Герой не моего романа.

Утром назначенного для автограф-сессии дня Вера проснулась от того, что её щеки щекотал лучик солнца из окна. Она потянулась, потёрла глаза, а потом резко распахнула их и подскочила на кровати. — СЕГОДНЯ! УЖЕ СЕГОДНЯ!! Девушка стала носиться по комнате и визжать. Да, она знала, что за стеной спит эта противная старуха, но сейчас её мысли занимало совершенно другое. Сегодня встреча с её любимой группой! Она так долго этого ждала. Уже неделю Вера не спала, прокручивая в голове каждую мелочь, продумывая, какой должна быть эта встреча. Она просто не могла заснуть, лежала и мечтала: «А что мне делать? А что говорить? А как себя вести? А что, если они меня о чём-нибудь спросят? Окей, Гугл, как не впасть в ступор?» Вот Вера снова представила, что сегодня она увидит своих кумиров. У неё непроизвольно закружилась голова, а из горла вырвался писк, который она пыталась заглушить одеялом. В голову прилетела подушка. — Может хватит уже издавать звуки умирающего тюленя и дашь мне поспать? — подала голос из-под одеяла Алла. Вера снова соскочила с кровати, подбежала к кровати соседки и сорвала с девушки одеяло. Она знала, что поступает безрассудно. Да, её прожгли убийственным взглядом, но её хорошее настроение уже ничем не испортить. — Ты не поймёшь, дорогая, ты ведь не ходишь на такие мероприятия, — снисходительно ответила ей Вера. — Ты всё ещё про своих петухов болтаешь? Неужели это никогда не закончится? Уже неделю слышу про них, скоро уши завянут. Конечно, я не хожу на такие мероприятия, если это можно так назвать. Я хожу в театр, а это будет получше! — То есть, тебе чуждо просто веселье и предвкушение? — Кто сказал? — глаза Аллы блеснули недоброй искрой. — Я говорю! — Вера скрестила руки на груди и смерила Аллу высокомерным взглядом, — Откуда тебе знать, что такое предвкушение от того, что ты увидишь кумира своей жизни вот сейчас, в данный момент? Откуда тебе знать, как надрывать глотку, стоя в толпе, чтобы тебя услышали? И откуда же тебе знать, что это для меня значит? Ты этого не знаешь, тебе это чуждо. — На слабо меня берёшь, Алфеева? — Да, считай так. Хотя… — Вера улыбнулась многозначительной улыбкой. — Тебе вряд ли будет интересно… Алла взвизгнула от бешенства и кинув в Веру подушку с кровати прошипела. — Собирайся, мы едем на твою встречу! Примерно так Вера уговорила Аллу поехать с ней. У неё не было в планах тащить девушку с собой. Но и упустить случай насолить Алле своим присутствием и навязыванием интересов она не могла. Они только вошли в торговый центр, в котором должна состояться встреча. Девушки стали подниматься по эскалатору на второй этаж, этаж, где должна проходить встреча. Оттуда уже доносились отголоски девочек, поющих «Она вернётся». Улыбка сразу же озарила лицо Веры. Она попала в место, где все её поймут. Поймут все, о чём она говорит. Место, в котором она может быть собой, быть счастливой. — До этой твоей встречи ещё полчаса есть, а я проголодалась. Мы идём в KFC. Я так сказала. Не обсуждается. Алла схватила Веру за руку и потащила мимо беснующейся толпы девочек, которая была готова залезть на маленькую сцену быстрее, чем там появятся парни. Блондинка заказала свои любимые острые крылышки и уплетала их за обе щеки. — Эй, банданутая, поешь что-нибудь, — девушка подвинула ближе поднос, предлагая угоститься чем-нибудь. — Я не банданутая, я бандитка! — гордо ответила Вера. — Не вижу разницы. Ешь, говорю! — Не могу. Чувствую, что из меня всё полезет… — Фу, прошу без подробностей, — Алла сморщила носик и вгрызлась в острое куриное крылышко. Время уже поджимало, а девушка всё ещё не доела. Вера стала нервно отбивать ногой ритм. — Хэй, слушай. Я сейчас без тебя уйду. Ты слишком медленная. — Да всё, всё. Пойдём, только не ной, ради Бога… Они спустились обратно на второй этаж и присоединились к толпе девочек, которые облепили сцену. Девочки были слишком настойчивыми, и охранникам приходилось их расталкивать. Алла видела это всё, ведь она была выше всех их, и обзор ей открывался лучше. По ощущениям она себя чувствала великаном среди хоббитов, ведь ростом блондинка вышла под два метра, чего не скажешь о Вере. Они так комично смотрелись рядом: высокая Алла походит на маму миниатюрной Веры. Последняя, к слову, уже не имела силы сдерживать писк, её глаза блестели и с небывалым восторгом осматривали всё вокруг, пытаясь впитать всё до последней капли. Она поклялась себе, что как только вернётся домой, сразу же, немедля, всё запишет. Этот день должен остаться где-то. Человеческая память имеет свойство выбрасывать воспоминания из архива. А такое событие Вера не могла себе позволить забыть. Время шло, а парней не было. Они опаздывали уже на час. Вера успела за это время выложить много фоток, выслушать от Аллы миллион нытья о том, что она могла бы есть не спеша, ведь эти петухи, как она называет парней, опаздывают. Ещё Вера успела познакомиться с множеством девочек. К слову, именно от этих девочек она узнала, что если пройти немного по коридору вперёд, а потом направо, то можно купить альбом парней, диск с фильмом и одежду от Цоя. Вере был нужен только альбом, и она незамедлительно купила его. Они вернулись назад, и тут толпа начала ещё больше бесноваться и