Охотники за нечистью. Часть 1

28 июля 2019 года. Саундтрек: Panic! At The Disco — I Write Sins Not Tragedies Выходной летний вечер. Сумерки, Макс, Джен, Катя и Томми отправились в амурскую областную филармонию на концерт большого симфонического оркестра имени Петра Ильича Чайковского. На этот концерт больше всего рвались Максим, Катя и Яна, все остальные же согласились пойти за компанию, а кого-то пришлось сильно уговаривать, чтобы этот кое-кто наконец-то уже вышел за пределы дома. Да-да, речь про Адама. Он согласился пойти на этот концерт, только чтобы не расстраивать Катю, хотя он бы с удовольствием вместо этого предпочёл бы посидеть дома и поиграть в приставку с Димой. Средний брат тоже не особо хотел идти, но Алиса его заставила, сказав, что он так скоро мхом покроется, если будет постоянно сидеть дома, не считая выход на работу. Всем остальным же просто было любопытно посетить данное мероприятие. Дети, само собой, идти на этот скучный, по их мнению, концерт не захотели, а отправились гулять по городскому парку и набережной. Алиса провела свой инструктаж старшим детям, чтобы те проследили за младшими. В этом же здании филармонии также находится амурская областная научная библиотека имени Николая Николаевича Муравьёва-Амурского, пространство коллективной работы под названием «Точка кипения», и кофейня «Культура кофе» где продают вкусный и насыщенный кофе, какао и чай с собой и пирожные. Ну а также в этом же здании находится автоматическая кофейня самообслуживания, где кофе уже не такой вкусный. Здание в три этажа бежевого цвета находится на «Пионерской» улице, вокруг насажены деревья, на фасаде висят афиши предстоящих концертов. Над входом на козырьке зелёная вывеска «Амурская областная филармония», фасад первого этажа был окрашен в мятный цвет, входные деревянные двери покрыты лаком. Семейство уже ожидало звонка для приглашения в зал в большом коридоре. Ребята были красиво и торжественно одеты. Алиса накрутила локоны и одета в красный бархатный деловой костюм с чёрным галстуком и чёрными туфлями на невысоком каблуке. Яна одета в летнее лёгкое фиолетовое платье с открытыми плечами, её чёрные длинные волосы были просто выпрямлены утюжком. Катя была в чёрном платье на бретельках, волосы собраны в пучок на затылке. Джен одета в белую рубашку и белую юбку, что это смотрелось как платье, лавандовые волосы собраны в красивую причёску сзади. Макс, Ник, Дима, Адам и Томми были в отглаженных деловых костюмах. Ник как всегда выпрямил и уложил свои длинные волосы, у Адама чёлка зачёсана назад и зафиксирована лаком. Только Адам не стал сильно подстраиваться под образ солидного и интеллигентного мужчины, одетого с иголочки. Вместо лаковых туфель он предпочёл берцы, рукава засучены, оголяя его татуировки, и как бы Алиса не уговаривала его надеть хотя бы галстук-бабочку, он наотрез отказался её надевать. Всё равно за этим деловым костюмом проглядывается образ дерзкого бунтаря. В отличие от него, его братья всё же придерживались соблюдать формальный дресс-код. — Как давно я не слушала классическую музыку в живую — радостно вздохнула Катя, поправляя бретельку своего платья. — А я вообще её никогда не слышала в живую. В кои-то веки выбралась — сказала Алиса, рассматривая афиши на стенах. — Ты не пожалеешь, ощущения после этого незабываемые! — Да, только жаль, что не все это смогут это ощутить — старшая сестра посмотрела на Адама. — А я чё? — не понял младший брат. — Ты ж всё равно уснёшь, даже не дождавшись начала. — С чего вдруг такой вывод? — А то я тебя не знаю. Уснуть-то ладно, главное, чтоб ты храпеть на весь зал не начал. — Спорим, что я не усну? — нагло ухмыльнулся Адам, скрестив руки на груди как обычно. — А чё мне спорить, если я и так знаю? — Значит, хреново знаешь. На этот раз я точно не усну. — Угу, посмотрим. О, дьявол, ну почему ты не можешь нормально стоять? — тяжело вздохнула старшая сестра, заставив Адама опустить руки вниз и начала разглаживать руками складки на его белой рубашке и чёрном как его волосы пиджаке, — Я не для того так тщательно отглаживала твой костюм, чтоб ты его так помял! Был же такой солидный, а теперь опять как чёрт-те что! Ты посмотри, всё в складках! — Алиса продолжала поправлять костюм брата и опускать засученные рукава. Алису раздражает даже чутка помятая одежда, и любая складка действует ей на нервы. Она привыкла, чтобы всё выглядело идеально. А вот Адам никак об этом не заботится и не переживает. Он может спокойно выйти в свет в помятой одежде, что точно выбесит его старшую сестру. — Хватит мне уже мозги выносить, никому эти складки не всрались — недовольно проворчал Адам, оттолкнув руки сестры от себя, и снова засучил рукава обратно и сложив руки, — Я не на красной дорожке, и не мне щас на сцене выступать. — И именно поэтому можно выглядеть как неряха? — продолжала недовольствовать Серебрякова. — Ну я ж не в грязном пришёл. — Ты меня точно когда-нибудь до белого коленья доведёшь. Не брат, а ходячая катастрофа какая-то. — Ребят, сколько ещё времени осталось до начала? — спросил вдруг Томми. — Ещё восемь минут и тридцать шесть секунд — ответил Ник, глядя на часы в телефоне. — Ещё так долго? — хныкала Катя, которой уже не терпелось зайти в зал и увидеть оркестр. — Раз у нас пока есть время, схожу в буфет. Вам что-нибудь взять? — спросила Алиса. — Минералки было бы неплохо — сказал Ник. — Сто грамм коньяка тоже — в шутку добавил Дима. — А чё тебе коньяк здесь брать, когда у меня есть с собой? — сказал Адам, с усмешкой глядя на удивившуюся его словам старшую сестру. — Что ты щас сказал? — разозлилась Алиса, ближе подскочив к Адаму, — Чё там у тебя с собой?! — Хорош паниковать, сеструха, я пошутил — Адам посмеялся. — А ну дыхни! — Я не пил, успокойся. — Я тебе устрою, шутник! Смотри у меня — Алиса одарила брата угрожающим взглядом, а потом ушла. — И нравится тебе её так постоянно выводить? — покачал головой Ник, осуждающе глядя на младшего брата. — Ей же ничё не мешает меня выводить. — Порой ведёте себя как дети. Вроде бы уже взрослые люди. — Колян, харе душнить. Ещё мне твоих упрёков не хватало. — А сколько по времени будет идти концерт? — вдруг спросил Дима. — Два с половиной часа с учётом пятнадцатиминутного перерыва — ответила Катя. — Ого, так долго? — Если чё, я в сортир. Не хочу потом во время концерта шарахаться — сказал младший брат и ушёл. — Пожалуй, последую его примеру — Катя тоже решила отлучиться, пока остальные продолжали стоять у входа в зал и ожидать. Адам зашёл в уборную, где сразу перед ним у зеркала стоял молодой манерный парень и косметичкой. Парень тут же вздрогнул, увидев брюнета позади себя. — Слышь, пацан, ты немного сортир и гримёрную перепутал — подшутил Адам, заметив, что парень стоял и подкрашивал себе ресницы. — И-извините… — парень стал судорожно закручивать тушь для ресниц и класть обратно в косметичку. — Да красься, мне похрену. Я не какой-то гопник с подворотни, морду бить не буду. — М-мне надо идти! — парень схватил свою косметичку и выбежал из мужского туалета, едва не снеся Адама с дороги. Адам толком не понял, что это было и встал на месте. С этой ситуации он аж забыл, зачем он сюда пришёл. — А чё я заходил вообще? Раздался пригласительный звонок, и зрители должны пройти в концертный зал. Сцена завешана плотным красным занавесом, тёмно-зелёные посадочные места. Семья Сумерек заняла свои места на седьмом ряду. — Да, здешний зал сильно отличается от московской филармонии — Катя с интересом рассматривала зал, поправляя платье и усаживаясь в кресло. — Ага, это тебе не Москва, здесь всё не так масштабно и роскошно — сказал Дима, поудобнее устаиваясь в кресле. — Но я и не говорю, что здесь хуже. Даже наоборот, уютнее, как-то. — Катюх, а ты чё такая взбудораженная то прибежала? Чёт случилось? — спросил супругу Адам, который первее неё пришёл к дверям зала, а она подошла только ближе к звонку. — Да капец. Прикинь, захожу в туалет, а там парень себе глаза красит! — Катя снова разозлилась, вспомнив этот момент, — Не ну совсем что ли? Другого места не нашлось? Обязательно в женский туалет надо? Он чё, себя женщиной возомнил?! Если красится, то можно и в женский туалет заходить?! Он не в курсе, что косметика не делает его женщиной?! — Так этот пацан чё, ещё в женском решил спрятаться? — удивился Адам, узнав о каком парне идёт речь. — Угу, совсем совести нет! Я взяла и выгнала его оттуда, сказала, если ещё раз тут увижу — ноги переломаю. Пусть в мужской шурует, нехрен делать! — Во даёт. Я этого пацана в мужском и встретил. Только я его не выгонял, он сам сбежал, что меня аж чуть с ног не снёс. Я и не думал, что он в женский запрётся. Вот идиот. — И не говори. Сегодня он глазки подкрашивает, а завтра пойдёт нужду справлять, а потом что? Женщинам