. Могу пока только лишь предположить, что её жестоко избили и задушили. Подробнее я всё выясню при вскрытии трупа. — Понятно… видимо, придётся сказать её матери, что её дочь нашлась мёртвой… — Алиса это сказала поникшим голосом, ей вдруг позвонили и это был Дима, командующая ответила на его звонок, — Да, Дим, чё хотел? Что-то выяснил? — Да, я нашёл запись на одной из камер — начал докладывать программист, — Пришлось долго покопаться. Короче, такое ощущение, что записи подтёрты, либо удалены, потому что на половине из них сбиты даты и время. Но я всё-таки одну единственную нашёл. Там охранник парка засветился! Там мельком было видно, как он тащил тело девушки куда-то, волоча её по газону. — Стоп. Охранник парка…? — Алиса застопорилась. — Ага, сам охренел, когда увидел! Но я ещё какое-то время сомневался, а точно ли это он. Я начал искать саму Юлю на сайтах вебкамщиц, и я её нашёл! Тут же даже можно увидеть всех тех, кто ей отправлял деньги. И одним из донатеров оказался Михаил Зубко, я его пробил, и он оказался охранником нашего первомайского парка! То есть, её убил её же собственный клиент, тот, кто ей платил за услуги! Это было сложно сделать, но я всё же докопался до истины! Хочешь — не хочешь сохранять анонимность, а данные всё равно палят. И кстати, Аль, я сейчас в настоящем времени смотрю по камерам и вижу, что этот охранник стоит позади тебя. Услышав это, Алиса обернулась, где стоял полный лысый охранник. Сначала он смотрел на неё, но потом поймав её взгляд отвернулся, делая вид, что не обращает на неё внимания. — Спасибо, Дима, конец связи. Эй, мужчина, это Вы Михаил Зубко? — командующая убрала телефон и обратилась к охраннику. Мужчина испуганно посмотрел на неё, затем тут же бросился бежать. — Ах ты… Поймайте его! — блондинка отдала приказ своему отряду. Адам и Джеффри бросились за ним в погоню, снося всё и всех на своём пути. Охраннику далеко убежать не удалось, его поймали. Следователи бегали в разы быстрее него. — Попался, свинья. Хоть бы в зал ходил — Адам грубо держал его за воротник. — Да я ничего не делал! Я не виноват! — мужчина не вырывался, но пытался отпираться словами. — А чё убегал тогда? — Джеффри достал наручники. — Так вы сами за мной погнались, я и побежал. — Ага, ищи отговорки. Алиса, чё с ним делать? — Алексей увидел прибежащую к ним Алису. — Поймали всё-таки. Пакуйте в машину. Это он убийца — Алиса отдышалась от бега. — Серьёзно? Он? — Да, Дима его вычислил и по камерам, и по перечислению денег за интим услуги Юлии — от слов командующей мужчина испуганно посмотрел на неё и сглотнул, — Кажется, я начала понимать, почему на камерах было сбито время. Это же ты специально удалял те записи, где ты запечатлён вместе с Юлей, когда убивал её и пихал в механизм! Думал, что выйдешь сухим из воды и тебя не поймают? Хах, не на тех ментов нарвался. Охранник хотел что-то возразить и сказать, но понял, что был пойман с поличным. Комната допроса. На этот раз убийцу Михаила допрашивали Алиса и Яна. Адам вести переговоры с этим биомусором отказался, ссылаясь на то, что не сдержится и точно набьёт ему морду. Его решила заменить Яна, которая физическую силу во время допроса применять не будет, в отличие от её брата-близнеца. Джеффри в этот момент был занят протоколом. — Зачем и с какой целью Вы убили Юлию? Чем она Вам не угодила? — начала допрос командующая. — Да потому что она шл*ха! — осмелел охранник, — Бегает вся такая молодец по парку, где между прочим, дети ходят и видят её, когда она в то время на камеру ноги раздвигает! Поделом ей. — Вы же сами ей донатили, чё Вы мне тут пургу несёте?! — рявкнула блондинка, — Вы же сами в то время сидите на порно-сайтах и скидываете деньги вебкам-моделям в целях, чтобы они перед Вами ноги и раздвинули! Самому не стыдно?! С детьми рядом ходишь в этом же парке! Заботливый какой, о детях беспокоится, что они проститутку увидят, а сам сидишь и дрочишь на неё же! Чем ты тогда лучше?! Тем что ты мужик и тебе всё позволено?! — Родная, не пытайся понять