Не делай больно монстру. Межгранье.

Бернар сидел на лавке у входа, не в силах поднять голову и посмотреть на омегу, который делал вид, словно ничего особенного и не произошло. Словно это он, а не омега, занимался стыдным делом при чужом человеке. В чувствах творился полный хаос: он готов был провалиться сквозь землю от неловкости и при этом, став невольным свидетелем столь непристойной картинки, хотел подойти к занимающемуся обычными домашними делами омеге и притереться к нему всем телом. Вот с этим неуместным порывом Бернар и боролся уже добрых полдня, стискивая пальцами лавку и сгорбившись так, чтобы не было сильно видно его возбуждение. Отпускать его и не думало, будто это у него весеннее настроение. И ладно бы Хэв делал что-нибудь для такого его состояния — нет, омега просто как ни в чем ни бывало занялся хозяйством. Тем не менее, желание прикоснуться к чужому телу не проходило. Чем дольше он сидел, тем больше в голову лезли всякого рода мысли. О том, какими мягкими могут быть волосы, распущенные из косы. Как ощущалось бы прикосновение к гладкой коже щек, и как под пальцами прощупывался тонкий шрам. Какого это - прижимать к себе живое, теплое тело, такое маленькое и хрупкое, по сравнению с его собственным, и в то же время вовсе не тощее и довольно сильное. Бернар почти чувствовал, как под его руками послушно прогибалась скрытая рубашкой спина, как его обнимали в ответ, стремясь прижаться как можно ближе и сильнее. Мысль о чужих губах подкинула и вовсе не фантазию, а реальное воспоминание, как они вжимались друг в друга в поцелуе. В паху все сжалось, Бернар передернулся, вскинувшись. Хэв стоял за столом, полностью повернувшись к нему, и буравил взглядом. Напряженный, напружинившийся, как готовый к броску зверь. Оба замерли, глядя друг на друга. Первым отмер Хэв, усмехнулся. -Перестань. Или я на тебя наброшусь, - без капли смущения предупредил Хэв. -Зачем? - Бернар не понимал, почему для Хэва это было чем-то в порядке вещей. - Мы ведь с тобой даже не сговорены. Улыбка с лица Хэва пропала, он отвел глаза, задумчиво закусил щеку. -Я знаю, что мы разные, - медленно, подбирая слова, начал Хэв. - Нас по-разному воспитывали. Мое поведение может показаться тебе… неприличным, - омега усмехнулся. - Только вот омега я тоже, вроде как, неправильный. Не шибко сильно пылаю в весенней горячке и разум не теряю. Так что бросаться на тебя без твоего согласия не собираюсь. Бернар хмурился, не понимая ничего. Ему, наоборот, было как-то не по себе от того, что Хэв сдерживается. Он знал, какие омеги могут быть в течку, - от помнил еще, как они проводили такие дни с мужем. Но ведь то именно что с мужем! Хэв же… Он ничего Хэву не обещал и семейных клятв ему не приносил, чтобы допускать саму возможность даже находиться вместе в одном помещении, когда у омеги такое положение. От того еще более невероятным казалось, что тот без лишнего смущения спустил перед чужим человеком штаны. Бернар прикрыл глаза, прогоняя воспоминание. Поглядел на хмурого омегу. -Прости, просто… - Бернар потер шею, не зная, что сказать, чтоб объясниться. - Если б я знал, я сразу же ушел бы, чтобы тебя не беспокоить. Могу тебе пообещать, что пальцем тебя не трону. При этих словах Хэв все же повернулся к Бернару, глядя снова неверяще и как-то зло. Фыркнул насмешливо, приподнял брови. -А не думаешь ли ты, благородный мой, что это тебе тут нужно опасаться, что я начну тебя всячески трогать? - без тени смущения поинтересовался Хэв, как-то расслабившись. Бернар растерялся. У него в голове не укладывалось, как омега может не то что говорить что-то подобное, но и делать. Он достаточно хорошо уже знал Хэва, чтобы понимать, что эти слова — не просто шутка, он в самом деле может проделать все, о чем говорит. При всей странности и необычности природы омег, те не теряли рассудка во время течки, хотя многие и считали, что именно так все и обстоит. Правда же заключалась в том, что во время периода течки омеги просто сильнее ощущали желание, что позволяло благополучно зачать дитя. Вот и вся разница с обычными днями в году. -И ты позволишь мне вот так просто прикоснуться к себе? - недоверчиво уточнил Бернар. -Я не просто позволю, я