Не делай больно монстру. Межгранье.

Снег таял, отчего между кочек весело бежали ручейки, огибая корни и камушки, собираясь в общие потоки, журча по всему лесу. Кое-где вода вовсе собиралась в небольшие озерки, среди которых высились деревья и кусты, на которых набухали почки. Птицы весело переливчато пели, созывая друг друга. Теплое солнышко разгоняло тучи, висевшие последние несколько дней, прогоняя влагу и противную морось. Пахло весной. Несмотря на грязь, ручьи, заливающие обувь, и сырую прохладу, висящую в воздухе, было приятно оказаться вне четырех стен и не прикованным к постели. Бернар отстраненно радовался, что ему все же удалось поохотиться и даже поймать какую-то зазевавшуюся пташку. Он не был уверен полностью в ее съедобности, поскольку раньше таких птиц никогда не видел, но Хэв вполне уверенно заявил, что мясо подходящее и к пище пригодное, так что волнения хотя бы относительно этого немного улеглись. Но вот что бывшего воина немного волновало — это тянущее ощущение в предплечьях и подмышками, когда он натянул тетиву. Он еще помнил то неприятное чувство ноющей боли, которое его преследовало в сломанных костях. Было немного боязно давать на руки все те нагрузки, и делать те привычные вещи, которыми он занимался каждый день, но не верить в чудесное исцеление у него тоже причин не было. Теперь дом больше походил на жилое помещение. Совместными усилиями они починили некоторые покореженные бревна, подлатали двери. Бернар озаботился дровами, раз уж теперь мог держать в руках топор. В доме явственно ощущалось, что в нем появился хозяин. Хэв жил в этом домике давно, но ощущение обжитости стало появляться только теперь, когда за хозяйство принялся Бернар. В доме стал чаще ощущаться запах съестного, и даже мяса. Было удивительно тепло и спокойно. Бернар ощущал себя так, будто он у себя дома. Утро теперь начиналось едва не на рассвете. И всякий раз омеги в постели уже не было. Учитывая, то спали они вместе, Бернар удивлялся, как Хэву удается настолько бесшумно встать и уйти, не разбудив при этом его. Наблюдать за ним было чем-то новым и необычным, но даже немного приятным. По прошествии некоторого времени Бернар стал замечать что-то странное в поведении омеги. На это было не то чтобы тяжело закрыть глаза, скорее труднее было увидеть что-то необычное. Иногда Хэв мог посреди движения замереть, напрячься, иногда даже закрыть глаза, словно пережидая недомогание. Или мог резко сбиться с размеренного дыхания, сделав несколько прерывистых тихих вздохов через нос. В последний раз у него прямо из руки вывернулся нож, и омега едва успел отдернуть ногу из-под лезвия. Создавалось ощущение, что это у него сломаны ребра и проблемы с подвижностью, а не у Бернара. Никакого дурного предчувствия пока не возникало, да и Хэв не выказывал беспокойства, но что-то все равно не давало покоя. Бернар только-только вернулся с охоты, скидывая ставшую слишком теплую для такой погоды меховушку. Тушка зайца легла под лавку, в то время как самодельные силки он повесил на специально приспособленный для этого крючок. Хэв, возившийся с невесть откуда появившимися кусками ткани, нависал над столом и оторвался от резки ткани только для того, чтобы улыбнуться вернувшемуся альфе. Бернар успел улыбнуться в ответ и откинуть взмокшие волосы со лба, когда Хэва мотнуло над столом так, что он едва успел облокотиться о поехавшую ткань локтями, при этом неловко вывернув руку с ножницами. На его лице явственно проступило непонимание, брови сошлись на переносице, словно он был удивлен тому, что только что