мужскую логику, её попросту не существует — вздохнула Яна, — Они все такие. Сначала смотрят порно и ссутся от удовольствия, глядя на актрис, а потом рассылают её близким её фото и видео, при этом угрожая ей расправой и называя шл*хой. Типичное поведение неандертальцев. И этот хмырь такой же. Сначала избил девочку, потом изнасиловал, задушил, и потом спрятал тело в механизме. Все вы одинаковые. — Вообще-то не все мужчины такие — обиженно буркнул охранник. — Да, не все мужчины такие. Но почему-то эти все — именно мужчины. Не знаешь, почему? — Да по тебе и видно, что ты фемка. Вы все фемки страшные и жирные и мужиков ненавидите не за что вообще. Оно и видно, что у тебя мужика нет, вот и бесишься. А если так и продолжить нас ненавидеть, так и помрёшь одна с сорока кошками, хах! — убийца насмехался и был доволен своим «превосходством» и был уверен, что сделал ей больно такими словами. Только вот его слова были курам на смех. — По твоей логике я тоже жирная фемка? — злилась Алиса. — По его логике да — начала Яна, — Ты, наверное, сейчас в обморок от шока упадёшь, но да, я феминистка, и я замужем. У меня есть муж. Да даже если бы и не было, меня бы это никак не обижало и не угнетало. Да, ты сейчас удивишься, но есть женщины, которым мужчины и нахрен не нужны, и они больше будут рады помереть в одиночестве среди сорока кошек, нежели от рук мужика. И я вообще-то люблю мужчин, например, моего мужа, маленького сына, моих братьев, и так далее, а не такой биомусор, как ты, который способен на убийство просто ради удовольствия, чтобы потешить своё эго. Готова поспорить, тебя ни одна женщина никогда не хотела, поэтому ты направлялся на сайты для взрослых, где женщина захотела раздеться за деньги, которые ты ей платишь, потому что за бесплатно никто на это не пойдёт ради тебя? Ни одна не хотела идти с тобой на свидание, потому что ты стрёмный? И дело тут даже не во внешности, а в твоём гнилом характере и мировоззрении. И кто из нас больше ненавидит противоположный пол? Я, которая боится насильников, убийц, извращенцев и педофилов? Или ты, который ненавидит женщин за то, что при виде тебя они не хотят тебе отсосать? Хотя даже если и захотят, ты всё равно их возненавидишь, назвав их шл*хами и подстилками. Сначала ты угнетаешь и принижаешь женщин, а потом удивляешься, что при виде тебя они мечтают никогда не выходить замуж? Ничего в голове не щёлкает, или попросту там нечему щёлкать? Молчишь? Значит, я права? Хах, кто бы сомневался, что тебе нечего будет сказать в своё оправдание. Да и оправдаться уже не получится. — Да. Уже все улики против тебя собраны. Увидимся в суде — Алиса встала и решила уйти. Яна ушла вслед за сестрой. Охранника ждёт срок в тюрьме. Пришло время сообщить матери убитой о находке. Этот удар вязала на себя Алиса. — Алло, Маргарита Павловна? Это майор Серебрякова, я звоню по поводу вашей пропавшей дочери Юли. Так вот… — командующей было тяжко это сообщать, — Вы сможете приехать на опознание тела? На том конце тишина, женщина явно в шоке. — К-как на опознание тела…? — голос её дрожал. — К сожалению, мы нашли её мёртвой. Мне очень жаль… Но у нас есть и хорошие новости, мы нашли убийцу, скоро он уже будет за решёткой. — С-спасибо… я приеду… — женщина повесила трубку. — Ну, что там? — спросила Яна. — Приедет. Бедная, и так переживать сначала из-за пропажи дочери, а теперь вообще узнать, она её больше нет. Для неё это большой удар… — Ну, знаешь, лучше конечно уже узнать точно, чем жить в неведении и думать, жива она или нет. — Тоже верно. Можем на сегодня заканчивать. Саундтрек: Кис-Кис — Вебкам (Я лежу в своей кровати, мать его. Разбито сердце за донатик, плевать теперь. Мне они неплохо платят и нужно ведь нормально жить, квартиру снять. Выше голову, хватит страдать, забей. Пусть родителям нельзя довериться. Каждый раз меня никто не слышит. Я иду по социальной лестнице, выше, выше. От депрессии могла повеситься. Но был знак как будто послан свыше. Я иду по социальной лестнице выше) Рабочий день