уже и так очередь в туалет хрен дождёшься, ещё и мужики туда ходить повадились, совсем уже. — Знаешь, Кать, лучше скажи спасибо, что он просто красился, а то мог бы и кого-то специально поджидать… например, какую-нибудь маленькую девочку… брр, уже не первый такой случай происходил… — поёжился Дима. Люди продолжали ходить по залу в поисках своих мест. Кто-то уже нашёл и занял своё место и спокойно ожидает начала концерта, а кто-то метался туда-сюда и мельтешил перед глазами, перелезая через уже сидящих зрителей. Кто-то был одет по торжественному, кто-то по обыденному — футболка и джинсы. — А на кой хрен этому мужику бинокль? — спросил Адам, наклонившись к жене, и глядя на седого мужчину в синей рубашке и биноклем на шее, который проходил к своему месту на пятом ряду. — Ну, наверное, чтобы лучше видеть — усмехнулась Катерина, пожав плечами. — А чё там смотреть? Это ж оркестр, а не мюзикл. — О, кстати, о мюзиклах. Ты знаешь, что осенью здесь будет мюзикл «Нотр-Дам де Пари»? — Катя, даже не думай. Ты знаешь, что я мюзиклы терпеть не могу. — Не переживай, Кать, я могу потом с тобой сходить! — повернула голову к родственнице Яна, — Адама туда бесполезно уговаривать. Его ни на какой мюзикл силком не затащишь. — Да его и в кино в последнее время не вытянешь — посмеялась Катерина. — Я не виноват, что в кино щас стали показывать какую-то хренатень — фыркнул младший брат. В зале снова прозвучал звонок, потом через секунду погас свет. Открывается занавес, и на сцене предстаёт перед публикой музыкальный оркестр, затем на сцену выходит дирижёр. — На сцене государственный академический большой симфонический оркестр имени Чайковского. Художественный руководитель и главный дирижёр народный артист СССР Владимир Федосеев — раздаётся голос из динамиков, после объявления зал начинает аплодировать, — Чайковский, вальс из балета «Спящая красавица», дирижёр Владимир Федосеев — после этого зал снова аплодирует. Музыканты берут в руки свои инструменты, дирижёр поворачивается спиной к залу и начинает руководить оркестром, махая руками. Раздаются первые ноты вальса. Зал слушает, затаив дыхание. Семейство Сумерек слушали с интересом, у Кати и вовсе глаза загорелись от восторга. — Если бы была возможность пригласить сюда маму, ей бы это очень понравилось. Она очень любила произведения Чайковского — шепнула Максу Алиса, с горечью вздохнув. — Уверен, она была бы в восторге — ответил Максим, наблюдая за музыкантами. Все как заворожённые смотрели на оркестр, одному только Адаму было скучно. Ему, конечно, нравится классическая музыка, но сидеть и слушать её два часа, младший брат не готов. Учитывая двухметровый рост Сумерек, они конечно же загораживали своими затылками весь вид на сцену, что им постоянно приходилось то наклоняться, то садиться так, чтобы не мешать сзади сидящим зрителям. Да, неудобно, но уж лучше так, чем потом выслушивать возмущения сзади, ещё и нарываясь на конфликт. Адам, чтобы не мешать зрителям, сидящим сзади, удобно расположился на плече своей миниатюрной супруги. В таком положении уже хотелось спать и глаза почти закрывались. Но брюнет держался изо всех сил, ведь он поспорил с Алисой, что не уснёт. Интересно, выиграет ли он этот спор? Спустя какое-то время наступает очередь для исполнения мелодии арии Ленского из оперы «Евгений Онегин». Очень настороженная музыка и тревожные звуки скрипки. Начало звучит так, как будто сейчас произойдёт что-то страшное. Полностью насладиться музыкой и погрузиться в эту прекрасную атмосферу у семейства получалось с трудом. А всё из-за людей в зале, которые то бегают в туалет, не дожидаясь антракта или хотя бы аплодисментов, кто-то разговаривал между собой вообще не по теме концерта, у кого-то звонил телефон, а кто-то вообще шелестел пакетами над ухом как в кинотеатре. Полное неуважение как к артистам на сцене, так и к другим зрителям, которые пришли послушать музыку. И конечно же находились люди, которые были недовольны таким безобразием и высказывали своё возмущение нарушителям этикета. И само собой это всё сильно мешало и отвлекало от оркестра. Но, эти не уважающие никого, кроме себя люди — это не самое страшное, что может быть, как оказалось. Адам почти засыпал на плече Кати, да ещё и классическая музыка на него воздействует, как колыбельная. Но вдруг что-то зацепило его взгляд. На четвёртом ряду к месту с краю вернулся какой-то парень в чёрном капюшоне, не вынимая руки из карманов худи. Он проходил очень медленно и аккуратно, чтобы не мешать никому. Можно было подумать, что парень просто отлучался в туалет и только вернулся, но Адам почувствовал что-то неладное. Дар не даст обмануть. Этот парень почему-то постоянно оглядывался и оборачивался, будто проверяя, не наблюдает ли кто за ним. Ведёт себя как-то странно. Что-то здесь не так. — Яна! Янка! — Адам наклонился, выглядывая через Диму на младшую сестру. Он говорил полушёпотом, чтобы Яна его услышала, и при этом чтобы не помешать другим. — Чего тебе? — Яна отвлеклась от оркестра и посмотрела на брата. — Глянь на того пацана на четвёртом ряду — младший брат указал пальцем на того парня в капюшоне, — Проверь своей способностью, чё он в кармане прячет? — Зачем? — не понимала Яна. — Ну просто посмотри. Яна всё же решила исполнить просьбу брата и воспользовалась своим даром, чтобы рассмотреть что-то подозрительное у того парня сквозь одежду. Адам бы не стал её просить просто так, поэтому она согласилась. — У него там какой-то пульт с кнопками. Размером с телефон, оранжевого цвета. Блин, он выглядит, как пульт для дистанционного управления взрывного устройства… — даже в полумраке зала было видно, как глаза Яны становились всё больше. — Значит, не зря я почувствовал от него какую-то опасность. Дело дрянь… — опасения ясновидящего подтвердились. — Что?! — перепугался Дима, в панике глядя то на Адама, то на Яну, — Какое ещё взрывное устройство?! — Да тихо ты не ори! — шикнул на брата Адам, — Походу да, в филармонии установлена бомба, и у того пацана пульт управления от неё. Если он её нажмёт, мы все взлетим в воздух. — И что же нам делать? — перепугалась Яна. — Вот этого я не знаю… спроси у Алисы, как нам действовать. — Алиса! — Яна потянулась через Макса и одёрнула старшую сестру за рукав её пиджака, — В здании бомба, а в зале сидит парень с пультом управления, что нам делать?! — Что? Какая ещё бомба? — удивилась Алиса, перепугано взглянув на Яну. Об этом уже услышали остальные члены семейства. — Хрен его знает, какая. Нам надо как-то людей отсюда эвакуировать — ответил Адам, оглядывая зал. — Первым делом нужно сказать об этом администратору и предупредить охрану — сказал Максим. — И заодно было бы неплохо узнать местоположение бомбы — добавил Ник, что сидел рядом с Алисой. — Янка, глянь, видишь где-нибудь эту бомбу? — Адам стал аккуратно рассматривать зал, воспользовавшись своей способностью. — Твою мать… — Яна неотрывно смотрела в сторону сцены, — Она под сценой… и она не одна! — Всё ещё хуже, так просто тогда к устройству не подобраться, чтоб обезвредить… — сказал Макс. — А как насчёт варианта, вывести этого парня с пультом и отобрать его? — предложил Томми. — А ты думаешь, что это будет так легко и просто? — хмыкнул Адам. Тот самый парень вдруг достаёт пульт из кармана, что как раз заметили Сумерки. — О нет… — Дима запаниковал и вжался в кресло, вцепившись ногтями в подлокотники, — Он что, собрался прямо сейчас её взорвать? Ещё и вместе с собой?! Он совсем псих?! — Если он собирается щас взрывать, то времени на поиски администратора у нас нет. Нельзя дать ему нажать на кнопку! — Адам уже был наготове, чтобы сорваться с места. Сказал он это слишком громко, что люди с шестого ряда начали оборачиваться в его сторону с испуганными глазами. — Адам, спокойно! Нужно придумать способ, как отобрать пульт и при этом не устроить панику! — сказала Алиса, которая тоже была сейчас напугана. Парень может в любой момент нажать на кнопку. Медлить нельзя. На кону жизни сотни людей. — С меня хватит — младший брат срывается с места и перепрыгивает через посадочные места, чтобы быстрее добраться к четвёртому ряду. — Мужчина, вы с ума сошли?! — громко возмутилась женщина с пятого ряда, которой следователь едва не заехал берцем по голове. Адам добрался до парня, который уже собирался нажать на кнопку, но он вовремя услышал, как к нему подбежали, что подрывник успел соскочить со своего места. Парень побежал в сторону сцены и следователь погнался за ним. — А ну стоять! — крикнул брюнет и почти поймал его за худи. Парень вдруг запнулся об задравшейся ковёр и упал, выронив пульт, который увидели сидящие люди на первых рядах. И упал он, ударившись плечом об сцену с такой силой, что вновь проломил недавно закрытое отверстие, где было хорошо видно