Герой не моего романа.

Второй день Слава не отвечал на её звонки и, видимо, специально выбирал маршруты, на которых они никак не могли с ним пересечься, но освободив её от своего общества, он не освободил от размышлений. Разные мысли крутились в голове девушки. Но каждый раз она приходила к одному и тому же заключению: Слава прав! Каждый раз встречаясь с ним, Вера представляла на его месте совершенно другого человека. Благо, что это было абсолютно не трудно сделать. Но из-за их внешней схожести она никак не могла уйти от назойливого желания назвать его совершенно другим именем. И снова, в очередной раз, свои мысли писательница подарила своей героине. Яростно протыкая клавиатуру ловкими пальцами, девушка одну за другой печатала на листе строки, рассказывающие о чувствах. Она снова воспользовалась эмоциональным всплеском. Пожалуй, каждому писателю или, как она сама себя называла, фикрайтеру знакомо это. Любое колебание эмоций заставляет закипать чувства, в голове начинают шевелиться какие-то механизмы, и лучший способ в этой ситуации — записать свои ощущения, чтобы упорядочить и успокоить мысли. Когда ты находишься на пределе, на пике своих эмоций, твои слова максимально остры, боль или счастье, передаваемые через метафоры и эпитеты, максимально точны, а главы, написанные в эти моменты, максимально искренни. И вот сейчас, переживая войну внутри себя, Вера не могла остановиться, она всё писала и писала, ей было что сказать. И себе, и Славе, и будущим читателям. Изливая душу в сюжет книги, она думала и о Винчислао, но что делать, не имела ни малейшего понятия. Сейчас, когда он внезапно исчез из её жизни (также внезапно, как и появился) она поняла, насколько ей дорог этот человек, и что совершенно не важно, как он выглядит, будь он хоть копией Бреда Питта, какая разница? Ей приятно с ним общаться, им всегда есть о чём поговорить, он умён, храбр и внимателен, не это ли нужно для… Для чего? Девушка впервые оторвалась от клавиатуры и задумалась. А ведь правда… для чего? Каким она видит общение со Славой дальше? Через месяц? Год? Пять лет? Что произойдёт, если они продолжать общаться? Или станут ещё ближе друг к другу? Что случится, когда они узнают друг о друге всё? Всю прошлую жизнь, любой возможный жест, самые употребляемые слова, начнут различать друг в друге манеру смеяться искренне от вежливой усмешки? Кем они будут друг для друга тогда? И будет ли тогда для Веры иметь значение то, что он так похож на Никиту? Психологи в один голос утверждают, что самый лучший способ понять, твой это человек или нет — это представить его завтракающим с тобой за одним столом. И представить всё как можно подробнее, вплоть до того, какой чай заверен в ваших кружках. Представить это и прислушаться к себе. Якобы сердце должно подсказать… Допустим! Но что делать Вере? Она каждого своего персонажа вот так «пропускала через себя» для правдоподобности описываемых ею отношений, поэтому сейчас будет дико сложно абстрагироваться от книжной реальности в жизненную и понять, что чувствует она как писатель, а что как обычная девушка, запутавшаяся в себе. Часто так бывает, что мы встречаем человека, начинаем с ним общаться, привязываемся и с каждым новым взглядом на него или фразой, сказанной им и ему, мы понимаем, что здесь возможно что-то большее, чем дружба. Это вовсе не любовь с первого взгляда, просто прикипаешь душой к нему, этот человек становится близким. А бывает и совсем наоборот — с первого момента, когда увидишь его, у тебя остаётся ощущение эйфории. Огромного воодушевления. Настолько большого, что ты стоишь и лыбишься, как умственно-отсталый и делаешь скоропостижный вывод: «Я влюбилась!». Но это впечатление проходит, эмоции гасятся, сердце успокаивается, и ты понимаешь, что «нет, ничего не выйдет». Что же здесь? Ну вот воображение Веры рисует Славу за завтраком. Допустим, на их общей кухне жёлтые обои в крупную ромашку, а стол застелен белой скатертью. Допустим, на завтрак у них тосты и салат, а в чашках разлит ароматный кофе, сваренный Винчислао. «И что? Что ты чувствуешь, Вера?» Сложный вопрос… хорошо, а теперь она решила