окончен и сотрудники разошлись по домам. Мать всё же приезжала на опознание тела, она держалась, как могла. Увидеть своего ребёнка в таком виде очень страшно. Дима сидел на балконе, переваривая произошедшее за день. — Вот ты где. А я тебя ищу — на балкон зашла Яна и присела рядом с братом. — Да я вот сижу и над делом думаю. Жаль девочку. В такую задницу попасть, и потом вот так умереть… а я до сих пор не могу найти того, кто её сподвиг заняться вебкамом. Он же пишет наверняка не ей одной, а тысячам девчонок! Ещё и хорошо так скрывается… — Дима глянул в даль прямо на Хэйхэ. — Уверена, ты когда-нибудь его точно найдёшь. И не без твоей помощи мы сегодня поймали убийцу. Ты молодец. Кстати, ты всё хотел узнать о вреде порно по отношению к актрисам. Вот, я принесла тебе книгу, где это описывается более подробно. Тебе будет полезно и интересно узнать — Яна протянула брату книгу «Порнография: мужчины обладают женщинами» авторства писательницы Андреа Дворкин, — Здесь авторка рассказывает, как порнография участвует в насилии над женщинами как в процессе создания порно через жестокое обращение с актрисами, участвующими в съёмках, так и социальными последствиями его употребления, поощряя мужчин сексуализировать доминирование, унижение и жестокое обращение по отношению к женщинам. — Про это даже есть книга? — Дима взял в руки книгу и стал внимательно рассматривать и вертеть в руках, — Круто. То есть, во время съёмок женщины так же страдают? — Да, можешь даже найти в интернете интервью порно-актрис, которые угробили не только своё ментальное здоровье, но и физическое из-за участия в съёмках. Предупрежу сразу: последствия там описаны страшные, я даже и больше половины не смогла осилить. Это правда очень страшно. — Да уж, представляю… Слушай, а в гей-порно всё происходит точно так же? То есть если я это смотрю, то я точно так же продвигаю насилие над парнями? — Да. Это работает в обе стороны. Хотя по статистике, из-за этой индустрии в большинстве страдают именно женщины. — Понятно… Андреа Дворкин? Хм, что-то знакомое… — Возможно ты уже где-то встречал это имя. — А кто это вообще? — Это американская писательница, общественная деятельница и радикальная феминистка. Она боролась с порнографией, и поэтому она написала эту книгу. — О как. Теперь понятно, кто тебя сподвиг на такое мировоззрение — Дима улыбнулся, — Слушай, а чем вообще радикальный феминизм отличается от любого другого? Я про это читал как-то вскользь, но мне бы хотелось про это лично от тебя узнать, а то кругом только ложная инфа. Везде же все пишут, что радикальные феминистки борются за истребление мужского пола и что они все конченные мужененавистницы, но ты же не такая. Вот я и хочу узнать у тебя лично, ты же в этом лучше разбираешься, это я в этом вообще не шарю… — Сейчас всё объясню — Яна улыбнулась, приобняв Диму, — Смотри, в феминизме очень много направлений и поднаправлений, и у каждого из них есть свои основные идеи. — И сколько там таких направлений? — Тебе про все рассказать? — Ну, давай, я же тоже хочу всё об этом знать и разбираться, как и ты. — Хорошо. Вообще весь феминизм в целом борется за женские права. Не путай, не за равенство полов, а именно за женские права, потому что феминизм — это женское движение, которое борется за права женщин. Это вообще не про равенство. Запомнил? — Угу, понял. А почему же все пишут, что это про равенство? — Просто многие в этом не разбираются и путают понятия, а потом вводят людей в заблуждение и продвигают тем самым ложную информацию. Так вот, с чего бы начать, с какого направления… Итак. Существует марксистский феминизм, который появился в половине девятнадцатого века. Самыми известными его представительницами были Клара Цеткин, Роза Люксембург и Александра Коллонтай. — О, Клару Цеткин я знаю! — Ну вот. Эти женщины противопоставляли себя буржуазному феминизму, так как считали, что у женщин рабочего и буржуазного классов слишком разные интересы. Буржуазные активистки считали патриархат главным источником