взрывное устройство с мигающими лампочками. Особенно в темноте эти лампочки было хорошо видно. — Здесь бомба! — крикнула женщина с первого ряда, подскочив с места и начав убегать прочь из зала. Теперь о бомбе стало узнавать гораздо больше людей, которые начали в панике подниматься со своих мест, кричать и убегать. Панику заметили и музыканты со сцены, при этом продолжая играть, дирижёр, что стоял спиной к зрителям, не видел этой вакханалии. Парень поднялся с пола и решил затеряться в толпе, держась за ушибленное плечо. Адам потерял его из виду. — Так ведь и знала, что начнётся паника! — прокричала Алиса, поднявшись с места. Командующая решила подбежать к Адаму, который так и находился внизу у первых рядов. Остальная часть семейства тоже не стала сидеть на месте. — Адам, где он?! — спросила Алиса, подбежав к брату. — Он в толпе где-то затерялся. Ага, вон он! Я за ним, попробую его поймать! — брюнет побежал через первый ряд, пробираясь через напуганную толпу людей. — А пульт всё ещё у него?! — Алиса бежит за ним следом. — Нет, он его выронил, народ в панике его под сидения загнал, так что, на кнопку он уже не нажмёт! — Макс! Макс! Найди администратора и объясни ситуацию! Ник, Яна, уведите людей из зала! — Алиса остановилась и обернулась к семейству, что бежало за ней. — Хорошо, принято! — кивнул Максим. — Ладно, будьте осторожны! — ответил Ник и начал помогать ковыляющей мимо него пожилой женщине с тростью, чтобы побыстрее провести её к выходу. — Алиса, звони генералу, пусть пришлёт сюда сапёров! А я попробую этого козла поймать! — прокричал сестре Адам. — Принято! — Алиса отошла в сторону, чтобы её не затоптала перепуганная толпа, чтобы позвонить генералу и попросить о помощи. Младший из Сумерек всё ещё прорывался сквозь тернии паниковавшей толпы, пытаясь вновь не потерять подрывника из виду, ещё и в полутемноте. — Говоришь, он в тёмном капюшоне? — к Адаму подбежала Катя, придерживающая в руках подол длинного платья. — Ага, вон он. Так, подожди, а я не понял, а какого хрена ты ещё здесь? Беги давай на выход! — Да щас, ага! Я этого так не оставлю и тоже хочу поймать этого гада, который испортил нам весь вечер! — Ладно. Так, давай я по этому ряду, а ты через другой попробуй его там как-нибудь перехватить. — Слушаюсь — Катерина ловко перемахнула через ряды и пробралась на четвёртый ряд, через который она пробежала к проходу, ведущему к выходу. Парень пытался пробраться через людей где-то там. Ему не повезло, Катя выскочила прямо перед ним. Подрывник развернулся и взобрался на посадочные места и попытался убежать таким образом. Адам это заметил и затерялся в толпе, ожидая, пока парень сам не попадётся к нему в руки. Оторвавшись от Кати, которая бежала к нему через ряды, подрывник спрыгнул с сидений на пол, оказавшись с правой стороны зала. Адам в этом коридорчике его и поджидал как раз. К этому моменту в зале уже включили свет, и музыканты тоже начали покидать сцену. — Уважаемые зрители, просьба обратить внимание! В здании обнаружено взрывное устройство! Пожалуйста, сохраняйте спокойствие, не паникуйте, и немедленно покиньте зал, следуя указаниям персонала — сообщил голос из динамиков. — Ещё бы через час оповестили, когда все уже сбегут — фыркнул Томми, следя за тем, как зрители выбегают из зала, стараясь не давить друг друга. Адаму этот свет только помешал, и подрывник его заметил. Но, так как сзади уже догоняла Катя, парень спрыгнул в противоположную сторону от Адама и вновь попытался удрать в сторону сцены. Адам резко наклоняется и хватает ковёр и тянет его на себя, чтобы не дать врагу уйти. Парень падает и на этот раз он встать не успел, следователь подскочил к нему и скрутил ему руки за спину. — Попался, урод! Думал, что про твой замысел никто не узнает? — следователь крепко удерживал преступника, прижав его лицом в пол. — Поймал? — к мужу подбежала Катя с уже растрепавшейся причёской. — Ага, поймал. Теперь давай показывай своё истинное лицо — младший брат с грубой силой перевернул подрывника на спину и снял с него капюшон. Каково же было удивление Адама и Кати, когда они увидели его лицо. — Охренеть! — Катерина едва не потеряла дар речи. — Так это ты, что ли? — следователь всё ещё удерживал преступника, чтобы тот не сбежал снова. Подрывником оказался тот самый парень, которого супруги застукали в уборной. К зданию филармонии уже прибыла полиция и отряд сапёров. Вечер прослушивания классической музыки был испорчен для всех. — Никогда б не подумала, что всё обернётся именно так. Чё нам так везёт на этих грёбанных террористов? — возмущалась Алиса, когда они все стояли на улице. — И не говори. Уже никуда сходить нормально нельзя, где бы не нарвались на очередную бомбу — добавил Томми. — Я уже допросил этого пацана — к отряду подошёл Адам, — Оказывается, он бывший танцор ансамбля, который когда-то здесь выступал. У него были какие-то стычки с руководством филармонии, что он решил отомстить и взорвать её к чертям. Типа хотел этим взрывом обратить внимание на эту проблему, что руководство непрофессионально относится к артистам. — И именно поэтому он решил убить сотни невинных людей? — сомнительно хмыкнула Алиса, — Тоже мне, символ справедливости нашёлся. Взорвать кучу народу, только чтобы на себя внимания обратить. Других легальных и адекватных способов не нашлось? — Да идиот просто — зло выпалила Катя, расстроенная тем, как закончился этот симфонический концерт. — Ну, зато самое главное, что никто не пострадал — пожал плечами Дима. — Это я просто вовремя заметил — начал младший брат, — Только непонятно, почему сразу в толчке я не почуял от него никакой опасности. Не успел, видимо? — Может быть он просто изначально как-то скрывал свои истинные намерения? — предположил Ник, — Так сказать, изначально он просто не думал о взрыве, и поэтому, ты этого не почувствовал. А уже потом, когда он вошёл в зал с пультом, на поверхности уже проглядывались его истинные чувства, которые ты уже потом смог ощутить в этот момент. — Хочешь сказать, что он обвёл меня вокруг залупы как детектор лжи что ли? — не понял ясновидящий. — Да, это я и имел в виду. Возможно, этот парень очень хорош в этом. — Зашибец, то есть мой дар всё-таки можно как-то провести? А я-то думал, что меня невозможно обдурить. — Может быть, если бы ты у него спросил напрямую, планирует ли он что-то сделать, чтобы навредить людям, и ответил бы «нет», то ты сто процентов понял, что тебя на*бывают. А так он же ничего не сказал, потому ему и удалось от тебя ускользнуть — предположил Дима. — Возможно. Да и свалил он тогда слишком быстро. — Мам, пап, что у вас здесь происходит? — рядом послышался голос Ксюши. К семейству уже подошли старшие и младшие дети, которые решили встретить родителей после концерта. — Трындец происходит — вздохнула Алиса. — Мы чуть не взорвались — ответил Дима, чем немного напугал детей. — Что? Там что, была бомба?! — испугалась Лиза. — Да, но мы успели вовремя поймать террориста, а бомбами сейчас занимаются наши сапёры — успокоил Максим. — Я как знала. Не зря не захотела идти — сказала Настя. — Давайте уже домой пойдём? — предложила Яна, взяв подбежащую к ней Марусю на руки. — Да, давайте. Тем более, детям уже давно пора спать — кивнул Максим, приобняв за талию Алису и двинувшись в сторону дома. — А я знала, что это случится — сказала Ева, когда Адам взял её на руки. — И почему не предупредила? — спросил брюнет. — Потому что я знала, что ты всех спасёшь. — Тебе не кажется, что ты во мне слишком уверена? — Мой дар не обманешь — девочка загадочно улыбнулась. — Мне бы твои такие сильные способности — посмеялся Адам, крепче обняв дочку. Семейство двинулось в сторону дома. На следующий день. Понедельник, самый разгар рабочего дня. В управлении все сотрудники собрались в комнате для совещаний, которая находится на третьем этаже рядом с юридическим отделом. Эта комната предназначена для организации рабочих встреч, обсуждения оперативных вопросов, проведений заседаний, совещаний и планёрок. По-другому её называют просто переговорная комната. Внутри комнаты есть кондиционер, большой экран для переговоров по видеосвязи, настольный проектор, ноутбуки, магнитно-маркерная доска на стене, овальный белый стол для переговоров, удобные офисные чёрные кресла, книжный шкаф с канцелярскими принадлежностями и папками с документами, серый диван и кофейный автомат. Комната была полностью в серо-чёрных тонах. Почти все сотрудники УМВД были собраны в этой комнате, куда их позвал генерал для важного объявления. — Уважаемые коллеги, я собрал вас всех здесь не просто так — начал свою речь генерал, сидя во главе стола, — Завтра к нам нагрянет плановая проверка. Это процедура, в ходе которой осуществляется анализ информации о гражданах и юридических лицах, включая