В новую жизнь.

      Я отказывалась верить своим глазам: передо мной стояла Алиса Станиславовна. Я просто замерла. Мой мир вновь сузился до нас двоих, и лишь слова директрисы, доносившиеся до меня словно через толщу воды, напоминали мне обо всех стоящих в этой комнате. Очнуться от этого мне помогла Маринка, которая, недолго думая, дала мне локтем под дых. Алиса стояла рядом с директрисой и смотрела на меня не с меньшим удивлением. Вот мы и встретились.        — Всем спасибо, можете идти, — слова директора утонули в школьном звонке, и все учителя поспешили из кабинета.       Наверное, если бы Маринка не вытащила меня за локоть, я бы так и осталась стоять, глядя на новую учительницу. Оттащив меня в мой класс, подруга хорошенько тряхнула меня за плечи и, окончательно этим взбодрив и приведя в себя, затолкала в кабинет.        — Потом объяснишь мне свою реакцию, — это было последнее, что я услышала, прежде чем Марина закрыла дверь.       Не буду скрывать, что на уроке мои мысли были заняты совсем не учениками и новым материалом. Я вновь и вновь переживала свое школьное время, время рядом с Алисой, и пыталась понять, что же я к ней сейчас чувствую. Ученики заметили, что я не в состоянии вести урок, поэтому сидели тихо, а кто-то даже читал учебник. 10 класс из всех был самым послушным и спокойным на уроках, за это и стал любимым у учителей. Как только прозвенел звонок, все тихонько собрались и, покинув класс, оставили меня наедине со своими мыслями. Почти все…       Настя тихо подошла ко мне со спины и обняла. Иногда я поражалась, как эта девочка может меня чувствовать. Она будто знает, что сейчас мне просто нужен кто-то рядом, кто-то близкий, чтобы просто молча поддержал. Я встала, повернулась к ученице и прижала ее к себе. Я знаю, что между нами твориться что-то неправильное, но сейчас я просто не могла понять, что именно и прекратить это. Я нежно погладила девочку по спине и отпустила на следующий урок, а сама пошла на поиски Маринки: если кто-то и мог понять меня и дать совет, то это была она, а лучше времени, чем совместный свободный урок, не найти.       Я полностью погрузилась в свои мысли, думая, как лучше обо всем рассказать подруге, и не заметила, как едва не столкнулась и Еленой Валерьевной и… Алисой. Ничего лучше, чем сделать вид, что я очень спешу и пробежать мимо мило болтающих женщин, мне в голову прийти не смогло. Неожиданно и поняла, что ничего не чувствую, нет ни ожидаемой ревности, ни раздражения. Чувства к учительнице физики слишком ослабли за эти годы.       Подругу я увидела, а точнее сказать услышала, задолго до того, как подошла достаточно близко для этого. Марина с кем-то серьезно скандалила, поэтому я поспешила к девушке. Перед ней стоял новый биолог, который был крайне разозлен.        — Ты ненормальная! Если ты считаешь, что раз ты баба, то тебе ничего не будет, то сильно заблуждаешься! — это было первое, что я услышала, подойдя ближе.       Я едва успела оттолкнуть Анатолия, прежде чем он успел бы ударить Марину. Я встала между ними, задвинув подругу за спину и мысленно проклиная себя и свою геройскую натуру, потому что разъяренный мужчина передо мной жутко меня пугал. Он уже хотел что-то предпринять против нас обоих, как вмешалась подошедшая директриса:        — Ты сейчас же закрываешь свой рот и идешь ко мне в кабинет. Я не потерплю такого поведения в моей школе, да еще и от учителя!       Мужчина удалился, одарив нас напоследок презирающим взглядом, а Елена Валерьевна, будто не слыша наших слов благодарности, пошла за ним. Стоило им скрыться за поворотом, как Маринка расплакалась, уткнувшись мне в плечо. Я отвела подругу в учительскую, которая к счастью оказалась пуста, усадила на диван и сама села рядом.        — Все хорошо, он тебя не тронет, — я нежно погладила девушку по голове.        — Это я виновата. Он мне очень понравился. Я думала, что плесну на него водой, извинюсь, и у нас получится завязать разговор, а потом и отношения, как это в фильмах бывает. А он…он как с цепи сорвался, — сказать, что я была удивлена словам подруги, это ничего не сказать.       Свой урок отдыха я, как и хотела, провела рядом с подругой. Вот только поговорить о своем с ней не удалось. Зато я узнала, что Марина раньше не имела опыта в отношениях, и поэтому боится остаться старой девой. Вот и решилась на крайние меры.       Решив исправить ее упадническое настроение, я стала перебирать волосы подруги и, не слушая ее протестов, делать ей разные смешные прически. Вот только Марина в долгу не осталась. Вскоре уже она, довольно хихикая, творила у меня на голове черти что. Через 15 минут подруга, счастливая, созерцала свой «шедевр». А вот мне было совсем не радостно: я с такой прической даже по дому постыдилась бы ходить. После пьянки мои волосы лежали намного аккуратнее, чем сейчас.       Я попыталась привести себя в порядок, но Марина поймала меня за руки и, радостно рассмеявшись, повалила на диван. Через секунду в учительскую вошла директриса.       Мы с подругой испуганно замерли, а Елена Валерьевна, после недолгого замешательства, довольно усмехнулась и с грацией кошки подошла к нам.        — Девушки, а чего же вы дверь не закрыли? Или ждете кого-то? — женщина отодвинула от меня Марину и села, вплотную прижавшись ко мне.       Я в то же мгновение вскочила с дивана, едва не угодив в объятия директрисы.        — Елена Валерьевна, вы сделали поспешные выводы, — мы просто игрались.       Хоть рядом с Мариной я и чувствовала себя увереннее, но под недовольным взглядом женщины начала пятиться к двери. Подруга тоже сообразила, что сейчас лучше сбежать, и, тихонько пискнув «извините», вылетела из учительской. Я выскочила вслед за ней. Сейчас от директрисы меня спасло чудо. Надо что-то срочно делать с нашими отношениями.       Наспех поправив прически и немного смятую одежду, мы скрылись в самом дальнем крыле школы.        — Ты не переживай, она отстанет, — Маринка сочувственно на меня посмотрела, — Елена Валерьевна поначалу ко всем молоденьким и незамужним женщинам пристает. Нас с Олей тоже домогалась.        Эта новость вроде принесла мне облегчение, но в то же время оставила неприятный осадок на душе, ведь я считала себя особенной для директрисы. Со звонком на перемену мы вышли из своего укрытия от недовольной Елены Валерьевны. Стоило мне завернуть за угол, как я тут же об этом пожалела: ревность накрыла меня с головой.       Моя Настя посреди коридора обнималась с Алисой Станиславовной.