угнетения, а марксистки были уверены, что весь корень зла в капитализме. В наше время марксистский феминизм — это неравная оплата труда, сексизм на рабочих местах и, так называемый, «стеклянный потолок». — То есть это направление борется против этих проблем, так? — Да. — А ещё какие направления есть? — Диме было любопытно узнавать что-то новое, в чём так прекрасно разбирается его младшая сестра и с каким энтузиазмом она делится своими знаниями. — Тебе правда всё это интересно? — Да, это же реально интересно! Я хоть и знал про некоторые проблемы женщин в нашем обществе, но ранее никогда не знал и не задумывался, что какие-то направления движения за права женщин борются именно за эти проблемы и что у каждого направления есть своя история! — Ух ты, я рада, что тебе правда хочется обо всём этом знать. А то обычно многие мужчины даже и слушать не хотят и начинают оскорблять всех женщин в том, что они не борются за их права, когда для этого есть маскулизм. — А это проблемы этих мужчин, если не хотят что-то узнавать. А я реально хочу узнать подробнее всю эту тему. Поэтому давай дальше! — Хах, хорошо, как скажешь. Следующее направление — социалистический феминизм. В отличие от марксистских феминисток, социалистические верят, что гендерное неравенство не менее важно, чем классовое. — Но ведь любое равенство важно, разве нет? — Ты прав. Основные идеи социалистического феминизма заключаются в том, что разное воспитание мальчиков и девочек выгодно капиталистической системе. Мужчин учат быть агрессивными и независимыми, чтобы в карьере они добивались успеха, а женщин учат быть эмпатичными и бесконфликтными для поддержания домашнего очага. — При таком раскладе в нашем времени этот социалистический феминизм до сих пор нужен, ведь у нас в обществе до сих пор такая проблема. — Видишь, даже ты это понимаешь, потому что многие мужчины уверены, что феминизм сейчас в нашей стране не нужен. Да и некоторые женщины тоже. И ещё, как и в марксистском феминизме здесь обсуждают проблемы неоплачиваемого женского труда в домашнем хозяйстве и сексизм на рабочих местах. — Ну то есть здесь почти тоже самое, только добавилась проблема воспитания мальков и девочек? Типа один должен пахать на заводе и быть жёстким, а другая должна сидеть дома и варить борщи. — Да, всё верно. Ты всё прямо на лету схватываешь. А теперь поговорим про радикальный феминизм, который появился в шестидесятых годах. Основательница радикально-феминистической группы «Красные чулки» Эллен Уиллис считала, что направление сильно помогло всему движению. Например, активистки стали публично обсуждать вопросы сексуальности и первыми ввели термин «патриархат» в феминистскую теорию, а также легализовали аборты в США. — То есть благодаря именно этому направлению женщины во многих странах могут легально сделать аборт? — Да. — Круто. Теперь я понимаю, почему ты называешь себя именно радикальной феминисткой. — Это ещё не всё. Основная идея радикального феминизма в том, что общество — это патриархат, где мужчины угнетатели, а женщины, соответственно — угнетённые. Мужское превосходство — это фундамент, на котором выросли другие виды угнетения, например, расовое и классовое. Ещё женщины не всегда осознают несвободу. Они становятся домохозяйками и стараются быть красивыми не по своей собственной воле, даже если думают иначе. Работа в порнографии и секс-индустрии, о чём я сегодня уже рассказывала, — это не добровольный выбор женщины. Чаще всего женщина вынуждена идти туда из-за дискриминации и бедности. Ещё основная идея этого направления в том, что у женщины должна быть полная свобода над репродуктивным здоровьем, то есть она имеет право на аборт и контрацепцию и что вопрос зачатия ребёнка должен оставаться за ней, потому что именно женщине придётся вынашивать в себе этого ребёнка. — Ну это и так понятно. Кто рожает, тот типа и решает. — Ещё радикальный феминизм исключает транс-женщин, потому что мужчина всегда остаётся мужчиной и угнетателем, а женское тело не оболочка, которую