наличие уголовных дел и другую правовую информацию, а также эта проверка может включать оценку соблюдения служебной дисциплины, выполнение должностных инструкций, внутренние регламенты, поведение сотрудников на службе и вне её, и соблюдение правил обращения с оружием и техникой безопасности. Кроме того, могут проверяться документальное оформление деятельности и взаимодействие с гражданами. — И что в этом страшного? — хмыкнула Алиса, — У нас с этим никаких проблем нет, мы ничего не нарушаем, работаем как надо. Мы этих проверок не боимся. — Я про это ничего не говорю, в этом плане у меня к вам претензий нет. Но проблема в том, что ещё и будет проводиться проверка соблюдения дресс-кода. А вот с этим вам надо разобраться — генерал посмотрел на некоторых сотрудников, которые могут не пройти данную проверку, — Это я лично вам не запрещаю как выглядеть, мне главное, чтобы вы работали и выполняли свои обязанности и помогали гражданам, а как вы себя тюнингуете — мне до лампочки. А вот с проверкой у вас могут возникнуть проблемы. Значит, нарушением дресс-кода являются: ношение неподобающей одежды, отсутствие значков и эполетов, неопрятный внешний вид, использование ярких и неформальных украшений. Например, ваши ошейники и браслеты с черепами — генерал посмотрел на Сумерек, которые и имели данные аксессуары, — Цветные волосы, татуировки и эти ваши пирсинги тоже являются нарушением. — И что Вы предлагаете? — спросил весельчак Лёша из отдела по наркотикам. — А то и предлагаю: меняйте свой внешний вид, хотя бы на сутки, чтобы не получить по шапке. Это всё очень серьёзно, между прочим. Можете строгим выговором отделаться, а может всё дойти вплоть до увольнения. Значит так, наколки свои прячьте как можете, не оголяйте. Пирсинги свои тоже снимайте. И цветные волосы свои тоже спрячьте. Или перекрашивайтесь или парики надевайте, я не знаю. Но чтобы этих ваших ярких прядей не было видно. Понятно? — глаз Смирнова пал на Джеффри с розовыми волосами. — А если у меня пирсинг на языке? Его видно будет? — спросил Ник. — Если сильно рот открывать не будешь. Хотя, лучше сними, на всякий пожарный. — Товарищ генерал, а что с моими клыками делать? Это тоже будет считаться нарушением? — спросил Дима. — Клыки? Ну да, это тоже нарушение. Хотя ты же программист, к тебе требования менее строгие. Но тем не менее, твои клыки могут вызвать вопросы. — И что мне с этим делать? Зубы я никак не спрячу… — Хм… а ты скажи, что это у тебя врождённое. — Думаете прокатит? — Не знаю. Может и сработает. Кстати, ещё насчёт ваших волос. Я сейчас обращаюсь к Николаю и Алексею, — генерал глянул на Ника и Джеффри, — По дресс-коду УМВД у мужчин должны быть короткие стрижки, ну а так как у вас волосы длинные, то рекомендую вам их прибрать, хотя бы в хвост завяжите. К барышням у меня такая же просьба, кто носит распущенные волосы. — А как распущенные волосы влияют на нашу работу? — спросила Алиса, которая никогда не прибирает свои волосы и ходит с распущенными. — Они могут мешать выполнению служебных обязанностей, закрывая всю видимость. — Не знаю, мне это нисколько не мешало за столько лет. — Но тебе всё равно придётся их прибрать, хотя бы на день проверки. — Ладно. Надеюсь, юбки надевать не придётся? — Это необязательно. Ну ещё по поводу волос. Кто носит модные стрижки с длинными чёлками, например, как ты, Томмислав — генерал посмотрел на Томми, у которого длинная светлая чёлка спадала на лицо, — Тоже советую эти чёлки убрать, уложите их назад как-нибудь, чтобы это смотрелось более аккуратно и строго. Про макияж ещё. Не красьтесь вы завтра, особенно это сейчас мужчин касается. Женщины могут только лёгкий аккуратный макияж нанести. А если уж вам, мужики, так уж сильно хочется, то не малюйтесь вы в таком количестве, как женщины. Вы сотрудники УМВД, а не на рок-концерте находитесь всё-таки. И лак с ногтей со своих тоже поснимайте. — А у вас до этого разве не было таких проверок? — спросила Катя. — Проверки всегда были, просто сотрудники стали всё больше нарушать дресс-код. Так, по этому поводу у меня всё. Ламберт — Смирнов обратился к Адаму. — Чё? — откликнулся следователь. — А тебя на завтра я отстраняю от работы. Почему, ты сам понимаешь. Адам кивнул в ответ, прекрасно понимая, почему он не должен присутствовать в управлении во время проверки. — Поэтому, уважаемые коллеги, в связи предстоящей завтра проверкой призываю вас проявить ответственность и строгость в соблюдении дресс-кода. Мы представители управления министерства внутренних дел и наш внешний вид должен соответствовать высоким стандартам и требованиям. Не подведите самих себя. Благодарю за понимание. На этом наше собрание окончено, можете приступать к работе — генерал поднимается с кресла и все сотрудники вслед за ним. Сотрудники начали расходиться каждый по своим отделам, параллельно обсуждая тему собрания. — Адам, а почему генерал тебя отстранил? Это из-за твоей судимости? — спросила Катя у мужа, когда они направлялись к лестничной клетке. — Да. Из-за убийства приёмного отца в детстве теперь вся жизнь коту под хвост — с недовольством проговорил Адам. — А ты посмотри на это с другой стороны — у тебя теперь завтра выходной — Катерина хотела приободрить поникшего супруга. — Ага, только прежде чем свалить в закат, заберу своё барахло. 30 июля 2019 года. На следующее утро. День проверки. Сотрудники прислушались к словам генерала и начали соблюдать дресс-код. Алисе пришлось прибрать свои волосы в заколку. Томми уложил свою чёлку назад, что стал выглядеть более солидно и даже как будто взрослее. Ник пришёл без грамма макияжа, что коллеги едва его узнали, а волосы собраны в низкий хвост, обычно он всегда их прибирает во время работы. Чёрный лак с ногтей был стёрт, вся неформальная атрибутика снята. Даже Дима пришёл по форме. Стол Адама казался немного пустым, так как весь беспорядок убран и некоторые вещи он забрал домой. Адаму пришлось не выйти на работу и остаться дома, что было на радость Еве, которая заставит его играть с ней весь день. Все сотрудники были на местах, почти все. Джеффри немного задерживался. Генерал ходил по холлу, рассматривая сотрудников. — Купер, наколки прячь свои — генерал сделал замечание Джону, заметив татуировки на его руках. — Извините, товарищ генерал, привычка — Джон опустил засученные рукава формы. На кистях рук тоже были татуировки, но они были плотно замазаны тональным кремом, а на рукава средства уже не хватило, это уже придётся прятать под одеждой. Вскоре в управление зашёл ещё один сотрудник. Кареглазый невысокий мужчина в форме с обесцвеченными волосами, собранными в высокий хвост. — Здравия желаю, товарищ генерал — поздоровался с начальством Джеффри, изменивший цвет волос. — Здравия желаю, Алексей. Это что, парик? Или ты реально так кардинально изменился? — если бы Джеффри не заговорил, то генерал бы так и не понял, что это он, и узнал только по голосу. — Нет, не парик, я перекрасил. Сделал обесцвечивание, чтобы полностью избавиться от цвета. — Понятно. Джеффри подошёл к общающимся между собой коллегам, и которые при виде него тут же все замерли. — Джеффри? — удивился Томми, увидев новый имидж коллеги, — Тебя прям не узнать, как будто совсем другой человек. — Ага, мало того перекрасился, ещё и волосы прибрал! — добавил Дима, с интересом рассматривая коллегу. — Тебе идёт — сказал Ник, оценив новый цвет. — Спасибо — Алексей кивнул. — Не жалко было расставаться с этим цветом? — Ну, разве что немного, учитывая, как я уже привык к розовым волосам. Да и к тому же, я уже подумывал о том, чтобы перекраситься. Потому что розовые волосы мне напоминали о Наталье, это был её любимый цвет. И каждый раз вспоминая о ней, мне становилось больно оттого, что её больше нет рядом — от упоминая покойной жены Алексей поник. — Уверен, она бы оценила твоё решение — Ник коснулся рукой до его плеча в знак поддержки. — Да, тебе так даже больше идёт. Ты даже стал выглядеть как-то… моложе, что ли — сказал Дима. — Так, все в сборе? — генерал оглядел холл, — Товарищи, если объявится какое-то дело во время проверки, то спокойно работайте как обычно и не обращайте внимания на сотрудников комиссии. Они выполняют свою работу, а вы — свою. Возможно, они даже подключатся к расследованию и будут помогать. — Всем доброе утро — в холл нагрянуло несколько человек в строгих костюмах с галстуками. Двое мужчин и две женщины. — Михаил Лебедев, старший инспектор по работе с личным составом — черноволосый кареглазый мужчина показывает своё удостоверение. — Сотрудник отдела внутренней безопасности, Иван Кузнецов — представляется светловолосый голубоглазый мужчина, чуть ниже ростом Михаила. — Наталья Васильева, специалист отдела мониторинга и анализа — представилась голубоглазая женщина блондинка с