сам к тебе прикоснусь. Тебя это смущает? - Хэв продолжал насмешливо улыбаться. -А тебя нет? -Если ты думаешь, что перед тобой невинный омежка, не знавший плотской ласки — ты не прав, - Хэв скрестил руки на груди, чуть сморщил нос. - Право слово, к такому я был точно не готов. Мне как-то никогда не приходилось раньше объясняться… - Хэв умолк на полуслове, неловко прижал ладонь ко рту, прикрывая пальцами щеку, но все же продолжил, - что я не девственник. Бернар ощутил неловкость от такого поворота разговора. Он просто не знал, что на это можно вообще сказать. -Да, ситуация получается аховая, - нарушил повисшую тишину Хэв, снова скрещивая руки на груди. Смешок у него вырвался немного нервный. - Чувствую себя какой-то… готовой на все омегой, пытающейся запрыгнуть в любую подвернувшуюся постель. -Я не считаю тебя… таким, - не сумел подобрать верного слова Бернар. Оскорбительно называть Хэва не повернулся бы язык. - Мне просто странно, что у тебя было с кем-то… до свадьбы. -В этом смысле у нас нравы несколько попроще, - кивнул Хэв. - Никто на тебя пальцем не покажет, если ты решишься с кем-то до брака провести совместно ночь. Хотя, конечно, по головке тоже не погладят. Будут шептаться и неодобрительно качать головой тебе вслед, но палкой бить не станут. Просто обычно о таком не говорится. -А как реагирует жених на то, что у его… половинки он не первый? -Ну, не всегда же так, - Хэв откровенно посмеялся, необидно улыбнулся. - Да и обычно именно жених до свадьбы и не терпит, уговаривая предаться утехам, пока никто не видит. Лечь вместе с омегой не зазорно, ведь мы не полноценные мужчины. При этом мы не девушки, к нам отношение снисходительней в какой-то мере, и не такое строгое в плане потери невинности. Хотя девушки тоже иногда до брака могут предаться разврату. Бернар покачал головой, не понимая таких обычаев. -Это так странно. Хэв пожал плечами. -Может, и странно. Но как-то это так обычно, что никто и не задумывается об этом. Бывает всякое, конечно. Когда невмоготу без альфы в течку или наоборот нет желания, чтобы тебя трогали. У нас просто знают, что с кем-то покувыркаться не зазорно и делают это, - Хэв откинул со лба волосы, заправив за ухо. - Не стоит думать, что каждый успевал до свадьбы похвастаться в кругу друзей о своих любовных подвигах. Ситуации разные бывают. -И у тебя? - не подумав, брякнул Бернар, только потом прикусив язык. Что-то в глазах омеги промелькнуло темное, неприятное. -Ну, я-то ни к кому не просился от отчаяния. И хвастаться тем, что завалил ведня, никто не стал. Это было совместное решение. Мы просто провели несколько ночей вместе. С тех пор уже прошло много времени, - Хэв говорил ровно, без обиды, злости, но и не равнодушно. Просто что-то, что было в его прошлом, как будто незначительный момент и все. Помолчав, омега прямо заглянул Бернару в глаза. - Я ни о чем не жалею. И стыдиться мне тоже нечего. -Я не обвиняю тебя, - мягко заметил Бернар, пытаясь сгладить впечатление, которое могло возникнуть у Хэва. - Мне всего лишь непривычно это, вот и все. -Ну, у нас омеги проявляют иногда черты характера, - фыркнул Хэв. - Я все-таки тоже мужчина, хоть природа и даровала мне способность к деторождению. Не стоит ожидать от меня во всем поведения более слабого и беззащитного существа. Я могу сам решать за себя, чего хочу и что мне следует делать, а что не нужно. Я взрослый человек, самостоятельный, и я давно живу один, так что справиться со своими проблемами мне будет нетрудно, я привык. Просто не хотел тебя втягивать в свои дела. Извини, если мое слишком резкое проявление желаний показалось тебе чем-то непривлекательным. Постараюсь больше так неожиданно тебя не смущать. Выслушивать и дальше, что может сказать явно задетый за живое омега Бернар не стал, просто поднялся и в пару шагов оказался перед замолчавшим и вскинувшимся омегой, оттеснил его к стене, зажимая своим телом. Удивление в темных глазах мелькнуло и тут же исчезло. Хэв мельком огляделся, - словно проверяя, что ему действительно некуда больше отступать, - и даже не попытался отстраниться или увильнуть из чужих объятий. А потом глянул на Бернара с предвушающе-игривой улыбкой, обронив всего одно