можно на себя напялить, это не костюм. — А я кстати сам задумывался над этой темой. Просто до этого я не знал, с кем можно её обсудить. — Теперь ты можешь все темы обсуждать со мной. — Я рад. Так вот, насчёт трансгендеров… я почему-то стал задумываться, а почему люди вообще хотят изменить пол? Сколько я не читаю историй трансгендеров, они хотят изменить пол просто потому что не чувствуют себя в своём теле. И я всё думал: а это как вообще? И, например, парень, которому просто нравится пользоваться косметикой, носить платья и юбки, носить длинные волосы и делать маникюр¸ он вдруг решает поменять пол на женский. Это разве не гендерные стереотипы, нет? Ведь по сути парень хочет носить «женскую» одежду, и он принимает решение сменить пол. Типа, зачем? А чё ему мешает носить платья и при этом быть человеком своего же пола? В наше время люди наоборот борются против всех этих гендерных стереотипов, а трансгендеры наоборот их как будто… поддерживают? Я просто не могу иначе это назвать. По такой логике мы с Коляном и Адамом давным-давно уже должны были сменить пол, ведь мы же пользуемся косметикой, красим ногти, а у Коляна так вообще чересчур длинные волосы для мужика, если судить по стереотипам как должен выглядеть «настоящий» мужик. Я просто этого не могу понять. Ведь действительно пол, будь то мужской или женский — это же не костюм. — Хах, да ты трансфоб я смотрю — посмеялась младшая сестра, — Именно из-за этого радикальных феминисток и ненавидит всё ЛГБТ-сообщество, потому что радикальные феминистки борются за права биологических женщин, а не переодетых мужчин. Но в этом так же виноват и патриархат, наше общество. Ведь трансгендерам не просто же так приходит в голову идея о смене пола. А потому что нас воспитывают сразу с идеологией: ты мужчина, ты обязан то-то и должен быть таким-то. И будучи ребёнком, мальчик путается и понимает, что ему не нравятся все эти «мужские» увлечения, типа футбол, машины, рыбалка и прочее. И в таком обществе он думает, что он девочка, просто потому что его воспитывали, что куклы, платья, уход за собой — это исключительно «женское». А ему реально больше нравится играть в «девчачьи» игры, чем в «мальчиковые», и из-за этого он и начинает думать, что находится «не в своём теле». Так и про девочек. Трансгендеры не виноваты в этом, они просто запутались, ещё по-другому это называется гендерная дисфория. — Знаешь, а я никогда под таким углом не задумывался над корнем этой проблемы. Хм, а ведь звучит логично. Какие там ещё направления остались? — Так, следующий у нас либеральный феминизм. Либеральные феминистки второй волны выступали за доступ женщин к высшему образованию, поддержку государства в воспитании детей и равное распределение домашних обязанностей. Женщина вольна делать и выбирать всё, что захочет. Общество нам навязывает, что женщины слабее и хуже и что они не способны делать какие-либо новые открытия в науке. А также либеральные феминистки считают, что патриархат вредит всем, поэтому мужские проблемы тоже нужно рассматривать, в то время как радикальные феминистки говорят, что мужчинам в феминизме нечего делать. — А почему так? — Смотри, женщины должны бороться за женские права и решать исключительно женские проблемы, потому что феминизм — это женское движение. И проблемы мужчин не должны рассматриваться, и уж тем более решаться в женском движении. Мужчины сами должны бороться за свои права, как это делают женщины. Раньше женщин не устраивало, что им нельзя было голосовать, получать образование и носить брюки. Женщины просто брали и боролись с этими проблемами сами и теперь женщины сейчас могут спокойно носить брюки, получать образование и ходить на выборы. Помимо своих проблем женщинам надо ещё и мужские проблемы решать? Сами мужчины разве не могут за свои права побороться? — Ну да, звучит логично, согласен. — Ещё либеральные феминистки считают, что женщина может носить платья и каблуки и делать макияж и при этом быть феминисткой, и что это свободный выбор, а