собранными волосами в пучок. — Анна Смирнова, оперативный работник уголовного розыска — представилась более строгая зеленоглазая женщина брюнетка с собранными в хвост волосами. — Здравия желаю, уважаемые коллеги, рад вас видеть — генерал подходит к сотрудникам комиссии и каждому жмёт руку в приветствии, — Смирнов Сергей Владимирович, генерал полиции и начальник главного управления. Благодарю за визит. Давайте обсудим порядок проверки и сделаем всё необходимое для сотрудничества. Ожидаю ваших рекомендаций и информации о ходе проверочных мероприятий. — Благодарим за встречу, Сергей Владимирович — кивнул Михаил, — Мы готовы обсудить детали нашего визита и представить необходимые материалы для проверки. — Я ценю Вашу готовность к сотрудничеству. Пожалуйста, пройдёмте в мой кабинет, где мы можем обсудить все детали проверки, там нам будет легче обмениваться информацией и согласовать действия. — С удовольствием. — Прошу за мной — генерал повёл сотрудников комиссии за собой к лестничной клетке. Сотрудники прошли мимо Сумерек, Томми и Джеффри, на которых они уже успели заострить взгляды. — Фух, мне от них аж как-то не по себе, такие чересчур серьёзные — выдохнул Дима, когда сотрудники ушли. — Может, генерал сможет их как-то расположить к себе, и они не будут так сильно придираться, как прошлые проверяющие — пожала плечами Яна. — С другой стороны, я рада, что Адама с нами нет. Учитывая его вечно недовольную морду, проверяющим это могло бы не понравиться — сказала Алиса. — Ну он же в этом не виноват, что у него пожизненно такое лицо — сказал Дима. — Да, но проверяющим ты это хрен объяснишь. Прошлые реально были дотошные, что могли прицепиться даже к выражению лица, ещё и едва не оштрафовали. — Ну, может быть эти не такие. Выглядят они не такими уж и злыми — хмыкнул Томми. — Ага, ты эту Анну видел? Не человек, а собака сторожевая какая-то — сказал средний брат. — Ну может у неё тоже такое лицо, как у Адама, а на самом деле не такая уж она и злая. — Сомневаюсь. — Ребята, у нас вызов — в холл заглянул Валера. — О, как одним местом чуяла, что что-то сегодня произойдёт — усмехнулась Алиса, — По какому поводу вызов? — Помните тот посёлок, что к городу относится? Вы там уже как-то раз были. — Разве? А, это случаем не тот посёлок, где нашли труп женщины с детьми в мусорном контейнере? — спросила Яна. — Да-да, именно этот — кивнул дежурный. — Что там опять произошло? — спросила Алиса. — Не поверите, опять убийство! — И опять труп в мусоре, что ли? — Нет, в гробу. — В гробу? — удивилась командующая, как и все остальные, — На какой там адрес вызвали? Отряд прибыл на место преступления. Одинокий заброшенный кирпичный дом, вокруг мусор в виде разбитых стеклянных бутылок и окурков, а внутри здания стоял деревянный гроб, внутри которого лежала мёртвая пожилая худая женщина с уже впалыми глазами и высохшей кожей. — Давно с вами не виделись, граждане. Когда мы сюда заезжали? В прошлом месяце, кажется? — Алиса разговаривала с местными жителями, которые снова все собрались у места преступления. — Да, где-то так — ответила одна из местных жителей. — Что у вас на этот раз случилось? — Мальчишки, подростки, гуляли около этого домика, они часто там ошиваются. И вот сегодня, когда они сюда пошли, они увидели Нину Генриховну в этом гробу… — рассказала пожилая местная жительница. — И кто она, эта Нина Генриховна? — Она моя соседка по огороду. Мы с ней часто урожаем обменивались. И вот последние дня два я её не видела. Думала, может, в город к детям уехала в гости. А тут такое… Господи, помилуй… — женщина начала креститься. — Как вы думаете, что могло произойти? У Нины Генриховны были враги? — Ну что Вы, Нина — святой человек! — начала другая бабушка, — У неё не было никаких врагов! У нас ни у кого в голове не укладывается, кто мог так с ней поступить! — Вот как. Вы думаете, что её убили? Она не могла умереть естественной смертью? — Нет-нет, у Нины никаких проблем со здоровьем не было. Здоровая, как лошадь, хотя и такая худая. Она бы ещё нас всех пережила. Её точно кто-то убил! — утверждала уже другая жительница. — Мы в любом случае разберёмся и выясним, убийство это, или нет. Сейчас поговорю с судмедэкспертом — Алиса оставила граждан и зашла в здание, где Ник осматривал труп в гробу, — Что можешь сказать? — Да, соседки правильно предположили, это точно убийство — подтвердил Ник, — Её задушили, на шее как раз следы от удушения, и задушили её руками, других следов насилия я не вижу. — Как думаешь, кто мог это сделать? Есть догадки? — Точно человек с седыми волосами — эксперт показал сестре короткий седой волос, — Этот волос не принадлежит жертве, даже без экспертизы видно, что у него другая структура и длина. — Да у нас пол посёлка тогда попадают в список подозреваемых. — Возможно во время вскрытия я смогу ещё что-нибудь найти. Кстати, ты не спрашивала у очевидцев, откуда этот гроб? По нему видно, что ручная работа и он даже ещё слегка недоделан, он не до конца покрыт лаком. — Нет, но сейчас спрошу — Алиса снова выходит к жителям, — Кстати, граждане, вы случайно не знаете, откуда взялся этот гроб? — А, точно, гроб! — воскликнула женщина, которая в прошлый раз обнаружила труп в мусорке, — Помните, наш гробовщик Григорий Денисович как-то говорил, что у него один из гробов пропал? Наверное, это он и есть! — Гробовщик? Пропавший гроб? — вскинула бровь Алиса. — Да, у нас в посёлке живёт гробовщик, у него как раз гробы для Люды и её детей заказывали. Хороший такой рукастый мужик! Из любого материала качественный гроб смастерит! — Говорите, у него гроб пропал? — Да, мы с ним как-то на той неделе в магазине встретились и разговорились, и он рассказал, что у него был заказ, он гроб даже доделать не успел, как его украли! Представляете? Может, это убийца его и украл? — Вполне возможно. Где он живёт? Старый покосившейся деревянный дом с деревянным забором и заросшей травой. Пожилой мужчина с бородой сидел во дворе на самодельном табурете и заправлял электрический садовый триммер. — Здравствуйте, Григорий Денисович? — к забору подошла Алиса. — Да, здравствуйте — мужчина глянул на гостью, жмурясь от солнца. — Подполковник Серебрякова, УМВД. Я бы хотела с Вами поговорить — Алиса показала своё удостоверение. — Что-то случилось? — Да. Вы здесь местный гробовщик? Одна из Ваших соседок сказала, что на прошлой неделе у Вас гроб украли. — Да. Вы что его нашли? — Не мы, а местные подростки случайно. И в этом гробу уже кое-кого похоронили. — Да Вы что? — удивился мужчина, аж уронив триммер из рук, — Кого? — Нас вызвали по поводу убийства Нины Генриховны. — Нины…? Её убили…? — Да. Жители предполагают, что её убил тот же человек, который украл у Вас гроб. Вы помните тот день, когда этот гроб у Вас пропал? Может, Вы кого-то видели накануне? Не помните? — Ой, честно Вам скажу, не помню… вроде как в тот день ко мне никто не приходил. Я просто помню, как захожу в гараж, чтобы гроб лаком докрасить, смотрю — а его нету. Пришлось новый делать и на гараж замок повесить. — Помимо гроба что-нибудь ещё пропало? Может, Вы улики какие находили? — Нет, это я помню. Пропал только гроб, и погрома даже никакого не было. До сих пор понять не могу, кому он понадобился. Хотя… есть у меня одна догадка, но я в ней не уверен. — Что за догадка? — Мне кажется, что мой гроб могла украсть наша местная алкашка Светка. — Почему Вы так думаете? — Она же выпить любит, а денег у неё нет, вот она и подворовывает. То с огорода у кого-то что-то скомуниздит, то грабли, то ещё что-то. А потом она это продаёт, и на эти деньги идёт себе выпивку покупает. Я так думал, что она у меня гроб спёрла, чтобы его продать. Но после того, что Вы мне про Нину сказали — теперь я уже не уверен… — Хм… а могла ли она его продать убийце? — Алиса задумалась. — Не знаю. — Ладно. А где она живёт эта Светка? — Остановку знаете где? Там три дороги, идёте по той, что прямо ведёт, идёте до упора не сворачивая, потом на перекрёстке направо повернёте, там на краю сразу её дом стоит. Вы сразу поймёте, что это он, там трава по колено, участок неухоженный. — Понятно, спасибо за помощь. До-свидания — Алиса ушла. Алиса вернулась к месту преступления, где местные уже разошлись, оставив отряд работать. — Ребят, я тут кое-что узнала — командующая обратилась к коллегам, — В посёлке живёт гробовщик, в чьём гробу и лежит жертва. Я к нему сходила и опросила, он предполагает, что его гроб могла украсть местная алкашка, которая ворует вещи и продаёт их, и на «заработанные» деньги покупает выпивку. Уж не знаю, она ли является убийцей, но она вполне могла этот гроб продать убийце. Надо её допросить и узнать, кому она его продала, если, конечно, это была она. Информация насчёт этого неточная, но спросить всё-таки стоит. Может, она