слово: -Возбуждает. Проигнорировать это было уже невозможно и Бернар наклонился, крепко целуя подавшегося ему навстречу омегу. Хэв даже стесняться не стал, сразу же обвил мужчину за шею руками и плотнее прижался, выгибаясь сам и заставляя пригнуться Бернара. Просто стоять и принимать покорно поцелуй он точно не собирался, о чем яснее слов говорила скользнувшая вниз рука, нашарившая пах альфы. Хэв отстранился, разрывая поцелуй, но не отпустил Бернару шею и только крепче обхватил пальцами налитый кровью член. -Надеюсь, угрызений совести ты потом испытывать не будешь? - глядя прямо в глаза альфы поинтересовался Хэв. Бернар фыркнул. -Нет. Если тебя все устраивает, то не буду. -Тогда я сверху. Чтобы потом не говорил мне, что все произошло как-то неправильно. Хэв скользнул руками Бернару на грудь и слегка принялся надавливать, вынуждая пятиться, чем невольно вызвал улыбку. Хэв без какого-то стеснения стал раздевать альфу, с явным удовольствием разглядывая открывающуюся картинку. Единственное, что выдавало состояние Хэва — это тяжелое дыхание, ведь даже поглаживания через одежду можно было списать на его желание понять, зажили ли ребра Бернара. Омега немного улыбнулся своей кривоватой улыбкой, дернув уголком рта. Ладони скользнули по шероховатой ткани туники, прощупывая мышцы. Даже без задержек прикосновения к соскам и ребрам были чувствительными. Отвыкший от подобных ласк организм недвусмысленно отреагировал, впитывая в себя оставленное тепло чужих рук. Тонкие пальцы обхватили за талию, пощекотав поясницу. Бернар посмотрел на склоненную макушку. Хэв не смотрел ему в лицо, наблюдая за движением своих рук. Он не мог не заметить, что его действия возымели результат, но никак не подал виду, что его это беспокоит или интересует. Чуть прохладные пальцы одной руки подцепили край рубашки и пробрались под нее, огладив жесткие волоски под пупком, в то время как вторая рука осталась у него на поясе. От неожиданности и прохлады Бернар невольно вздрогнул, поджимая живот. Хэв кинул на него мимолетный взгляд и скользнул рукой по боку, перебираясь к лопатке. Поглаживание было приятным. Тонкие пальцы пробрались к впадинке позвоночника и заскользили по ней вниз, огладили пояс штанов, прежде чем подцепить край ткани и запустить пальцы Бернару между ягодиц. Подобного Бернар не ожидал, и вздрогнул всем телом, невольно сжав палец ложбинкой между ягодиц. Хэв не стал пробираться дальше, только плотнее прижал пальцы и заглянул в глаза снизу вверх. Его вторая рука заскользила по ткани штанов, оглаживая дернувшийся от прикосновения член, едва обозначили давление на мошонку, скользнув дальше так, что она легла в ладонь. Бернар вцепился в плечи Хэва, наклонился, чтобы громко прошептать ему в самые губы: -Что же ты делаешь, а? Хэв, и не подумал отстраниться, расплылся в улыбке, его взгляд мазнул к губам альфы, что не осталось незамеченным. Бернар не был приверженцем воздержания, да и не мешало ему ничего ответить на явный призыв к действию, поэтому он с напором прижал Хэва к себе, приподнимая на носочки, чтобы впиться в его рот поцелуем. Сопротивляться омега и не подумал, отвечая на этот сумасшедший напор. Более того, он еще и руками принялся оглаживать оставленные без внимания пах мужчины. Бернар перехватил его руки, убирая их от себя, потянул к себе, чтобы Хэв обнял его за плечи. Снова поцеловал, в свою очередь оглаживая подставляющегося под ласки омегу. Вот уж точно тот не стыдился происходящего и своего поведения. Он охотно подставил под ласки губ шею, откинув голову в сторону. На прикосновение языка к уху он вовсе сбился с дыхания, шумно задышал, стиснул пальцами рубашку у Бернара на плечах. От вклинившейся между ног коленки он только втянул носом воздух, отдернул голову, уходя от прикосновения, но задрожавшие бедра, как и попытка притиснуться плотнее к чужой ноге, выдавали его с головой. Колкий взгляд, почти сердитый, и вот уже Хэв резко схватил Бернара за волосы на затылке, притягивая его к себе, чтобы выдохнуть, прикасаясь губами губ: -Хватит надо мной измываться, - Хэв бесстыже потерся о колено, привставая на носочках. Руками он зацепил на лопатках Бернара ткань и потянул ее, снимая. Бернар