не угода патриархату. С этим я полностью согласна, сама всё это очень люблю. Но и радикальный феминизм это не запрещает, он просто предупреждает о том, что ты не обязана всё это любить и делать. Некоторые до сих пор считают, что радфем активистки выступают яро против женщин, что носят каблуки и делают макияж. Хотя на самом деле никто не выступает против, а просто предупреждают о вреде и говорят, что ты этого делать не обязана, если ты действительно этого не хочешь. — Вот и про это я где-то читал, что радикальных феминисток ненавидят за то, что они против бьюти процедур. — Мы выступаем против навязывания женщинам все эти процедуры. Если женщина действительно не хочет делать брови, наращивать ресницы и ногти, она этого делать не обязана, она не должна делать всё это через силу ради одобрения в обществе и ради того, что она станет красивее. Женщины все красивые, и мы боремся против всех этих стандартов красоты и принижения женщин в том, что какая-то недостаточно красивая просто потому что у неё не выщипаны брови и не накрашены ногти. — Да я так и понял. Просто людей это так коробит, как будто всех женщин заставляют отказываться от салонов красоты, а не просто говорят, что туда ходить вовсе необязательно ради какого-то одобрения. Хотя, по-моему, радикальные феминистки больше выступают против калечащих бьюти процедур, типа косметологии, где делают уколы чуть ли не в глаза ради красоты, брр… — Именно. Итак, следующий у нас интерсекциональный феминизм. — Как ты вообще запоминаешь эти названия? — Просто я давно изучаю все направления феминизма и это уже само собой запоминается. Так вот, интерсекциональность — это теория пересечений разных форм угнетения. Этот термин появился благодаря профессорке Кимберли Креншоу, в конце восьмидесятых она отстаивала права темнокожих женщин. Это направление борется с сексизмом, расизмом, гомофобией, трансфобией и эйблизмом. — А эйблизм это что? — Это дискриминация людей с различными заболеваниями, инвалидностью и ограниченными возможностями. — Ё моё. Не знал. — Со мной ты теперь много чего узнал. Ну, это в принципе все направления. Они все борются каждый за своё, но основная цель у них у всех одна. — Интересно. Слушай, мне правда было интересно с тобой поговорить об этом. Я и не знал, что помимо криминалистики и музыки ты так круто разбираешься ещё и таких важных вещах. Ты реально молодец! Я даже горжусь, что у меня есть такая умная и классная сестра, как ты — Дима правда очень любит Яну и ему очень комфортно рядом с ней, ей можно довериться и не бояться, что она осудит. Она его поймёт и обязательно поддержит разговор. — Хах, спасибо. Я тоже рада, что у меня есть такой добрый, понимающий и хороший брат. Если ты захочешь ещё что-нибудь узнать, то всегда обращайся, я обо всём расскажу. — Хорошо. Я… могу я тебя обнять? — Конечно — Яна широко улыбнулась и распахнула свои объятья. Дима обнял сестру. Если с Адамом он иногда чувствует себя неловко, как это было вчера, то сейчас с Яной он готов общаться на все возможные темы. В этом они очень похожи. Если Дима очень покладистый, добрый и наивный, то Яна в этом плане посерьёзнее и действует куда радикальнее. — Если Адам будет тебя подкалывать из-за твоей вкладки в браузере, ты не обращай на него внимания — Яна отстранилась от брата, но руки её всё равно лежали на его плечах. — Да я знаю, что он не со зла. Да и на дураков не обижаются. — Я всё слышал — послышался недовольный голос Адама за дверью балкона, который собрался выйти покурить. Яна рассмеялась. — Пойдём спать. Нам завтра вставать на работу — младшая сестра погладила брата по плечу и поднялась со стула. — Согласен. А подслушивать между прочим, нехорошо — выходя с балкона, Дима показал младшему брату язык. — Иди спать уже, любитель горячих мальчиков в сауне — фыркнул Адам, зажигая сигарету. — Ага, и тебе спокойной ночи, братец. Дима и Яна разошлись по своим комнатам. Адам, покурив, тоже отправился в свою комнату. Семейство погрузилось в сон, завтра снова идти на работу.