что-то видела. — У алкашки брать показания? Думаешь, они будут правдивые, а не какая-нибудь «белочка»? Если она выпивает, то ей вполне может что-то привидеться в пьяном бреду — усомнился Джеффри. — М-да, жаль Адама отстранили, он бы мог это определить — сказал Дима. — Вам что-то узнать удалось? Может, убийца оставил какие-то улики? — спросила Алиса. — В заброшке на полу куча песка, на нём как раз есть следы от протектора обуви — ответил Томми, — Сорок второй размер, стопа достаточно широкая. — А что можешь сказать по протектору? Это какая может быть обувь? — Похоже на ботинки. То есть, не кроссовки, не сапоги, не тапки, а именно ботинки. — То есть, нам надо искать убийцу с седыми волосами и ботинками сорок второго размера? — Получается, так. Больше мы ничё не нашли, свидетелей нет, никто ничего не видел. — Ясненько. Дим, Лёша, может, сходите до этой алкашки и опросите? Её Светка зовут, если что — Алиса глянула на брата и коллегу. — Где нам её опрашивать? — спросил Джеффри. — Скорей всего она дома. Она живёт вон в той стороне, идёте прямо и на перекрёстке самый убитый заросший дом увидите — Алиса указала пальцем в сторону, где находится автобусная остановка. — Понятно. Ладно, пошли — Джеффри двинулся в ту сторону, Дима поковылял за ним. Следователи пришли к самому неухоженному участку и самому покосившемуся дому, который больше походил на сарай. Джеффри коснулся до калитки, которая была не заперта и от толчка открылась сама. — Эй! Есть кто дома?! Светлана?! — прокричал Джеффри, зайдя во двор, где накидана куча мусора и стёкла от бутылок. Вокруг дома наставлен всякий хлам в виде уже старой и гнилой мебели. В воздухе витал неприятный затхлый запах вперемешку с запахом сигарет, которым был пропитан весь участок. — Может, её здесь нет? — спросил Дима, когда никто на зов Джеффри не отозвался. — Не знаю. А может, дрыхнет после пьянки. Давай глянем, там ли она вообще — Алексей начал смотреть по окнам. Только вот окна были настолько мутные от грязи и пыли, что ничего не было видно, да и в половине комнат всю видимость закрывали кружевные серые шторки. — Похоже, её нет дома — хмыкнул Алексей. — Лёш… — позвал коллегу Дима, заглядывая в окно, — Она там. На диване вон лежит. — Она там? Как я и думал, отсыпается. Пошли обратно, как отоспится, так и опросим, не будем тревожить. — Подожди, Лёш, у меня такое ощущение, что она не дышит… — Дима продолжал всматриваться в грязное окно, — Может, всё-таки зайдём, да проверим? Если она реально спит, то мы сразу же уйдём! — Дима, ты с ума сошёл? Вообще-то без ордера мы не имеем права заходить в чужой дом без разрешения. Это частная собственность. — А вдруг ей там плохо? Всё-таки последствия от постоянных пьянок никто не отменял. У меня дурное предчувствие… — Дима, мы не имеем права. — Ну мы всего одним глазком посмотрим! Если с ней всё нормально, мы сразу уйдём! — Может, попробуем до неё достучаться — Джеффри подошёл к деревянной прогнившей двери дома и громко постучался, — Светлана, открывайте, амурско-областное УМВД! Вы слышите меня?! — как бы следователь громко не стучал, ему никто не ответил. — Она не шевельнулась — Дима всё ещё смотрел в окно. — Походу, она в жёсткой отключке. — Или без сознания… — Ладно, была-не была — Джеффри дёрнул за ручку. Дверь оказалась открытой. Из дома в нос сразу вдарил отвратительный запах сырости, сигарет и перегара, которые въелись в эти стены. — Она чё, такая доверчивая, что не запирается? — спросил следователь, шире открывая дверь, — Светлана, Вы меня слышите?! Это амурско-областное УМВД, мы можем войти?! — голос Джеффри раздался эхом по пустому тёмному коридору. В ответ снова тишина. Дима и Алексей решили всё-таки войти внутрь. В доме был такой же беспорядок, как и во дворе. Деревянный пол был грязным настолько, что ноги к нему аж прилипали. Вокруг горы мусора, стены такие же липкие, штукатурка вся сыплется. По дому бегают тараканы и летают мухи, что развелись в этом мусоре. — Да уж, чувствую себя корреспондентом «Мужского/Женского» — тихо произнёс Дима, осматривая убитый внутри дом без ремонта и кучей мусора с тараканами. — Светлана, Вы здесь? — Джеффри морщился от неприятного запаха и зашёл в одну из комнат, где стоял диван. Следователи обошли его и увидели очень старую женщину, с кучей морщин, лежащей в одном банном халате. Такой старый вид у неё вызвало злоупотребление алкоголем. И она не дышала. Вокруг дивана наставлены бутылки с алкоголем, рядом стояла переполненная пепельница и пачка сигарет. Мух в этой комнате было запредельное количество, а жужжание было как в пчелином улье. — Фу, ну и свинарник… как в этом можно жить? — сказал Алексей, отмахиваясь от мух. — Лёш, походу, моя чуйка меня не обманула… — проговорил Дима, глядя на женщину, которая всё это время лежала в одной позе, сложив руки на животе, — Она мёртвая… Отряд вернулся в управление с двумя трупами. Комиссия всё это время проводила проверку в управлении, пока отряд занимался своим делом. — Зашибец, у нас была одна единственная свидетельница, которая могла бы привести к убийце, а в итоге нам больше некого опрашивать — Алиса досадно махнула руками, обсуждая дело с коллегами в холле. — И что с ней случилось? Её что, тоже убили? — спросила Катя. — Нет. Ник сказал, что она умерла от алкогольного отравления, передозировка. — Получается, у нас больше нет никаких зацепок? — Ну почему же. Мы точно знаем, что убийца седой и носит ботинки сорок второго размера. И с этими параметрами нужно проверить каждого жителя, и уже от этого плясать дальше. Может, во время анализа в лаборатории ребята смогут что-то ещё найти. — Товарищ подполковник, разрешите обратиться? — к Алисе вдруг подошёл Иван — один из сотрудников комиссии. — Эм, разрешаю — командующая поворачивается к светловолосому проверяющему. — Я так понимаю, у вас сейчас идёт расследование убийства, так? — Так точно. — Вам нужна будет помощь? Может, помочь со сбором улик, поиском свидетелей? — Нет, спасибо, мы сами с этим пока неплохо справляемся и у нас уже есть некоторые зацепки. Думаю, что будет лучше, если вы просто будете наблюдать за процессом нашей работы, чтобы убедиться в нашем профессионализме. Но, в любом случае, благодарю за предложение. — Хорошо. Кстати, Вы ведь командующая отрядом криминального отдела? — Верно. — Могу я у Вас попросить список сотрудников из Вашего отряда? — Эм… да, конечно. Но, просто сейчас я немного занята. Вы не будете против, если я предоставлю список чуть попозже? — Да, конечно, я подожду — Иван отошёл от Алисы и продолжил проверку, касаемо других сотрудников. — Аль, а чё ты ему сразу не можешь список предоставить? — спросила Катя. — Да я боюсь, что если он начнёт проверять присутствующих и отсутствующих, то точно спросит про Адама — Алиса осторожно оглядывалась на сотрудника комиссии. — Но ведь он же снял с себя эту судимость, комиссия не должна об этом узнать. По идее если эта судимость снята, то и проблем не должно никаких возникнуть и прятаться ему необязательно — сказала Даша. — Да, но генерал решил, что лучше подстраховаться. Потому что если не дай Сатана всплывёт правда о том, что он был судим за убийство в шестнадцать лет, то у Адама могут возникнуть огромные проблемы. И если узнают, что у нас есть родственник с уголовным прошлым, могут отстранить от работы в органах не только его, но и всех нас. Просто хрен его знает этих проверяющих, вдруг они будут рыть эту корзину с грязным бельём до тех пор, пока не нароют что он всё-таки снял с себя эту судимость. Они не будут смотреть на срок, им будет достаточно только этого факта. — Да, хреновые дела… — хмыкнула сотрудница поискового отряда. — Ребят, у нас кое-что есть — в холл поднялись Яна, Томми и Ник. — Что же? Нашли что-то? — спросила командующая. — На гробу были оставлены отпечатки пальцев. И эти отпечатки принадлежат Светлане — ответила Яна. — Значит, она всё-таки была причастна к краже? — Получается так, но кроме её отпечатков на гробу больше ни чьих нет. — Что значит больше ни чьих? А как же сам гробовщик? — Его отпечатков может не быть, потому что зачастую гробовщики создают свои изделия в перчатках — ответил Ник. — А как же отпечатки предполагаемого убийцы? — продолжала сыпать вопросами Серебрякова. — Их нет. Только отпечатки Светланы — сказала Яна. — Как так? Чё хотите сказать, что она и есть убийца? — Нет. Она к смерти Нины Генриховны не причастна. Её волосы не совсем седые и структура не подходит, а размер её ноги не больше тридцати восьми — сказал Ник. — Вот здрасте приехали. А как это так тогда выходит? — Алиса слегка растерялась. — Вполне вероятно, что убийца был в перчатках, чтобы не оставлять отпечатки — сказал Томми, — И что-то мне подсказывает, что Светлана не совсем причастна к краже… — криминалист вдруг задумался. — Что