усмехнулся, отступая на полшага и наклоняясь так, чтобы с него было проще стянуть одежду. Наткнуться на потемневший изучающий взгляд было немного неожиданно — до этого Хэв уже видел его всего, но ни разу прежде не проявил заинтересованности его телом. Сейчас все было по-другому: Хэв рассматривал каждую его черточку, каждый шрам, каждый мускул тренированного тела воина и работяги. От этого было почти ощутимо горячо, волоски вставали дыбом от этого пристального внимания. -Снимай, - Хэв указал на узел на штанах Бернара, при этом стискивая ткань рубашки в руках. Дыхание у него замедлилось, стало глубоким, а весь он подобрался. - Сейчас же, - обжигая взглядом, велел омега. Протестовать Бернар не стал, просто покорно оголился окончательно, неспешно вешая свои штаны на спинку кровати, пока омега обжигал его нескромными взглядами. Смущения не было, хотя в темном взгляде Хэва явственно читалось, насколько ему нравится то, что он видит. И даже то, что приходится стоять обнаженным перед полностью одетым и явно возбужденным юношей не казалось неловким, как если нет ничего естественнее. Отобрав у Хэва свою рубашку, Бернар потянулся к завязкам на поясе омеги, под его пристальным взглядом развязал шнурок и медленно стал спускать грубую ткань по худым ногам, опускаясь на колено. Хэв остался стоять, возвышаясь над ним в одной рубашке. Неспешно приподняв одну ногу омеги, чтобы его раздеть, Бернар заглянул снизу вверх в лицо наблюдавшего за ним омеги. И, похоже, именно это заставило того смутиться, окрасив щеки румянцем, делая его хорошеньким и привлекательным. Хэв наклонился, сжав лицо Бернара и почти укусил в губы, зубами пощекотав нижнюю губу. Ему не нужно было говорить, стоило только потянуть и Бернар покорно поднялся, чтобы тут же упасть под чужим напором, когда под коленки уперлась постель. Слегка подтолкнув Бернара, укладывая его на лопатки, Хэв сам забрался на кровать сверху, перекидывая ногу через бедра мужчины. Бернар машинально положил руки ему на колени и заглянул в глаза. Рубашку Хэв стянул, зацепив руками край крест-накрест. Коса скользнула из под горловины, выпав из плена одежды, качнулась за спиной. Хэв явно не намеревался отвлекаться и трать время на аккуратное развешивание одежды, просто не стал отвлекаться на всякие мелочи, скидывая одежду прямо на пол в беспорядке. Бернар опустил глаза с его лица на смуглую грудь, скользнул взглядом по сморщенным, вовсе не торчащим соскам розового цвета. Потянулся, оглаживая солнечное сплетение и выше, по ключицам. Кожа под пальцами была гладкой, без густых волос, чуть смуглой, но светлее загорелого лица. У омеги на плечах и на руках над локтем были веснушки, довольно густой россыпью выделяясь на коже. При этом на лице их не было вовсе. До этого дня Бернар как-то особо не присматривался к тому, как выглядит Хэв. Но сейчас он предстал во всей нагой красе, открытый для его взглядов и прикосновений. Хэв не препятствовал изучению своего тела, нависнув над Бернаром и следя за его руками. Под пальцами ощущался твердый пресс, чуть перекатившийся, когда мужчина провел по нему к ребрам. Хэв чуть поерзал, коротко дернув уголками рта, явно от щекотки. Бернар тут же положил руки ему на колени, медленно скользнув по бедрам вверх, наслаждаясь ощущением полупрозрачных мягких волосков под ладонями. Руки омеги, спокойно лежавшие по бокам от головы Бернара, сжались в кулаки, скрипя зажатой в них тканью простыни. Бедра Хэва двинулись с места и Бернар отчетливо ощутил, как спокойно лежавший до этого член омеги дернулся, напрягаясь, и немного ткнулся горячей головкой в его прохладную мошонку. Бернар замер от неожиданности, уставился в лицо парня на нем. Закрытые глаза, нахмуренные брови, приоткрытые губы, сосредоточенность на своих ощущениях. Выбившиеся маленькие прядки свисали на лбу и Бернару вдруг захотелось прикоснуться к этим мягким волосам. Когда он потянулся и погладил Хэва по виску, заводя выбившуюся прядку ему за ухо, тот приоткрыл мутные глаза, но отстраняться не стал, даже после того, как Бернар скользнул на затылок и стиснул заплетенные пряди в кулак, чуть оттягивая. Тихий выдох был ему ответом. Пропустив тугие витки волос через