произошло. Он практически завалился на стол, отчего ткань затрещала. -Хэв?! - Бернар сам не понял, как оказался рядом со столом. Юноша посмотрел на него все с тем же выражением лица. Облизал губы, отворачиваясь. С явным трудом приподнялся над столом и отпустил ножницы, прижав пальцы к виску. На скамейку он буквально рухнул, едва не упав под стол. Бернар поймал его, помогая сесть. Хэв не сопротивлялся, устало откинулся на стену, прикрыв глаза. -Хэв? Что? Что-то болит? - Бернар встал на колени рядом с лавкой, придерживая руки омеги в своих. Хэв покачал головой, перекатывая ее по стене. -Тогда что? Ну же, малыш, ты меня пугаешь. Скажи что-нибудь. Хэв медленно вдохнул полной грудью, вдох ему дался явно нелегко. Он сделал еще несколько, прежде чем открыл глаза, рассматривая потолок перед собой. -Все нормально. Уже отпустило, - Хэв как-то расслабился, словно до этого сидел напряженный, как струна, а не почти в беспямятстве. -Что это было? - не собирался сдаваться Бернар, ощущая, как кровь по венам заструилась быстрее от напряжения и страха. Хэв наклонился, облокотившись локтем о стол, а вторую руку прижал к пояснице, растирая. -Говорю же: все нормально, Бер. Не волнуйся, ничего серьезного, - Хэв даже улыбнулся. Он уже не выглядел таким бледным, как несколько секунд назад, но Бернар не собирался отступать с расспросами. Он-то не по наслышке знал, что существуют болезни, которые могут долго не давать о себе знать. Насколько бы не был силен и одарен Хэв, даже ведни остаются простыми смертными людьми. Он вполне может даже не знать о своей болезни. Или нарочно ее скрывать, задавливая, как это часто делают люди, не придавая должного внимания проявляющимся симптомам. -Может, ты просто думаешь, что ничего серьезного? Ты не заболел? Неважно выглядишь. И не только сегодня. -Нет, - отозвался Хэв, при этом продолжая сидеть на скамье, прижав сжатую в кулак руку к пояснице. Потом вздохнул, поворачиваясь к Бернару. - Весна никак не отпустит. -Ты говорил, что на следующий день пройдет, - укоризненно заметил Бернар. Хэв открыл рот, а потом его взгляд на мгновение расфокусировался, словно он вспомнил о чем-то. Бернар с удивлением и растерянностью смотрел на отводящего взгляд омегу и его явно розовеющее лицо. Румянец ему не очень шел, но о причине смущения можно было только догадываться. -Я не врал, все прошло на второй день весны. -Тогда что с тобой? Я не понимаю, ты всю эту неделю ведешь себя странно. Казалось, омега смутился еще больше, исподлобья глянул на альфу, но пояснять происходящее так и не стал, просто спрятал взгляд, ковыряя стол ногтем. -Это… личное. Но, правда, ничего такого. Это не болезнь и скоро само пройдет. -Само оно может и не пройти… -Бернар, - Хэв со все еще смущенным видом повернулся, глядя в глаза мужчины. - Правда, хватит. Ничего страшного не произошло. Просто природа берет свое, ну вот я и… немного не в форме. Честно. Мне приятно, что ты обо мне беспокоишься, но это лишнее. -И все равно мне будет спокойнее, если ты хотя бы будешь у меня на виду и не станешь умалчивать, если тебе станет нехорошо, ладно? - все же попросил не успокоенный Бернар. Омега улыбнулся, протянул руку и притянул мужчину к себе, при этом наклоняясь, и прижался губами ко лбу. -Если тебе так будет спокойнее, то ладно. Бернар благодарно сжал ему руки и только после этого встал с колен. -Тогда обедом займусь я. -Ты будешь готовить? - озорно усмехнулся юноша. - Ни за что на свете не пропущу это представление! *** Бернар приготовил обед, распотрошив добычу, и Хэв съел все без претензий или замечаний его