визжать. — Алла, что там? — подпрыгивая в надежде увидеть хоть что-то спросила Вера. — Твои петухи приехали, — закатила глаза девушка. — ТАК ЧТО ЖЕ ТЫ СТОИШЬ?! СНИМАЙ!!! БЫСТРО СНИМАЙ ЭТО! Алла закатила глаза ещё раз и нехотя достала телефон. — Всю память мне своими бандюгами засоришь… — Снимай и не ворчи! Вера чувствовала себя лучше всех. Она находилась в помещении со своими кумирами. Они были всего-то на расстоянии пяти метров от неё. Их разъединяла всего лишь ленточка и охранник. Ну, и чего же врать, стол, за котором сидят парни. Она видит их собственными глазами. Всех троих. Она сейчас в обморок упадёт. Вот сидит Толик. На нём одежда из его коллекции, привычная торчащая причёска, чёрные солнцезащитные очки и не сходящая с лица лучезарная улыбка. А вот Артём. Одет во всё чёрное, на шее много подвесок и чёток, волосы собраны в хвостик. Он сидит и вещает что-то о том, что скоро начнутся съёмки клипа на новую песню. А вот (сердце девушки ушло в пятки) Никита. Боже, как он прекрасен. На нём ярко-красная толстовка, капюшон которой он натянул почти до глаз. Из-под капюшона проглядывается чёлка, которая ниспадает на правый глаз. Он поправляет её через каждую минуту, но она продолжает падать на глаза. Вере показалось это милым, и она невольно улыбнулась. В эту самую минуту Никита поворачивает голову в её сторону и смотрит на неё, а может и нет, может он смотрел на кого-то другого, но ей показалось, что на неё. Она ему помахала, а он улыбнулся, всё так же глядя куда-то вдаль. Всё же он смотрел не на неё. Она ничуть не расстроилась этому факту, всё равно она подойдёт к каждому из них, и он обязательно посмотрит на неё. Вот тогда он точно будет смотреть на неё и ни на кого-то другого. Ему просто некуда будет деться! Через полчаса отведённое время на интервью закончилось и пришла пора автографов. Сперва пропустили маленьких детей. Как же мило парни выглядят с детьми. Вера пропустила в мозгу мысль о том, что эти трое будут замечательными отцами. «И даже не важно, будут они друг с другом воспитывать детей, или с какими-то девушками» - прошептал Вере тонюсенький голосок внутреннего слэш-шиппера. Вера запрятала эти мысли подальше. Она не пишет слэш. Нет, определённо не пишет. Но это не точно. Следующими за автографами должны были пойти те, кто купил одежду от Цой бренда. Вот хитрый кореец. Пиар ход определённо хорош. Веру возмутило то, что она тоже потратила деньги, но её вперёд отчего-то не спешат пускать, и тогда она растолкала всех девочек и подошла к охраннику, который пропускал очередь из пяти девочек к парням. — Простите, а я могу тоже пойти? Я ведь тоже потратила деньги на альбом, — откуда столько наглости только накопилось у этой юной особы? — Девушка, вы зайдёте со всеми. Сейчас заходят те, кто купил одежду. — Вы издеваетесь? Пропустите меня тоже. Я имею полное право. — Вы тоже зайдёте, просто немного подождите, — мужчина был непреклонен. — А если я не хочу? Мне нужно именно сейчас. Пропустите меня. Можно я зайду? Пора было запускать новую партию девочек. А перед охранником стояла Вера с щенячьими глазами, перекрывая проход. — Проходи, — прошипел тот сквозь зубы, а Вера побежала к столу не веря глазам. У неё получилось убедить его! Невероятно!! На ватных ногах она подошла к столу и подумала, что надо начать справа налево, чтобы Никита остался напоследок. Толя сидел и подписывал для неё фотографию. Перевернул её на белую сторону и поднял взгляд своих карих глаз на Веру. — Привет! «Он это мне? Что? А-а-а! Надо ответить», — растерялась девушка. — П-привет, — улыбка получилась слегка смущённой, но Вере это было к лицу. — На чьё имя будем подписывать? — подмигнул ей Толик. — А можно два? — осмелела Вера. — Конечно можно! — Ну, тогда один для Веры, а другой для Аллы. Толик тут же вывел имена на двух листах и передал их дальше Артёму. Тёма подписал лист даже не подняв головы, ведь он уже не успевал. У него скопилась приличная горка неподписанных листов, слишком старательно он выводил каждую букву. Честно признаться, аккуратности его почерку это не прибавило. Следующий на очереди Никита. Дыхание Веры спёрло, кровь прилила к щекам, а бабочки в животе устроили ядерную войну, но она всё же подошла к парню. Вот он, тот самый момент, который она ждала, который представляла сотни, если не тысячи раз. — Привет, — тихо прошептала Вера. Так трепетно и нежно, будто это был её возлюбленный, которого она не видела много-много лет, но по-прежнему сильно любила. Никита поднял взгляд и молча улыбнулся ей самой что ни на есть милой улыбкой. Подписал два листка и протянул их Вере. — А ты у нас Вера или Алла? —он кривовато ухмыльнулся на одну сторону, с ног до головы осмотрев девушки быстрым оценивающим взглядом. — Вера, — она проглотила комок в горле и, набравшись смелости, спросила, — А можно фото? — Фото, обнимашки, автограф. Для этого мы здесь, — он снова обворожительно улыбнулся. Девушка трясущимися руками достала телефон, открыла камеру и стала настраивать кадр, но ничего не получалось – рука тряслась. Никита встал со своего стула. Усадил на него Веру и забрал телефон из её рук — Дай-ка я. Он поправил чёлку в сотый раз, вытянул руку и позвал парней: — Гопник, кореец, скажите «сыр»! — и нажал на затвор.