Страна "Темноводье"

      Даниэль проснулся задолго до рассвета, ещё совершенно не привыкнув к другому времени распорядка. Мужчина бесцельно ворочался в постели, в конечном итоге переворачиваясь на спину, смотря в серый потолок, предоставленной ему комнаты. Мужчина согнул ноги в коленях, покачивая ими, изображая раскачивание волн. В его голове проносился шум прибоя его родного пляжа. Вздохнув, мужчина поднялся с постели, начиная одеваться. После он застелил кровать и, обувшись, пошел из комнаты, решив немного проветриться на свежем воздухе и хоть немного отвлечься от мыслей о своей родной деревушке.       Немного заплутав в одинаковых коридорах особняка, Даниэль все-таки смог найти столовую, а через неё выйти на веранду. Вдохнув полной грудью запах елового бора, что находился поблизости, мужчина не спеша пошел по узкой тропинке, смотря на небольшие островки вскопанной земли, огражденными кругами из белых маленьким камушков. Возле небольшого озерца стояла сторожка садовника со всеми его инструментами, прикрепленными к стенам маленького домишки. Даниэль обошел стороной сторожку, спускаясь к озеру, чья водная гладь немного рябила от любых дуновений ветерка. Мужчина подошел к небольшому покатому бережку, поражаясь тому, что середину озера было невозможно рассмотреть из-за чернеющей там воды. — Неужели оно настолько глубокое? — удивился Даниэль, присев рядом с водой, и начал опускать дополнительные стекла на свой монокль, всматриваясь в черноту водной глубины в центре озера. Опустив последнее стекло, мужчина вздрогнул и по его спине прошелся холод, скребя ледяными когтями. Там была далеко не обычная тень глубины, которую он видел у берегов своего родного моря. Оттуда прямо в душу смотрели два огонька маслянистой жидкости, развевающейся под раскачкой небольших волн и ряби. Оно передвигало своими щупальцами, смотря на мужчину в ответ. Существо сдвинулось с места своими отростками, цепляясь за воду, начиная приближаться в сторону мужчины, оставляя за собой грязные разводы на поверхности воды. Те же в свою очередь расплывались по всему озеру, окрашивая его в цвета бездны. Из-за этого невозможно было определить, где именно находилось существо, если только оно не открывало свои горящие глаза, скачкообразно перемещаясь под водой. Даниэль немедля отошел от берега, быстро дыша от того, что он увидел.       На землю из черной воды поднялась тощая рука, цепляясь когтями за траву, начиная вытаскивать всё свое тело на поверхность, поражая мужчину ещё сильнее своим видом. Перед ним лежала наполовину выбравшаяся из тьмы капитан корабля, та, что вместе с ним перебиралась в эту страну. Женщина приподнималась на руках, тяжело двигая головой из-за волос, спадающих с головы к водянистому студнеобразному туловищу, которое лишь визуально повторяло очертания красивого тела. Эти волосы ластились по ней, пропитанные насквозь влагой, утопая в воде, не давая существу полностью выбраться на берег.       За существом на поверхность воды всплыло большое, круглое деревянное блюдо, начиная дрейфовать по озеру, не торопясь подплывая к существу, столкнувшись с её рукой у берега. Женщина непонимающе раскрыла рот, смотря на блюдо, и дотронулась до него, захотев выбросить его подальше от себя. И только её длинные пальцы тронули края тарелки. Та затряслась, распадаясь на куски. Из них ввысь вырвалась крепким столбом темная материя, превращаясь в порванные складки мужского плаща. Рука в когтистой перчатке доспехов ухватилась за руку женщины, рывком поднимая её с земли, отчего волосы существа натянулись до предела, заставив её запрокинуть голову назад, кряхтя от боли натяжения в области головы. Из глубоких складок плаща показалась уродливая голова с пламенно горящими глазами, пламя которых развивалось далеко вверх, смешиваясь с тьмой, огонечками взлетая в небо. Он прижал женщину к своей груди, проводя ладонью по её спине прямо к пояснице, укутывая в своем плаще, и одним прыжком направился в центр озера, поднимая море брызг. После этого вода успокоилась и озеро стало выглядеть как самое обычное, спокойное, умиротворенное.       Даниэль провел ладонью по своему мокрому от брызг лицу, не веря в то, что только увидел. — Это был Драки, — послышался голос с небольшим акцентом возле мужчины. Тот вздрогнул всем телом и повернул голову в сторону голоса, видя дворецкого графа, что протягивал чистое и сухое полотенце. — Это демон? — спросил Даниэль, беря полотенце, и, сняв монокль, протер своё лицо от воды, а после и стекла своего зрительного инструмента. — Дух, похищающий женщин для порождения и воспитания своих детей, — ответил дворецкий, стараясь говорить на языке Даниэля, что немного удивило мужчину.       Даниэль передал ему в протянутую руку использованное полотенце. — Благодарю, за пояснение, — сказал он дворецкомую Тот кивнул ему с легкой улыбкой на губах и указал ладонью в сторону столовой, без слов приглашая пройти туда.       Витражных дел мастер последовал за ним, проходя в столовую, где уже был накрыт стол с блюдами для завтрака. Мужчину посадили за него, наливая бокал светлого вина. После завтрака Даниэлю помогли добраться до места строительства. И с остальными помощниками он принялся за лепнину, делая узоры на них, после помогая с установкой камина, его прочисткой дымохода. Они делали перерывы на еду да небольшой отдых. Иногда мужчины играли в карты на небольшие порции табака, и благодаря Лукаю Даниэль научился некоторым картежным хитростям при игре и крепко сдружился с этим горбатым зодчим.       Так и протекали дни, недели за работой над комнатой. Её обустройством, отделкой. Пришло время установки самого витража. Мужики всё думали, как им поднять тяжелую конструкцию, тогда Даниэль предложил им свой способ поднятия витража, который он использовал в своей деревни, когда устанавливал витражи в храмы, да и в пещеру.       Они построили несколько крепких треног, протягивая между ними веревки и карабины. Закрепив раму на крюки, Мика и Дориан налегли на веревки, таща их, тем самым поднимая витраж. На краю комнаты его принимали Даниэль и Грэгг, затаскивая в саму комнату, ставя в подготовленные углубления. Скинутые крюки поймали Билли и Лукай, держа витраж снаружи строго вертикально, пока витражных дел мастер закреплял его, крепко заземляя раму в проеме.       Через полчаса комната приобрела, наконец, четвертую стену в виде большого красочного витража. Мужчины облегченно выдохнули, вытирая лбы, решив отметить такой большой прогресс в их работе.