кулинарным способностям. После обеда он выглядел немного поживее, да и на подвиги не рвался, засел в углу, вышивая что-то на ткани. Уж в чем Бернар точно не разбирался, так это в шитье. Криво-косо залатать себе что-нибудь он еще мог, но вот все остальное — было за пределами его понимания. -Схожу проверю Топру, и воды натаскаю, - надевая меховушку проговорил Бернар. -Надо будет ей выпас сделать, - Хэв не отвлекся от стежков, старательно затягивая узелки. - Сена почти не осталось, да и первая травка скоро появится. -До первой травки еще ждать и ждать, - не согласился Бернар. -Это здесь. Есть одна полянка, я потом покажу. До нее далеко топать. Бернар только вздохнул на это неуемное желание что-то делать. Он все еще волновался, но заняться делами в самом деле было нужно, поэтому он подхватил ведро. -Я скоро. Бернар вышел, собираясь в самом деле заняться кобылкой. Будь его воля, он бы вообще из дома не выходил. Только понимание того, что дела сами не сделаются не позволили ему так сделать. Пока таскал воду в дом, Бернар краем глаза посматривал за сидевшим в сторонке омегой, но тот и в самом деле уже не выглядел настолько сильно вымотанным. Даже кое-какой румянец на щеках появился. Поэтому, вернувшись обратно из той избы, где все еще обитала кобылка, Бернар был неприятно удивлен, ведь в доме никого не было. Бернар быстро огляделся, но Хэва не было ни в постели, ни на лавке, ни где-то еще. Пойти на его поиски помешал стук двери и сам Хэв, перешагнувший порог. -Хэв, ну я же просил!.. - начал было Бернар и замолк. Омега его будто вовсе не слышал, да и не видел тоже. Он прошел мимо стоявшего в проходе альфы, придерживаясь за стенку. Хэв медленно, явно скованно, прошел к лавке, наклонился через бок, облокачиваясь о лавочку рукой, второй придерживая платок на груди, и медленно, с трудом сел. При этом вид у него был такой, словно он вот-вот грохнется в обморок. Нахмуренные брови, прикрытые глаза и закушенная губа свидетельствовали о неважном самочувствии лучше любых слов. Омега чуть ссутулился, плотнее кутаясь в платок, хотя в избе было хорошо натоплено и почти растекся по столу. Выглядел он очень утомленным, но в то же время и довольным. Бернар подошел к нему, даже не сняв мехавушки. Хэв лежал, уткнувшись лбом в стол. Послышался тяжкий вздох и последовавший глухой стук, - который Бернар с удивлением опознал, как удар головы о дерево, - и только после этого омега перекатил голову набок, укладываясь щекой на прохладную поверхность. -Совсем тебе плохо? - Бернар отвел с лица Хэва упавшие волосы, заглядывая в открытые черные глаза. Хэв посмотрел на него, не меняя положения тела. Черные глаза лихорадочно блестели, сухие губы разомкнулись и их облизал кончик языка. -Ты разве не чувствуешь? - почти прошептал Хэв. -Что не чувствую? - уточнил Бернар, тыльной стороной ладони прижав руку к его виску. Кожа была влажной и совершенно холодной. Хэв только молча отвел взгляд, позволяя к себе прикасаться. -Давай я тебя уложу, - Бернар осторожно обнял Хэва, чтобы его перенести. -А мыться? - слабо возразил омега. - Я хочу искупаться. -Ох, горюшко, - закатил глаза Бернар. - Я тебя сам раздену и протру. Но тебе надо лечь. Хэв нахмурился и на бледных щеках проступили пятна. -Нашел чего смущаться, - фыркнул альфа, подхватывая его на руки и перенося на кровать. - Меня-то выхаживал — не стеснялся. -Других выхаживать — не себя, - пробормотал омега, прикрывая глаза. Бернар выпрямился, поводя плечом и чуть выгибаясь. В груди немного ныло и тянуло. Натаскался он за сегодняшний день немало. Утром дров, потом