ты имеешь в виду? — На гробу её отпечатки были оставлены так, как будто кто-то хотел специально оставить именно её отпечатки. Они были оставлены как-то хаотично и нелогично. Это не выглядело так, как будто она его тащила. У меня складывается такое ощущение, что кто-то просто брал её за руки и специально прикладывал к гробу. — Чего? А как это можно было сделать? Она что, не отпиралась? Её насильно заставляли трогать этот гроб? Или как? — Вероятно, что в этот момент она просто была пьяная и более уязвимая. Только вот спросить у неё мы уже ничего не сможем. — Согласен с этой версией. Наверняка убийца, действительно, хорошо знал Светлану и знал, что она постоянно выпивает, чтобы можно было оставить отпечатки в том состоянии, в котором она бы этого даже не запомнила — добавил Ник. — Хотите сказать, что убийца хотел её подставить? — спросила Алиса. — Выходит, что да. Он хотел провернуть всё так, чтобы это всё выглядело так, как будто это Светлана убийца — сказала Яна. — Только вот его план провалился. Светлана умерла на несколько часов раньше, чем жертва — сказал Ник. — Да уж. Видимо, местному гробовщику придётся мастерить ещё один гроб. Кстати, гробовщик… — Алиса вдруг кое-что начала осознавать, — Я вспомнила. Он же тоже седой, и я помню, что он сидел в ботинках, на вид точно не меньше сорокового размера… — Думаешь, это он? А какой у него мотив? — не поняла младшая сестра. — А это мы у него щас и спросим. Тем временем проверка в управлении продолжалась. Все сотрудники комиссии спокойно проверяли документы, разговаривали с работниками управления без каких-либо придирок. Одна лишь Анна Смирнова была самой строгой и дотошной, которую все сотрудники сторонились и пытались не пересекаться с ней взглядами. Она наблюдала за каждым сотрудником, за его работой, поведением и обращением с коллегами. Дима остался на своём рабочем месте и обсуждал данное дело со своим другом Марком. И Анна кое-что заметила, что ей показалось недопустимым. — Что это у Вас? — Анна подошла к рабочему месту программиста и наделила его своим строгим взглядом. — Вы это о чём? — не понял Дима, спросив дрожащим голосом от испуга. — О Ваших зубах. Вы считаете, что это нормально? — А, Вы об этом? — Дима указал на свои клыки, — Так это у меня с рождения. Я всю жизнь с этими клыками живу — отмахнулся средний брат. Именно этой предъявы программист и боялся больше всего. — Значит, это у Вас просто врождённая аномалия? — Анна стала менее строгой. — Да, всё верно. — Тогда ладно — сотрудница оставила программиста в покое и ушла. — Фух, прокатило… — Дима выдохнул. — Капец, а я думал, что она за это не прицепится — сказал Марк, — Не зря генерал нас предупредил. — Ага, и не говори. Слушай, давай будем держаться от неё подальше? Анна ходила по коридору, параллельно изучая какие-то документы в руках. — Товарищ генерал, а вот и Вы — Анна обратилась к генералу, что шёл ей навстречу, — Хотела бы кое-что уточнить. Я тут нашла список сотрудников и обнаружила, что одного сегодня не хватает. Адам Ламберт. Почему его сегодня нет на рабочем месте? У него есть на это какая-то веская причина? Генерал этого вопроса ожидал, и ответил так, как посчитал нужным. — Ему нездоровится. У него сейчас такое состояние, что ему явно не до работы. Поэтому я приказал ему отлежаться дома. — Хм, какой простой и банальный ответ. Нездоровится, значит? А может, он отсутствует просто потому что у него когда-то была судимость за убийство? — хмыкнула Анна. Генерал этого ответа никак не ожидал. — Эм… с чего Вы это взяли…? — генерал сглотнул. — Вы что думаете, раз он снял с себя судимость, то мы об этом не узнаем? Думаете, что Вам это сойдёт с рук? Вы считаете нормальным, что в Вашем управлении работает сотрудник, который был судим за убийство? И который даже не до конца отбыл своё наказание? — Послушайте, Ламберт был судим в шестнадцать лет, с того момента прошло уже много времени и… — И поэтому Вы считаете, что взять его на должность следователя — будет хорошей идеей? — Вы просто не знаете обстоятельств того преступления — Смирнов начал закипать от злости. Он прекрасно знал о том, что Адам сделал. — И какие же это были обстоятельства? Случайность? Состояние аффекта? — Это была самооборона. — Да мне всё равно, что это было. Факт остаётся фактом — он убил человека. — Вы просто не знаете, что это был за человек. — То есть Вы считаете это допустимым? Не боитесь, что я и на Вас что-нибудь такое найду? Раз уж Вы так отстаиваете убийцу. — Да ищите, ради Бога, мне скрывать нечего. И я не отстаиваю убийцу, я всего лишь пытаюсь помочь моему сотруднику. — Помочь? Думаю, Вы очень поможете, если уволите его. Вы же не хотите проблем? — Вы действительно думаете, что я буду увольнять лучшего следователя во всей области? Да, один раз он оступился, но после этого он больше никак не привлекался к уголовной ответственности, потому что после того случая он больше никак не нарушал закон, потому суд и смог снять с него эту судимость. — Вы его защищаете только из-за того, что он просто хороший работник, который повышает рейтинг Вашему управлению? — Нет. Потому что за столько лет он мне уже стал как родной сын. И потому что Вы понятия не имеете, что ему пришлось пережить. Он рос в спартанских условиях с пьющим приёмным отцом, который не давал ему нормальной жизни. У человека нормального детства из-за него никогда не было. Каждый день получать ремнём просто так, да и не только ремнём, а что попадётся под руку. Только представьте, какой ужас происходил в доме, когда маленький ребёнок предпочитал ночевать на улице в сорокаградусный мороз, вместо того, чтобы остаться дома с приёмным отцом один на один. И чтобы покончить с этим ужасом, ему пришлось пойти на это преступление, лишь бы его страдания уже наконец прекратились. Уверен, что на его месте Вы бы поступили точно также, потому что сбежать здесь точно не получится, особенно, когда ты несовершеннолетний. И учитывая весь этот кошмар он был мог спокойно пойти по дороге зла и стать серийным убийцей. Но он этого не сделал. И он, превозмогая всё это, становится на путь добра, чтобы помогать людям и таким же попавшим в беду детям. Он сделал всё, чтобы стать тем, кем он есть сейчас. И я им горжусь. Он настолько сильно хочет быть здесь, что даже хотел наконец избавиться от клейма убийцы и снял судимость, чтобы спокойно работать в органах. И он не убийца, он просто ребёнок, который хотел жить — генерал всячески отстаивал Адама и стоял за него горой. Он буквально стал для Адама отцом, которого у него никогда не было. И по сей день он является его наставником. — Думаете, что если надавить на жалость, я тут же всё забуду? — зло усмехнулась Анна, — В отличие от Вас, я не допущу к работе сотрудника с судимостью, хоть она уже и снята. Я сделаю всё, чтобы подполковника Ламберта навсегда отстранили от службы в следственных органах. — А вот тут Вы уже перегибаете палку. Вы не имеете права отстранять сотрудника, когда судимость с него уже снята! — генерал всё больше закипал от гнева. — И да, помимо него, я отстраню от работы ещё и его родственников, которые здесь тоже работают. Его братьев, сестёр, жену. Всех. Потому что в органах запрещено работать ещё и тем, у кого имеются родственники с судимостью. — Ах так, значит. Тогда это и Вас касается — генерал отзеркалил наглую ухмылку Анны. — А что я? — Разве вчера не Ваш племянник попытался устроить теракт в филармонии? — после этих слов Анна уже не выглядела такой решительной и грозной, всё это сменилось на удивление и лёгкий испуг. — Ч-что…? — её строгий голос дрогнул. — А Вы что думали, Вы одна такая? Мы тоже много чего можем на кого-то найти. Ваш племянник установил в одном из концертных залов бомбу, которую собрался взорвать прямо во время выступления симфонического оркестра с кучей зрителей. Из-за него могло бы погибнуть тысячи людей, но по иронии судьбы в этом же зале оказался и подполковник Ламберт со своей семьёй. И именно он поймал и задержал преступника и спас людей. Вы сейчас разве не будете защищать и покрывать племянника? Как думаете, кто же всё-таки достоин работы в органах больше? Когда-то судимый за превышенную самооборону следователь, или тётя террориста? Давайте так, я никому не сообщаю про Вашего племянника, а Вы, в свою очередь, оставите моих сотрудников в покое, идёт? — Это что, шантаж? — Анна нервничала. — Нет, просто предложение. Ну так что, мы договорились? Алиса, Ник, Яна, Томми и Джеффри прибыли обратно в посёлок прямо к дому гробовщика. — Григорий Денисович, Вы дома? — прокричала Алиса во двор. Никто не ответил. Калитка была открыта, что отряд без проблем зашёл во двор. — Ау, есть кто дома? — Алиса всё ещё пыталась дозваться до хозяина. — Ребят, гляньте, следы. Точно такие же, как и на месте