пальцы, Бернар поймал свободный хвостик и потянул на себя через плечо омеги. Хэв открыл глаза и немного выпрямился, усаживаясь ровнее. Его руки скользнули по плечам Бернара, огладили грудь и ребра, замерли на поясе. Омега усмехнулся, немного прищурившись и резко подался вперед, пригибаясь к телу под собой и прижался губами к шее дернувшегося Бернара. Не зная, куда деть руки, он скользнул по спине Хэва к пояснице, и именно в этот момент омега с силой его укусил. -Ай! - Бернар замер под ним, стиснув пальцами бока. Отстраниться он не пытался, хотя укус был достаточно болезненный, вот только омега и не думал разжимать хватку. Бернар пошевелился, и зубы тут же плотнее сжались на его шее. Попытка отстранить от себя омегу закончилась тем же результатом — шею пронзило новой порцией боли. Не сдержавшись, Бернар звонко шлепнул омегу по выпяченной ягодице, как расшалившегося ребенка. Хэв вздрогнул, громко фыркнул в плечо Бернара и отстранился, посмеиваясь. Воин возмущенно цыкнул, сердито выдохнул. Омега озорно улыбнулся, поерзав. -И вот обязательно было это делать? - строго поинтересовался Бернар. -Можно подумать, я тебя всего до крови искусал, - и не подумал повиниться Хэв. -Вот только этого мне еще не хватало. -Ох, ну тебя, - Хэв пальцами растер слюну по укусу, вынудив Бернара схватить его за руку. - У меня не так много терпения сейчас для взаимного притирания. Может, сделаешь уже что-нибудь? Смелее, я тебя не съем. -Да ну? А мне показалось, что ты пытался сделать именно это, - Бернар оглядел стройную фигуру, мельком бросил взгляд на лежащий на его же бедре возбужденный член омеги. Хэв на это прищурился и резко наклонился, кусая Бернара в сгиб локтя. Альфа успел только возмущенно вывернуться, как омега наклонился уже над его плечом, снова коротко кусая. Бернар перехватил его за плечи, не позволяя укусить себя снова, отдернув из-под чужих зубов ухо. Но останавливаться Хэв и не думал, извернулся, кусая в запястье. Бернару пришлось приложить некоторое усилие, удерживая вдруг разбушевавшегося омегу на расстоянии, при этом не позволяя ему ни укусить себя, ни свалиться на пол, да еще при этом не навредить в ответ неосторожно. Хэв предпринимал все новые и новые попытки, тяжело дыша и посмеиваясь, в самом деле как ребенок. Он ерзал, напирая, пытаясь приблизиться и сделать еще хоть один укус. Прекратил он только тогда, когда в очередной раз попытался наклониться и бедром наткнулся на налившийся кровью член альфы. Оба замерли, тяжело дыша. Хэв снова потянулся вниз и Бернар напрягся, удерживая его на расстоянии. Это заставило омегу улыбнуться, но попытки насильно преодолеть сопротивление он не предпринял и кусаться больше не пытался, так что Бернар расслабился, позволяя Хэву наклониться. Поцелуй был каплей спокойствия после происходящего безумия, Бернар выдохнул, с наслаждением целуя горячие губы. Хэв высвободил руки и снова стал оглаживать все доступные участки на теле Бернара, царапая ноготками. Прикосновение к члену не было неожиданным, но альфа все равно вздрогнул. Отчасти потому, что раньше его никогда так откровенно не трогали, особенно в таком месте. Сильв, даже в период течки, своего тела почти стеснялся, поддаваясь на все, что Бернар считал необходимым с ним делать. В такие моменты его тело было откровеннее, когда Сильв пытался прижаться или невольно изгибался, в попытке поймать ощущение, которое его особенно сильно распалило. Ведень не заморачивался стеснением и просто брал то, что хотел. Член Бернара невесомо погладили от головки к мошонке пальцами, без лишней неуверенности перекатили в руках яички, как если бы он трогал самого себя, а не другого человека. Бернар не пытался препятствовать ему, пока только наблюдая. Все же не верилось, что омега вот так запросто делает нечто подобное. Первый, - да еще и так откровенно, - заговорил о близости, даже не «возможной», а вполне конкретной. Сам проявил инициативу и практически вел в постели, взяв все в свои нежные руки. Признаться самому себе, что ему это нравилось, Бернар смог без внутреннего сопротивления. Такое поведение будоражило, да еще и ощущение правильности происходящего не давало повода усомниться. Все так, как должно быть, как