на охоте, воды из колодца. И вот еще и больной омега. Почему Хэв упорно не признавал себя больным, Бернар не понимал. -Сейчас воды погрею… - начал было Бернар, но Хэв его перебил, потянувшись рукой и поймав за кончики пальцев. -Ты правда не чувствуешь? - облизав губы, Хэв уставился на Бернара. -Что я должен чувствовать? - мягко, насколько мог, поинтересовался тот в ответ. -Не знаю. Что-нибудь. Бернар мог только покачать головой в ответ, потому что он в самом деле не чувствовал ничего такого. Даже эти странные предчувствия, что стали ему доступны, молчали. Хэв понимающе-грустно улыбнулся, отпуская руку альфы. Грея воду в печи, Бернар терзался странным чувством, вперемешку с беспокойством. Хэв спрашивал его о том, чувствует ли он что-нибудь, ожидая услышать хоть какой-нибудь ответ, и становилось до жути не по себе утверждать обратное. Он словно упускал что-то очень важное из виду. И на какой-то момент создавалось ощущение, что это все не в самом деле. Раздевать омегу пришлось самостоятельно, поскольку тот почти спал. Он еще слабо шевелился, чтобы помочь стянуть с себя вещи, но к моменту, когда Бернар стал протирать его теплой мягкой тряпицей, уже полностью спал. Будить Хэва он не стал, постарался как можно тише прибраться и наскоро привести себя в порядок остатками теплой воды. Когда он забирался в постель, пристраиваясь с краю так, чтобы не придавить даже не шелохнувшегося омегу, в окно еще пробивались закатные лучи. Спать он тоже особо не хотел, но и заняться было нечем. Только это не избавляло его от мыслей и беспокойства, распирающих изнутри. Повернувшись к Хэву, Бернар резко поднялся на локте. Хэв явно спал, но в то же время он плакал, потому что ему было плохо. Бернар не впервые видел его слезы. Страшнее было даже не это, а то, что кроме сдержанного шмыганья носом и громких звуков сглатывания, от Хэва не было слышно ни единого звука. Бернар стер ему слезы с висков вместе с холодной испариной. Хэв сонно моргнул, перекатил голову по руке альфы и дернул своей, тут же расслабившись и снова погрузившись в сон. Губы у него приоткрылись, он задышал чуть хрипло. Бернар погладил его по волосам, прижав немного теснее к себе. -Жаль молока нет, - едва слышно пробормотал Хэв, не открывая глаз. -Почему? - спросил Бернар, не понимая, проснулся омега или бормочет во сне. -Теплое молоко, если еще и с каплей маслица, лучше всяких трав, - уже совсем в полусне пробормотал омега. Сказал, и лицо у него окончательно расслабилось, дыхание притихло и он тихонько засопел, уснув. Бернар еще долго лежал без сна, вслушиваясь в это тихое дыхание и ощущая сосущее ощущение в груди. *** Проснувшись утром, Бернар сонно зарылся носом в волосы омеги, прижимавшегося к нему спиной. Спросонья он даже не сразу понял, что спит не с Сильвом. Он даже глаза прикрыл, чтобы подремать еще немного. Непривычно терпкий запах трав и длинные волосы мешали погрузиться в дрему. Горячее тело было странно твердым. Не было обычной мягкости на чуть поправившемся после родов животике, и грудь не была припухшей. Понимание, что в постели находится кто-то чужой заставило моментально проснуться, и в ту же секунду Бернар вспомнил, где он и с кем. Отдернув руку, альфа даже дыхание затаил, не зная, как отреагирует омега на то, что его так бесцеремонно ощупывают. Но тот даже не шелохнулся. Бернар приподнялся на локте, осторожно заглядывая через плечо омеги. Хэв спал. Бернар чуть ли не впервые видел, как он спит при свете утренних лучей. Он уже не выглядел таким замученным, но зато его лицо приобрело прежнее напряженно-хмурое