Герой не моего романа.

Никита заехал к ней вечером следующего дня. Алла не знала о произошедшем на днях, но будто нутром чувствовала, что эта встреча не принесёт ничего хорошего для её подруги, поэтому высказала своё категоричное мнение насчёт этого. Но кто бы только послушал неплохо разбирающуюся в людях блондинку. Алла провожала Веру неодобрительным взглядом, но брюнетка была настроена покончить с Никитой именно сегодня. К тому же, ей уже звонил Толик и говорил, что у него есть некоторая информация о Винчислао. В принципе, Вера и не сомневалась, что влиятельные связи Цоя помогут что-то нарыть. Писательница шла с чётко поставленной целью: послать "звезду" куда подальше здесь же, не сходя с места. Поэтому даже наряжаться не стала, вышла в домашнем спортивном костюме. — Привет, — поздоровался Никита, совершенно не так, как здоровается обычно. Это немало удивило девушку. — Здравствуй... чего ты хотел? — Может присядешь? — Ник приоткрыл двери авто, приглашая Веру. — Нет! Я не сяду. Если так хочешь поговорить — выходи, поговорим так. — Ладно... — согласился Киоссе и вылез из машины. — Пошли хотя бы пройдёмся? Он кивнул в сторону сквера, писательница согласилась. — Итак, я тебя слушаю, — девушка скрестила руки на груди. — Я бы хотел объясниться... — Объясняйся! — холодно и кротко отвечала она, пока они шли по густым аллеям пустынного сквера. — Понимаешь... я не хотел тебя обидеть, — казалось, он говорит искренне. — Это было какое-то наваждение. Минутный порыв. У тебя не бывает такого? — Нет! — отрезала она. — А я вот замечтался и на минуту представил, что ты моя девушка. Забыл о реальности. Поддался чувствам. И вот... Вера потеряла дар речи, ей снова очень хотелось поверить ему, забыть всё и начать с начала. — С чего ты взял, что я могу быть твоей девушкой? — Я разве не предлагал? — Никита остановился. — Вообще-то нет! — усмехнулась писательница. — А под другим именем? — Ник смотрел в её глаза. — Что ты имеешь в виду? — не поняла Вера — Развье ты не хотьела быть моей девушкой, Вьера? — с итальянским акцентом осторожно спросил он. Вера задохнулась от неожиданности. Дыхание спёрло мгновенно, а сердце пропустило удар. — Что происходит? — Ты искала меня, Вьера? Признай! — Ты играешь со мной? Зачем ты это делаешь? — начала кричать на него девушка. — По-твоему, это смешно? Тебе нравится играть моими чувствами?! Сначала притворяться парнем из чата, теперь играть роль Винчислао, пользуясь внешним сходством. Ты низкий!!! Злость кипела внутри девушки, она была готова растерзать его на мелкие лоскуточки и развеять из по ветру. — Ты не вьеришь мне, Вьера? — со щенячьим взглядом посмотрел на неё Ник, действительно очень похожим на тот, каким смотрел Слава. — Нет! — она толкнула его в грудь. — Ни единому слову больше!!! И почти бегом ринулась прочь. Внезапно он подскочил к ней, и прежде, чем Вера успела среагировать, схватил за волосы и намотал косу на кулак, безоговорочно подчиняя себе, и дернул её голову назад. — Ай! Что ты делаешь?! Он буквально притянул её за волосы к земле. Вера была так поражена, что не смогла даже крикнуть или попытаться убежать. — Мне больно, отпусти!!! Но он и не собирался. Силы покинули её, когда она поняла, что происходит, Вера пыталась сопротивляться, впиваясь ногтями и зубами в руки молодого человека, но он будто не чувствовал этого. Её состояние было похоже на то, когда снится кошмар, и ты пытаешься убежать или ударить кого-то, но бежишь слишком медленно и бьёшь слишком слабо, ты знаешь свой потенциал и знаешь, что можешь ударить сильнее, но почему-то не получается, всё мгновенно ослабело, и сил попросту нет. Когда она пробовала встать, Никита влепил ей звонкую пощёчину, схватил её за запястья одной рукой и завёл их за спину, вынуждая сесть на холодную землю. Он выглядел очень грубым, в его лице не было ни капли сострадания, только жестокость и похоть, перемешанные