заложено природой. Чувства вновь напомнили, что теперь Бернар может полагаться на какое-то внутреннее чутье, настроенное на этого омегу и окружающее. Бернар несколько раз моргнул, отгоняя наваждение и сосредотачиваясь на прикосновениях к своему телу. Раствориться в обострившемся мироощущении, может, и было привлекательно и приятно, но хотелось запомнить их с Хэвом первый раз без посторонних эмоций, во всей красе. Омега даже внимания не обратил на происходящее с Бернаром, поглощенный изучением его тела на реакции к своим прикосновениям. Его точно не требовалось приводить в чувство, возвращая из образов леса, он был больше увлечен телом под собой. Огладив Бернару ноги от колен к паху, он скользнул по волосяной дорожке к пупку, положил руку на живот альфы и отвлекся посмотреть на него. Встретившись взглядами, Хэв на мгновенье замер, словно наблюдающий за ним альфа застал его врасплох, а потом улыбнулся, чуть сместившись по его бедрам вниз. Бернар невольно округлили глаза, когда на его левом бедре остался влажный след от соприкосновения с ягодицей Хэва. Его лицо позабавило омегу и он коротко хихикнул, проказливо потерся о колено Бернара, раздвигая им свои ягодицы и оставляя скользкий след. Бернар дернул его за ягодицы на себя, приподнимаясь над кроватью. -Что ж ты творишь? - прошипел он в довольное лицо мальчишки. Вместо ответа Хэв поднял к лицу руку, выпуская изо рта слюну на пальцы, утирая ими же рот, отстранился, усаживаясь на колени севшего Бернара, и размазал влагу по головке дернувшегося члена, обхватывая его в кольцо. Бернар посмотрел вниз в тот момент, когда Хэв большим пальцем погладил головку, размазывая набежавшую каплю прозрачной смазки, выделившейся от прикосновений. Второй рукой Хэв надавил Бернару на плечо, укладывая его обратно на постель. Наблюдать за тем, как Хэв его гладит, было чем-то за гранью всех самых смелых мечтаний. Только вот ощущение, что он сейчас кончит, Бернар почувствовал непривычно быстро. У Бернара не было много опыта в постельных делах, кроме мужа у него была только еще одна ночь с девушкой, про которую он не мог сказать, что опозорился поспешностью. Невинной девица не была, и командира отряда в свой дом пустила без опасений. Была ли она замужем или нет — выяснять Бернар не стал. Нужно девушке помочь по дому за постой, он помог. Предложила девушка совместно провести ночь — он мог и отказаться, та точно бы не стала настаивать. Но и отказываться от предложения Бернар не стал, рассудив, что раз предлагают, то ничего плохого от согласия не будет. Наутро они оба сделали вид, что ничего особенного не произошло и Бернар уехал по зову долга. Хэв точно не стал бы вешаться на подвернувшегося Бернара из-за простой течки. И он определенно хотел сделать это со своим альфой не потому, что тот мог что-то для Хэва сделать, а потому, что хотел Беранра самого по себе. Как мужчину. Бернар рывком подался вперед, зажал Хэва одной рукой и повалил набок на край кровати. Не будь он уже здоров, он бы поостерегся вот так поднимать немаленького парня, но руки и ребра не болели, а пораженное выражение на лице омеги стоило того, чтобы его вот так завалить. Все же Бернар тоже был мужчиной и лежать спокойно, пока кто-то другой делает за тебя всю работу, он не собирался. Приласкать вмиг задрожавшего и выгнувшегося омегу было очень приятно. От того, что ему начали тереть налитый кровью член, омега резко задышал, хватаясь руками за руки Бернара. Глаза при этом у него были широко открыты, но смотрел он куда угодно, кроме воина. Бернар наклонился, затягивая Хэва в поцелуй. Отстранив одну его руку, он прижал ее к кровати, удерживая за запястье. Второй своей рукой он скользнул по мошонке и огладил поджавшийся скользкий вход. Хэв сжал ему свободной рукой предплечье, но препятствовать и не подумал, наоборот, раздвинул ноги, согнув их в коленях и чуть приподнявшись, чтобы было удобнее. Бернар отстранился, наблюдая за выражением лица омеги, пока невесомо оглаживал пальцами его ягодицы, возвращаясь снова и снова к неизменно поджимающемуся колечку мышц. -Хватит уже измываться, - не открывая глаз строго велел Хэв. Бернар, отвлекшийся на разглядывание подрагивающего живота и