выражение, которое не желало разглаживаться даже во сне. Бернар расслабленно выдохнул, укладываясь обратно на постель. И словно по-команде, только этого и дожидаясь, ребра тисками стиснули легкие, не давая вдохнуть полной грудью. Бернар задохнулся, не в силах преодолеть боль и сделать вдох. С трудом сев, он прижал руку к груди. Казалось боль растекается волнами по всему телу, а не только в ребрах. Сердце колотилось, как бешеное. Кровать пошатнулась, а к спине прижалось разгоряченное тело. Сильные тонкие руки обвились подмышками вокруг груди. -Тише, тише, - голос был спокойным, уверенным и ничуть не сонным. - Потихоньку, Бер, не спеши. Это странным образом помогло сделать так необходимый вдох. Меньше болеть от этого не перестало, да и каждый вдох оставался болезненным. Только и руки Хэв не убирал, сидя вплотную и поддерживая Бернара. Прошло довольно много времени, прежде чем Бернар сумел, наконец, выпрямиться и сесть ровнее. Руки чуть подрагивали от произошедшего, но в целом он чувствовал себя вполне сносно. -Что это было? - хрипло поинтересовался он в пустоту, потому что отпускать его Хэв и не думал. -Ненастоящая боль. Тело не понимает, что оно здорово и мешает тебе двигаться подобным образом, чтобы исцелиться. Прости, не подумал, что с тобой это может случиться. Бернар чуть расслабился, узнав, что это не его переломы каким-то образом вернулись. Он сжал руку Хэва в утешающем жесте. -Я уж испугался, что я это должен был чувствовать вчера, - высказал мысль Бернар, оборачиваясь. Хэв послушно его отпустил и отстранился, натягивая на себя одеяло. Выглядел он все же немного заспанно, хотя больше не так устало и замученно. Бернар не удержался и наклонился, целуя его в щеку до того, как тот ему что-то ответил. Удивление, отразившееся на лице омеги, рассмешило. -Ну что ты? Не проснулся еще? - Бернар потянулся и пальцем щелкнул омегу по носу, после чего поднялся, поспешно проходя к одежде. Было прохладно, а он еще и на улицу собирался, чтобы умыться. - Поспи еще. Ты ведь не отдохнул толком? Как ты себя чувствуешь? -Я… - Хэв покачал головой, смущенно улыбаясь. Глянул из-под бровей, проговорил со смехом в голосе. - Иди уже. Все со мной нормально. Бернар улыбнулся, накидывая меховушку и снимая полотенце в прихожей. На улице было солнечно и довольно тепло, сыро от влаги и как-то приятно по-весеннему. Тропинка до колодца еще не успела растаять, притоптанная очень плотно, поэтому грязи было не так много. Бернар подошел к колодцу и скинул с себя все до пояса. Ребра уже не болели, хотя неприятное ощущение от недавней боли все еще было. Это не помешало достать полное ведро. Ледяная вода бодрила, смывая все лишнее. Бернар опрокинул на себя ведро, наклонившись, чтобы не замочить штаны. Чтобы умыться он поднял себе еще одно, привычно ощущая, как леденеют руки, когда их сковывает от не прогретой воды. Поскреб уже отросшую щетину на щеке, взлохматил волосы. Все же, он привязался к этому месту. Прошло всего ничего, а он ощущал себя здесь так, будто всю жизнь прожил. Бернар прикладывал ткань к коже, собирая капли, вглядываясь в лучи, которые проскальзывали между деревьев. Тени чуть подрагивали, как живые. Он уже немного привык к такому, хотя рассмотреть подробнее увиденное все равно не удавалось. Как если бы он спал и во сне понял, что спит. Этот хрупкий момент до пробуждения казался до того реальным, но он все равно знал, что спит. Точно такое же ощущение возникало, если он всматривался в природные явления, которых раньше не видел. Словно сама природа защищала его от увиденного, того, что