преступления! — Томми указал на землю, где виднелись следы от обуви. Рисунок протектора полностью совпадал с рисунком в том заброшенном доме. — Значит, мы на правильном пути — сказал Джеффри и прошёл к закрытому на навесной замок гаражу, — Народ, мне кажется, или здесь следы крови? — Алексей позвал коллег и указал на красные следы на железных дверях гаража. — Тебе не кажется… — ответила Яна, со страхом глядя на двери. — Может, откроем и посмотрим, что внутри? Вдруг там новый труп? — предложил Томми. — Не зря взял отмычку. Сейчас попробую открыть — Ник достал из кармана отмычку и принялся взламывать замок. После открытия замка, Ник открывает двери, откуда исходит запах древесины, краски и лака. Ребята заходят внутрь, включив свет. Внутри гаража стоят три совсем новых только сделанных гроба. — Хм, вроде ничего подозрительного. Видимо, у него были новые заказы. И гробы, действительно, выглядят качественно — сказала Алиса, рассматривая мастерскую гробовщика. — Угу, тут не придерёшься — согласился Джеффри. — Тогда откуда кровь? — не поняла Яна. — Может, в каком из этих гробов он уже кого-то положил — Алиса решила проверить эти гробы. Открыв все три, оказалось, что гробы пусты. Никого в них не было. — Интересно. Получается, что на дверях была либо просто краска, либо труп спрятан в другом месте — подумала командующая. — Скорей второе. Я бы краску с кровью не спутала — ответила младшая сестра. — Выходим отсюда, ловить нам тут нечего — сказал Джеффри и направился к выходу на улицу. Ребята решили последовать за ним. Не успел отряд переступить порог, как сзади послышался какой-то звук. Как будто что-то упало. Сотрудники обернулись. Алиса от удивления открыла рот, а Яна сдержала крик. На полу в углу лежало окровавленное тело, которое было спрятано за висящей тряпкой. Труп принадлежал той самой женщине очевидице, которая обнаружила останки в мусорном контейнере. Она была убита. — Твою ж мать… — командующая не ожидала такой картины. Она ожидала, что они найдут тело в одном из гробов, но, чтобы оно было спрятано в другом месте, да ещё и знакомый человек. У дома гробовщика стоят несколько полицейских машин, и в одну из них уже несли упакованный в пакет труп, а в другую ведут Григория Денисовича в наручниках. Жители посёлка не могли не пройти мимо происходящего и окружили участок, в ужасе обсуждая случившееся. Никто и подумать не мог, что убийцей окажется тихий, скромный и добрый сосед гробовщик. Да ещё и очередная соседка умерла. Комната допроса. Алиса сидела с гробовщиком один на один. — Итак, Григорий Денисович, зачем Вы убили Евгению Бойко? И почему убили Нину? — начала допрос Алиса. — Проблема в том, что у меня стало в разы меньше заказов — начал объяснять гробовщик, — А значит, у меня стало меньше денег, а на мою пенсию шибко не проживёшь. В посёлке люди стали умирать всё реже, в соответствии, на мою работу снизился спрос. Кто-то уехал отсюда, кто-то просто не умирает. — Угу, значит, таким вот образом, Вы решили повысить спрос на свои услуги, так? — Всё верно. — Своих жертв Вы выбирали случайно? — Да. — И почему Вы прятали тело Евгении не в гробу, как в случае с Ниной? — Просто не придумал способ, как бы её нашли и при каких обстоятельствах. И убил я её другим способом, чтобы не сразу поняли, что убийца один и тот же. — Вот как. А что насчёт Светланы? Почему на гробу были её отпечатки? — Хотел отвести от себя подозрения и провернуть всё так, как будто это Светка убийца. Перед тем как всем сказать о том, что пропал мой гроб, я встретил Светку, которая пьяная около магазина валялась. Она на ногах никак не стояла. Я сначала отвёл её к себе в гараж, чтобы её отпечатки оставить на гробу, который я уже заранее подготовил для Нины и специально недоделал, чтобы вы поверили, что его действительно украли недоделанный. А потом я проводил Светку обратно до дома. Она ж ведь под этим делом была, всё равно бы она ни черта не вспомнила. А если бы и вспомнила, то ей б никто не поверил, все бы всё списали на её белую горячку. — Как мы и предполагали… Что ж, теперь Ваши показания будут задокументированы. Вы понимаете последствия своих действий? — Да, понимаю. — Хорошо. Понимание и признание своих действий — первый шаг к ответственности. Все Ваши показания будут переданы в суд. У Вас также есть право на адвоката, и, если решите этой возможностью воспользоваться, Вам её предоставят. До-свидания — Алиса оставляет преступника, выходя из комнаты допроса. День подошёл к концу. Дело закрыто и проверка окончена. — Что ж, в ходе проверки вашего главного управления министерства внутренних дел по амурской области установлено, что работа службы осуществляется в соответствии с законодательством и внутренними регламентами, в целом УМВД выполняет свои функции — начал озвучивать итоги Михаил Лебедев, — Все аспекты функционирования, включая работу с документами и взаимодействие с гражданами, находятся на высоком уровне. Я впечатлён тем, что вам удалось закрыть только поступившее дело об убийстве всего за несколько часов, вы очень быстро нашли убийцу. Это поразительно. Невероятная сплочённость коллектива во время работы. Рекомендуем вам продолжать в том же духе и при необходимости внедрять передовые практики для улучшения работы. — Благодарю вас за объективную оценку работы нашего УМВД — кивнул генерал, — Мы продолжим совершенствовать наши подходы для повышения эффективности и доверия со стороны граждан. — Благодарю за сотрудничество, товарищ генерал. Всего доброго — Михаил и его коллеги покинули здание управления. — Наконец-то — Алиса сняла заколку и махнула головой, распустив въющиеся волосы цвета платины, — Уже башка устала от этой заколки. Как вы с этими причёсками целыми днями ходите? — Уже привыкли — ответила Яна, которая всегда прибирает волосы. Всё-таки как лаборантка-криминалистка будет работать с распущенными волосами. — Что ж, с завтрашнего дня можете спокойно работать как обычно, в том, в чём привыкли — сказал генерал, — И пусть Ламберт уже выходит на работу. — Да, без него было как-то непривычно, да и с ним мы, наверное, поймали бы убийцу ещё быстрее — сказал Дима. — Скажи спасибо, что мы вообще его нашли без помощи твоего брата — хмыкнул Джеффри, тоже распуская хвост. — Адам наоборот будет рад, что мы без него не пропадём — посмеялась Катя. Отряд стал собираться по домам. На следующий день. Сотрудники пришли в своём привычном неформальном виде, татуировки оголены, пирсинг снова на месте, макияж нанесён. — Здорова, салаги — в отдел зашёл радостный Адам с сумкой со своими вещами в руках. — Здорова, прогульщик — поздоровался с другом Мамай, крепко пожав ему руку. — Чё как тут у вас дела? Сильно вас вчера дрючили во все щели? — Да вроде не сильно, нас даже в конце похвалили. — Вон оно как. Про меня не спрашивали? — Неа, считай, что тебе повезло. — Привет, Адам — мимо коллеги прошёл Джеффри к своему столу. — Ага, привет — Адам сначала поздоровался, потом обернулся в сторону коллеги, не поняв сначала с кем он только что поздоровался, — Лёха, ты что ли? — Я, как видишь. — Ни хрена себе. Один день только на работу не вышел. Ты из-за проверки решил перекраситься? — Не только. — Ясно — Адам прошёл к своему рабочему месту и бросил на стол сумку, которую начал разбирать и раскладывать вещи обратно по местам. — О, вижу, что теперь точно все сборе — в холл спустился генерал и посмотрел на Адама, — Кстати, Ламберт, теперь если опять нагрянет какая-то проверка, можешь больше не прятаться и не шифроваться. Я всё решил с твоей проблемой с судимостью. — Чё, реально? — Адам на мгновение перестал разбирать вещи, — Каким макаром, интересно? — Не важно. Главное, что информация об этом никогда больше не всплывёт. И не всплывёт даже то, что ты эту судимость снял. Считай, что ты теперь чист, как белый лист. — Серьёзно? Ну, спасибо, товарищ генерал — Адам подошёл к генералу, чтобы пожать ему руку в благодарность. — Ага, спасибо на хлеб не намажешь. С тебя новый спиннинг и рыболовный костюм взамен. Я тебя отстаивал как мог, знаешь. — Да хоть подводную лодку с ластами. За это мне для Вас теперь ничё не жалко. — Давай теперь за работу — генерал кивнул и покинул холл, оставив радостного следователя с коллегами. — Нормально тебе так подфартило — усмехнулся Дима. — Ага, сам охренел. Мало того, выходной дали, ещё и от моей судимости избавились окончательно. — Да, ты теперь генералу не только удочку и костюм должен, ты ему за это теперь по гроб жизни обязан — Катя обняла счастливого мужа. — А я чё отказываюсь, что ли? Тем более генерал мне много чем помогал до этого. И не сосчитать сколько раз он меня выручал. — Генерал нам всем чем-то да помог — добавил Дима. Адам разложил свои вещи, и теперь отделение работает в своём привычном виде и в спокойной обстановке.