представить на той же кухне, за тем же завтраком Никиту. «Хм… а что, собственно говоря, изменилось?» Нет, так она никогда не разберётся в себе! Как можно сравнивать двух людей и чувства к ним, если с одним ты даже не знакома? Если она периодически воспринимает их как одного и того же человека. «Господи, так и свихнуться ведь недолго! Пора со всем этим завязывать», — решила для себя писательница и пошла расставлять все точки над «и». Нет, не буквально пошла. Формально она осталась сидеть на месте, а вот курсор мыши повёл её в чат, где она решила во что бы то ни стало дождаться своего скрытного знакомого. Благодаря удобному обновлению, теперь ей приходили оповещения, что пользователи, с которыми она общалась в последние дни, снова онлайн, и, запасаясь терпением и надеждой на его появление, Вера вернулась к своему роману. Она потеряла счёт времени в ожидании оповещения из чата, но спустя час или два (или ещё больше) она всё же услышала заветный щелчок. «Ykyrok_007 появился в сети» Calipso: Здравствуй! Возможно, ты совсем не рад меня здесь видеть и в тайне надеялся, что меня не будет тут, но я жду тебя уже несколько часов. Нам надо поговорить! На одном дыхании и не особо думая о речевых оборотах набрала Вера. Ykyrok_007: привет. На самом деле, я тоже хотел бы поговорить с тобой… Calipso: Неужели? А ты не свалишь из онлайна при первом же неудобном для тебя вопросе? Ykyrok_007: как раз за это я хотел бы извиниться… «Надо же! Какая вежливость! Ладно, проехали.» Calipso: Я долго думала, почему ты так сделал и решила, что если ты не хочешь быть раскрытым, то это твоё право, и я не имела права давить на тебя. Снова поток фраз лился из-под пальцев девушки, но уже не в файл ворда, а в окошко чата. Ykyrok_007: а я просто… не придумал ещё, как бы отмазаться в очередной раз…)) Calipso: Что ж, «пятёрка» за откровенность! «Спасибо, что, хотя бы ответил, а не просто отключился, как обычно» Ykyrok_007: но… если тебе это так важно знать… я могу сказать. Но только имя! Calipso: Думаю, это должно быть твоим желанием, а не моим шантажом. Можно я только спрошу об одном моём предположении, насчёт твоего имени, а ты ответишь честно? Ykyrok_007: дерзай) с внешностью у тебя хорошо получилось… «Вот именно! И если меня хоть на кроху не подводит интуиция, то я должна быть права!» Calipso: Тебя случайно не Никита зовут? «Самое сложное позади, я решилась на этот вопрос.» А в чате повисло молчание. Почему он молчит? Неужели Вера попала? «Что? Опять отключишься?» Ykyrok_007: нет… Calipso: А ты мне не врёшь? Ykyrok_007: а смысл? Действительно… есть ли смысл ему лгать, если он не знает, кто она, ровно настолько же, насколько и она не знает, кто он? Calipso: Ладно… прости, не Никита!) «Кажется, пора завязывать со своей одержимостью сомнительными чувствами к кумиру». Ykyrok_007: ты сильно хотела, чтобы это был некий Никита? Calipso: Не знаю. На самом деле, этот человек доставляет мне проблемы даже не подозревая об этом. Ykyrok_007: если он для тебя что-то значит, то любые проблемы можно пережить… «Сеанс психотерапии начался!» — закатила глаза Вера. Самоанализ — это, конечно, хорошо и полезно, но сейчас она точно не хотела этим заниматься. Calipso: А в твоей жизни есть такой человек? Ykyrok_007: был… и я был безумно счастлив, что что-то значу хоть для кого-то. Знаешь, это самое прекрасное, что только может быть — осознавать, что кто-то счастлив только от того, что я просто рядом с ним… На самом деле, такие слова сами по себе звучат очень просто, даже в какой-то степени банально, но, когда вдумаешься в них, то начинаешь понимать, как это всё бесконечно важно. И Вера понимала, о чём ей говорит этот незнакомец. Calipso: Знаешь, чего я хочу больше всего на свете? Ykyrok_007: скажи… Calipso: Я хочу быть понятой. Именно так, как нужно. Ykyrok_007: неужели не того, кто понимает тебя? Calipso: Иногда я сама себя не понимаю…) Ykyrok_007: тебя понимаю я) а сейчас мне нужно идти… извини, Вера… Он покинул чат. «Что ж, надо отдать должное, вечер хороших манер не прошёл даром». Вера отправлялась спать с чёткой инструкцией на завтрашний день для самой себя.