не предназначалось для посторонних глаз. Бернар натянул кофту и потянулся за меховушкой, собираясь вернуться в дом, и взгляд сам скользнул по мокрой земле. Выцепить из мешанины следов чуть смазанный звериный было минутным делом для опытного охотника. Бернар присел на корточки, всматриваясь. Свежий отпечаток чьей-то лапы, больше всего похожий на волчий. Подходить, чтобы убедиться, Бернар не стал. Волки не нападают просто так, а он без оружия, так что встречаться с зверем, если он еще не ушел, желания не было. Не показывая вида, Бернар поднялся, и, чутко прислушиваясь, обычным шагом направился обратно в дом. Может быть зверь почуял добычу здесь, вот только к кобылке хищнику было не подобраться, а к человеку дикий зверь обычно не подходил. Проверять на себе повадки местных волков Бернар желанием не горел. Потому плотнее прикрыл за собой дверь. Хэв уже поднялся и полностью оделся. Он привычно возился у печи, вот только на возвращение Бернара отреагировал весьма странно. Замерев у стола, он вцепился в него пальцами, словно хотел отломать край, при этом Хэв напряженно смотрел на Бернара, сжимая губы. Такого неласкового взгляда альфа за ним давно не замечал, потому замер на пороге, не понимая, что успел сделать не так. -Не выходи пока на улицу, - все же нарушил Бернар тишину под хмурым взглядом омеги. - Я видел волчьи следы рядом с колодцем. Если зверь голодный или раненный, может и кинуться. -На меня местные звери не кинутся, - все так же недобро отозвался Хэв. -Что-то случилось? - все же уточнил Бернар, неприятно удивленный сменой настроения. Таким омегу он еще не видел. -Я думал ты не так скоро вернешься, - ровно отозвался Хэв, хотя это и не объясняло его недовольства. -То есть, мне уйти? Я мешаю? - Бернар приподнял брови, как бы намекая, что это сейчас не самая лучшая идея в связи с бродившим неподалеку хищником. Губы Хэва дрогнули не то в улыбке, не то в недовольной гримасе. -Отвлекаешь, - соизволил он ответить. -Можешь ты толком объяснить, что именно с тобой происходит? - не выдержал Бернар, проходя, наконец, от порога в комнату. Омега на секунду прикрыл глаза, а когда открыл их — они снова стали казаться бездонными черными провалами, видящими других насквозь. Не говоря ни слова, Хэв просто потянулся руками к фартуку, задрал мешающую ткань, приспустил штаны, освобождая налитый член и прямо так, не спуская с Бернара взгляда, принялся гладить себя, пошире расставив ноги. Пораженный, Бернар не мог отвести взгляд, наблюдая, как розовая головка скрывается под пальцами ласкающего себя омеги. Хэв зажмурился, сжимаясь всем телом, хриплое дыхание вырывалось через плотно сомкнутые губы заглушенным стоном. Дернув бедрами, он вцепился в свой член, зажав его в кулаке. А потом расслабился, учащенно дыша. Бернар ощутил, как густо запахло семенем и потом, перебивая ароматы трав. У него у самого спазмом сжало низ живота, щекоткой проходясь под кожей. Только сейчас он понял, что должен был чувствовать, о чем его спрашивал Хэв. Омега открыл глаза и прямо, без капли прежнего возмущения, посмотрел на замершего посреди дома альфу. Хэв тяжело дышал, не спуская потемневшего взгляда с Бернара. Усмехнулся, выпрямляясь и вытирая руки прямо о фартук. Лицо у него было чуть покрасневшее, настолько, что было тяжело понять от чего именно: от произошедшего только что действа или же от смущения. Вот у Бернара от обеих причин разом, да еще и от того, что собственный член недвусмысленно топорщил ткань штанов. Зато разом стало понятно, что имел в виду под «личным» омега. Весна пришла. А с ней и течка.