то, как вздрагивал член омеги, посмотрел на него, и не сдержал улыбки. Но признал, что дразнить и так распаленного течкой парня было с его стороны нехорошо. Поэтому он без лишних предупреждений надавил на анус двумя пальцами, и без того влажными от смазки омеги. Сопротивление мышц было не таким уж большим, но обхватывало пальцы гладким теплым нутром туго и очень плотно. Хэв снова открыл глаза и уставился на Бернара. На то, что Бернар пошевелил пальцами внутри, не вынимая, он отреагировал слабым выдохом, но вот выражение его лица было ни с чем не сравнимо. Потянувшись, Хэв медленно, преодолевая сопротивление мышц, стал садиться, при том что Бернар и не подумал отпустить его руку и убрать свою из его тела. Так что на то, чтобы подняться, у Хэва ушло некоторое время, за которое он несколько раз замирал, вздрагивая от ощущений, которые ему дарили пальцы внутри его тела. Но в конце концов он сумел сесть так, чтобы быть достаточно близко к Бернару, и сумел ухватиться за его шею, притягивая мужчину к себе. Бернар охотно наклонился за поцелуем, но вместо этого Хэв выдохнул ему гулким возбужденным голосом в губы: -Я хочу кое-что потолще пальцев. Бернар не смог удержаться от смешка, скрывая свое удивление, но такое заявление заставило его собственный член нетерпеливо дернуться. -Тебя нужно подготовить... - Небольшой дискомфорт я переживу. Давай. Я тебе не девственник. Ну же, - Хэв двинул бедрами так, что пальцы Бернара внутри него сжало мышцами. Бернар сдался, чуть отстраняясь, предоставляя омеге больше пространства. -Перевернись, - попросил он, отодвигаясь. Хэв осторожно сел, перевернулся на бок, а потом лег животом на постель, отодвинув в сторону одну ногу, согнув ее в колене, и приподнял бедра, прогибаясь в спине. Бернар ощутил, как сжимаются мышцы живота, по головке потекла капля смазки, руки потянулись огладить открывшиеся изгибы. Мягкий пушок тонких волосков щекотал ладонь, на копчике немного выпирала косточка, но это совсем не портило омегу. Как и веснушки, редкой россыпью высыпавшие на этом неожиданном месте. Бернар сплюнул себе на руку, размазал слюну по члену, и уже навис над омегой, понемногу проталкивая себя внутрь его тела. Входило туго. Хэв замер, напряженный, стиснул кулаки. Бернар не сомневался, что ему больно, хотя омега не издал ни единого звука. Ему самому было немного больно от того, как его чувствительный орган стягивало со всех сторон мышцами ануса. Наконец, бедра коснулись ягодиц, а Хэв медленно шумно выдохнул, пошевелился, устраиваясь поудобнее. Видимо, дискомфорт был не настолько невыносим, чтобы от боли сковало конечности. Бернар тайком перевел дух, одновременно радуясь, что не сделал слишком больно омеге, и что его самого не так сильно сдавливало. Он на пробу потянул назад, медленно толкнулся обратно. Хэв вдыхал и выдыхал в такт этим толчкам, медленно, понемногу расслабляясь, уже не стискивая простынь в кулаки. Он даже стал сам неспешно подаваться навстречу. Бедра сокращались, сжимаясь, из-за чего на ягодицах появлялись впадинки. Первый сильный толчок сделал именно он, резко дернувшись назад, со шлепком вжимаясь ягодицами в пах Бернара. А потом снова. И опять. Чуть повернув голову, Хэв тихо произнес в подушку: -Еще. Бернар поудобнее устроился на омеге и ускорился, входя и выходя в едином темпе. Хэв лег головой себе на руки, согнув их в локтях. Зарылся пальцами себе в волосы, сжимая, и полностью расслабился, позволяя делать с собой, что угодно. То, с каким наслаждением он реагировал на прикосновения, его открытость и полное отсутствие стыда, - для Бернара было наблюдать внове. Не только потому, что он и представить себе не мог Хэва таким, - он вообще не думал о близости такого рода с ним до сегодняшнего дня, - но еще и потому, что в его краях такого ждать не приходилось. Он даже представить себе не мог, что можно прийти к близости без каких-то обязательств со стороны партнера. Конечно, все дело было в разнице взглядов. Для Хэва не было ничего необычного в том, чтобы заполучить себе понравившегося мужчину в полное владение. Он брал то, что хотел, прямо говоря о своем желании. И его абсолютно не волновало, что могут подумать о его поведении. Может быть