с бешенством в глазах. Она не узнавала в этом, если можно сказать "человеке" ни Никиту, ни Винчислао, которым он прикидывался. Или не прикидывался. В него будто что-то вселилось. Что-то с неизмеримой силой и злостью размером со вселенную. Девушка почувствовала, как её руки стягиваются крепко-накрепко чем-то похожим на ремень. — Умоляю тебя, отпусти меня, — пыталась взывать она к парню. Всхлипывания от бессилия душили ее, он не слушал ее и даже не думал отпускать. Вместо этого сильным движением он пригнул ее лицо к земле и прижал шею коленом. Девушка вскрикнула, почувствовав боль в позвоночнике и услышав, как хрустнули позвонки. —Никита, Никиточка, умоляю тебя. Отпусти меня, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста!!! — она не понимала, какими методами к нему взывать, чтобы он услышал и сжалился. — Я сделаю все, что ты скажешь, по-жа-луйста-а-а. От бессилия и отчаяния девушка уже начинала подвывать. Необратимость ситуации вызывала у неё истерику. — Ты слишком много болтаешь, — коротко бросил молодой человек. Далее послышался треск рвущейся ткани, и Вера ощутила, как холодным воздухом обхватило ее ноги. Он убрал колено с шеи и навалился на неё всей своей массой, вжимая её хрупкое тело в сырую листву. Руки проскользнули под её футболку, сжав грудь так сильно, будто он хотел её оторвать. Его горячее неровное дыхание обжигало шею, потное лицо, зарывавшееся в её волосы, вызывало тошноту и отвращение. — Пожалуйста, я молю тебя... отпусти меня, — она продолжала молить об одном и том же. Снова треск одежды. На этот раз он разорвал на ней футболку. Самый большой лоскут Ник смял и с лой засунул ей в рот. Ему надоели ее разговоры. Сердце Веры подскочило, когда она услышала звуки расстегиваемых молний. Она не видела, что происходит, но понимала, что за этим последует. Её сейчас изнасилуют, и она ничего не сможет поделать, чтобы предотвратить это. Он слегка приподнялся, прижимая одной рукой ее к земле и не позволяя шевелиться. Вера попробовала вырваться, но он только засмеялся. Тогда он пошире развел её бёдра и одним быстрым толчком вошёл в неё. Несчастная закричала сквозь заткнутый рот. Ни одни её отношения с парнями не доходили до интима, поэтому ее терзала нестерпимая боль. Он отступил на один шаг, будто растягивая своё сомнительное удовольствие, затем прододжил её насиловать снова и снова, и снова, смакуя ощущения от её напряжения, боли и сдавленных криков. Это, казалось, длилось вечно. Вера зажмурилась. Боль и ужасные переживания иссушили её силы и ослабили дух. Единственное, что она могла теперь делать — это лежать спокойно, не шевелиться, ведь так ей казалось, легче переносить боль, и надеяться, что он скоро закончит издевательства над ней. Никогда прежде девушка не чувствовала себя такой уязвимой. Она пыталась отчаянно извиваться, но руки парня крепко держали ее, не давая ни малейшего шанса на освобождение. Вера только беспомощно кричала и дергалась. Её как будто разрывало напополам изнутри. Крики жертвы, казалось, только поощряли и заводили насильника ещё больше. Всё это время он не отрывал от неё глаз, похоже, наблюдение за её страданиями нравилось ему больше, чем непосредственно сам акт. Вера потеряла счёт времени, она понятия не имела, сколько Никиты измывался над ней. Прошли минуты или часы прежде чем девушка лишилась чувств... Когда она, наконец очнулась, шёл дождь. Её путы были сняты, и она лежала, раскинув руки и ноги на мокрой земле. Каждый мускул её тела ужасно болел, пошевелить даже пальцем было подобно пытке, нутро саднило, глаза заплыли от нескончаемого потока слёз. Вера с огромными усилиями перевнулась на бок и поджала колени к груди, хотелось закричать, завыть от обиды и унижения, от ненависти к этому чудовищу, но голос пропал, и вместо крика, она могла только прохрипеть что-то невнятное, зарываясь лицом в мокрую листву. Подумать только, она выжила...