это потому, что он жил один, в изгнании, но Бернар был уверен, что даже если бы он жил среди людей, ему было бы плевать на них. Да и само то, что они делали, посреди бела дня — немного смущало. Рабочий человек, да еще и семейный, никогда бы так свободно не пошел на близость, даже с супругом, пока их могли увидеть. Бернар вспомнил течки Сильва: тихие, за закрытыми дверями, в темноте и без единого звука, чтобы дети не слышали, - коротко подивился сдержанности покойного мужа. Ведь днем тот, хоть и не выходил из дома, не показывал вида, что ему нужно уединиться с мужем наедине. Да и в постели он не был таким нетерпеливым, как Хэв. Да, Хэв был другим. Он не был Сильвом, и ему было недостаточно того неспешного ритма, к которому привык Бернар. Хэву хотелось прочувствовать его сильнее, ему нужно было быстрее. Соитие с ним было похоже на схватку, такое же безумное и жесткое. Он не хотел лежать смирно, подставляясь. Даже очутившись на лопатках, придавленный крупным телом сверху, он делал все, чтобы получить как можно больше. Для него это было удовольствием, которое он желал получить сполна. Он прямо говорил, что хочет, и этот требовательный тон был настолько притягательным и возбуждающим, что Бернар не мог ему отказать. Это было похоже на безумие. Невероятно приятное безумие. Бернар был близок к тому, чтобы кончить, когда Хэв заизвивался на постели, застонал в голос, так что Бернар успел подумать, что ему плохо, но Хэв развеял тревогу, вскнувшись. -Укуси… - Хэв поднял плечи, выгибаясь назад, обнажая шею. Волосы волной соскользнули ему по лопаткам, - хотя Бернар даже не помнил, когда те успели распуститься, - и омега рукой убрал мешающие пряди, стискивая в пальцах. - Укуси меня… Просьба больше походила на мольбу, полную желания. На выдохе, жарким шепотом, пробравшим до самого нутра, завязав узлом низ живота. -Ну же… - Хэв щекой потерся по подушке, при этом приподнимаясь на дрожащих бедрах. Он тоже был на грани, так близко и горячо. В срывающемся голосе были почти слезы, граничащие с возбуждением, плещущимся через край. - За шею… укуси… пожалуйста. Бернар поколебался, не зная, чего именно хочет от него Хэв, но все же неуверенно наклонился и, повернув голову набок, сжал зубами загривок омеги. Хэв застонал, его затрясло и он потянулся рукой к своему члену, задвигал рукой в бешеном темпе, явно подгоняя себя к краю удовольствия. -Ну же, ну же, - омега бормотал в подушку, непонятно для кого, но переспросить было невозможно. Бернар ощутил, как его сжало, как рвано выдохнул Хэв, с хрипом, выгибаясь назад. Бернар сильнее сжал зубы у него на шее, вызвав новый стон, и именно этот звук бросил Бернара за грань. Отстранившись, он зарылся лицом в мокрые волосы, пытаясь перевести дыхание. Тело под ним мелко потряхивало, но Хэв не протестовал против того, что на него навалились и не пытался выбраться. Было жарко, скользко, сердце колотилось, по телу разлилась приятная усталость. Ощущение мурашек под кожей и слабый запах, который не удалось распознать, заставили Бернар подняться с Хэва. Увидев дело зубов своих, фиолетовым синяком расплывающимся на коже под волосами омеги, Бернар почувствовал себя каким-то извергом. Хэв сам просил, но калечить его было незачем, и так терять голову было недопустимо, тем более когда Хэв сам был не в лучшем состоянии. Кончиками пальцев прикоснувшись к все еще ощутимым впадинкам от зубов, Бернар провел по полукруглому синяку. Хэв вскинул руку, накрывая укус пальцами, поднялся на локте, оборачиваясь. Он выглядел немного уставшим, но удовлетворенным. Слабо прищурился, чуть улыбнулся. -Ты чего? - прошептал он Бернару, потянувшись и положив руку ему на бедро, куда смог дотянуться в таком неудобном положении. -Прости, не хотел кусать тебя так сильно, - повинился Бернар. Хэв приподнял брови, скорее рассеянно, чем удивленно. Пожал плечом, вернул руку на шею, потер укушенное место. -А мне нравится. Давай еще? Озорство вернулось к нему и он уже не выглядел так невинно, вернувшись в свое привычное состояние. -Только на этот раз я все-таки сверху, - довольно заявил Хэв, улыбнувшись. -Вот зараза, - восхищенно усмехнулся Бернар, наклонился и поцеловал эту самодовольную улыбку.